Адвокат для Дэнни Холла

Глава 6

Миллер Дом престарелых «Sunny Fields» в Броднаксе стал для меня удручающим напоминанием о том, почему я никогда не хотел заниматься вопросами наследственного права. Он был приятным и ухоженным и явно намного лучше, чем некоторые подобные заведения, о которых я слышал, но что-то в устланных коврами коридорах, плакатах с еженедельными групповыми мероприятиями в приемной и слабом запахе дезинфицирующего средства с нотками лекарств и зеленого яблока заставило меня захотеть поскорее убраться оттуда. Дэнни, должно быть, уловил выражение моего лица, потому что подмигнул и спросил: – Не твой стиль, мистер адвокат? – Да, не совсем. Хотя, честно говоря, здесь не было ничего такого, что могло бы не понравиться. Мне просто неприятно было думать о том, что однажды, в далеком будущем, я, возможно, буду шаркать по таким же коридорам. Как там это называется? Юношеская самонадеянность? Дэнни казался таким же веселым, как всегда, когда мы шли по дому престарелых, улыбаясь и здороваясь с постояльцами. Даже со стариком, который наехал на его ногу колесом инвалидного кресла. – Уилсон, как идут дела? – В мое время мы обычно снимали головные уборы в помещении, – проворчал старик. Дэнни только рассмеялся и снял кепку. – Спасибо за напоминание. Я и забыл, что она на мне. Он отдернул ногу, прежде чем мистер Уилсон успел дать задний ход. – Проблема современной молодежи в том, что у них нет уважения! – воскликнул мистер Уилсон. Прежде чем Дэнни успел ответить, в дальнем конце коридора открылась дверь, и какая-то женщина окликнула его: – Барни Уилсон, ты пристаешь к моему внуку только потому, что я вчера надрала тебе задницу в покере? – Я проиграл двадцать баксов, а ты настоящая акула, – крикнул в ответ мистер Уилсон и покатился по коридору, бормоча что-то себе под нос. Лицо Дэнни просияло, когда женщина вышла в коридор, она сделала несколько быстрых шагов и заключила его в медвежьи объятия. Она выглядела совсем не так, как я ожидал от жительницы этого места. Я видел администраторов в Walmart, которые казались старше и более хрупкими, чем эта женщина. Ей, видимо, было чуть за семьдесят, но она могла бы сойти за женщину лет на десять моложе. Невысокая, пухленькая, с ярко-рыжими волосами, которые не могли быть дарованы ей природой — только баночкой с краской. На ней были надеты джинсы и выцветшая футболка с изображением старой рок-группы «Jefferson Starship», а из рукавов выглядывали татуировки. Я увидел в ее улыбке общие черты с Дэнни, и она мне сразу понравилась. Она отпустила Дэнни и повернулась ко мне, приподняв бровь и оглядывая меня с головы до ног, не скрывая своего интереса. – Кто твой друг, Дэнни? – Помнишь, я говорил, что у нас были проблемы с Харланом, и я пригласил адвоката, чтобы обсудить это? – спросил Дэнни. – Конечно, я помню. Я имела в виду, как его зовут, – ответила она, закатывая глаза. – Это Миллер, – сказала Дэнни. Я протянул руку. – Миллер Кларк. Рад познакомиться с вами, мэм. – Ну, а ты, случайно, не любитель воды? – спросила она, и стало очевидно, что блеск в глазах Дэнни передался ему по наследству от бабушки. – Я Мэри Холл, но ты можешь называть меня Джейн. Все меня так зовут. – Э-э, Мэри Джейн? – уточнил я. Она рассмеялась и указала на свою футболку. – Нет, милый, это из песни. Затем она подмигнула. – Хотя Мэри Джейн тоже звучит неплохо. – Господи, бабушка, – сказал Дэнни с улыбкой. – Это песня «Jefferson Starship», ее любимой группы. – Твой дедушка обычно ставил ее на своем 8-дорожечном магнитофоне, – добавила она. – Мы ездили по всему городу, и она просто орала из динамиков. Определенно, это не та пожилая леди, которую я ожидал увидеть. Она снова оглядела меня с ног до головы и спросила: – Итак, как такой женщине, как я, удалось заманить к себе в комнату такого молодого красавчика, как ты? – Бабушка, – сказал Дэнни, но теперь он уже вовсю смеялся. – Я имела в виду только деловые разговоры, – сказала она, и снова в ее глазах появился тот же блеск, что и у ее внука в тот вечер, когда он сказал мне, что я могу делать с ним все, что захочу... И сейчас было не время думать об этом. Я переминался с ноги на ногу и строго напоминал