Когти империи

Вечер в их доме наступал рано. За окном тускло горели фонари, в подъезде скрипели двери, а за стеной уже кричали соседи, ругаясь на жизнь. На кухне пахло лапшой быстрого приготовления, которую сестры ели прямо из кастрюли, сидя рядом. Телевизор фоном показывал старый сериал, но ни одна из них его не смотрела. Соён крутила вилку в руках и прищурилась на сестру. — Слушай, Ари… Я тут хотела спросить. Ари подняла глаза, устало жуя. — Ну? — Девочка с моего курса… — начала Соён и вдруг улыбнулась. — Ну, помнишь, я говорила, что познакомилась с Сонми? Ари нахмурилась. — Та, которая с косичками и рюкзаком в цветочек? — Ага. Так вот. Она сегодня позвала нас на вечеринку. У них дома. Говорит, родители уехали, они устраивают тусу. Ари почти подавилась. — Вечеринку? Нам? — она усмехнулась и откинулась на спинку стула. — Сестрёнка, ты не перепутала адрес? Мы-то туда зачем? Соён фыркнула. — Ари, ну не будь ты бабкой. Она реально классная. Сказала: «Приходи сама и бери сестру». Просто расслабиться, потанцевать, пообщаться. Ари скрестила руки на груди. — Ты уверена, что это хорошая идея? — А что тут плохого? — Соён подняла брови. — Мы что, обязаны сидеть в этой дыре круглосуточно? Ари вздохнула. — Да не в этом дело. Просто… Ну, мы не такие, как они. У них родители богаты, дома огромные. А мы? Мы придём и будем как белые вороны. Соён нахмурилась, но её глаза загорелись упрямством. — Вот именно, что нет. Мы поступили сами, без денег и связей. Мы ничем не хуже их. И плевать, что они о нас думают. Ари посмотрела на неё, и на секунду в груди кольнуло чувство гордости за сестру. Соён умела быть сильной, когда нужно. — Но всё равно, — тихо сказала Ари. — Я не хочу. — Ари, — мягко произнесла Соён, — мы должны иногда жить. Хоть чуть-чуть. Иначе так и будем задыхаться между этой кухней и твоим кафе. Тишина повисла между ними. Ари закусила губу, потом опустила глаза в кастрюлю, где плавала лапша. Соён осторожно дотронулась до её руки. — Пойдём. Просто ради опыта. Если будет скучно — уйдём. Ари вздохнула и наконец кивнула. — Ладно. Но только если обещаешь, что если я скажу «уходим», мы сразу уйдём. Соён заулыбалась так, что в глазах заплясали огоньки. — Обещаю. Они доели лапшу, а потом обе задумались, что же надеть. Их шкафы были не богаты, но каждая из них умела из простых вещей собрать что-то достойное. Ари, хоть и младшая, выглядела так, что могла бы затмить любую старшекурсницу. Высокая, с длинными ногами, словно созданными для подиума, она умела носить даже простые вещи так, будто это был показ мод. Сегодня на ней было платье-трикотаж в морскую полоску — бело-синие линии подчёркивали её фигуру. Материал плотно облегал тело, мягко выделяя талию и плавные изгибы бёдер. Короткая юбка открывала её длинные стройные ноги, каждая линия которых словно была выточена самой природой. Простота наряда играла только на руку Ари — она выглядела свободной, дерзкой, в какой-то степени даже вызывающей. Взгляд к её образу притягивал сам собой, заставляя на секунду задержаться и отметить: «Да, у этой девушки есть характер». Соён же, напротив, была ниже ростом, но её фигура имела свои яркие черты. Формы у неё были чуть мягче, женственнее, и вместе с ростом это придавало её облику особую утончённость. На ней было белое мини-платье без рукавов с высоким воротом, которое выглядело элегантно и в то же время дерзко. Белый цвет подчёркивал загар кожи, создавая впечатление чистоты и свежести. К платью она подобрала маленький клатч, а тонкие ремешки босоножек вытягивали силуэт, делая ноги визуально длиннее. Пусть они и не были такими бесконечными, как у Ари, но в них тоже была своя красота — изящность, хрупкость, в сочетании с плавностью линий. Рядом они смотрелись контрастно, но именно этот контраст и делал их дуэт сильным: — Ари — высокая, дерзкая, в полосатом платье, словно с обложки журнала. — Соён — ниже, мягче по линиям, но с такой женственностью и шармом, что она могла бы сразить одним взглядом. — Ну что, как я тебе? — Соён сделала круг и чуть кокетливо подмигнула. Ари, лениво откинувшись на кровать, наблюдала за ней и хмыкнула. — Сойдёт. Только не загордись. — Ха-ха, — Соён фыркнула. — А ты-то что придумала? Ари нехотя поднялась — Ого, — присвистнула Соён. — Наша малышка решила сегодня убить всех наповал? Ари поправила подол и ухмыльнулась. — Я не собираюсь никого убивать. Просто это единственное платье, нормальное платье есть у меня и которое нормально село. Но она лукавила. В этом образе было что-то вызывающее — свобода, дерзость, игра. Простая полоска превращалась на ней в оружие. Соён посмотрела на них обеих в зеркало. Две разные девушки — старшая и младшая, и при этом такие яркие. Она невольно улыбнулась: — Мы с тобой как день и ночь. Но вместе — идеальный баланс. Ари усмехнулась. — Главное, чтобы этот «баланс» не кончился позором на вечеринке. Они ещё немного повозились с макияжем и волосами. Соён накрасила губы ярче, добавив лёгкий акцент. Ари ограничилась тональной основой и тушью — ей и этого хватало, её холодные голубые глаза были главным украшением. Когда они закончили и встали рядом, даже их маленькое старое зеркало не смогло скрыть очевидное: какими бы скромными ни были их квартиры и обстоятельства, эти две девушки выглядели так, будто могли затмить половину университета. «Вечеринка» Дом, в котором жила Сонми, был совсем не похож на их тесную квартиру. Двухэтажный особняк с яркими огнями на веранде, громкая музыка, разноцветные гирлянды — всё говорило о том, что здесь любят веселиться и не считают деньги. Уже у ворот слышался шум: кто-то смеялся, кто-то спорил, а кто-то танцевал прямо на улице. Соён уверенно поправила белое платье и толкнула Ари в бок: — Ну что, сестрёнка, добро пожаловать в другой мир. Ари подняла взгляд на освещённый