7
28 сентября 2025 г., 17:46
На следующий день Валерио приступил к тренировкам с остальными бойцами Караула.
На борту фрегата полноценный, пусть и небольшой полигон с городскими руинами, тир, ристалища для отработки рукопашного боя и поединков на холодном оружии. Валерио тренировался с условного корабельного утра и до ночи, но обо всём я рассказывать не буду, а остановлюсь на следующем эпизоде.
Под ярким светом потолочных люменов, на площадках, засыпанных песком, кружилось несколько пар бойцов. Они сражались в доспехах или без, не только на мечах, но и на топорах и ножах. Разве что по-настоящему смертельное оружие не использовали. Никто не заводил моторы цепных клинков, не запускал генераторы громовых молотов.
Валерио приметил себе достойного противника и ждал, когда тот освободится, чтобы бросить ему вызов.
Достойный противник некогда служил в капитуле Чёрных Храмовников, если судить по татуировке на лице. Крест пролегал над сожжёнными бровями воина, тянулся по носу и уходил на лоб. Чёрные с проседью спутанные волосы Храмовника выглядели неряшливо не только потому что намокли из-за пота, но и из-за уродливой плеши. Когда-то давно Храмовник получил скальпированную рану, и растительный покров в этом месте так и не восстановился. Вместо него в свете люменов блестела титановая пластина.
Если же говорить о телосложении, то он был на голову выше совсем немаленького Валерио, и я подозревал, что перед нами не просто Astartes, а Primaris, новый подвид генетически модифицированных суперсолдат.
Насколько я знал, эта технология получила массовое распространение сравнительно недавно, и не каждый капитул опробовал её, но Караул Смерти связан с инквизицией, а потому получал всё самое лучшее и в первую очередь.
Подавляющая часть воинов-Primaris роты "Терциус" – новички, самый молодой выглядел чуть ли не в два раза младше меня, но Чёрный Храмовник перед нами был настолько изуродован шрамами, что не оставалось никаких сомнений в том, что он – старослужащий, который перешёл Рубикон.
Это величайший риск, ты либо пройдёшь повторное преобразование, либо нет, и когда я спрашивал об этом господина, он ответил, что по собственной воле никогда на такое бы не решился. Ему казалось диким пережить тысячу битв, а потом умереть на операционном столе. Да, он мог стать сильнее, чем прежде, но цена неудачи – жизнь. С такими условиями десять раз подумаешь о том, так ли нужна эта сила.
И всё же Чёрный Храмовник решился. Не нужно обладать развитыми дедуктивными способностями, чтобы понять, какие именно черты характера подчеркивал этот факт.
В этот миг поединок завершился, и противник Храмовника – чернокожий воин с пламенем во взгляде – застыл. Его разоружили и приставили меч к горлу.
– Не успеваю за тобой, – проговорил он.
– Ничего удивительного, – отозвался Храмовник и кивнул на ноги спарринг-партнёра.
На чернокожем воителе майка и спортивные штаны, но вот обуви не было, и я разглядел аугметические протезы. Это бионику можно спутать с родными конечностями, а вот блеск металла тут же выдавал искусственное происхождение.
– Однажды у меня получится, – заверил Храмовника чернокожий воитель, подобрал оружие и отправился к стойке, чтобы оставить его там.
– Всегда к вашим услугам, – отозвался Храмовник и сверкнул вслед белозубой улыбкой.
После Храмовник повернулся к нам, приложил ладонь к груди и произнёс:
– Агимар. Твоё имя, Валерио, мне известно, а вот твоего оруженосца – нет. Пусть представится.
Я переглянулся с Валерио, а потом склонил голову и ответил:
– Меня зовут Сид, уважаемый Агимар. Сид Гуиллермо де Бивар.
Агимар кивнул и снова обратился к Валерио:
– В моём капитуле роль оруженосцев выполняют неофиты. Непривычно видеть смертного на этом месте.
– Неофиты Рыцарей Фронтира не прислуживают, – ответил Валерио.
– Почему нет? Смирение и дисциплина – точильные камни мастерства.
– Мы становимся мастерами иначе. – Валерио ухмыльнулся.
Агимар указал ладонью на стойку с оружием и произнёс:
– Покажи, на что способен. Я – учитель по фехтованию, и от моих слов в том числе зависит, в какую именно истребительную команду ты попадёшь.
На открытых пространствах Валерио рубился двуручным мечом, в стеснённых условиях – топором и щитом, сейчас выбрал то же оружие, что и Агимар: полуторный меч с длинной рукояткой, рассчитанной на двуручный хват.
