Тёмная сирень || Чёрная весна

Держа в руках чёрную ручку, я прорисовывала самые последние контуры фиолетовых цветков. С улыбкой на губах радостно смотрела на рисунок, на который потратила чуть больше двух месяцев. Хоть учебник русского на моём столе в этот момент меня ни капли не волновал, я взяла ручку синего цвета, открывая тетрадку с домашней работой. Шаги матери было слышно из зала. Я отложила блокнот, быстро делая вид, что сижу над домашней работой. Как я и ожидала, мать шла не на кухню, а в мою комнату. Брезгливо прошлась взглядом по моему столу и протянула руку, прося, нет, приказывая положить на неё тетрадь. — Четвёрку за контрольную когда исправишь? Я закатила глаза, про себя думая, что четвёрки мне более чем достаточно и на отлично я не претендую. Мать бросила тетрадь на стол, ледяным взглядом смотря на рисунок сирени. Тревога прошлась по каждой клеточки тела, и я не могла даже пошевелить пальцем, молясь, что мать просто развернётся и уйдёт. Только весь страх испарился ровно в тот момент, когда она схватила блокнот. Переполняясь агрессией, я бросилась к этой женщине, желая вырвать свою вещь из её рук, но вырвать получилось только рисунок сирени.  И всё вроде в полном порядке, но это жизнь, а значит не в порядке ничего. Вырвать получилось только разорванный рисунок сирени, что оставил после себя ощущение вырезанной частички моей души.

☆°•.｡.☽★☾.｡.•°☆

Прохладный ветер обдувал незакрытую курткой шею. Я убрала руки в карманы, вжимая голову в плечи, а Рита тихо курила рядом, облокотив спину о дерево. — Давай, колись, чё у тебя с Мелом? — последние пол часа выпытывала из подруги я, пока мы гуляли по городскому парку. — Да что у меня может быть с ним?  — А вдвоём вы пропадаете по чистой случайности?  — Ну бля, Лина, — блондинка убрала электронку в карман и вышла из-за дерева. — Давай говори. Я же не побегу к Анжеле первым делом всё ей про Егорушку сливать. — На счёт Анжелы, — Рита замедлилась и, подумав, села на холодный бордюр. — Он пришёл к ней ночью извиниться... Хуй помнит за что. А она его послала даже с дружбой. — До чего же не однотипный сюжетный поворот в их истории! — притворно восторгнулась я. — Как же Мел не заебался от её бесконечных качелей? — Вообще-то... Он сказал, ему настолько настопиздело это поведение... — Удивительно, — усмехнулась я, садясь рядом с подругой. — То, что одним кажется офигенным, другому кажется говном сплошным. — Лин, мы теперь вместе, — Рита вздохнула и счастливо посмотрела на меня. — Нихуя себе «ничего не может быть с Мелом»! — воскликнула я, вставая с бордюра. — Рита! Это же охуеть! Надо срочно отпраздновать!  Мою радость прервал звук уведомления в телеграмме. Посмотрев от кого оно — надоедливый чат с одноклассниками — я убрала телефон в карман, но этот громкий звук раздался снова. Я уже задумалась над тем, чтобы выключить уведомления, но увидела от кого было последнее сообщение.  Киса в 14:43 «Могу сейчас прийти, ещё актуально?» Сердечко слегка дрогнуло, и я открыла чат, пытаясь не обращать внимания на внимательный взгляд Риты. 

