Корабль, не познавший вкус вина

"…путешествие в тысячу ли начинается с одного шага".

Лао-цзы, древнетерранский философ

      Я не раз слышал, как флотские, морщась, называли Белами-Ки "мусорными верфями" или "свалкой".       Не без причины.       Во-первых, дурная слава Белами-Ки, Хелги-Воланты, звёздной системы Фендлад вообще. Много, слишком много отважных мужчин и женщин отдали здесь свои жизни. В армии и флоте сектора Сецессио нет такого человека, кто бы не потерял боевого товарища во время хелгийской кампании. Я ничуть не сгущаю краски, когда рассказываю о миллионах погибших солдат и миллиардах граждан Хелги-Воланты, которые сгинули под гнётом еретиков, так и не дождавшись освобождения. Мне и самому довелось повоевать на последних этапах этой чудовищной мясорубки, и нет, – никаких приятных воспоминаний.       Во-вторых, "мусорные верфи" и "свалка" – предельно точное описание того, как выглядела звёздная система после пустотных сражений многолетней войны. От Точки Мандевилля и до некогда обитаемой планеты тут и там всё ещё попадались изорванные останки космических кораблей, собранных на имперских верфях, у еретиков или вовсе – где-то в Комморре.       Да, друкари тоже заглядывали на огонёк.       В начале войны за Хелгу-Воланту почерневшие остовы использовали как метеоры, ими бомбили города-ульи, но когда логистику наладили, от этой практики отказались. Бомбы, ракеты, лучи смерти – куда более точные средства поражения, а просчитать, куда именно упадут обломки, не всегда мог даже самый светлый разум.       Однако не весь металлолом, дрейфующий в пустоте, был бесполезен. Хозяин Белами-Ки, а, впрочем, и всей звёздной системы, вольный торговец Георг Хокберг замаскировал в обломках орудийные платформы, станции слежения, ретрансляционные вышки и центры управления блуждающими минами. Последние на самой малой скорости, так, что их и вовсе не засечь издали, плыли к незваным гостям и меняли курс, только если срабатывала система "свой-чужой".       Капитан нашего крохотного шлюпа знал все необходимые пароли, а поэтому можно было не опасаться внезапной смерти, когда несколько десятков тонн взрывчатки незаметно проскользнут сквозь пустотные щиты и детонируют прямо у борта.       Спустя несколько дней неторопливого путешествия мы подобрались достаточно близко к планете, чтобы даже с обзорной палубы, невооружённым взглядом можно было рассмотреть, что же там находится.       В сердце орбитального комплекса из верфей, доков и крепостей – станция Белами-Ки, гигантский стержень с нанизанными на него кольцами, которые вращались по и против часовой стрелки. Много солнечных батарей, много причалов, ещё больше пушек и ракетных шахт. Когда-то Белами-Ки была куда крупнее, когда-то станция – реликт Тёмный Эры Технологий – трансформировалась в летательный аппарат и даже могла перемещаться в варпе.       Ныне Белами-Ки – тень самой себя в окружении выжженных и превращённых в решето объектов. Некоторые орбитальные доки – полые трубки, внутри которых раньше собирали и ремонтировали эскортные суда – и вовсе более не могли править курс самостоятельно. Для того чтобы они сохранили положение в пространстве и не попали под воздействие гравитационных сил Хелги-Воланты, к докам прикрепили небольшие грузовые суда.       В высшей степени расточительно, но господин Хокберг мог себе позволить и не такое.       Например, ремонт крейсера "Амбиция" и линейного крейсера "Марс", которые и спустя пару лет после битвы выглядели так, что проще списать и отправить на утилизацию. По крайней мере, в имперском военном флоте так и делали, предпочитая не реанимировать хладные трупы, а создавать новую жизнь, новые корабли.       Я запомнил "Амбицию" скелетом со сквозными пробоинами в обшивке и такими структурными повреждениями, что её нос выгнуло относительно корпуса в том месте, где произошла вторичная детонация боекомплекта.       Повреждения "Марса", в свою очередь, я бы описал таким образом – корабль словно бы взял в руки некий звёздный гигант, а потом обрабатывал его таким же огромным напильником с правого борта и почти до сердцевины. "Марс" испытал на собственной шкуре весь арсенал, доступный тем, кто бороздит просторы вселенной, от плазменных снарядов и до мелта-торпед.       Но то – картины прошлого, ныне крейсеры выглядели ещё хуже, хотя казалось бы… Корабли уже почти полностью разобрали, чтобы оценить, какие узлы имеет смысл оставить, а какие лучше заменить. Допускаю, что в конце концов вместо двух крейсеров техножрецы вольного торговца соберут в лучшем случае один.       И после всей описанной послевоенной разрухи можно задаться следующим вопросом: "Зачем вообще кто-то прилетает в это царство руин и смерти? Империум велик, не перечесть его чудес, а вы выбрали то, что вызывает лишь тревогу и уныние".       Справедливо.       Но я связан клятвой верности своему господину, а ему выпала честь служить в Карауле Смерти.       Поэтому мы здесь.