Самоцветы

Целый месяц пролетел как час. К своему удивлению, Артём с удовольствием посещал творческий кружок и освоил несколько техник оригами. Конечно, чаще он ходил туда поболтать с друзьями, да и истории Сплетников иногда оказывались интересными. А ещё он узнал Мишу получше. Оказалось, что тому 15 лет — он на год младше Артёма, обожает Гарри Поттера и даже сам связал себе шарф гриффиндорца. Миша жил с дядей уже шесть лет, а до этого три года провёл в детском доме. Когда это выяснилось, Артёму стало неловко, а Алина и вовсе схватилась за сердце. Больше подопечный не расспрашивал Мишу о прошлом, несмотря на уговоры демоницы. Вообще с демоницей в этот месяц творилось что-то странное, но Аквамарин решила, что если она не пакостит, то всё нормально. В Раю всё шло как обычно: по ночам ангелы пили чай, болтали, а затем отправлялись по своим делам. Насчёт воспоминаний Аквамарин: она вспомнила моменты, когда ходила в школу, как уехала от родителей и пообещала больше с ними не видеться. Пожалуй, эти воспоминания ей не очень хотелось возвращать, но всё-таки это лучше, чем ничего. Ведь после родного города она уже полгода не могла вспомнить ничего нового. *** Артём наконец-то решил сбить режим… то есть выспаться на каникулах — и проспал до 12 дня. Проснувшись и раздвинув шторы, он отшатнулся от неожиданности: на подоконнике с другой стороны окна сидела кошка. По вязаному ошейнику и рыжей шерсти легко было узнать в ней Малинку. Парень медленно открыл окно, чтобы не спугнуть животное, схватил пушистый комочек и затащил его в комнату. Кошка с пронзительным мяуканьем вырвалась из его рук и запрыгнула под кровать. — Наверное, убежала или же её отпустили погулять, — предположила Аквамарин. — Нужно Мишу набрать. Когда хозяин понял, что кошка пропала, его голос начал немного дрожать. — Кто начинает разговор с фразы «Твоя кошка дома?» — ворчала демоница. — Скорее объясни, что Малинка у тебя! — торопила ангел. — Он же волнуется. — Она ко мне прибежала, я её принесу. — Спасибо. — Миша громко выдохнул в трубку. — Через балкон, наверное, выпрыгнула… — Но есть одна проблемка. — К-какая? — снова забеспокоился Миша. — Она забилась под кровать. Ай! И царапается! Что делать? Может, она на твой голос среагирует? Артём поднёс телефон к кошке, но та укусила его за руку, и он его выронил. — Тёма? Ты тут? Услышав голос хозяина, Малинка тут же уселась на телефон, и попытки вернуть его обернулись ещё парой царапин. Артём понял, что если продолжит, от его руки останется фарш для котлет. От этой мысли у него родился план. — О! Миш, слышишь? Из-под кошки раздалось приглушённое «Да». — Она котлеты любит? — Да, но только мясные… — Отлично! Жди, я сейчас! Вооружившись котлетой из холодильника и картонной коробкой, в которой предварительно проделал отверстия, он зашёл в комнату и залез на кровать. Кошка была увлечена телефоном и не заметила его. Парень сбросил ей котлету, замазав пол. Малинка пару минут настороженно смотрела на приманку, но всё же подошла понюхать. Тут он и накрыл её коробкой. Вытащив телефон из-под кровати, он сообщил Мише о поимке беглянки и пообещал скоро вернуть её. Он перевернул коробку, изнутри донеслось надрывающееся «Мяаааауууу» и скрежет когтей. — Ну, прости, — пожал плечами Артём. — Тебя хозяин ждёт. *** Григория Ивановича дома не было, поэтому Мише пришлось самому идти на костылях открывать дверь. В гостиной Артём открыл коробку, готовясь к когтистому нападению. Но кошка спокойно вылезла с котлетой во рту, прыгнула на колени к сидящему на диване Мише и облокотилась передними лапами ему на грудь так, чтобы котлета оказалась прямо перед его носом. Артём приоткрыл рот от удивления, а Миша тихо посмеялся, погладил пушистика по голове и сказал: — Спасибо, Малинка. Я не хочу, можешь съесть сама. Кошка послушно спрыгнула с коленей и убежала обедать. — Она тебе поесть принесла? — недоумевал Артём. — Угу. Это хорошо, что