дом и тихо пробормотала: — Да уж, тут можно заблудиться. Дверь распахнулась, и навстречу им выбежала Сонми — та самая девушка с милыми косичками и лёгкой улыбкой. Она была в ярком красном топе и джинсовых шортах, волосы сияли от света гирлянд. — Соён! — радостно воскликнула она и крепко обняла подругу. — Я думала, ты не придёшь! — Я обещала, — с улыбкой ответила Соён. — Вот, знакомься, это моя сестра, Ари. Сонми повернулась к Ари и на секунду замерла. Её глаза округлились. — Вау… — тихо вырвалось у неё. — Ты… ты просто невероятная. Ари слегка смутилась и неловко улыбнулась. — Эм… спасибо? — У тебя… глаза, — Сонми всё ещё не могла отвести взгляд. — Голубые. Настоящие? Ари усмехнулась краем губ. — А что, похожи на линзы? — Нет, нет, — Сонми тут же замахала руками. — Просто я никогда не видела такие. Они как… лёд. Нет, как небо. Очень красивые. Соён прыснула от смеха. — Осторожнее, Сонми, а то моя сестра решит, что ты влюбилась. Ари закатила глаза, но уголки её губ дрогнули. Сонми, будто опомнившись, махнула рукой и пригласила их внутрь. — Пошли! У нас там и еда, и музыка, и все уже собрались. Я вас познакомлю с ребятами. Внутри дом гудел: кто-то танцевал в гостиной, кто-то спорил о чём-то на кухне, а кто-то сидел с бокалами на диване. Атмосфера была шумной, но в то же время живой.Ари, хоть и старалась держаться уверенно, всё же чувствовала себя немного чужой в этом мире ярких улыбок и дорогих вещей. Соён же словно расцвела — её платье сияло в свете гирлянд, а смех легко вливался в общую какофонию. Двор дома Сонми утопал в свете. Вокруг бассейна были расставлены столики, на воде плавали яркие надувные фламинго и круги, гирлянды сверкали, отражаясь в голубой глади. Музыка гремела так, что казалось, земля дрожит. Толпа студентов то смеялась, то пела, то прыгала в такт. Сонми, сияя от счастья, подвела сестёр к большому дивану у бассейна. — Садитесь здесь, — сказала она. — Тут отличный обзор, и все вас увидят. Она подмигнула и снова исчезла в толпе, бросив через плечо: — У меня там ещё гости! Сейчас встречу их, а вы отдыхайте. Ари села на край дивана, чувствуя на себе взгляды — и явно не свои. В её полосатом платье она выделялась среди коротких топов и рваных джинсов. Высокая, с прямой осанкой и длинными ногами, она выглядела так, словно случайно сошла с подиума и оказалась среди студентов. Соён плюхнулась рядом и тут же потянулась за бокалом сока со стола. — Ну, неплохо, да? — спросила она, перекрикивая музыку. — Атмосфера огонь! Ари чуть улыбнулась. — Если не обращать внимание на то, что у меня сейчас барабанные перепонки лопнут, то да. Соён фыркнула, отпила из бокала и вдруг резко встала. — Всё, я не могу сидеть. Пошли танцевать! — Ты иди, — махнула рукой Ари. — Я ещё посмотрю, что тут вообще происходит. Музыка ударила новым ритмом, и Соён, не раздумывая, встала прямо рядом с сестрой и начала двигаться в такт, её белое платье переливалось в свете гирлянд. Она смеялась, волосы разлетались, движения были лёгкими и свободными — как будто этот вечер был создан именно для неё.Ари наблюдала за ней, слегка усмехаясь. В такие моменты младшая сестра выглядела не просто красивой — сияющей, полной энергии. Она умела быть центром внимания, даже если сама этого не осознавала.Смех, музыка, всплески воды, запах коктейлей и дым от барбекю смешались в единое чувство — вечер обещал быть незабываемым. Соён всё ещё смеялась, крутясь рядом с Ари под громкий бит. Девушка наслаждалась этим вечером, впервые чувствуя себя частью чего-то лёгкого и яркого. Ари же сидела, лениво потягивая сок, взгляд её скользил по толпе, но оставался отстранённым. Сонми уже давно исчезла, встречая новых гостей. Музыка стала ещё громче, народ у бассейна плотнее, смех звонче. И вдруг дверь на задний двор распахнулась. Вошли они. Первым шагнул Тэхен. Светлая рубашка сидела на нём безупречно, подчёркивая широкие плечи, классические тёмные брюки идеально сочетались с белыми кедами. Он выглядел так, словно даже на шумной вечеринке оставался человеком, который всегда держит себя в руках. Его взгляд был холодным, серьёзным, и даже лёгкий свет гирлянд не смягчал этого впечатления. За ним вальяжно зашёл Чонгук. В полной противоположности другу, он выглядел нарочито просто: чёрная футболка, кеды — но именно эта простота бросалась в глаза. Футболка обтягивала его фигуру, обнажая левую руку, покрытую татуировками до самого запястья. Чёрные линии и символы казались опасно-привлекательными, как и два свежих пирсинга на его нижней губе. Они блестели в свете фонарей, придавая ему дерзкий, почти хищный вид. Компания друзей заняла места по другую сторону бассейна, не сразу привлекая внимание. Они выглядели так, будто этот праздник был не для них, а они просто пришли занять пространство, и при этом все вокруг невольно замечали именно их. Девочки в толпе оборачивались, шептались, кто-то даже пытался подойти ближе, но ни Тэхен, ни Чонгук не обращали на это внимания. Тэхен сел, откинувшись на спинку кресла, и что-то сказал Джину, который был рядом. Чонгук молча достал сигарету, вертя её в пальцах, но даже не зажигая. Ари и Соён в этот момент ничего не подозревали. Соён, размахивая руками, смеялась под музыку, а Ари спокойно наблюдала за всеми, думая, что вечер обещает быть обычным, без лишних событий. Музыка гремела так, что вибрация отдавалась в груди. Народ веселился, танцевал, кто-то сидел у бассейна, смеясь и болтая. Соён только что вернулась к Ари, щеки её слегка горели от танца. — Классная вечеринка, да? — крикнула она, перекрывая музыку. Ари лишь кивнула, делая вид, что её это не особо волнует, хотя глаза то и дело цепляли яркие огни гирлянд и блики воды. И тут к ним подошла Сонми, сияющая, как всегда. — Девочки! — радостно воскликнула она, слегка запыхавшись. — Пойдёмте, я