Путешествие героя и его бога

Повествование от лица Этле (6 месяцев до возвращения Тевальне)       Первые дни после его ухода были самыми тяжелыми. Тишина. Абсолютная. Раньше я всегда чувствовал его присутствие - легкое подталкивание к верному решению, необъяснимую уверенность в бою, мелкая удача лишний раз. Теперь оставалась лишь пустота. Я махал мечом на своей поляне до изнеможения, пытаясь заглушить тревогу. Мышцы горели, но душа оставалась холодной. Я писал в дневник каждый день, но страницы заполнялись лишь одним вопросом: «Ты вернёшься?»

Дневник Этле

«На случай, если ты почитаешь...

Сегодня снова тренировался. Пытался повторить тот удар, которым убил лесного дракона. Получилось криво. Меч чуть не вылетел из рук.»

      Стало страшно. А что, если ты не вернешься? Что, если я останусь один навсегда, без помощи, без смысла существования. Моя вера... становилась хрупкой, как тонкий лед.       Но потом, на исходе месяца, случилось это. Ночью, когда отчаяние достигло предела, на небе вспыхнула та самая, единственная зеленая вспышка. Краткая, как вздох, но такая ясная. Это был не мощный гимн который мог осветить все небо, а просто знак. «Я здесь. Я жив. Жди».       Слезы намочили мои глаза, но это были слезы облегчения. Он не говорил со мной, но он был. Этого хватило. Вера, что почти угасла, разгорелась с новой силой. Но теперь это была не детская вера в всемогущего покровителя, что решит все мои проблемы. Это была вера в друга, который борется со своими трудностями где-то там, наверху. И если он борется, то и я должен. (3 месяца до возвращения Тевальне)       Я вступил в гильдию искателей приключений в близлежащем городе, потому что со скуки уже хотелось на стены лезть, а гильдии предоставляют не только поручения, но и позволят забирать 80 процентов вознаграждения и добычи!       Первые задания, казавшиеся до смешного простыми: отогнать волков от стада, разобраться с гоблинами, ворующими кур и развешанное бельё - обернулись унижением. Без Его удачи я спотыкался на ровном месте, ловушка для гоблинов захлопывалась у меня перед носом, а волки уворачивались от моих ударов с издевательской ловкостью.       Но теперь, когда я знал, что Тевальне меня видит, я не мог сдаться. Я взял деньги за проваленные задания и нанял самого сурового инструктора по фехтованию в городе. Старые стальные наручи и наколенники, что мешали мне быть подвижным - сменил на легкую, но очень прочную кожаную броню. С инструктором я не просто бездумно махал мечом, как это было раньше - я учился правильно держать стойку, распределять вес, чувствовать клинок. Каждый день - бег с утяжелителями, упражнения на выносливость. Это было больно, тяжело и унизительно. Но я представлял Его взгляд. И мне хотелось, чтобы, когда он вернется, он увидел не растерянного юнца, а настоящего воина, способного за себя постоять.

Дневник Этле

«Сегодня я, наконец, победил громилу-наемника на тренировке. Всего один раз, но я его уложил. Инструктор сказал, что у меня потенциал. Самому не верится в такой прогресс.

Иногда смотрю на небо и улыбаюсь. Жду тебя.»

(Пару недель до возвращения Тевальне)       Прошло почти полгода. Тело, когда-то устающее от непродолжительного сражения и неуклюже спотыкающееся, теперь было рельефным и послушным. Меч в руке ощущался не обузой, а продолжением руки. Я заработал достаточно, чтобы купить отличный зачарованный гномий доспех и крепкий щит. И я продумывал план, которым смогу впечатлить Тевальне, когда он вернётся.       Мысль не давала мне покоя. Все герои, с кем я сталкивался в гильдии, говорили о подношениях богам. Кто-то закалывал лучшего барана, кто-то приносил в дар часть драгоценной добычи, кто-то отливал золотые слитки. А я? Я никогда ничего не приносил Тевальне. Разве что свой дневник. Но это казалось таким... совсем не подношением.       Что можно подарить богу? Особенно такому, как мой. Драгоценности? Сомневаюсь, что его впечатляет блеск камней. Оружие? Мой бог - не бог войны, оно ему ни к чему. Новую шубу? Уж точно у северного бога есть получше.       В замешательстве я решил обратиться к единственному человеку, кто мог понять меня - к Криосу.       Я написал ему письмо, с просьбой о встрече, которая произошла через восемь дней. Мы встретились в таверне, что навевало воспоминания о нашей прошлой встрече.

