The Art of Hidden Personas

      «Драко, дорогой, будь добр, попроси кого-нибудь из домовых эльфов поправить большую картину в коридоре на третьем этаже, ладно?» — поспешно спросила Нарцисса Малфой, проходя мимо двери библиотеки. Она уже прошла полкоридора, когда её сын поднял голову и кивнул. Её шестнадцатилетний сын, которому скоро исполнится семнадцать, с грохотом захлопнул пыльный том на коленях и выскочил из комнаты, чтобы найти одного из этих проклятых домовиков.       Нарцисса Малфой весь день была вне себя. Только утром муж сообщил ей, что сегодня вечером в поместье Малфоев состоится камерный ужин для Тёмного Лорда, его ближайшего окружения и нескольких гостей. Целая армия эльфов-слуг яростно оттирала все поверхности в особняке кипящей мыльной водой, не обращая внимания на волдыри на руках и ногах, и гораздо больше беспокоясь о наказании, которое им, несомненно, грозит, если они не закончат свою работу в соответствии с безупречными стандартами госпожи Малфоев.       «Добби!» — рявкнул Драко, заметив существо. «Картина на третьем этаже западного крыла, поправь её».       «Д-да, молодой мастер Драко», — эльф едва мог вымолвить эти слова, его голос больше походил на икоту, чем на что-либо ещё.       Драко презрительно усмехнулся, наблюдая, как зелёный карлик с треском исчез. Повернув шею, он взглянул на большие старинные часы на стене.       Пять вечера.       Они скоро будут здесь. Ужин начнется в шесть.       Драко покачал головой, пытаясь успокоиться, но тщетно. Сегодня вечером здесь будут близкие друзья и... Тёмный Лорд, и, в отличие от предыдущих случаев, здесь не будет толп, способных смягчить разговор и отвлечь внимание опасных волшебников и ведьм. Они не были просто глупой кучей, они постоянно пытались перещеголять друг друга.       Любая слабость, любой секрет, который ты не хотел бы раскрыть, будет жестоко использован против тебя без малейшего раскаяния.       Однажды он спросил отца, почему Тёмный Лорд допускает такую... агрессию в своих рядах. Отец пристально посмотрел на него ледяными серыми глазами и сказал, что Тёмный Лорд не терпит слабости, и если кто-то не может выжить в жестокой, садистской схватке среди его последователей, он не заслуживает того, чтобы там находиться.       Поэтому наследник Слизерина с мрачным весельем наблюдал за мелкими, но смертоносными склоками между взрослыми ведьмами и волшебниками, молча отмечая победителей и тех, кто был окончательно унижен. Молодой наследник Малфоев неловко направился обратно в библиотеку к книге, которую он пытался читать в безуспешной попытке отвлечься сегодня вечером.

***

      «Нарцисса?» — услышав звонкий голос Люциуса, его жена оторвалась от завтрака и вопросительно посмотрела на него.       «Да, Люциус?»       Все было очень официально.       «Тёмный Лорд решил, что хотел бы поужинать здесь сегодня вечером». Его тон был лёгким, но серьёзный взгляд дал ей понять, насколько невелик у них выбор. Тёмному Лорду просто невозможно отказать.       Нарцисса родилась в семье Блэков и лучше других знала, как осторожно нужно обращаться со своим Хозяином. Недаром полукровка Том Риддл пользовался таким уважением в семье Блэков.       «Конечно», — спокойно ответила она после нескольких секунд паузы, и её муж одобрительно кивнул: «Я немедленно прикажу эльфам убрать бальный зал». Как раз когда она хотела позвонить, Люциус прервал ее.       «Нет, Цисса. Это будет ужин... ужин в камерной обстановке».       Ее светло-голубые глаза слегка расширились, прежде чем она успела сдержать удивление, но она достаточно быстро взяла себя в руки.       Другое дело — Драко.       «Ужин?!» — громко переспросил он и, не обращая внимания на неодобрительные взгляды матери, задумчиво нахмурился. «...