себе, что я нахожусь на работе. Джейн провела меня по своим комнатам, и, опять же, они оказались совсем не такими, как я ожидал. Вместо маленькой унылой комнатки Джейн жила в светлой изолированной квартире. Стены гостиной были выкрашены в жизнерадостный нежно-желтый цвет, а над диваном висела красочная репродукция, оригинал которой, я был уверен, принадлежал кисти Фриды Кало. Сам диван был темно-синего цвета и выглядел достаточно удобным, чтобы на нем можно было проваляться несколько дней. Нигде не было видно ни одной кружевной салфетки, но на стойке в ее маленькой кухоньке стояли бутылка джина и шейкер для коктейлей, а на маленьком обеденном столе была разбросана кучка фишек для покера, и в воздухе витал легкий аромат травки. Квартира и женщина оказались совсем не такими, как я себе представлял. Джейн села за маленький обеденный стол и похлопала по сиденью рядом с собой. – Присаживайтесь, Миллер, и расскажите, зачем мне нужен адвокат. У Дэнни есть доверенность, но я предполагаю, что это не то, с чем он может справиться самостоятельно. – Я не думаю, что он не может, – сказал я, – но я бы предпочел убедиться, что вы с ним согласны. И я предполагаю, что эта доверенность должна вступить в силу, если вы не в состоянии принимать решения от своего имени. Что, – я еще раз оглядел комнату, – по-моему, совершенно не так. – Дэнни, дорогой, иди, приготовь нам кофе, – Джейн рассмеялась. – Тебе интересно, почему я живу здесь со всеми этими старыми ворчунами? – Да, этот вопрос приходил мне в голову. – Ну, во-первых, не все здесь похожи на Барни Уилсона, – сказала она. – В восточном крыле есть парень, у которого до сих пор сохранились собственные бедра и зубы, и я положила на него глаз! – Бабушка! Джейн рассмеялась. – Честно? Мне нравится здесь жить. Мне не нужно ездить за рулем, чтобы добраться до магазинов, к тому же прямо на территории есть кафетерий и бассейн, который зимой подогревается. Некоторые из моих друзей тоже уже переехали сюда. Это как жить на круизном лайнере, только у тебя не бывает морской болезни и нет этого ужасного караоке каждый вечер. – Только по средам, – отозвался Дэнни из кухни. – По средам мы с девочками ходим в бар, – подтвердила Джейн. – В одиннадцать за нами заезжает автобус. Она наклонилась ко мне поближе и сказала вполголоса: – Кроме того, мальчикам нужна была некоторая независимость. Но они всегда могут мне позвонить. Мальчики? –Дэнни – ваш единственный внук, не так ли? – Да, – подтвердила она. – Только Дэнни и его старшая сестра Эмма-Ли. Она медсестра в Ричмонде. Остальные мальчики — мои бонусные внуки. Кстати, о них! Она повернулась на своем стуле. – Что случилось с системой горячего водоснабжения? Дэнни застыл на месте. – Почему ты спрашиваешь? – осторожно поинтересовался он. – Потому что вчера я подумала, что удача отвернулась от меня, когда я зашла в свою здешнюю ванную и увидела в душе обнаженного молодого человека, но это был всего лишь Кэш. Он подскочил как ошпаренный! Она удивленно подняла брови. – После того, как я оторвала его от потолка, я спросила, почему он пользуется моим душем, и он сказал, что в доме какие-то проблемы с горячей водой. – Нет, он не мог этого сказать. Джейн вздохнула. – Ладно. Он сказал: «С горячей водой полный пиздец», если уж быть до конца точной. И я знала, что большего от него не добьюсь, потому что это Кэш. Дэнни подошел, поставил на стол поднос с кофейником и тремя кружками и сел, опершись локтями на стол. – Я все улажу. Я просто жду зарплаты, вот и все, – Дэнни наморщил лоб и посмотрел на Джейн. – Ты ведь никому не говорила о том, что Кэш принимал здесь душ, не так ли? Я не хочу, чтобы у него были неприятности. – За кого ты меня принимаешь? Я не стукач. Не тогда, когда речь идет об одном из моих мальчиков. Она постучала костяшками пальцев по столу. – Я сегодня же вызову сантехника. – Бабушка, я все сделаю, – сказал Дэнни. – Дядя Уайлдера Стив собирается приехать посмотреть на выходных. – Стив – кровельщик? – спросила Джейн. – Что, черт возьми, он знает о системе горячего водоснабжения? – Он кое-что в этом смыслит, а если и нет, то наверняка знает какого-нибудь парня. – Я тоже знаю одного парня, милый. Его