хочу вас познакомить с моими друзьями. Ари сдвинула брови. — Нам и тут неплохо. — Давай, — вмешалась Соён, поправляя волосы. — Пошли, посмотрим, что за “друзья”. Сонми обхватила обеих под руки и повела через толпу. Девочки даже не заметили, в каком направлении они идут. Но чем ближе они подходили, тем отчётливее чувствовалось странное напряжение в воздухе. И вот — круг кресел у бассейна. Там сидели они. Сначала Соён застыла, едва не остановившись на полпути. Ари также почувствовала, как кровь прилила к лицу. Тэхен, Чонгук, Джин, Намджун, Юнги и Хосок. Они сидели спокойно, будто сама вечеринка их не касалась. Но когда Сонми подвела девочек ближе, и взгляды пересеклись, шок был обоюдным. Сонми, не замечая странного напряжения, радостно представила: — Это моя подруга с курса — Соён! Соён собрала всю выдержку, чтобы выглядеть спокойно. Её взгляд был холодным. Джин — вежливо кивнул. Хосок — широко улыбнулся. Юнги — едва заметно. Намджун — серьёзно. Когда настала очередь Тэхена, он чуть прищурился, и на губах заиграла лёгкая ухмылка: — Ты красиво выглядишь. Соён скривилась, но, чтобы не выставить себя грубой перед Сонми, процедила сквозь зубы: — Спасибо. И отвернулась, словно он был пустым местом. Сонми продолжила, сияя ещё ярче: — А это её младшая сестра — Ари. Все взгляды разом устремились на неё. Девушка невольно смутилась, но сделала шаг вперёд. Её длинные ноги и статная фигура сразу выделяли её из толпы — она выглядела так, словно сошла со страниц журнала. Ари поочередно пожала руки, под настойчивостью Сонми. Джин задержал её ладонь чуть дольше, чем нужно, и его взгляд скользнул по её лицу, будто изучая каждую черту.Когда подошла очередь Чонгука, он протянул руку, и Ари, не желая казаться грубой, взяла её. Но вместо короткого рукопожатия его пальцы крепче сжали её ладонь, задерживая. Взгляд Чонгука пронзил её — тёмный, тяжёлый, словно обвиняющий. Его глаза встретились с её ярко-голубыми. И в тот момент она впервые заметила блеск пирсингов на его губе, холодный металл, оттеняющий его резкие черты. Лишь спустя пару секунд он разжал руку, и Ари поспешила убрать свою, сердце её колотилось. — У тебя очень необычные глаза, — вдруг сказал Намджун, чуть наклонившись вперёд. — У кореянок обычно не бывает такого цвета. Это… красиво. Ари чуть улыбнулась, отвечая вежливо: — Спасибо. Джин тоже вставил, мягко и с теплотой: — Ты и правда красивая. Ари, смутившись, пробормотала что-то неуверенное, чувствуя, как щеки начали предательски краснеть.Но в этот момент она почувствовала чужой взгляд, острый и тяжёлый. Подняв глаза, Ари встретилась с Чонгуком. Его лицо оставалось спокойным, но глаза… они сверкали злостью. В них не было ни капли восхищения, только раздражение, холод. И она сразу поняла — это из-за вчерашнего. Никто и никогда не смел так обращаться с ним, а она посмела. Сонми, не заметив напряжения, улыбнулась и, хлопнув в ладоши, сказала: — Отлично! Я сейчас за напитками, вы пока знакомьтесь дальше. Она исчезла в толпе, оставив девочек наедине с парнями. — Присаживайтесь, — первым нарушил тишину Хосок, вежливо указывая на свободные кресла. — Нет, спасибо, — сухо ответила Соён. — Нам и там было хорошо. Тэхен наклонился вперёд, его голос прозвучал мягко, но с оттенком насмешки: — Боишься сидеть слишком близко? Соён резко повернула голову и посмотрела прямо на него. — Знала, бы что, придется видеть твою рожу не пришла бы.От того, что я сделала вид, будто не знаю тебя, это ещё не значит, что ты можешь отпускать такие дешёвые шуточки, — её голос был полон сарказма. — И еще, оставь вот это все для кого-нибудь другого. В компании воцарилась короткая тишина. Парни переглянулись, Джин даже сдержанно улыбнулся. Тэхен чуть прищурился, и уголок его губ дрогнул. Он явно не ожидал, что кто-то сможет так легко поставить его на место.Ари же стояла рядом, чувствуя, как воздух между всеми стал густым от скрытых эмоций. Соён всё ещё смотрела на Тэхена, не собираясь уступать. Он, как ни в чём не бывало, облокотился на спинку кресла, будто наслаждался этим зрелищем. Его глаза блестели — в них было и веселье, и вызов. — Знаешь, — протянул он лениво, — мне нравится, когда девушка умеет огрызаться. Особенно если она делает это красиво. — Тебе стоит сходить к психиатру, — тут же парировала Соён, скрестив руки на груди. — Ты путаешь «красоту» с «желанием придушить». Хосок прыснул со смеху, Джин едва заметно качнул головой, а Юнги хмыкнул, будто эта перепалка только добавила ему настроения. — Редко кто может так ставить его на место, — заметил Юнги, выпуская дым от сигареты. — Обычно все ведутся на его улыбку. — Ну так, может, проблема в «всех», — холодно отрезала Соён и отвернулась. Ари, всё это время стоявшая чуть поодаль, чувствовала, как на неё периодически скользит чей-то взгляд. И она знала чей — Чонгука. Он сидел молча, не вмешиваясь в перепалку брата с её сестрой, но взгляд его был пронзительным, жёстким, словно он проверял её на прочность.