Сколько?» — тихо спросил он, понизив голос, если взгляд отца что-то значил.       Люциус поднял свой чай, сделал большой глоток и, прежде чем ответить своему нетерпеливому подростку, не торопясь поставил чашку на место и промокнул рот льняной салфеткой.       «Тёмный Лорд, конечно, и большая часть ближайшего окружения», — он бросил взгляд на Нарциссу, пока она мысленно подсчитывала цифры, ожидая её кивка, прежде чем продолжить. «И... несколько гостей».       «Кто?» — спросил Драко. Здоровый румянец исчез с его щек, вместо него они стали мелово-белыми.       «Сколько, Люциус?» — настаивала Нарцисса.       Лорд Малфой откинулся на спинку кресла: «Министры магии Германии и России, а также глава Службы безопасности России. Глава правоохранительных органов Франции и министр иностранных дел. Приглашения также разосланы лордам шести влиятельных тёмных семей Европы».       Нарцисса Малфой, впечатлённая этими именами, подняла брови. «Вот это сборище!» Она улыбнулась про себя, чувствуя, как от волнения сжимается желудок. Люциус насмешливо ухмыльнулся, но она лишь ответила ему тем же, легко заметив его собственное воодушевление от предстоящего события.       Реальный прогресс был налицо. Прямо на их глазах. И для них обоих было честью быть его свидетелями. Драко, в отличие от него, с отвисшей челюстью смотрел на ухмыляющиеся лица своей матери и отца, а его живот сжимался от страха.       «И Тёмный Лорд ещё сказал, что хочет пригласить Джулиана Клиффтона», — пренебрежительно добавил Люциус.       Он никогда раньше не слышал об этой семье, поэтому не обратил на неё внимания. К тому же, у него была теория, почему этого незначительного волшебника пригласили.       Должно быть интересно наблюдать за игрой его Мастера.       Так было всегда, когда ты не был жертвой.       «Кто-нибудь из моих друзей придёт?» — спросил Драко. Люциус бросил на Драко суровый взгляд. Он не раз напоминал своему наследнику, что друзей не заводят, а заключают союзы. Он уже собирался открыть рот и отчитать мальчика, но ощущение прохладной руки жены на предплечье остановило его.       «Мистер Забини и мисс Гринграсс, без сомнения, будут присутствовать». Она нежно улыбнулась сыну. Она ловко уловила его скрытое облегчение и внимательно следила за ним, пока он, извинившись, выходил из комнаты.       «Ты балуешь мальчика, Цисса», — произнес Люциус необычно хриплым голосом, но она лишь тихонько рассмеялась и чмокнула его в губы.       «Ах, но ты только что сам дал себе повод для моих поступков. Драко ещё ребёнок».       «...Он не выживет в рядах, пока не повзрослеет, Нарцисса, ты же знаешь это», — серьёзно заявил Люциус.       Всё её веселье покинуло, и она неохотно кивнула: «Полагаю, это цена, которую мы платим». Между ними на несколько мгновений повисло молчание, прежде чем она заговорила снова. «Пусть он посмотрит сегодня вечером. Сможешь понаблюдать за динамикой Пожирателей смерти. За тем, как Тёмный Лорд без усилий меняет свой подход и образ, привлекая на свою сторону политиков и тёмные семьи. Я верю... что это откроет ему глаза, пусть и не до конца, но даст представление о том, как устроен мир, за пределами того, что ему подсказал его ограниченный опыт».       Люциус медленно кивнул, соглашаясь с мудростью слов жены. Она быстро извинилась и, уже отдавая приказы направо и налево, закрыла за собой дверь.       Он поднёс руку к подбородку, потирая гладкую кожу, погрузившись в свои мысли. Сегодня вечером Драко увидит другую, более коварную сторону разума своего Хозяина. Он злобно усмехнулся. Юный Далтон либо появится сегодня вечером, зная, что ему придётся отвечать за свои поступки. Либо спрячется, и тогда ничто его не спасёт.