называют сантехником. А где остальные принимают душ? – Сейчас лето. Холодная вода — это не проблема. Джейн приподняла брови. – А что будет, когда Грейс приедет погостить? Скажи мне, что эта милая маленькая девочка не собирается обходиться водными процедурами в тазике. Я поерзал на стуле, будучи невольным свидетелем этого семейного спора, хотя и с благими намерениями. Дэнни ничего не сказал, и Джейн кивнула сама себе. – Я пришлю сантехника. Дэнни вздохнул. – Ты можешь себе это позволить? – В большей степени, чем ты, – ответила Джейн. – И вообще, вы с Уайлдером здорово сэкономите мне на ремонте, который он может сделать в доме, но помнишь, о чем мы договорились? – Если речь идет о воде или электричестве, мы нанимаем профессионала, – продекламировал Дэнни усталым тоном человека, который повторял это уже тысячу раз. – Вот именно, – сказала Джейн. Она заметила мое растерянное выражение лица и сказала: – Мой муж был прекрасным человеком, упокой, Господи, его душу, и он был хорош во многих вещах, но ремонт дома не входил в их число. Я взяла это за правило после того, как мне окончательно надоело, что он занимался ерундой. Это было странно. Что мне не нравилось в юридической практике в маленьких городах, так это то, как люди со мной разговаривали. Я был их адвокатом, а не другом. Но Джейн была такой теплой и жизнерадостной, что меня не только не волновало, что мы еще даже близко не подошли к сути дела, но мне даже захотелось узнать больше. В каких неприятностях, связанных с обустройством дома, ее муж так по-королевски облажался, что ей пришлось ввести это правило? Он что, чуть не поджарил свою семью или не затопил ее? И почему во всех сценариях, которые я себе представлял, он был очень похож на Марти О'Брайена? – А теперь, – деловито произнесла Джейн, наливая кофе и ставя его передо мной, – расскажи мне, что сделал Харлан и что ты собираешься сделать, чтобы это исправить. Дэнни сказал: – Это из-за дерева около дома. Он нервно сглотнул. – Он его спилил. – Он что? От хорошего настроения Джейн не осталось и следа. – Вот мудак! – Очевидно, мистер Уиттакер взял дело в свои руки, прихватив с собой бензопилу, – подтвердил я. – Он спилил дерево прежде, чем кто-либо успел его остановить. Мне жаль. Джейн быстро заморгала. – Мой муж посадил это дерево, когда мы только переехали в этот дом, – сказала она, и ее голос чуть дрогнул. – Зачем Харлану так поступать? Дэнни обнял ее за плечи. – Прости меня, бабушка. Однажды он пожаловался, что с него опадают листья, и на следующее утро он его спилил. Без предупреждения. Джейн нахмурилась и перевела взгляд на меня. – И что нам теперь делать? Подать на него в суд? – У вас довольно веские аргументы, мэм, – сказал я, – хотя нам нужно будет провести проверку границ участка. – И, дай угадаю, ты возьмешь с меня стоимость только одной почки, – сказала она с кривой улыбкой. – Вообще-то Миллер работает на общественных началах, – быстро сказал Дэнни. – Его нанял Бобби, и я подумал, что не помешает выяснить, можем ли мы получить какую-то компенсацию. – Я просто не могу понять, что могло заставить его спилить это дерево, – сказала Джейн. – Он был очень раздражителен с тех пор, как ты переехала, – сказал Дэнни. – Не думаю, что ему нравится жить рядом с нами. Он всегда жалуется, что мы не поддерживаем порядок во дворе и слишком много шумим. – Ну, он может не лезть не в свое дело. Вы хорошие мальчики, – резко сказала Джейн. Она выпрямилась на стуле, и я готов был поклясться, что услышал, как скрежетнул стальной стержень внутри нее. – Это было не его дело, и не его дерево, чтобы срубать его, и мы собираемся выбить из него каждый пенни, который сможем получить. В этот момент Джейн была похожа на маму-медведицу, детенышам которой угрожали. Наблюдать за ней в ярости было впечатляюще и пугающе одновременно. У меня возникло ощущение, что она, возможно, забыла бы о дереве, если бы Харлан не перешел черту, оскорбив ее мальчиков. Дэнни, должно быть, почувствовал то же самое, потому что он наклонил голову и сказал: – Ты уверена, бабушка? – Конечно, я уверена. Я не допущу, чтобы над вами, мальчики, издевался какой-то капризный старик. Она повернулась ко мне. – Где