Предательство?

Их разбудил громкий скрип ключа в замке и щелчок открывающейся двери. Ви и Узи мгновенно вскочили, как ошпаренные, сброшенные с небес блаженства на грешную землю. Они за считанные секунды натянули на себя хоть что-то — Ви свои пижамные штаны и мятый топ, Узи — джинсы и толстовку, ещё тёплую от сна. — Эн, ты? — крикнула Ви, выскальзывая из комнаты в прихожую с видом раздражённой фурии. Но в дверном проёме стоял не только Эн. Рядом с ним, прямая как стрела, находилась высокая девушка, от которой веяло таким холодом, что, казалось, воздух в квартире стал гуще. Это была Джей. Её серебристо-серые волосы, идеально прямые, были собраны в два тугых хвоста, что делало её острые черты лица ещё более строгими. На ней был безупречный чёрный костюм-тройка с галстуком, словно она только что вышла из зала совета директоров, а не пришла в потрёпанную квартирку на окраине города. Её жёлтые глаза, холодные и оценивающие, медленно скользнули по Ви, потом по выбежавшей следом Узи, и в них не было ни капли интереса, только лёгкое презрение. Эн выглядел одновременно смущённым и подобострастным. Он нервно улыбался. —В-ви! Узи! А вы дома... Это... познакомьтесь. Это Джей. Моя... э-э... девушка. Слово «девушка» прозвучало настолько нелепо по отношению к этой ледяной статуе, что Узи чуть не фыркнула. Ви же просто скрестила руки на груди, её собственный взгляд стал таким же острым и опасным. Джей не протянула руку для знакомства. Она лишь кивнула, едва заметно, её губы изогнулись в холодной, ничего не значащей полуулыбке. —Эн много рассказывал о вас, — её голос был ровным, металлическим, без единой эмоциональной ноты. — О «колоритной» сестре и её... юной подруге. В паузе перед словом «подруга» повисла целая вселенная пренебрежения. — Ну, мы тут тоже не лыком шиты, — огрызнулась Ви, её пальцы сжали её собственные локти так, что костяшки побелели. — Откуда взялась-то, «Джей»? Из какого-нибудь корпоративного ада? Эн заёрзал на месте. —Ви, пожалуйста... Мы познакомились, когда я делал заказ на работу... дизайн для их отдела... — Да, — холодно подтвердила Джей, её взгляд скользнул по обшарпанным стенам прихожей, как будто оценивая стоимость ремонта. — Эн проявил... определённое старание. Несмотря на скромные условия. Узи почувствовала, как закипает. Эта стерва смотрела на них свысока, как на насекомых, и Эн просто стоял и терпел это! — А ты вообще всегда так общаешься? — встряла Узи, подходя ближе. — Или только когда приходишь в гости и ведёшь себя как последняя... — Узи! — перебил Эн, панически глядя на неё. Джей медленно перевела на Узи свой ледяной взгляд. Казалось, температура в прихожей упала ещё на несколько градусов. —Я общаюсь соответственно окружению, — произнесла она с убийственной вежливостью. — И, как я вижу, уровень здесь требует... простоты и прямолинейности. Эн, — она повернулась к нему, полностью игнорируя девушек. — Ты обещал показать свои работы. Или мы будем стоять здесь весь вечер? — Да! Конечно! — Эн засуетился, снимая пальто. — Проходи, Джей, в гостиную... Девочки, вы уж... извините. Он бросил на сестру умоляющий взгляд и повёл свою «девушку» вглубь квартиры. Джей шла за ним, её каблуки отчётливо стучали по полу, а осанка была такой, будто она шествует по красной дорожке. Когда они скрылись в гостиной, Ви выдохнула. Не просто выдохнула, а выпустила из себя весь воздух, будто готовясь к взрыву. —Ты видела это, блять? — прошипела она, обращаясь к Узи. — Это что за хуйня в костюме? Он с ума сошёл? — Она смотрела на нас, как на говно на подошве, — с возмущением прошептала Узи. — И он... он перед ней просто пресмыкается! — Я её нахуй... — Ви сделала шаг в сторону гостиной, но Узи схватила её за руку. — Не надо. Эн... он, кажется, действительно влюблён. Или втёрся в доверие. Выглядит идиотски, но... — Но ничего! — Ви вырвала руку. — Он мой брат! И я не позволю этой стерве в костюме его ломать! Она же его сожрёт и не поперхнётся! Из гостиной донёсся ровный, безразличный голос Джей: —Примитивная техника. Но для самоучек сойдёт. Ты мог бы быть полезен при должном руководстве. И тихий, подобострастный голос Эна: —Спасибо, Джей! Я стараюсь... Ви сжала кулаки. В её глазах загорелся знакомый огонь — огонь перед прыжком. —Всё. Всё, я этого так не оставлю. Эта корпоративная пизда не знает, с кем связалась. Узи понимала, что сейчас не время её останавливать. Эта Джей была угрозой. Не той грубой угрозой, с которой Ви умела драться