***

      Драко стоял неподвижно рядом с матерью и отцом в мраморном вестибюле, ожидая возможности лично поприветствовать каждого гостя, когда они входили. Он начал как можно деликатнее поводить плечами, когда его отец приветствовал французского главу международных отношений. Эти мантии были такими жёсткими! Он привык к официальной одежде, он вырос в ней, и обычно его не беспокоила стесняющая одежда. Но эти вещи были чем-то другим. Он чувствовал себя так, будто его завернули в душный кокон из ткани, которая на самом деле должна была быть длинной и элегантной. Длинная и элегантная задница, фыркнул он, просто ещё один способ сказать, что они чертовски тяжёлые!       «Проблемы, мистер Малфой?» — раздался над ним весёлый голос. Глаза его расширились, и он быстро перестал ёрзать.       «Нет, сэр», — вежливо ответил он.       Мужчина, имени которого он не имел ни малейшего понятия, лишь многозначительно ухмыльнулся и прошел в гостиную, где гости должны были выпить перед ужином.       «Вижу, вы познакомились с нашим министром». Драко пристально посмотрел на смеющиеся чёрные глаза мужчины, который быстро стал ему надоедать, и глубоко вздохнул, прежде чем сказать:       «Добрый вечер, мистер Карт. Пройдите через эти двери, вас ждут напитки и беседа». Несмотря на все усилия, его отработанный ответ прозвучал угрюмо и раздражённо, а уши покраснели, когда Деметрий тихонько усмехнулся, но его услышал только Драко.       «Спасибо за ваше... гостеприимство».       Затем высокая брюнетка последовала за российским министром вместе с сестрой и отцом и вскоре скрылась из виду.       «Эй».       Он обернулся и почти вздохнул с облегчением. Дружелюбное лицо!       Он кивнул головой, как того требовал протокол, но позволил чуть-чуть тепла пробраться в его глаза, прежде чем Дафна тоже скрылась из виду.       Он огляделся и увидел, что большинство из тех, о ком говорил его отец, уже поприветствовал хотя бы один из них. Естественно, у отца и матери было гораздо больше поводов обменяться любезностями, чем его жалкие трое. Тёмный Лорд уже был внутри; он прибыл полчаса назад и только что развалился на кушетке в большой гостиной, медленно потягивая виски и глядя в огонь. Он даже не мог этого знать, но ему было ужасно любопытно, и он заглянул внутрь. Сразу же на него устремились багровые глаза, и он тихо вскрикнул, прежде чем громко извиниться, отступая от двери. Драко был бы ошеломлён, казалось бы, расслабленной позой мужчины, если бы не заметил, как тот рассеянно поглаживает палочку; его рубиновые глаза горели тысячами разных мыслей. Нет. Мужчина думал. И у Драко хватило здравого смысла понять, что это делало его бесконечно более опасным. Восторженный голос отца привлёк его внимание и вырвал из тревожных мыслей. Он повернулся к Люциусу, с любопытством пытаясь понять, что так резко изменило чувства отца. Его глаза расширились, когда он увидел человека, стоявшего совершенно в одиночестве, но выглядевшего совершенно непринуждённо в огромном мраморном вестибюле.       Волосы у него были светлые. Не совсем белые, как у него, а золотистые, и собраны в низкий хвост до середины спины. Ледяно-голубые глаза, сверкающие умом и холодностью, пронзительно смотрели на троих Малфоев.       Он был невероятно красив. Высокий, ростом, наверное, сто восемьдесят сантиметров или чуть выше, Драко мог сказать, что тело у него мускулистое, но стройное. Одет он был явно по высшему разряду, небрежно, но при этом обманчиво повседневно. Под тёмно-синим плащом с высоким воротником, ниспадающим до пола, он носил обтягивающую кроваво-красную атласную рубашку и простые чёрные брюки.       Драко легко признался в своей симпатии: мужчина был холоден, но не ледян, как его отец. Он явно чувствовал себя комфортно, уверенно, и юный Малфой чувствовал его тёмную магию.       «Мистер Далтон», — Люциус широко улыбнулся, его серые глаза заблестели от предвкушения предстоящего удовольствия. «Я так рад, что вы смогли приехать».       Драко вздрогнул. Этот человек, это был Габриэль Далтон?!       