Она не выдержала и посмотрела на него прямо. — Что? — её голос прозвучал сухо. — На мне написано что-то интересное? Парни удивлённо переглянулись — не каждая девушка смела так заговорить с Чонгуком. Хосок снова прыснул, даже хлопнув ладонью по колену, а Намджун, который обычно был голосом разума, осторожно вмешался: — Эй, давайте без войны. Мы же на вечеринке. Но в воздухе всё равно витало напряжение. Соён, почувствовав, что Ари вляпалась в перепалку, шагнула ближе к ней и тихо, но достаточно громко сказала: — Ари, пошли обратно. Тут слишком… душно. — Да ладно, — снова протянул Тэхен, на этот раз обращаясь уже к обеим. — Мы ведь просто разговариваем. Не бойтесь, мы вас не съедим. Соён метнула в его сторону ледяной взгляд. — Не сомневаюсь. Вы скорее сами друг друга сожрёте от собственного пафоса. Соён уже схватила Ари за руку, собираясь увести её прочь, как вдруг позади раздался звонкий голос: — А вот и я — Сонми появилась словно ниоткуда, балансируя подносом с высокими стаканами, из которых поднимался пар и блестел лёд. Она поставила напитки на столик возле бассейна и улыбнулась так широко, что её настроение само по себе могло быть отдельной вечеринкой. — Ну что вы стоите? Садитесь, расслабьтесь, — она махнула рукой на свободные кресла. Ари и Соён переглянулись. Соён сжала губы, явно не желая возвращаться к этому обществу. Ари же чуть опустила взгляд, скрывая эмоции, но чувствовала на себе чужие взгляды — тяжёлые, прожигающие. — Мы как раз собирались… — начала Соён, но Сонми перебила её, подталкивая мягко к креслу: — Ни-ни! Сначала выпьете. Потом хоть домой бегите. Парни молчали. Улыбка Тэхена оставалась неизменной — лёгкая, почти игривая. Чонгук сидел молча, откинувшись на спинку кресла, и крутил в пальцах бокал, не сводя взгляда с Ари. Его лицо было холодным, но в глазах пылала злость, от которой внутри Ари защемило. Она не привыкла к таким взглядам, и именно поэтому упрямо не опускала глаз. Сонми, ничего не замечая, разливала напитки и радостно болтала: — Вот! Я вас всех наконец-то собрала вместе. Надеюсь, вы подружитесь. Вы же мои любимые люди, не подведите меня! — Конечно, Сонми, — Джин мягко улыбнулся, беря стакан. Соён сдержанно взяла бокал, бросив взгляд на Сонми: — Ладно, только ради тебя. Ари молча кивнула, беря свой напиток, но пальцы предательски дрожали. Она чувствовала, как рядом сидит Чонгук. Слишком близко. Слишком тяжело дышать. — Ну вот, — радостно сказала Сонми. — Теперь вы все познакомились, выпили, улыбнулись. Значит, вечер удался! Её голос тонул в шуме музыки, но для них всех всё это звучало, как будто они оказались на минном поле. Никто не хотел показывать своих эмоций, но каждая секунда общения накалялась всё сильнее. Соён сделала глоток, наклонилась к Ари и тихо прошептала: — Ещё минута, и мы уходим. Ари кивнула и уже собиралась встать, когда внезапно музыка, и без того громкая, ударила по ушам ещё сильнее. Бас заполнил воздух, вибрации от колонок будто прошли по полу и врезались в грудь. Толпа у бассейна загудела, кто-то закричал от радости, а через секунду раздался всплеск. — Уооооу! — кто-то прыгнул прямо в воду с бортика, подняв целый фонтан брызг. Крики и смех мгновенно разнеслись по двору. — Ну всё, пошло веселье, — протянул Юнги, лениво прикуривая и прикрываясь от случайных капель рукой. Соён недовольно поморщилась, отодвигаясь подальше от воды. — Вот идиоты… — пробормотала она. Тэхен же наоборот оживился. Его глаза заискрились, и он, облокотившись на край кресла, с ухмылкой бросил: — Вот так вечеринка! Может, тоже искупаемся? — Боже — сказала Соён, раздраженно дыша. Ари, снова села и , смотрела, как гости вокруг начинают снимать обувь и прыгать в воду. Сцена выглядела как хаос. — Ари, — тихо тронула её за руку Соён. — Пошли отсюда. Я не собираюсь стоять под брызгами и слушать этот идиотский бас. Ари кивнула, но в глубине души чувствовала, что уйти будет непросто. Слишком много чужих глаз, слишком много напряжения повисло между ними и этой компанией. Тем временем толпа у бассейна продолжала шуметь. Один из парней попытался запрыгнуть на надувной матрас, но перевернулся и с головой ушёл под воду, вызвав новый взрыв смеха. Кто-то плеснул в их сторону водой, и несколько капель попали прямо на платье Ари. — Вот чёрт… — она нахмурилась, пытаясь промокнуть ткань салфеткой. Тэхен заметил это и неожиданно сказал: — На тебе это всё равно сидит красиво. Ари подняла на него глаза. В его голосе не было привычной насмешки, только простая констатация факта.Но ответить она не успела — потому что рядом снова раздался громкий плеск, и музыка стала ещё громче. Соён уже схватила Ари за запястье, и они вдвоём сделали шаг в сторону выхода. Но в тот же миг в шуме толпы прорезался звонкий голос Сонми: — А вот и мои красавицы! — она почти влетела к ним, сияя как солнце, с подносом закусок и ещё какими-то бутылками. — Вы куда это собрались? Соён поморщилась. — Мы… домой. Уже поздно. — Какой домой? — Сонми театрально всплеснула руками. — Вы только пришли! Я вас едва уговорила прийти, и вы хотите сбежать? Нет, милые, так не пойдёт. Она ловко протянула каждому по бокалу, сунув в руки даже тем, кто пытался отказаться. Ари взяла его, хотя и с явным нежеланием, Соён — так же нехотя. — Ну же! — Сонми улыбнулась ещё шире. — Сегодня нужно отдыхать, а не киснуть. Вы у меня самые яркие гости, а яркие гости должны сидеть в центре внимания. Прежде чем девочки успели возразить, Сонми уже схватила их обеих за руки и потянула ближе к компании парней. Музыка била по ушам, люди вокруг прыгали в воду, смеялись, хлопали в ладоши, но именно их маленькая группа у бассейна теперь была в фокусе. — Садитесь! — велела Сонми, подталкивая их к креслам. — Я хочу, чтобы вы все подружились. Соён закатила глаза, но села, явно только ради того, чтобы не портить подруге настроение. Ари опустилась рядом, стараясь выглядеть равнодушной, хотя внутри всё сжималось от ощущения чужих взглядов. — Вот так-то лучше! — довольно сказала Сонми и разлила напитки. — А теперь чокнемся! Все неохотно подняли бокалы. Ари поймала на себе внимательный взгляд Джина, который задержался чуть дольше, чем у остальных. Она быстро отвела глаза. Ари резко обернулась к Сонми: — Ты явно перепутала вечеринку с принудительными посиделками. — А вот и нет, — засмеялась Сонми, легко обняв её за плечи. — Я знаю, что делаю. Соён сделала глоток из бокала и, поставив его на столик, наклонилась к сестре: — Мы попали в западню. Ари кивнула, но на лице её промелькнула тень упрямой улыбки.