☆°•.｡.☽★☾.｡.•°☆

— ...изнасиловал жену... — Пацаны! — послышался громкий голос Гендоса с улицы, прервавший ментовские сплетни Хенка. — Пацаны! — Да чё ты орёшь, Гендосина? — Хенк подошёл к старшему и пожал ему руку в знак приветствия. — Ментовские сплетни прерываешь, — растянул слова я и поджог мятную сигарету, затянувшись. — Какие..? — опешил Зуев, смотря на Хенка. Его настрой рассказать нам какую бы то ни было новость быстро стих, что показалось мне странным. — Рауль изнасиловал жену Бабича, — закончил свою фразу Боря, отпив пиво из бутылки. — А она влюбилась в него.  — Чё нахуй? — сигарета чуть не выпала из моих пальцев.  — Ты то, бля, откуда знаешь?  — Это самое интересное. Бабич к своей жёнушке в комнату входит, а она с Раулем сосётся.  Наши с Зуевом лица превратились в два больших вопросительных знака.  — Это чё, бля, стокгольмский синдром, или чё нахуй? — Гендос забрал мою сигарету, затягиваясь слишком жадно. Эмоции «мягкого» удивления на его лице быстро сменились тревожностью. — Да забейте хуй на своего Рауля, — затянувшись почти до фильтра, бросил Гена. — У нас проблемы серьёзнее, — молчание от старшего меня слегка насторожило. — У Лил проблемы. Не зная, какие проблемы могут быть у неё хуже, чем сейчас, я выразительно посмотрел на Зуева, ожидая пояснений. — Чё случилось то? Не томи, — первым спросил Меленин. — Сырой про товар узнал, что его спиздили. — Так мы же ему деньги отдали, — подал голос сзади Хенк. — Какие проблемы? — Ну так бля, ты ли Сырого не знаешь? Он нам пятерым шланг с подкачкой в жопу засунет, потому что товар не я толкал, а перед этим Лил по кругу пустит! — психанул Зуев.  — Нахуя ты ей вообще дурь, сука, предложил?! — я хрустнул костяшками пальцев и, стоя до этого спокойно, сорвался, ударив грушу. — Пускай кто угодно толкает, лишь бы ты, сука, не при делах был, да?! — А ты, кисёныш, вспомни, как мы познакомились! Ебать, сам барыжить напросился, так с хуя ли сейчас выёбываешься?! — Тихо, тихо, зацепились они! — Мел быстро встал между нами, пытаясь успокоить. — Надо чё-то с Лил решать. — У нас проблемы, — изменил местоимение Зуева я, слыша, как звенят цепочки груши. — Во-первых, Лили девочка, а во-вторых, наша подруга. — Упёздывать надо твоей Лили отсюда, желательно быстрее, — бесился Зуев, и я готов уже был ему врезать за то, что он говорит и без того очевидные вещи. — Ебать, предлагаешь ей опять из дома сбегать? Мать у неё и так не сахар, ещё одному побегу не обрадуется. — На базе сидеть только, больше вариантов нет, — вновь встрял Хенк. Меня пробирает холод от одной лишь мысли, что её мать отрезала ей волосы, но я даже представить не могу состояние Лили. Увидеть её заплаканной, с остриженными волосами... Пиздец. — Если хочешь, оставь свою подругу дома, но потом не делай вид, что я не предупреждал. Лениво избивая грушу локтями, стоя к ней спиной, я думал, как сказать Лили, что у неё появились новые проблемы. Телефон издал звук уведомления, и я без всякого энтузиазма зашёл в телеграмм. В школьном чате кто-то попросил скинуть домашку на завтра, класуха вновь просила думать своей головой. Тошно от того, насколько мелочны эти проблемы.  Я смахнул обсуждение откровенной хуйни и глазу открылся список всех чатов, один из которых был намного дороже всех остальных. Лили в 3:38 «поиди ко мнк как смлжншь» То, что Ли была под кайфом, сомнений не вызывало. Удалённое у меня моё же сообщение выше, куча опечаток в последнем от неё. Может, у неё перед глазами всё плыло, и она перепутала сообщения, но помощь ей точно была нужна. 

Киса в 14:43 «Могу сейчас прийти, ещё актуально?»

Сообщение было прочитано практически сразу, а вот ответ пришлось подождать намного больше.  Лили в 14:47 «Я щас с Ритой гуляю. Подходи к моему падику»