У этого человека была ошеломляющая репутация. Его родителей убили, когда ему было всего четырнадцать, и мальчику пришлось отбиваться от настойчивых посягательств бесчисленных волшебников и ведьм, отчаянно желавших заполучить состояние и наследство Далтонов. Как этому человеку удалось добиться такого, Драко не понимал, но это заслужило ему уважение и одновременно настороженность со стороны Тёмных семей.       Мистер Далтон тонко улыбнулся его отцу, который намеренно не торопился, снимая перчатки, прежде чем ответить.       Это было очень ясное послание, и Драко мог оценить его мастерство. Далтон пробыл здесь не больше пяти минут, фактически не произнес ни слова, и он ясно давал понять отцу, что его не пугают ни Лорд Малфой, ни его шаткое положение.       «Как я мог не явиться после такой умоляющей записки?» — ответил Далтон, смело глядя Люциусу прямо в глаза.       Драко увидел, как в глазах его матери блеснули восхищение и уважение, и не смог сдержать искорку ревности. Этот человек, всего на два года старше его, фактически заставил отца замолчать и завоевал, как известно, с таким трудом заслуживаемое уважение матери.       «Мистер Далтон». — Зловещий, хриплый голос разнесся по бескрайнему пространству. Все обернулись; никто из них не почувствовал чьего-либо приближения. «...Присоединяйтесь к нам».       Тёмный Лорд небрежно прислонился к тёмному деревянному косяку двери, наблюдая за происходящим с бесстрастным выражением лица. Тем не менее, Драко невольно поморщился, увидев угрожающий гнев в этих багровых глазах, устремлённых на Габриэля Далтона. Малфой понятия не имел, как тому это удаётся, но Далтон лишь кивнул и пошёл вперёд. Единственным признаком того, что он был потрясён ужасающим зрелищем Тёмного Лорда, когда тот пристально смотрел на юного Лорда, была лёгкая дрожь в его руках.       Трое Малфоев тут же последовали за ними.       Лорд Волдеморт закрыл дверь.

***

      Габриэль вошел в комнату и напрягся, проходя мимо Темного Лорда, надеясь, что не получит проклятие в спину. Волан-де-Морт тихонько усмехнулся, наблюдая за его поведением, словно точно зная, о чем тот думает. Не желая отвечать, он продолжил свой путь по комнате, молча кивая тем, кто его узнал. Это, по сути, означало всех присутствующих, кроме Пожирателей Смерти. Он остановился рядом с неподвижным Джулианом, зная, что, хотя эти золотисто-карие глаза ни разу на него не взглянули, они, тем не менее, следили за каждым его движением с того момента, как он вошел в эту напряжённую комнату.       «Я не знал, придёшь ли ты». Он подавил желание презрительно улыбнуться Карту, когда волшебник бросил на него многозначительный взгляд; вместо этого он сохранил бесстрастное выражение лица.       «Я был занят».       Деметри презрительно фыркнул:       «Уверен». Его слова были полны сарказма.       Испытывая особую мстительность, Габриэль с лёгкой ухмылкой повернулся к Карту, с удовлетворением наблюдая, как его чёрные глаза застыли в подозрительном взгляде, а затем повернулся к привлекательной брюнетке, сидевшей рядом с братом. «Марионетка», — улыбнулся он девушке и одновременно поднёс её бледную руку к губам, нежно поцеловав гладкую кожу. «Ты сегодня, как всегда, прекрасно выглядишь. Как тебе понравились последние недели в Москве?»       Женщина густо покраснела от такого внимания. Габриэль Далтон славился своей способностью очаровывать любого, кто ему нравился, будь то мужчина или женщина, и увлекать его в постель, и эта мысль невольно причинила ей боль.       Впечатляющий блондин, стоявшая перед ней, пленила её, когда ей было всего четырнадцать. Она пряталась в коридоре, когда Уокер познакомил француза с её братом.       «Большое спасибо, мистер Далтон. Да, мне понравилось». Она говорила как можно более элегантно, смущаясь своей неловкости в его присутствии. Габриэль, в свою очередь, ответил уклончиво, не услышав её ответа. Его мысли не утихнут. Он проигнорировал и проигнорировал не один, а два вызова Тёмного Лорда, и его за это накажут. Он рассеянно заметил раздраженное фырканье Джулиана рядом с собой, но не обратил на него внимания; его ледяные голубые глаза не отрывались от Тёмного Лорда, который беседовал со своими гостями.