к тебе пришла. Один раз мышь мне притащила и скормить пыталась… мёртвую. Меня тогда чуть не стошнило. Парни одновременно скривились, представляя этот кошачий «деликатес». Артём поправил волосы, и Мишин взгляд невольно зацепился за его поцарапанную руку. — Это она тебя так? Прости, давай обработаю! Артём отмахнулся, сказав, что само заживёт, но Миша настаивал: — Она по улице бегала, лапы грязные. Раны могут загноиться! Артём взглянул в его глаза, полные переживания. «Так смотрит заботливо…» — подумал он и согласился: — Хорошо, где аптечка? Миша указал ему на нижние шкафы серванта и он принёс ему маленькую коробочку, в которой лежали всякие таблетки, бинты и прочие медицинские принадлежности. Парень очень бережно и аккуратно обработал раны, даже спрашивал, не щиплет ли. Руки его были мягкие и тёплые. Он ровно наклеил пластыри, повернулся к столу рядом с диваном и взял чёрный маркер. Пока Артём думал, зачем это всё, Миша снова взял его за руку и на одном из пластырей нарисовал смайлик. Артём замер. Ему показалось, что у него остановилось сердце. Он долго рассматривал эту рожицу, не зная, как реагировать. Но в итоге улыбнулся и взглянул на Мишу, который как ни в чём не бывало складывал аптечку. На взгляд парня он ничего не сказал и просто улыбнулся. *** Этой ночью Артёму не спалось. Конечно, это не из-за того, что он проснулся в полдень. Аквамарин не могла дождаться, когда он уснёт, чтобы вернуться к друзьям-ангелам, поэтому легла на подушке кверху ногами, ближе к уху подопечного, и напевала колыбельную: — Спи, моя радость, усни,      В доме погасли огни,      Птички уснули в саду… — Грешники чахнут в аду. — Алина… Демоница посмеялась и бросила подопечному: — Засыпай уже. О чём ты там думаешь? …А? Она резко замолчала со странным выражением лица, и любопытная Аквамарин тоже решила посмотреть его мысли. Артём перекручивал и пытался выкинуть из головы воспоминание, как Миша смеялся и гладил кошку. Этот момент застрял в голове будто заевшая запись и не хотел забываться. Пролежав так полчаса, он вскочил с кровати, схватившись за голову, и начал бесцельно ходить по комнате. Было два часа ночи, воскресенье, а значит, сегодня генеральная уборка, поэтому парень спустился на первый этаж и принялся за работу. — Серьёзно, ты решил делать это сейчас? — ворчала демоница. — Я вообще-то спать собиралась! Уговоры хранителей лечь в кровать не помогли, и к четырём часам лохматый и полусонный Артём уже стоял со шваброй посреди вымытой кухни. В мыслях прокручивалось то, как Миша обрабатывал ему раны. Даже показалось, что он снова чувствует тепло его рук. Артём выронил швабру, увидев, что всё ещё не снял пластыри. Попытавшись содрать один из них, он заметил криво нарисованную улыбку и приклеил его обратно. — Так, нужно помыть ванную, — пробормотал он, поднимая швабру с пола. Ещё час — и ванная блестела. Папа от шума за стеной не проснулся, но сын и не волновался, что может его разбудить. Оставшись совсем без сил, он приковылял в комнату и, упав на кровать, провалился в глубокий сон. Хранители погрузились в кромешную тьму, которая рассеялась спустя несколько секунд. Аквамарин не успела опомниться, как перед глазами снова замелькали размытые очертания комнаты. Раздался глухой стук в дверь. — Артём, ты спишь? — послышался низкий голос отца. Парень не ответил, лишь уткнулся лицом в подушку и устало промычал. — Ты что, уборку уже сделал? — продолжал расспрашивать папа. — Угу… — У тебя всё хорошо? — Угу… Артём вдруг почувствовал, что его, взяв за плечо, переворачивают на спину. По телу прошёл холодок, ведь он был уверен, что отец стоит за закрытой дверью. Но кто тогда его коснулся? Сон как рукой сняло. Он резко перевернулся и уставился на папу. Тот испуганно отдёрнул руку. — Дверь нараспашку оставил, — объяснил он, приложив холодную ладонь ко лбу сына. — Ох… Да у тебя, кажется, жар. Лежи, я за градусником. Шоркая тапочками, отец вышел