Со стороны казалось, что это просто вечеринка у бассейна. Но на самом деле — поле боя. Потому что каждый взгляд, каждое слово, каждое движение в этой компании имело слишком много подтекста. Сонми, довольная своей миссией, отошла чуть в сторону — её снова позвали какие-то гости. Девочки остались в компании парней, и повисла пауза. Музыка гремела, люди вокруг веселились, но здесь, у бассейна, воздух был натянутым, как струна. И тогда Хосок, с привычной своей улыбкой, наклонился ближе и заговорил: — Ну что, красавицы, расскажите хоть немного о себе. А то мы сидим, как на экзамене, и только переглядываемся. Соён смерила его взглядом, но без прежней злости. В его глазах не было ни вызова, ни игры — только искреннее желание поддержать разговор. — И что тебе интересно? — спросила она сухо. — Ну… например, чем вы занимаетесь, какие предметы любите. Я вот с ума схожу по танцам, а Соён, говорят, отлично разбирается в бизнесе, — подмигнул он. Соён чуть удивилась.Но лишь пожала плечами: — Может, и разбираюсь. Но рассказывать незнакомым парням об этом не собираюсь. Хосок рассмеялся, не обидевшись: — Вот за это я тебя уважаю! Не всем же сразу раскрывать душу. Ари, сидевшая рядом, молчала. — А ты? — Хосок повернулся к ней. — С твоими глазами ты точно должна любить что-то необычное. Может, рисуешь? Ари слегка смутилась от неожиданного вопроса, но быстро собралась. — Люблю. Но для себя. — Вот видишь! — обрадовался Хосок. — Я же говорил, в тебе что-то есть особенное. Юнги усмехнулся, выпуская кольцо дыма. — Хосок, хватит. Ты пытаешься вести себя как ведущий на шоу знакомств. — А что? — беззлобно возразил тот. — В компании должно быть весело, а не мрачно, как у тебя в голове. Все засмеялись, даже Соён едва заметно улыбнулась. Только Чонгук не дрогнул. Он продолжал смотреть на Ари, и его молчание было громче любого слова. — Ну, вот, — сказал Хосок, довольный. — Уже чуть теплее. Но на самом деле стало только горячее. Потому что каждый из присутствующих понимал: это только начало игры, и ставки в ней будут куда выше, чем простая вечеринка у бассейна. — Пошли домой, — первой сказала Соён, отряхивая платье. В её голосе было то самое упрямство, которое Ари знала с детства. — Завтра учёба. Если я завтра вырублюсь на паре, будет не весело. Ари только кивнула. В этот момент подошла Сонми, держа в руках бокал и слегка покачиваясь от веселья. — Эй, вы куда? — она посмотрела на них с укоризной. — Девчонки, да ладно! Остались бы ещё чуть-чуть, вечеринка только разгорелась! — Сонми, спасибо, — мягко ответила Ари, но твёрдо. — Было круто, правда. Но завтра нам точно надо поспать. Соён кивнула: — Да, я серьёзно, если я завтра завалюсь носом в учебник — это будет на твоей совести. Сонми закатила глаза и махнула рукой: — Ладно-ладно. Вы же зануды. Но учтите, вы обязаны пойти со мной в следующий раз! Сёстры рассмеялись, и, попрощавшись, отошли в сторону выхода. — Секунду, — сказала Соён, — я в туалет, подожди меня. Ари осталась стоять у стены, наблюдая за людьми, которые всё ещё прыгали в бассейн и смеялись. Она глубоко вдохнула прохладный воздух Когда Соён уже вышла из туалета и вместе с Ари направилась к выходу, их догнал голос Тэхена: — Уже уходите? — он облокотился на перила у бассейна, в руках бокал, на лице — знакомая самодовольная ухмылка. — А я-то думал, вечер только начинается. Соён остановилась, бросила на него взгляд поверх плеча. — Для кого-то, может, и начинается, — протянула она с холодной усмешкой. — Но у меня есть дела поважнее, чем слушать твои дешёвые реплики. Она развернулась и ушла к сестре, оставив Тэхена на месте. И чем дольше он смотрел ей вслед, тем сильнее улыбка на его лице становилась. — Интересная, чёрт возьми, — пробормотал он, поднимая бокал. «На следующий день» Утро в доме Ким начиналось одинаково: с роскоши и строгого порядка.Первым спустился Тэхен. На нём было брендовое тёмно-синее поло, идеально сидящие джинсы и стильные лоферы. Его волосы, средней длины, с лёгкими кудряшками падали на лоб, придавая образу лёгкой небрежности, но на деле всё выглядело выверенным. Словно сошёл с глянцевой обложки. — Доброе утро, — протянул он, усаживаясь и беря себе сок. Следом появился Чонгук. В отличие от брата, он выглядел проще: тёмный лонгслив, спортивные штаны и кеды. Но в его облике была особая сила. Короткая стрижка подчёркивала резкие черты лица, а челка, уложенная набок, открывала холодный взгляд. Он напоминал хищника, который может сидеть спокойно, но стоит дернуть его за хвост — и он вцепится в горло. — Доброе, — тихо сказал он и сел рядом с братом. — Сегодня день серьёзный, — прервал молчание отец, откладывая газету. — После учёбы к вечеру будут переговоры. Будьте собраны. — А мы когда-нибудь не собраны? — лениво отозвался Тэхен, откинувшись на спинку стула. Ёнсу поднял на него тяжёлый взгляд. — Это не шутки, сын. Жизнь — не вечеринка у бассейна. Тэхен на секунду сжал губы в тонкую линию. Обычно он парировал мгновенно, но сегодня лишь пожал плечами. — Всё понял, отец. Завтрак продолжился в напряжённой тишине, нарушаемой только звоном приборов. «Дом семьи Кан» А в это же время, совсем в другой части города, утро было другим. Без прислуги, без горы дорогой еды. Но с теплом и настоящей близостью.Ари стояла у плиты и переворачивала блины. Стол был накрыт просто: пара тарелок, банка варенья и кружки с горячим чаем. Она выглядела сдержанно и стильно — светлые прямые штаны, чёрная футболка, поверх — строгий пиджак, словно выхваченный из модного журнала. На ногах белые кеды. Волосы свободно спадали на плечи, блестя в утреннем свете. Соён, устроившаяся за столом, листала конспект. На ней были серые джинсовые шорты, белая футболка и такие же кеды. Волосы собраны в высокий хвост, открывающий её лицо с дерзкими, но красивыми чертами. Она умела выглядеть стильно даже в самых простых вещах — ведь каждая покупка делалась с умом, на сэкономленные деньги, и носилась с любовью. — Ты опять читаешь с утра? — спросила Ари, ставя перед сестрой тарелку. — А что мне делать, пока ты колдуешь на кухне? — усмехнулась Соён. — Не смотреть же на то, как ты печёшь блины. — А зря, — Ари тоже улыбнулась. — Это искусство. — Искусство — это сдать зачёт завтра, — парировала Соён, намазывая блин вареньем. Они ели молча, наслаждаясь редким спокойным утром. Ведь обычно их дни были полны учёбы, работы и вечных забот. Мама уже ушла на смену, брат был в университете, а отец… отец снова не вернулся домой.