кулаками, а чем-то более опасным — холодным, расчётливым разложением. И они должны были защитить Эна. Даже если он этого не хотел. Следующие полчаса в квартире царила сюрреалистическая атмосфера. Ви и Узи сидели на кухне, прислушиваясь к каждому звуку из гостиной. Доносились отрывки фраз, произносимые металлическим голосом Джей: «…недостаточная проработка перспективы…», «…корпоративные стандарты требуют большей унификации…». Эн в ответ что-то робко бормотал. Ви не находила себе места. Она ходила по крошечной кухне, как тигр в клетке, зажигала сигарету, затягивалась разок и тут же тушила её в раковине. —Слышишь? — шипела она, обращаясь к Узи. — «Унификация»! Она его творчество в какое-то унылое говно превратить хочет! Узи кивала, сжимая в руках кружку с остывшим чаем. Она тоже чувствовала ледяную хватку этого визита. Это было похоже на вторжение. Джей не просто пришла в гости — она устанавливала свои правила, свою иерархию, где они с Ви были в самом низу. Наконец, послышались шаги. Эн и Джей вышли из гостиной. На лице Эна была смесь восторга и подавленности, будто его только что и похвалили, и отчитали одновременно. Джей поправляла манжет своего идеального пиджака. — Спасибо за… гостеприимство, — сказала она, её взгляд скользнул по кухне, задержавшись на затушенной в раковине сигарете с выражением лёгкого отвращения. — Эн, я жду тебя завтра в восемь. Не опаздывай. — Конечно, Джей! Я буду готов! — Эн почти вытянулся по стойке «смирно». Джей направилась к выходу, даже не кивнув на прощание Ви и Узи. Но на пороге она остановилась и обернулась. Её жёлтые глаза уставились прямо на Ви. — Кстати, Ви, верно? — её голос был сладким, как яд. — Эн упомянул, что у вас… напряжённая финансовая ситуация. В нашей корпорации всегда требуются люди для… неквалифицированной работы. Уборка складов, например. Если интересно — могу посодействовать. Это хоть как-то дисциплинирует. В воздухе повисла гробовая тишина. Ви замерла, и Узи увидела, как по её спине пробежала волна напряжения. Это была не просто насмешка. Это был удар ниже пояса, точный и расчётливый. Эн побледнел. —Джей, пожалуйста, не надо… — Я лишь предлагаю помощь, — парировала Джей с притворной невинностью. — Вам явно не помешает немного… структуры в жизни. Ви медленно повернулась. Её лицо было маской холодной ярости. Она подошла к Джей, встав так близко, что их почти разделяли сантиметры. Разница в роте была невелика, но Ви казалась больше, опаснее за счёт своей животной, неконтролируемой энергии. — Слушай сюда, ты, стерва в костюме, — тихо, но чётко произнесла Ви. Каждое слово было отточенным лезвием. — Моя жизнь — это моё хуёвое дело. Деньги я заработаю там, где мне не будут совать нос такие как ты. А если ты ещё раз посмотришь на моего брата свысока, или назовёшь его работы «примитивными»… — она сделала паузу, давая словам просочиться, — …я лично приду к тебе в твой корпоративный рай и надеру тебе задницу твоим же галстуком. Поняла? Джей не отступила ни на шаг. Её холодные глаза сузились, в них мелькнул не интерес, а скорее… любопытство, как у учёного, наблюдающего за агрессивным подопытным. —Угрозы? — она усмехнулась. — Как предсказуемо. Примитивный ответ на попытку цивилизованного диалога. Эн, — она повернулась к нему, — я жду. Решай, что тебе важнее: эмоциональные всплески или перспектива. И, не дожидаясь ответа, она вышла за дверь, оставив за собой шлейф дорогих духов и ледяного презрения. Дверь закрылась. В прихожей стояла оглушительная тишина. Эн выглядел совершенно разбитым. — Ви, зачем ты это сделала? — простонал он. — Она могла мне помочь! Устроить на постоянную работу! — Помочь? — взорвалась Ви. — Она тебя в раба превратить хочет, долбоёб! Ты слышал, как она со мной разговаривала? «Неквалифицированная работа»! Да я её… — А ты ведёшь себя как дикарка! — неожиданно повысил голос Эн. Его обычно кроткое лицо было искажено обидой. — Она умная, успешная! А ты сразу с кулаками! Ты всё портишь! Он резко развернулся и ушёл в свою комнату, хлопнув дверью. Ви осталась стоять одна посреди прихожей. Её сжатые кулаки медленно разжались. В её глазах, всего секунду назад полыхавших гневом, появилось что-то похожее на боль и растерянность. Она посмотрела на Узи. — Я… я что, правда всё порчу? — её голос звучал сломанно, по-детски неуверенно. Узи подошла и обняла её. Ви не сопротивлялась, прижавшись лбом к её плечу. —Нет, — твёрдо сказала Узи. — Ты защищала его. Просто… может, не