мне расписаться? Я знал, что она мне нравится. Я достал из своей сумки стандартное соглашение о представительстве, чтобы она подписала его, и она поставила свою подпись с завитушками. Затем я от руки написал дополнение к соглашению, в котором говорилось, что «Fisher Law» может обсуждать это дело с Дэнни и что он может принимать решения, и мы оба подписали это изменение. Я с чувством удовлетворения снова убрал бумаги. – Я закажу проверку участка и буду на связи. – Спасибо, Миллер. Она встала и сказала: – Не хочу вас всех выгонять или что-то в этом роде, но мне нужно подготовиться к девичнику. – Клянусь, бабушка, у тебя социальная жизнь насыщеннее, чем у меня, – сказал Дэнни. Джейн только рассмеялась и проводила нас до двери. Мы направились к парковке, где старый грузовик Дэнни стоял рядом с моей машиной. Он запрыгнул на водительское сиденье, а я как раз садился в свою машину, когда услышал, как его двигатель заурчал, захрипел и умолк. Через несколько секунд из-под капота раздался зловещий скрежет, а затем весь грузовик содрогнулся. Я постучал в окно со стороны водителя, и Дэнни опустил его. – Проблемы с двигателем, да? – Ух ты, – сказал он, – неудивительно, что ты столь знаменитый юрист с такой-то наблюдательностью, – он печально улыбнулся мне. – Этот грузовик ни за что не доедет до Хоупвелла. У меня упало сердце. Я с нетерпением ждал сегодняшнего вечера, но до сих пор не осознавал, насколько сильно. Хотя был шанс, что этого не произойдет. Повинуясь внезапному порыву, я сказал: – Нет проблем. Я могу отвезти тебя ко мне домой, а утром привезу обратно. – Моя смена начинается в шесть, – сказал он. Мне придется встать до рассвета, но если сегодняшняя ночь будет похожа на нашу последнюю встречу, то это того стоило. – Все в порядке. Лицо Дэнни просветлело. – Правда? Я понял, что мы оба улыбаемся. – Да. Тебя устраивает такой вариант? – Да, черт возьми. Грузовик покачнулся на рессорах, когда Дэнни выскочил, запер его и сунул ключи в карман. – Чего мы ждем? *** На обратном пути ко мне домой мы остановились захватить китайскую еду на вынос. Дэнни вытащил свой бумажник, но я отмахнулся от него и расплатился, прежде чем он успел возразить. На его лице отразилось что-то непонятное, и он сказал: – В следующий раз плачу я. Я хотел сказать ему, что следующего раза не будет, но промолчал. В конце концов, разве не то же самое я говорил себе в прошлый раз? Но вот мы снова занимаемся этим. Было что-то такое в Дэнни с его дразнящей улыбкой и обаянием соседского парня, что притягивало меня к нему как магнит, и казалось, что ему это нравится не меньше, чем мне. Было бы глупо не воспользоваться этим, пока у нас был шанс. Когда мы вернулись в мою квартиру, я бросил пакет с едой на стол, притянул Дэнни к себе за рубашку и крепко поцеловал. Он поцеловал меня в ответ, и мы какое-то время целовались, прежде чем он отстранился и сказал: – Не то чтобы это было чертовски сексуально, но, может быть, в этот раз нам стоит сначала поужинать? – Конечно. Сегодня вечером нам понадобится вся наша энергия, – сказал я, сжимая его задницу. Он издал смешок и опустился на обеденный стул. Мы не стали утруждать себя сервировкой стола. Не знаю, было ли это из-за голода или из-за желания поскорее приступить к самой интересной части вечера, но не прошло и десяти минут, как мои палочки для еды уже скребли по дну пластикового контейнера, а Дэнни слизывал с пальцев остатки последнего блинчика с начинкой. Он издал довольный звук и положил другую руку на свой плоский живот. – Чувак, это было здорово. Я промычал что-то в знак согласия и отодвинул свой стул от стола. Это было не так, как в прошлый раз. Спешки не было. Дэнни никуда не собирался уходить. Конечно, я хотел затащить его в постель, и мне не терпелось трахнуть его, может быть, даже сильнее, чем в прошлый раз. Но сейчас я мог позволить себе роскошь просто смотреть на него, любуясь его кудрями, выбивающимися из-под кепки, темной щетиной на подбородке и тем, как его глаза дразняще поблескивали, когда он замечал, что я наблюдаю за ним. Что-то витало в воздухе между нами. – Тебе нравится то, что ты видишь? – спросил он тихим голосом. Да, мне действительно