Пока он шёл к Агимару, то бросил следующий вопрос:
– Как в целом оцениваешь подготовку роты "Терциус"?
– Неудовлетворительно, – ответил Агимар. – Бесчисленные Сыны и вовсе ни черта не умеют драться.
– Обо мне ты так не скажешь, – проговорил Валерио и подмигнул сопернику.
Валерио принял стойку "Бык", выводя левую ногу вперёд, а меч справа от себя, указывая остриём на противника.
Агимар ухмыльнулся и…
Даже за смертными мастерами меча непросто уследить, а перед моими глазами бились два сверхчеловека, не скованные доспехами. Для меня столкновения Валерио и Агимара слились в неразборчивые пятна, звон металла и высеченные искры. О деталях мой господин поведал уже после.
Агимар двигался, мало сказать, как проворно. Он резко сократил дистанцию и нанёс удар с "Крыши" в попытке достать Валерио по рукам. Мой господин среагировал недостаточно быстро, давно не встречался с равным противником, а поэтому спарировал крайне неудачно, получилось что-то невнятное. Агимар крупнее, сильнее, его вложенные удары обладали сокрушительной мощью, а поэтому Валерио почувствовал боль даже в бионической руке. И вовсе чуть было не выпустил клинок.
Однако после Агимар решил закончить поединок эффектным ударом сбоку, под которым Валерио пригнулся и ткнул кончиком меча в бедро. Агимар вовремя отпрянул, но всё же мой господин понял, что нужно пользоваться разницей в размерах и бить по ногам.
Однако сразу же действовать подобным образом Валерио не стал, ожидая, что Агимар поймёт его замысел.
Вместо этого следующее столкновение Валерио начал из стойки "Глупец", опустив оружие к земле. Агимар снова атаковал сверху, Валерио сделал шаг в сторону, сменил позицию, хватку и ткнул противника в лицо, из-за чего Агимар на какие-то миллиметры разминулся с остриём, отступил, усмехнулся и произнёс:
– Хитрый дьявол. Что ж… давай теперь по-другому разговаривать.
Каждая следующая стычка тянулась всё дольше и дольше, состояла из всё более богатой комбинации атакующих и защитных приёмов.
По мнению Валерио, Агимар фехтовал несколько безыскусно, но надёжно. Всего пять заученных приёмов, но заученных в совершенстве. Он не спешил делать лишние движения, но рвался с места, как иной скоролёт, если нужно было уйти из-под атаки или напасть самому.
Валерио же, напротив, постоянно менял позицию, кружил и искал подходящий угол, сектор, который Агимар не мог защищать так, как все остальные. Валерио чаще колол, чем рубил, в отличие от противника, что, конечно, большой риск.
Когда моему господину удалось отсечь прядь волос Агимара, тот поморщился, хмыкнул и расширил свой арсенал – начал сходиться накоротке, чтобы схватить Валерио рукояткой меча за шею, толкнуть плечом, ударить кулаком, коленом или даже пнуть.
Бой к тому времени длился уже почти двадцать минут и собрал множество зрителей. Посмотреть на схватку мастеров пришли все, кто в тот момент находился на ристалище.
Пот тёк рекой, поединщики дышали всё тяжелее, но ни один из них не собирался отступать.
Об окончании через некоторое время объявил капитан. Альбий не докричался ни до Валерио, ни до Агимара, а потому взял со стойки копьё и метнул так, чтобы оно вонзилось между сходящихся воинов.
– Хорош! – прикрикнул Альбий ещё раз.
Поединщики наконец застыли друг перед другом, и я оценил их состояние. Шутка ли, но не пролилась и капля крови, разве что на щеке Валерио остался пунцовый ушиб.
Нехотя мой господин опустил клинок. Агимар же зачесал волосы за ухо, воткнул меч в песок, положил ладонь на шар-противовес, а потом сказал:
– Я бы тебя дожал.
– Кто знает, – отозвался Валерио. – Не спорю, удары у тебя сильные, но они тебе не давались просто так. Ты тоже устал.
Агимар помолчал немного, а потом коротко поклонился моему господину и проговорил:
– Благодарю за поединок. У тебя есть чему поучиться. Разделишь со мной обязанности инструктора.
– Хорошо, брат. Но больше всего я жду следующий схватки, когда нам никто не помешает, – Валерио улыбнулся и добавил: – Тогда я тебя точно размажу.