из комнаты. Артём попытался приподняться на кровати, но сильная головная боль тут же заставила его снова упасть на подушку. — Лежи, — попросил ангел. — Ты болен, отдыхай. Артём взялся за голову и сжался в комочек. — И как только умудрился? — промямлил он сам себе. — Лето же… Демоница сидела на подушке с недовольным видом, прижав колени к груди, пока взволнованная ангел, как назойливая муха, летала над подопечным. Отец вернулся со стаканом воды и таблеткой. Увидев свернувшегося в калачик сына, он сильно перепугался. — Что с тобой? Голова болит? Вот таблетку выпей. — Ты же за градусником пошёл. — Разве? — удивился отец и хлопнул себя по лбу. — Точно, забыл. Ну, ты всё равно выпей. Сейчас этот вирус ходит… Сын слабо кивнул, понимая, что «этот вирус» ходит всегда, стоит ему заболеть. Папа оставил всё на полке и снова ушёл. Парень, не раздумывая, закинул таблетку в рот, залпом опустошил стакан и, укутавшись в одеяло, попытался заснуть, не дожидаясь отца с градусником. Так он три дня провалялся дома. Пришлось пропустить творческий кружок, из-за чего он даже немного расстроился. Когда болезнь начала отступать, друзья пришли его проведать. Артём уже не нуждался в постельном режиме, но Зина настояла на том, чтобы он лёг и укутался в одеяло. Девушка положила пакет конфет на тумбочку и села на край кровати. — Это тебе. Выздоравливай. — Спасибо, — подыграл Артём. — Миша за тебя спрашивал. Я предлагала ему поехать с нами… — С ума сошла? — нахмурился он, опустив одеяло. — Чтобы я его заразил? — А про нас ты не переживаешь? — надулась Зина. — Я и не просил приходить. Захар, до этого крутившийся в кресле с телефоном, наконец обратил на них внимание. — Раз так, — хмыкнула девушка, — тогда конфеты я забираю. — Да я пошутил! — усмехнулся Артём, хватая кулёк. — Я рад, что вы пришли, правда! Захар, кажется, что-то вспомнил и полез в карман толстовки. — Миша передал, — прохрипел он и что-то швырнул, чуть не попав Зине в затылок. Артём поймал вязаного белого тюленя с тёмной мордочкой, который держал в ластах конфету и записку. Артём слегка разозлился на друга, ведь тот посмел так небрежно бросить такой подарок. Он аккуратно развернул бумагу, желая скорее прочитать содержимое. «Это тебе, выздоравливай» — было написано аккуратным, закруглённым почерком. Артём растянул улыбку до ушей. — Что он написал? — Зина пододвинулась ближе, пытаясь заглянуть в записку. — Чего ты так заулыбался? Артём упёрся ладонью ей в лоб в попытке остановить. — Не твоё дело! Не лезь! — прохрипел он, пряча записку под подушку. — Лучше поставь тюленя к книгам. Девушка взяла зверёнка и уже собиралась положить его на полку над столом, но остановилась. — О! А у тебя тут заяц сидит! — Чего? У тебя тоже температура? — Да нет же! Вот! Она взяла вязаного кролика и с интересом покрутила в руках. — Это тоже от Миши, — объяснил Артём. — Просто посади их рядом. — Почему он мне игрушки не дарит? — обиделась Зина, дёргая кролика за ухо. — Мне тоже нужно заболеть? Артём довольно усмехнулся, гордо подняв голову. — Наверное, это его язык любви, — пробубнил Захар, не отвлекаясь от телефона. Улыбка Артёма тут же исчезла. — Хочешь сказать, что Миша в него влюбился? — хитро сощурилась Зина. Захар покачал головой: — Ну почему сразу влюбился? Может, просто ценит, как друга. — А меня не ценит, что ли? — воскликнула девушка. Артём покраснел и чуть не раздавил в кулаке подаренную Мишей конфету. Такие конфеты он не любил, к тому же ребята принесли ему пакет других, но почему-то именно эта заставила его так просиять. Зина устроила Захару допрос, раскручивая его на кресле. — А у тебя какой язык любви? — Не знаю, — безразлично ответил парень и снова уткнулся в телефон. Девушка выхватила его из рук. — Ну, если бы ты хотел показать, что любишь, что бы ты сделал? Пока они это обсуждали, Артём прокручивал в голове слова Захара, чувствуя, как уши с каждым разом загораются всё сильнее.