☆°•.｡.☽★☾.｡.•°☆

Надо же было так лохануться и удалить сообщения на одно выше нужного! Я и так чувствую себя полной дурой, а под пристальными глазами Риты ощущаю себя дурой ещё больше. — Ты смотришь в телефон так, как будто тебе смерть написала, — озвучила свои мысли Рита. — Чё случилось?  — Проебалась, — выдохнула я, вновь садясь рядом с Ритой, и постаралась ей сказать всё, что лежит на душе по поводу Вани. — Кисе хуйню написала и не удалила.  Рита осторожно заглянула в мой телефон, который я продолжала держать в левой руке. — Не думаю, что в три часа ночи он бы смог к тебе прийти. Закатив глаза, я открыла клавиатуру и начала печатать что-то типа просьбы подойти к моему подъезду, но Рита быстро отдернула мою руку, закатывая рукав, и увидела начинающий заживать порез. — Ты режешься? — почти неслышно прошептала Рита. Взглянув блондинке в глаза, мне хватило смелости лишь отправить Кисе сообщение и пойти в сторону падика. — Лина! — воскликнула подруга и пошла за мной. Я ускорила шаг. — Лина, твою мать! Я остановилась, смотря на Риту, и слёзы скопились в уголках глаз, а ветер обсушивал мокрые следы на моих щеках. Блондинка мягко обняла меня, слегка покачиваясь из стороны в сторону, но продолжила возмущаться. — Мать у тебя и правда ужасная, и, может быть, я бы тоже не сдержалась, — тихо начала девушка, пока я пыталась стереть слёзы со щёк рукавом куртки, — но ты даже мне не сказала. Лин, мне! Думаешь, я бы тебя осудила? — Просто эти волосы... — всхлипнула я, оборвав фразу на половине. Чувствуя невыносимую вину, я переставляла ноги в сторону дома, а Рита плелась за мной. Мой взгляд зацепился за Кису, стоящего у моего падика и терпеливо ожидающего меня. — А он хотя бы знает? — подбородком указала на шатена Рита. Я виновато опустила глаза в землю, кивая головой. — Там ситуация такая ущербная была... — Если... — Рита обняла меня, шепча слова, чтобы любознательные ушки из-за кудряшек ничего не услышали, — вы сегодня не поцелуетесь, я ему лично прегражу Хенкиным, чтобы Киса предложил тебе встречаться. Улыбка тронула мои губы. Я была благодарна подруге за то, что она не осуждала, а понимала и даже пыталась поднять моё настроение. Кивнув Кисе в знак приветствия, я открыла дверь подъезда. Я открыла окно, доставая пачку ментоловых, медленно крутя её в руках. Я зажала одну сигарету между губами и уже затянулась, как Киса от неё прикурил. Холодный дым зашёл в лёгкие, и я без мыслей наблюдала за тем, как он срывается тонкой струйкой с моих губ. — У нас проблемы, короче, большие, — тихо начал Ваня. — Помнишь, ты товар толкала? Я несильно сжала руку, затянувшись сигаретой, и кивнула. — Бля, Сырой как-то узнал, что ты его проебала, — Киса резко запрыгнул на подоконник и облокотился головой о стекло. Я замерла. — Мы же деньги отдали, не? — Не в бабле дело, бля, — Ваня затянулся почти до фильтра, и дым летал между нами. — Кроме Геныча товар никто и трогать был не должен, не то, что толкать. — А ты? Как ты вообще с ним познакомился? — спросила я после небольшого молчания и, чуть прогнувшись в спине как кошка, облокотилась о локти на подоконник, повернув голову к Ване. Две скуренные до фильтра сигареты полетели в окно. — Он мне единственный товар толкал, так и закентились. Разговорились однажды, я напросился к нему барыжить и вот в какой жопе теперь нахожусь. А что будет, если Хенкин спалит Ваню? Не думаю, что его по головке погладят, он и так на учёте стоит. — Это же мои проблемы, Вань, я наркоту проебала, мне и отвечать. Чё ты со мной возишься? — Во-первых, не неси хуйню. Ты... — пальцы Вани запутались в кудрявых волосах, он на секунду закрыл лицо ладонями, словно пытался подобрать слова. — Ты моя подруга, и одну я тебя не оставлю. Бля, Сырой тебя по кругу пустит, и чё ты делать будешь, м? Произнесённая Ваней «подруга» звучала так натянуто, будто слово ему самому во рту мешало, и мне в голову пришла безбашенная идея. Я выпрямилась в спине, сделала шаг к Ване и обняла его, положив голову на грудь. Если он спокойно отреагирует, значит и правда считает меня подругой, но если он продолжит неметь из-за того, что я положила голову на него, щекоча шею волосами... Улыбка сама прорезалась. Я поднялась на носочки и мимолётно коснулась его губ. Всё внутри кричало, что это ошибка и так быть в дружбе не должно, но Киса положил руки мне на спину, притягивая ближе, и чуть нагнулся, впиваясь своими губами в мои более требовательнее. И я ответила.

Ошибка Ошибка ОШИБКА

Это был выбор, а не ошибка.