И всё же, несмотря на трудности, в этих простых завтраках было больше тепла, чем в богатом доме Ким. «Университет» Университет жил своей привычной жизнью: шумные коридоры, звонки, студенты с тетрадями и кофе навынос. К обеду вся компания Кимов уже собралась в столовой. Тэхен и Джин сидели рядом, лениво переговариваясь. Намджун листал конспект, Юнги молчал, вечно в своём мире, а Хосок и Чимин оживлённо спорили о танцах. Чонгук, как всегда, молча ел, его взгляд был холодным и отстранённым. И тут двери столовой распахнулись. Ари и Соён вошли вместе.Ари села за стол напротив Соён. Они сделали вид, что не замечают десятки глаз, направленных на них. Соён спокойно достала телефон, словно проверяла сообщения, а Ари просто тихо разложила учебники и достала из сумки воду.Но на удивление все было спокойно, даже Соён удивилась, что придурок с гелием на башке, молча сидел не смотря на них.Поев девочки встали и пошли на лекцию. Аудитория была огромной, рассчитанной сразу на несколько потоков. Здесь собирались студенты разных направлений — будущие экономисты, юристы, бизнес-аналитики и даже специалисты по международным отношениям. Именно этот предмет объединял всех: «Мировая экономика и политика».Ари и Соён пришли немного раньше, заняв места в середине зала. Ари положила на парту аккуратные тетради, ручку и планшет. Соён же кинула рюкзак к ногам и достала только блокнот с ручкой, задумчиво покусывая колпачок. — Смотри, — шепнула Соён, толкнув сестру локтем. — Чувствую, сейчас будет цирк. Ари подняла глаза и тут же увидела, как в аудиторию заходили Тэхен и Чонгук вместе с остальными парнями. Их компания всегда выделялась: уверенная походка, дорогая одежда, взгляды, будто весь мир у их ног.Тэхен, заметив сестер, на секунду задержал взгляд на Соён, уголок его губ чуть дёрнулся, будто он сдерживал ухмылку. Соён же сделала вид, что смотрит сквозь него, словно его не существовало.Чонгук сел чуть в стороне, рядом с Хосоком, и даже не обернулся к Ари. Преподаватель вошёл — мужчина лет пятидесяти, в костюме и очках, строгий и собранный. Его звали профессор Чон Юмин. Он был известен тем, что не терпит ни опозданий, ни лишних разговоров. — Добрый день, студенты, — начал он низким голосом. — Сегодня у нас лекция, которая касается каждого: влияние международных рынков на внутреннюю экономику страны. Соён закатила глаза, тихо шепнув Ари: — Ну всё, готовься залипать в скуку. Но вскоре выяснилось, что скуки не будет. — Я попрошу несколько команд сформировать экспресс-дискуссию, — сказал профессор, быстро пробегая глазами список. — Это поможет вам понять материал на практике. И как назло, в одну группу попали Ари, Соён, Тэхен и Чонгук. Ари вздохнула и тихо пробормотала: — Отличное начало дня… Тэхен усмехнулся и, чуть наклонившись к Соён, шепнул: — Не переживай, я постараюсь не перебивать твои «гениальные» идеи. Соён медленно повернула к нему голову и улыбнулась той самой саркастичной улыбкой, от которой Тэхен будто искры ловил. — Если захочешь научиться думать — слушай внимательно. Бесплатно учат,пользуйся моментом. Ари украдкой прикрыла рот рукой, чтобы не рассмеяться.Чонгуа всё это время молчал.Профессор Чон раздал тему: «Как международные санкции влияют на торговлю оружием и энергоресурсами». Ари, слегка нахмурившись, взяла на себя инициативу и начала рассуждать спокойно, но уверенно: — Прежде всего, оружие — это нелегальный рынок в большинстве стран. Но чем больше запретов, тем выше цена и спрос. В итоге государство страдает, а те, кто контролирует поставки, только богатеют. Тэхен вскинул брови, услышав её уверенный тон. — Ты звучишь так, будто сама в этом бизнесе. Ари посмотрела на него холодно. — Называется — читать книги и думать головой. Попробуй, может понравится. Чонгук, сидевший рядом, скрестил руки на груди. Его голос прозвучал неожиданно: — Она права. Чем жестче контроль, тем выше цена на чёрном рынке. Это экономика, а не фантазии. Все на секунду замолчали — даже Соён с удивлением посмотрела на него. Чонгук редко высказывался на таких обсуждениях. — Ну вот, — добавила Соён, — хоть раз мы согласились. Чудеса случаются. Тэхен усмехнулся и покачал головой, но промолчал. А профессор Чон, проходя мимо их группы, бросил: — Интересная мысль. Продолжайте. В зале стало шумно от других обсуждений, но именно эта группа привлекала взгляды. Их напряжение чувствовалось на расстоянии. В их группе постепенно образовался своеобразный круг: Ари — спокойная и собранная, Соён — язвительная и резкая, Тэхен — дерзкий и с ухмылкой, Чонгук — молчаливый, но каждая его реплика звучала тяжело, будто приговор. Ари продолжала: — Суть проста. Если государство не регулирует правильно рынок, нелегальные структуры будут усиливаться. Люди будут искать пути обойти законы. В результате не только экономика рушится, но и безопасность общества. Тэхен наклонился чуть ближе, в его взгляде блеснула насмешка: — Слушай, а ты точно студентка? Такое впечатление, что читаешь лекции чаще, чем наш профессор. Соён резко подалась вперёд, сложив руки на груди: — Лучше слушать её, чем тебя. По крайней мере, от её слов толк есть. В этот момент заговорил Чонгук. Его голос был спокойным, но холодным, словно нож, режущий воздух: — Всё равно это