нравилось. Я наклонился вперед и, перегнувшись через стол, провел кончиком пальца по капельке сливового соуса на его нижней губе. У Дэнни перехватило дыхание, он высунул язык и лизнул мой палец. Не сводя с меня глаз, он потянулся, схватил меня за руку и засунул мои пальцы себе в рот, водя по ним языком и посасывая их. Это было чертовски горячо, и мой член тут же приподнялся. Я опустил свободную руку и обхватил его. Дэнни двигался с легкой грацией, и в следующее мгновение он уже сидел верхом у меня на коленях, терся о мою эрекцию и целовал меня так, словно умирал с голоду, а я был главным блюдом. Я поцеловал его в ответ, исследуя внутреннюю часть его рта и обхватив его задницу, и он издал низкий стон. Это было пьянящее чувство – чувствовать, что кто-то так увлечен мной, и все мысли о том, чтобы не торопиться, улетучились, когда он прервал поцелуй и нежно прикусил зубами мочку моего уха. – В постель, – прохрипел я, – прямо сейчас. – Диван ближе, – сказал Дэнни с ноткой веселья в голосе. Он попал в собственную ловушка. Он испуганно вскрикнул, когда я напрягся и встал, неся его на диван и укладывая на спину. – Черт, это было горячо, – сказал он, широко раскрыв глаза, пытаясь расстегнуть джинсы и стянуть их с бедер. Я опустился на колени и потянул Дэнни за бедра вперед, пока он не оказался на краю дивана, затем спустил его джинсы и боксеры до лодыжек. Он сел, и его член ударился о голый живот. И да, я планировал трахнуть его, но его член был прямо передо мной, и при виде его у меня потекли слюнки. Он был твердым, толстым и с розовой головкой, и в конце концов это было слишком заманчиво, чтобы отказаться. Я наклонился и провел языком полоску вдоль ствола, прежде чем взять его в рот и начать сосать. – Блять! – крикнул Дэнни. Секунду спустя он приподнялся, схватив меня за затылок. Его хватка была крепкой, пока он удерживал меня на месте, начав трахать мое горло короткими быстрыми толчками, издавая отчаянные звуки «у-у-у-у». Мой рот наполнился вкусом предэякулята, что в сочетании с тем, как он разваливался на части из-за моего рта, заставило мой собственный член жаждать освобождения. Я наклонился, расстегнул брюки и стянул их вместе с трусами. Я вздрогнул, когда провел рукой по головке своего члена, размазывая уже набухшую там каплю, и начал дрочить себя грубыми, настойчивыми движениями. Я был уже чертовски близок. Дэнни зашипел сквозь зубы и начал трахать меня в рот быстрее, когда я стал дразнить его щель кончиком языка, и его хватка на моих волосах усилилась почти до боли. Острого укола было достаточно, чтобы довести меня до оргазма, и я кончил себе на руку горячими струями, в то время как Дэнни замер, застонал и излился мне в горло. Это было ошеломляюще, и я в последний раз обхватил губами обмякший член Дэнни, прежде чем позволить ему выскользнуть из моего расслабленного рта. Я положил голову ему на бедро и смотрел на Дэнни снизу вверх, пока мой мозг и тело плыли по ленивой реке посторгазменных эндорфинов. Он провел пальцами по моим волосам и одарил меня обалденной улыбкой в ответ, так что я догадался, что он чувствует себя примерно так же хорошо, как и я, что, между прочим, было чертовски феноменально. Мы просидели так несколько минут, но сперма, покрывавшая мою руку, начала остывать, поэтому я встряхнулся и вытер ее о подол рубашки. – Черт, это было здорово, – прохрипел я. Дэнни промычал что-то в знак согласия. – Это не то, чего я ожидал, но я не в обиде. Я лениво пожал плечами. – Я тоже этого не ожидал. Я планировал нагнуть тебя и засадить сзади. Его пальцы замерли в моих волосах. – Да? Я поднял голову и обнаружил, что он смотрит на меня, и что-то в его пристальном взгляде вызвало жар внизу живота. Я выпрямился и положил руки на его обнаженные бедра. – Да. Дэнни резко вдохнул, а затем одарил меня озорной улыбкой и сказал: – Ну, я здесь на всю ночь. Он сморщил нос, и это было чертовски мило. – Как насчет того, чтобы сначала принять душ? От меня все еще пахнет бензоколонкой. Это сочетание слов ни в коем случае не должно было возбуждать, но мой член все равно дернулся в попытке снова стать твердым. Казалось, что в отношении Дэнни Холла обычные правила были неприменимы.