Когда наши губы соприкоснулись вновь, я поняла, что больше нет смысла убивать себя фантазиями о дружбе, ведь я уверенна, что так бережно Киса никогда не целовал ни одну подстилку на ночь. Я отстранилась, немного смутившись от своей же выходки и настойчивости Кисы, и посмотрела в его блестящие глаза. Кудрявый улыбался, смотря на мои порозовевшие щёки. — Уже лучше целуешься, чем в первый раз, — довольно протянул он. Мне захотелось под землю провалиться, лишь бы не испытывать такое смущение. — Да брось, ещё немного практики, и целоваться будешь почти как я. Да он специально выводит меня на такие эмоции! Одновременно хотелось за это ему втащить и поиздеваться. — Нет, нет, нет, мы же друзья, — выделила последнее слово я. — Какие поцелуи? — Чёт ты не совсем дружить хотела, когда на меня легла обдолб... — Замолчи! — я прикрыла ему рот ладонью, улыбаясь, но сразу же получила щекотку под рёбра и, смеясь, отошла от Кисы. — Сука, не честно! — А целовать мне шею честно? — Кислов с хитрой ухмылкой спрыгнул на пол и облокотился о подоконник. Я этого не помню. Возможно, это было в тот же день, когда я приставала к Кисе...

Блять, подумать только, я приставала к Кисе!

...но, надеюсь, что я этого не вспомню никогда. — Иди в жопу, Киса, — ответила я, улыбку сдерживая. — Уснула на мне, а я только и делай, что слушай твоё сердцебиение, — не обращая на меня внимания, продолжал кудрявый, улыбаясь как Чеширский кот, — и чувствуй тёплое дыхание. Кому из нас двоих пиздишь, что дружишь?

Ты моя подруга.

Да кто кому тут ещё пиздит! — Не я за вторым поцелуем потянулась, — напомнила, всё-таки не сдержавшись. — Вдвоём пиздим друг другу? — Ссыкуха, — прошептал шатен, продолжая улыбаться, чем вызвал табун мурашек по коже. — Ты потянулась за первым.

Похуй,

Проживём коротко, но ярко,

Да?

Набираясь смелости всего секунду, я посмотрела в его глубокие глаза. Карие настолько красивые, что не идут ни в какое сравнение с моими синими. У неё настолько красивые глаза, что не идут ни в какое сравнение с моими карими, а губы мягкие, слегка розовые, что так и хочется целовать до потери пульса. Смотрю на неё, улыбаясь, и жду, когда же это маленькое чудо наберётся смелости и перестанет врать самой себе. Давно ли можно было понять, что она влюблена? Почти сразу, как только среди красоты её глаз можно было разглядеть чувства, которых она сама, кажется, боится. Похуй. Если эти отношения будут короткими из-за моей настойчивости, то они хотя бы будут и будут яркие. Табун мурашек прошёлся от пят до кончиков волос. Моё сердечко сжалось от страха, хотя скорее от неуверенности, и я сделала пол шага назад, прикрыв глаза, но Кисе этого было достаточно. Шатен слегка взъерошил мои волосы, щёлкнув по носу. — Собирайся на базу, котёнок, — раздался его мягкий голос над ухом. — Будем решать твои проблемы. И он вышел из комнаты, оставив меня одну прыгать до потолка от счастья. 

☆°•.｡.☽★☾.｡.•°☆

Не самую приятную новость о том, что Лине нужно прятаться компания друзей решила заглушить более приятными вещами: перемыванием косточек Раулю и жене Бабича, алкоголем и травкой, от которой воздержались все, кроме Кисы и Лили. Курить один косяк на двоих им не привыкать. Рита сидела в обнимку с Мелом и наконец со счастливой улыбкой на губах могла вслух сказать о том, что встречается с Егором Мелениным, во что он сам особо то и не мог поверить.  Чем больше Лили находилась в компании пацанов, там больше перенимала их судьбу на себя. Не выстрелила бы в бармена Чернецова — выстрелил бы какой-нибудь Хенк, а сейчас он сблизился с сестрой, помогая пережить тяжёлый момент в жизни. Не начала бы синеволосая больше общаться с пацанами — Рита не начала бы больше общаться с Мелом. Не Ли, так Гена потерял бы наркотики, и проблемы появились бы у него. Хоть и никто не знает, но Киса потихоньку бросал толкать, как только у Ли из-за этого появились проблемы. Отдавал все заначки и то, что оставалось в куртке, было последним. Конечно, хватит на двенадцать передозов, но последним. Да и эмоции его стали спокойнее, чем месяц назад, хотя нестабильность всё чаще забирала Ли. Правду говорят о том, что влюблённые перенимают характеры друг друга. И каждому, сидящему на базе, захотелось бы навсегда остаться в этом моменте их жизни. Особенно тогда, когда никто не знал, что Сырой пырнул Чернецову старшую у её подъезда в тёмной глухой ночи.