***

— Подношения? - Криос отложил вилку и вытер рот от крошек пищи. - Гор - бог простых вещей. Силы, выносливости, добычи. Я приношу ему шкуры достойных противников, рога великих оленей. Но самое главное подношение... - он замолчал, задумываясь - Это память о самом тяжелом подвиге. О том, что чуть не стоил мне жизни, но закалил дух. — Каком? - спросил я, загораясь интересом. — Звездный Волк-вожак, - тихо сказал Криос. - Зверь размером с двухэтажное здание. Его шкура висит в моей хижине. Я никогда не предлагал ее Гору. Она - напоминание. И ему, и мне.       Он посмотрел на меня своим пронзительным взглядом. — Этле, если хочешь сделать достойное подношение своему богу, оно должно значить что-то для тебя. Быть частью твоей истории. Только тогда это будет ценно.       Эта мысль засела у меня в голове. Я попросил Криоса рассказать эту историю. И он, нехотя, согласился. Мы сидели вечером у костра, а он листал старую, потрепанную тетрадь - свой дневник. Повествование от лица Криоса

Дневник Криоса

Запись от 17 числа

«Гор молчит третий день. Но я чувствую его волю. Я знаю, он ведет меня к испытанию, туда где от мороза даже воздух становится острым как лезвие.»

      Его руководство было похоже на давление груды камней на плечи. Я шел по узкой тропе, вьющейся по краю пропасти. Снег слепил глаза, ветер выл, пытаясь сорвать меня в бездну. Каждый шаг давался с боем.

Дневник Криоса

Запись от 18 числа

«Сегодня сорвался. Ледяной выступ под ногой обломился.»

      Я падал, и в ушах стоял только вой ветра. Но потом - толчок. Я зацепился за корень древнего карликового дерева, росшего из трещины. Удача? Конечно нет. Я почувствовал знакомую твердость. Это была его рука. Невидимая, но ощутимая. Гор не дал мне упасть. Не из жалости. Он просто дал мне шанс продолжить путь. Испытание не должно закончиться так просто.       Я карабкался дальше. Руки кровоточили, пробивая лед. Мороз пробирался сквозь самые толстые меха. Но я шел. Потому что знал - Он наблюдает. И ждет.

Дневник Криоса

Запись от 20 числа

«Добрался до высокогорной долины. Здесь слишком тихо. Ни птиц, ни зверей. Я разбил лагерь под навесом скалы. Чувствую, что цель близка.»

      Он пришел ночью, почти неслышно ступая лапами по снегу. Сначала я увидел лишь два светящихся пятна в темноте - его глаза были цвета холодных звезд. Потом из мрака выплыл гигантский силуэт. Звездный Волк, куда крупнее своих сородичей. Его шерсть была черной, как ночное небо, и на ней мерцали белые пятна, словно россыпь звезд. Вожак. Внутри меня всё трепещало, продрогшее тело в синяках и царапинах не давало стоять ровно. Но я не имел права на поражение.

Дневник Криоса

Запись от 20 числа

«Волк не напал сразу. Он вынюхивает меня, пока я сижу в засаде. А я догадываюсь, что битва будет продолжительной.»

      Я стоял с клинком наперевес, чувствуя, как по спине бегут мурашки. Это была не просто охота. Это был поединок. Я почувствовал одобрение Гора. Да, это то чего он ждал, бой на изнеможение, подвиг достойный Бога охоты.       Волк сорвался с места и атаковал молниеносно. Когти, размером с мой нож, пробили бы мои доспехи, как бумагу. Я уворачивался, полагаясь не на зрение, которое подводило в темноте, а на чутье, которое обострилось до предела. Гор направлял меня. Не подсказками, а ощущением -«влево», «вниз», «вперёд!».       Бой длился вечность. Я был исцарапан, изможден, из раны на лбу текло, мешая видеть одним глазом. Волк тоже дышал тяжело, из пасти капала кровь, в которой был измазан весь снег вокруг. Я чувствовал, что следующая атака будет последней - либо для него, либо для меня.       Он прыгнул. Я видел, как летит на меня вся ярость ночи. И в тот миг я не подумал о своем боге. Я подумал о своих горах. О доме. И я сделал то, чему научился сам. Меткий кувырок под брюхо зверя. Добить его было делом техники. Я вонзил клинок в крепкий живот, из последних сил разрывая кожу и мясо. Звездный Волк громко взвыл, на шатающихся лапах заметавшись из стороны в сторону, лишь больше раня своё брюхо. Кровь густым потоком залила меня с головы до ног, когда тяжелая туша свалилась сверху. Несколько секунд тело еще билось в предсмертных конвульсиях, пока волк не испустил дух стихающим рычанием.       Я, еле передвигая руками, которые на адреналине еще не ощущали боли, вытянул себя из под туши зверя и не смог подняться, мои ноги подкашивались.       Я сел у поверженного исполина, и тогда я почувствовал... тишину. Давление Гора исчезло. На смену ему пришло что-то новое. Не похвала. Признание. Молчаливое, суровое, но настоящее. Как рукопожатие после тяжелой работы.