***

      Блейз Забини украдкой поглядывал на наследника Далтонов с тех пор, как Драко шепнул ему, кто этот человек. Обернувшись, чтобы взглянуть на бокал красного вина в своих руках, он поднёс его к губам и одним глотком осушил изрядное количество, прежде чем поставить бокал на стеклянный столик перед собой и встать.       «Куда ты идёшь?» — нахмурилась Дафна.       «Я сейчас представлюсь», — заявил он и быстро ушел, не дожидаясь ответа.       Он целеустремленно направился к небольшой группе из четырех человек, остановился перед ними и вытянул перед собой руку.       «Здравствуйте, меня зовут Блейз Забини».       Габриэль нахмурился, когда Тёмный Лорд внезапно перестал его видеть, и опустил взгляд, бесстрастно взглянув на протянутую руку, но не сделав ничего в ответ. Он удивился, что у юноши перед ним хватило наглости так намеренно проигнорировать протокол. Это не вдохновляло.       «Габриэль Далтон». Он холодно ответил, не обращая внимания на конечность; вместо этого он сделал небольшой шаг вправо, сразу же начав искать фигуру самого опасного человека, которого он когда-либо встречал.       Блейз неловко опустил руку, не зная, что сказать. Трое мужчин перед ним не обратили на него внимания, и он вдруг почувствовал себя пятилетним ребёнком, которого прогнали и не позволили играть со старшими, потому что он был неинтересным и незрелым. Деметри Карт ему не нравился: у него был острый и острый язык, а чувство превосходства заставляло его нервничать. Джулиана Клиффтона он считал неотесанным.       Мужчина был ниже его ростом, всего сто семьдесят сантиметров, и, хотя и был приятным внешне, всё же довольно прост. Габриэль Далтон, однако, был совсем другим: он затмевал довольно красивого русского Карта, и, если верить слухам, он был очень силён. Но если Клиффтон открыто его недолюбливал, а Картус всегда относился к нему с превосходством, то поведение Далтона говорило Блейзу, что блондин считает его настолько ниже своего внимания, что симпатия или антипатия, любое мнение о нём! потребует больше внимания, чем он того стоит.       Смелость, которую придал ему выпитый алкоголь, быстро улетучилась, и он побрел прочь, хотя никто из волшебников этого не заметил, кроме как констатировал отсутствие у него отвлекающих факторов.       «Ужин подан. Дамы и господа, пожалуйста, займите свои места».       Нарцисса Малфой говорила тихо, но благодаря хитрому заклинанию все в комнате слышали её так, словно она стояла прямо рядом с ними.       Габриэль не мог успокоить сердцебиение на протяжении всего ужина. Не раз он чувствовал на себе обжигающий взгляд Тёмного Лорда; ему требовалось всё его самообладание, чтобы поддерживать внятный разговор с главой правоохранительных органов Франции. Это ожидание убивало его, страх и тревога нарастали по мере того, как появлялось всё больше времени на размышления о том, что произойдёт после ухода гостей Тёмного Лорда. Ему пришло в голову, что Лорд Волдеморт пригласил его на ужин заранее именно для того, чтобы дать ему возможность побыть в своём ужасном предвкушении.       Глядя на этого человека, на то, как легко он контролировал все разговоры вокруг, наблюдая, казалось бы, за всеми, он искренне верил, что тот способен на это.       «Нас всех попросили остаться после ужина».       Габриэль едва повернул голову, чтобы услышать шепот Джулиана, но сжал вилку значительно крепче.       «...А кто такие „мы“?» — Он постарался, чтобы его голос звучал небрежно, и потянулся левой рукой к стоявшему перед ним кубку с красным вином.       «Деметри, Марионетка и я... и подростки из Слизерина», — пробормотал Джулиан.       Габриэль постарался сдержать хмурый взгляд. Почему Тёмный Лорд позволил детям и остальным стать свидетелями того, что с ним произойдёт, если только… Его глаза расширились от ужаса и понимания, и он резко повернул голову, чтобы в ужасе посмотреть на друга.       «...Адриан», — выдохнул он.       Джулиан неохотно кивнул, придя к такому же выводу.       «Думаешь, он знает?» — настойчиво пробормотал Деметри себе под нос, сидя по другую сторону стола. Его собственные тёмные глаза были полны расчёта, и Габриэль яростно отогнал прочь собственное потрясение.       У остальных была целая ночь, чтобы пережить это открытие.       Ужасный звук стульев, царапавших по мраморному полу, когда гости решили уйти, заставил его глубоко вздохнуть в тщетной попытке замедлить учащенное сердцебиение.       У него были минуты.       Почувствовав этот обжигающий взгляд, он поднял глаза и встретил насмешливый багровый взгляд.       «...Он знает достаточно».       Деметри стоял один, выпрямившись, сцепив руки за спиной. Все вернулись в комнату, где были до ужина. Некоторые из значительно меньшей компании стояли у стен или на стульях у кровати, а остальные бродили по комнате. Он не знал, было ли это сделано намеренно или нет, но остро ощущал, что окружён и полностью во власти... или, вернее, во власти Тёмного Лорда.       Волдеморт сидел в простом чёрном кресле, с лёгким интересом оглядывая комнату. Его поза была расслабленной и элегантной. Все молчали, пока Тёмный Лорд неторопливо крутил палочку в руке, прежде чем заговорить. Габриэль не мог отделаться от лёгкого вожделения, которое испытывал при взгляде на Лорда Волдеморта. Тёмная магия, исходившая от него волнами, была... невероятно соблазнительной.       Рубиновые глаза внезапно встретились с его ледяными голубыми глазами, и ему пришлось приложить все усилия, чтобы сохранить маску целой. Этот человек был силой, с которой приходилось считаться.       «Мистер Далтон, — Габриэль краем глаза заметил, как некоторые из обитателей комнаты вздрогнули от страха и удовольствия, услышав его мурлыканье. — Сегодня вечером, прямо перед вашим приездом, мне сообщили очень... интересную информацию. Можете догадаться, о чём она?»       Габриэлю потребовалось мгновение, чтобы успокоить свой голос, прежде чем ответить: «Нет... Мой Лорд       «...Правда?» — в голосе мужчины слышалась злоба, когда он мучительно медленно проговорил это слово.       Габриэль не ответил.       Волдеморт грациозно поднялся со своего места; его движения были соблазнительно плавными, когда он скользнул к блондину.       «Нечего сказать, мистер Далтон?» — жестоко издевался он.       Но Габриэль ничего не сказал. Это ему не поможет.       Волдеморт протянул руку и провел пальцем по щеке, но его нежное прикосновение так не вязалось со злобой и возбуждением, пылавшими в его багровых глазах, что Габриэль не смог сдержать дрожь.       Темный Лорд тихонько усмехнулся, увидев его реакцию, несомненно, довольный его страхом, но потом отступил назад, и впервые гнев вышел на первый план его эмоций.       «Мне не нравятся лжецы, мистер Далтон».       Габриэль стиснул челюсти и напряг все тело, зная, что произойдет дальше.       «Круцио». Он заметил почти ленивое движение палочки Темного Лорда, прежде чем его охватила боль.       Он горел!       Он потерял контроль над своим телом и упал на колени.       Кровь кипела! Мышцы разрывались!              Нервы разрывались в невыносимой агонии!       Он закричал.       Он не мог этого остановить.       В своей жизни он пережил немало боли, но не такую.       Затем проклятие было снято и боль ушла. Он тяжело вздохнул, не в силах смириться с внезапным исчезновением боли. Постепенно сознание вернулось, и гордость и воля заставили его снова подняться на ноги. Он поднял взгляд на слегка позабавившегося Тёмного Лорда, и невольная дрожь по всему телу постепенно утихала.       «Впечатляет», — это слово прозвучало с насмешкой. «Должно быть, у тебя потрясающее самообладание, раз ты сейчас можешь постоять за себя».       Пожиратели смерти шипели и смеялись вокруг него, а он стиснул челюсти от гнева.       «Руквуд», — тихий оклик Волан-де-Морта мгновенно заставил замолчать насмешки, и невысокий, крепкий человек шагнул вперед с жестокой ухмылкой на губах, глядя на него с вожделением.       «Мой Лорд». Мужчина опустился на одно колено перед своим господином, прежде чем ему жестом приказали встать.       «Руквуд, почему бы тебе не рассказать нашему гостю о том, что ты узнал? Уверен, он будет не единственным, кому будет интересно то, что ты скажешь».       «Конечно, Мой Лорд», — Руквуд низко поклонился перед аудиторией. «На прошлой неделе мне удалось, не без усилий, раскрыть тщательно хранимую тайну... некоторые из вас, возможно, слышали о неизвестном и непредсказуемом игроке в европейской политике. О нём известно немного... Последнюю неделю я собирал обрывки информации от разных людей. Я быстро пришёл к выводу, что этот человек хотел остаться загадкой. С большим трудом мне удалось собрать воедино эту... тайну, за неимением лучшего слова. Некоторые знали, как он выглядел, другие — каков был его характер, и ещё реже — те немногие говорили о его влиянии за кулисами».       Габриэль сохранял бесстрастное выражение лица, постоянно напоминая себе, что Адриан вполне способен позаботиться о себе. Но, глядя в эти багровые глаза, он не мог сдержать нарастающего страха.       «Продолжай, Август», — тихо приказал Лорд Волдеморт.       Этот невысокий, отталкивающий человек, казалось, раздувался от чувства собственной важности, ловя на себе заинтригованные, заинтересованные и поглощенные взгляды большинства своих коллег.       «Да, хозяин... сегодня утром мои поиски информации привели меня в небольшой городок в Бельгии, где, как я узнал от ведьмы, знакомой с этим человеком, он часто бывал. Именно там... бармен рассказал мне, что этот волшебник — не кто иной, как приёмный сын... Рейвен Надин». Мужчина с удовольствием произнёс последнее имя, наблюдая за возбуждённой реакцией Пожирателя смерти.       По комнате прокатились возгласы изумления и гнева, но затем Темный Лорд спокойно поднял руку, и внезапно наступила тишина.       «Как видите, мистер Далтон, ваш юный друг меня... заинтересовал». Рубиновые глаза сверкнули. «Я хочу с ним познакомиться». Его тон был мягким и разговорчивым, но губы растянулись в хищной ухмылке. «Сейчас».       Габриэль заморгал в замешательстве, когда эти насмешливые, ужасающие глаза выжидающе уставились на него.       «С-сейчас?» Он заикался впервые за много лет. Что этот человек просит его сделать? Отправить Адриана через камин? Послать ему сову? Аппарировать? Что?!       «Да», — ответил Тёмный Лорд, как будто вопрос был совершенно простым.       Он медленно дышал: «Я не уверен, что до конца понимаю вас, мой Лорд». Он говорил смело, не отрывая взгляда и не показывая слабость.       Волдеморт мрачно усмехнулся и наклонился вперёд. «Мистер Далтон... либо вы поймаете мальчишку здесь и сейчас, либо все трое ваших друзей умрут. Всё очень просто».       Его глаза расширились от шока. Не может быть!       Но он знал, что это так. Радостное, жестокое удовольствие в глазах Тёмного Лорда не скрывало фальши. Этот человек убил бы их без колебаний; его это нисколько не смутило бы.       Милая Тьма, сжав кулаки от осознания, что это его наказание. Не унижение от насмешек и издевательств, и даже не боль от проклятия «Круциатус». Мужчина знал, что расскажет Адриану, как только сможет, что его тайна раскрыта. Что он не предаст его. Но двое мужчин позади него, и даже в какой-то степени Марионетка, были единственными людьми в этом мире, помимо Адриана, которым он доверял.       У него было два выбора: подчиниться и заключить Адриана в жестокую ловушку, пожертвовав тайной своего возлюбленного... или наблюдать за смертью друга.       Он не мог выдержать взгляда бессердечных рубиновых глаз Темного Лорда.       Мужчина был...темным. Черным.       Он поднял дрожащую руку к ожерелью на шее. Тому самому, которое он заставил Адриана пообещать всегда носить на случай опасности.       Свинец осел в его легких, непреодолимое чувство вины сделало простую задачу дыхания непосильной.       Он крепко сжал амулет.       «...Как пожелаете», — прошептал он прерывисто.       Он едва успел увидеть самодовольное торжество на лице мужчины, как металл нагрелся и по комнате раздался оглушительный треск.       Две фигуры, одна из которых была вся в крови, упали на землю...сильно.