бессмысленно. Рынок всегда будет подпитываться деньгами. Люди жаждут власти и оружия, и пока это существует — запреты не имеют значения. Ари посмотрела на него прямо, её голубые глаза засияли в свете ламп аудитории. — Если рассуждать так, то любая попытка что-то изменить теряет смысл. Это слишком удобно — махнуть рукой и сказать «так всегда будет». Значит, ты просто принимаешь грязь и живёшь в ней. Чонгук задержал на ней взгляд. Внутри него будто что-то кольнуло, но он не подал вида. Лишь губы чуть дёрнулись в сторону ухмылки. — Лучше жить в грязи и знать правду, чем закрывать глаза и верить в иллюзии. Между ними повисла тишина. Соён удивлённо посмотрела на сестру — она редко спорила так прямо и остро. А Тэхен наоборот загорелся, его глаза сверкнули, будто он наслаждался этим столкновением. — Вот это жарко, — пробормотал он и с интересом уставился то на Ари, то на Чонгука. Профессор Чон подошёл именно к их группе в этот момент. — Кто хочет озвучить итог вашей дискуссии? Ари спокойно поднялась. Её голос звучал ровно, но уверенно, так что даже шум в зале постепенно стих. — Итог в том, что любая система даёт сбои, если её контролируют жадные руки. Но всегда есть выбор — подстраиваться под грязь или пытаться её изменить. Именно это и определяет, кем ты станешь. В аудитории послышался лёгкий ропот — многие переглянулись. Профессор удовлетворённо кивнул: — Хорошо сказано. Это и есть суть сегодняшней темы. Он отошёл дальше, но напряжение в их маленьком круге никуда не исчезло. Чонгук, сидевший рядом, слегка постучал пальцами по парте и бросил холодно: — Красиво говоришь. Но слова — ничто, если за ними нет силы. Ари посмотрела на него, её губы тронула лёгкая, но дерзкая улыбка. — Сила — не только в кулаках. Иногда она именно в словах. Соён прыснула со смехом и хлопнула сестру по плечу: — Вот это ответ! Тэхен же откинулся на спинку стула и с интересом пробормотал себе под нос: — Хм… эта девочка определённо не такая простая, как кажется. После лекции аудитория шумно зашевелилась — кто-то собирал тетради, кто-то обсуждал услышанное, а кто-то торопился скорее выйти, пока профессор не решил нагрузить их дополнительным заданием. Ари аккуратно сложила конспект, закинув волосы за плечо. Соён уже стояла у двери, подталкивая сестру: — Быстрее, а то нас тут затопчут. — Сейчас, — спокойно ответила Ари, проверяя, не забыла ли ручку. В это время Чонгук, опершись на край стола, ждал, пока поток студентов рассосётся. Он выглядел равнодушным, но взгляд всё же невольно задерживался на голубых глазах Ари. Тэхен уже о чём-то болтал с Юнги и Хосоком, но Чонгук почему-то не спешил уйти.Когда Ари вышла в коридор, он оказался рядом. Соён заметила это и быстро отступила в сторону, сделав вид, что увлечена телефоном.Ари шла прямо, не обращая внимания на людей вокруг, но вдруг почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Она повернула голову — и встретилась с глазами Чонгука. — Что? — коротко спросила она, в её голосе прозвучало раздражение. Он остановился напротив, сложив руки на груди. — Ты слишком уверенно споришь, — произнёс Чонгук спокойно, но в его тоне слышалась скрытая сталь. — Тебе не кажется, что иногда лучше промолчать? Ари усмехнулась уголками губ. — А тебе не кажется, что иногда лучше слушать? Мгновение они стояли напротив друг друга, и воздух будто сгустился. Проходящие мимо студенты даже замедляли шаг, удивлённо переглядываясь — слишком ощутимым было напряжение между ними. Чонгук наклонил голову чуть ближе. — Твои красивые речи ничего не изменят. Мир не слушает мечтателей. Ари подняла подбородок, её голубые глаза сверкнули. — А твои холодные взгляды тоже ничего не изменят. Но, видимо, ты привык так жить. На секунду в его глазах мелькнуло что-то — раздражение или… интерес? Он сам не понял. Но тут же спрятал это за привычной маской равнодушия. — Живи, как хочешь, — бросил он и развернулся. Ари чуть прищурилась ему вслед, но ничего не ответила. — Что это было? — тут же подскочила Соён, когда Чонгук отошёл. — Он на тебя так смотрел… я думала, ты ему сейчас врежешь. Ари лишь выдохнула и пошла вперёд, бросив: — Пусть смотрит. Мне всё равно. Соён закатила глаза, но в глубине души ей стало любопытно. Она впервые видела, чтобы Чонгук хоть на кого-то так реагировал. Пары закончились. Толпы студентов выплёскивались из корпусов университета, кто-то спешил в кафе, кто-то на работу, а кто-то в общежитие. В воздухе витал гул голосов и запах кофе из ближайшей кофейни.Ари и Соён, выйдя из здания, остановились на ступеньках. Ари поправила пиджак, глубоко вдохнув прохладный воздух. — Наконец-то, — тихо сказала она, — у меня уже голова гудит от этой лекции. Соён засмеялась: — А я думала, ты кайфовала, как всегда. — Знаешь, кайфовать от теории права — это уже извращение, — усмехнулась Ари. Они вместе спустились по лестнице и остановились у ворот, ожидая автобус. Но вдруг вокруг стало как-то слишком оживлённо: люди расступались, оборачивались, кто-то начинал шептаться.И тут обе сестры увидели — к университетским воротам одновременно подъехали несколько чёрных машин. Гладкие, блестящие, с затемнёнными стёклами — они выглядели так, будто вырвались из фильма. — Это ещё что? — прошептала Соён, понижая голос. Дверцы открылись почти синхронно. Первым вышел высокий мужчина в строгом костюме, и сразу стало понятно: это водитель или охранник. За ним из другой машины появился ещё один такой же. И только потом, с лёгкой задержкой, с университета начали выходить парни. Тэхен он шёл легко, но в его движениях читалась уверенность человека, который привык, что дорога перед ним сама расступается.Чонгук напротив, выглядел мрачно он двигался тихо, но от этого ещё более угрожающе.