Дневник Криоса

Запись от 22 числа

«Я выжил. Надеюсь, ты доволен.»

      Криос закрыл дневник, заканчивая рассказ. — Вот и вся история. Я оставил тушу волка в горах, как подобает достойному противнику. Но шкуру снял и принес. Она - мой трофей. И его. Напоминание о том, что я выдержал его испытание. Повествование от лица Этле       Я сидел, ошеломленный услышанным. Человек передо мной, превозмогая себя, сразившись на грани смерти, доказал делом, на что он способен. Но история Криоса была не о победе над монстром. Она была о диалоге. О молчаливом понимании между богом и героем. Несмотря на трудность, верить в надёжность друг друга. — Спасибо, Криос, - сказал я. - Думаю, я понял.              Я понял, что подношение Тевальне не должно быть простой вещью. Оно должно быть историей. Подвигом, который что-то изменит во мне. Который станет нашим общим достижением.       Я распрощался с Криосом и отправился назад, к своему холму. В голове уже рождался план. Это должно быть не просто убийство очередного монстра. Что-то большее. Что-то, что потребует от меня не только силы, но и смекалки. Что-то, чем я смогу гордиться, и что, я надеюсь, заставит Тевальне гордиться мной.       Возможно, мне стоит отправиться в те болота на юге, где, по слухам, обитает древняя тварь, пожирающая свет и удачу. Сразить ее... это было бы достойным подношением богу удачи.       Я посмотрел на небо. «Жди,- подумал я. - К твоему возвращению я приготовлю для тебя кое-что особенное».

***

Повествование от лица Тевальне (настоящее время)       Вернувшись, я обнаружил, что мир не стоял на месте. Пока я восстанавливался, тонкие нити веры, тянущиеся ко мне от небольших поселений на севере, стали совсем слабыми. Эти люди - потомки тех, кто слагал легенды о Сиянии - молились мне не каждый день. Но и их просьбы были просты: удачи в ближайшем деле, чтобы ребенок чудом выздоровел, чтобы невестка благополучно разрешилась от бремени, и прочие подвластные мне задачки.       Я не мог их игнорировать. Без малых чудес вера угаснет. И я принялся за работу. Это отнимало силы, но было необходимо. Я направлял молодого охотника по удачной тропе, шептал знахарке во сне верное целебное слово, отводил мелкие несчастья от дома, где ждали ребенка. Это была кропотливая, тонкая работа. Не сравнить с подвигами Этле, но именно она поддерживала мое существование как бога этого края.       И все это время я поглядывал за своим героем. Его метаморфоза поражала. Из неуклюжего, полагающегося на удачу юноши он превратился в собранного, сильного воина. Его вера больше не была слепой - она стала осознанной, выстраданной. И эти новые, теплые и смущающие волны, что шли от него... они были частью этой трансформации. Он взрослел.       Я видел, как он готовится к походу в Болота Теней. Идея сразиться с Пожирателем была одновременно безумной и блестящей. Это был вызов, достойный нас обоих. Но тревога сжимала мое сердце. Без моей помощи, даже с его новой силой, это было смертельно опасно.       Пожиратель Удачи серьёзный противник - в бою с ним я не смогу разгуляться силой, иначе она станет не подспорьем моему герою, а огромной помехой, делающей тварь сильнее. Поэтому я не мог вмешаться в бой напрямую, но я мог сделать то, что умею лучше всего. Пока Этле покупал припасы, я следил, чтобы торговец не обманул его на сдаче. Чтобы карта, которую он купил, оказалась точной.       Я направлял к нему удачу не как громовую стрелу, а как попутный ветер в спину. Он должен был пройти это испытание сам. Но я мог сделать так, чтобы дорога по нему была чуть легче.