надо было угрожать ей галстуком. — А что надо было? Улыбаться и кланяться? — голос Ви снова дрогнул от злости. — Нет. Но, может, стоит быть умнее? Она явно играет в какие-то свои игры. Нам нужно понять, в какие. Ви тяжело вздохнула. —Я в игры играть не умею. Я умею бить. — Знаю, — Узи прижалась к ней. — Но давай попробуем по-другому. Ради Эна. Они стояли в обнимку в пустой прихожей, а трещина, которую оставила после себя Джей, казалось, расходилась по всей квартире. Было ясно, что эта встреча — только начало войны. И война эта будет вестись не кулаками, а нервами, словами и холодным, расчётливым умом. Следующие несколько дней в квартире повисла тяжёлая, гнетущая атмосфера. Эн вёл себя как призрак. Он уходил рано утром, пока все ещё спали, и возвращался поздно ночью, а то и под утро. Его лицо было каменной маской, на которой не отражалось никаких эмоций. Самое странное было в том, что его холод распространялся только на Ви. С Узи он мог перемолвиться парой слов: «Привет», «Передай соль», «В университете нормально?». Это были сухие, вежливые фразы, но в них не было ледяной стены, которую он выстроил между собой и сестрой. Он словно делил мир на две части: Ви — источник его боли, и всё остальное, включая Узи, что оставалось нейтральной территорией. Ви пыталась. Она отчаянно пыталась пробить эту стену. Однажды утром она встала раньше него и, услышав шорох в коридоре, вышла к нему. — Эн, послушай… — начала она, её голос звучал непривычно тихо и неуверенно. — Я… прости за тот день. Я накосячила. Пожалуйста, давай поговорим. Эн даже не посмотрел на неё. Он просто зашнуровывал ботинки, глядя в пол. —Мне пора, — бросил он безразлично и, накинув пальто, вышел за дверь, не обернувшись. Ви осталась стоять в пустой прихожей, сжав кулаки. Узи, наблюдавшая за этим из дверного проёма, увидела, как по её лицу пробежала судорога боли, прежде чем оно снова стало каменным. Вечером того же дня Ви приготовила его любимые котлеты — те самые, с которыми когда-то познакомилась Узи. Она поставила тарелку на стол и ждала. Когда Эн вернулся, он прошёл прямо в свою комнату. — Эн! — позвала его Ви. — Я еду приготовила! Из-за двери не последовало ответа. Только щелчок замка. Ви схватила тарелку и с такой силой швырнула её в раковину, что фарфор разлетелся на осколки с оглушительным грохотом. Она стояла, тяжело дыша, опёршись о столешницу, её плечи тряслись от бессильной ярости и отчаяния. — Да что ему, блять, надо?! — крикнула она в пустоту. — Я же извинилась! Чего он ещё хочет?! Узи молча подошла, начала убирать осколки. Она понимала, что слова здесь бессильны. Эн не просто обиделся. Его обида была глубже. Это была обида человека, которого постоянно видят «слабым», которого «защищают», даже когда он не просит. И его молчание было самой страшной карой для Ви, чья натура требовала немедленного взрыва, драки, выяснения отношений — чего угодно, кроме этой ледяной тишины. Однажды ночью Узи проснулась от того, что место рядом было пустым. Она вышла из комнаты и увидела Ви. Та сидела на полу в коридоре, прислонившись спиной к двери в комнату Эна, поджав колени к груди. В свете луны, падающем из окна, её лицо было мокрым от слёз. — Он там… я слышу, как он дышит, — прошептала Ви, не глядя на Узи. — Но эта чёртова дверь между нами. Как будто я ему не сестра. Как будто я чужая. Узи села рядом, обняла её за плечи. —Дай ему время. Он должен сам остыть. — А если он не остынет? — голос Ви сорвался. — Если он… если он из-за этой стервы совсем от нас уйдёт? Я же… он меня один растил после... — она не договорила, снова подавив рыдание. Узи прижалась к ней. Она чувствовала всю глубину её страха. Это был не просто конфликт. Это был страх потерять последнего родного человека, ради которого она строила всю свою броню. На следующее утро Эн снова ушёл, не позавтракав. Ви сидела за столом, смотря в одну точку, и вдруг тихо сказала: — Я, наверное, и правда всё порчу. Как она и сказала. Я слишком грубая. Слишком. Всегда слишком много. — Перестань, — строго сказала Узи. — Ты — это ты. И он это знает. Он просто… запутался. Но впервые за всё время Узи усомнилась в своих словах. Может, Джей была права в чём-то? Не в своих методах, а в диагнозе. Мир, в котором жила Ви — мир сиюминутных чувств, кулаков и яростной защиты возможно, действительно был слишком примитивен и разрушителен для хрупкого мира Эна. И эта мысль была страшнее любой угрозы со стороны ледяной корпоративной стервы.