Следом за ними — Джин, Намджун, Юнги, Хосок и Чимин. Все такие разные, но объединённые одной аурой: властью и силой. Ари и Соён застыли на месте, наблюдая, как они направляются к своим машинам. Никто из них даже не оборачивался на студентов — будто весь университет был лишь декорацией, а они — главные персонажи этого спектакля. — Это что за кино? — тихо спросила Соён, не отрывая взгляда. — Кто они вообще такие? Охранник распахнул дверь, и Тэхен сел в первую машину. Чонгук — во вторую. За ними — остальные. Машины одна за другой тронулись с места, оставив после себя лишь запах бензина и длинные шепотки студентов. — Видела, как все на них смотрели? — пробормотала Соён. — Будто они какие-то короли. — Или дьяволы, — вырвалось у Ари. Когда машины скрылись за поворотом, шум на кампусе только усилился. Студенты перешёптывались, кто-то тыкал пальцами в телефоны, записывая номер машин, кто-то просто смотрел в ту сторону, будто всё ещё не мог поверить в увиденное. Ари и Соён стояли в стороне, пытаясь прийти в себя. — Никогда такого не видела, — пробормотала Соён. — Как будто… их ждали. — Их явно ждали, — сухо ответила Ари, поправляя лямку сумки. — Вопрос только — кто они такие, что их встречают как каких-то министров? В этот момент к ним подошла девочка с курса Ари, ее звали Бора. Она, была слишком эмоциональна, чтобы хранить молчание — Вы тоже это видели? — её глаза горели. — Чёрные машины, охрана… Господи, это же был весь «золотой состав» нашего универа! — Золотой состав? — переспросила Соён. Бора понизила голос, заговорщицки наклонившись к ним: — Ну да. Братья Ким и их компания. Тут же все знают, что они не простые мальчики. Их семьи… они влияют на всё. Деньги, власть, связи. Ари нахмурилась: — С чего ты взяла? Это всё сплетни. — Не сплетни, — покачала головой Бора. — Я слышала, что их отцы — большие люди. Настолько большие, что некоторые профессора тут работают только благодаря ним. И ещё… — она замялась, а потом выдохнула: — говорят, что семья Ким держит половину поставок в Сеуле. Ари и Соён переглянулись. — Поставок чего? — осторожно спросила Соён. — Никто не говорит прямо, — Сонми пожала плечами. — Но ты же понимаешь… Это не про овощи и фрукты. Ари усмехнулась — Ерунда. Люди любят придумывать. — Может и так, — легко согласилась Бора. — Но разве ты не видела, как все на них смотрели? Даже преподаватели. Словно… они боятся. Соён задумчиво прикусила губу, а потом сказала: — Боятся или уважают. Иногда это одно и то же. — Ладно, — сказала она, отгоняя мысли. — Пойдём домой, а то я больше не вынесу этих сказок. И всё же по пути к остановке ни одна из сестёр не смогла избавиться от странного чувства: будто они только что увидели обратную сторону университета, ту, о которой никто не говорит вслух. «Переговоры» Машины одна за другой въезжали на территорию старого складского комплекса. Ночь уже опустилась на город, и здесь, вдали от огней, царила особая атмосфера: влажный асфальт блестел под редкими фонарями, а в воздухе витал запах машинного масла и сигаретного дыма. Первым из машины вышел Ким Ёнсу.Его строгий силуэт сразу же собрал на себе внимание: не просто отец, не просто глава — а человек, чьё слово могло решить, будет ли сегодня заключена сделка или прольётся кровь. За ним — Тэхен и Чонгук. С других машин тоже выходили люди. Вслед за Джином появился его отец, высокий мужчина с резкими чертами лица. Намджун шёл рядом со своим отцом, тот всё время что-то говорил, делая быстрые жесты руками. Хосок шёл, как всегда, в расслабленном ритме, но его отец держался прямо и серьёзно. Юнги и Чимин — то же самое. Каждый из парней был отражением своего отца, и сейчас они выглядели не как студенты, а как молодые волки, которых вывели на охоту.Внутри склада их ждали. Несколько мужчин сидели за длинным деревянным столом, заваленным бутылками дешёвого виски и пачками бумаг. Но самое главное — оружие. Несколько автоматов лежали прямо на виду, словно намёк: «мы пришли не играться». — Ким, — протянул главный из тех, что ждали. Он был в дорогом костюме, но сидел слишком развалившись, с сигарой в зубах. — Ты вовремя. Ёнсу сел во главе стола. Его сыновья заняли места чуть позади, рядом со своими друзьями. Атмосфера сгущалась: каждый взгляд, каждое движение было важным. — Давайте сразу к делу, — сказал он, его голос был тяжёлым, словно свинец. — Ты обещал нам новые каналы. Где они? Мужчина с сигарой усмехнулся: — Каналы есть. Но и цена изменилась. Ваша «империя», Ким, слишком давно держит всё под собой. Пора и нам кусок откусить побольше. Тишина. Лёд повис в воздухе. Тэхен сжал челюсть, Чонгук чуть подался вперёд. Юнги закурил, не сводя взгляда с мужчины. Джин бросил взгляд на отца, ожидая реакции. Ёнсу медленно поднял взгляд, и его глаза сверкнули холодным блеском. — Ты пришёл сюда требовать? У меня? — Это не требование, это условия, — спокойно бросил мужчина, но рука его слегка дрогнула, выдавая напряжение. Ёнсу вдруг ударил ладонью по столу. От этого удара дрогнули бутылки, одна даже перевернулась. — Условия я диктую. Ты либо работаешь со мной, либо уходишь отсюда в мешке. В этот момент один из людей «гостей» потянулся к пистолету. И именно тогда Чонгук действовал первым. Быстро, словно тень, он встал и выбил оружие прямо из руки противника, приложив его об стол. Движение было настолько резким, что остальные не успели даже моргнуть.Все замерли. Даже те, кто ещё секунду назад был готов поднять стволы. — Молодёжь у тебя горячая, Ким, — хрипло сказал мужчина с сигарой, пытаясь улыбнуться. — Молодёжь у меня умная, — ответил он. — И если ты не хочешь, чтобы именно они закопали тебя за этим складом, советую принять моё предложение. После минуты напряжённого молчания мужчина кивнул. — Ладно. По-вашему. Сделка была подписана. Сигары затушены. Но воздух всё ещё был пропитан дымом и пороховой угрозой. Когда они возвращались к машинам, Тэхен хмыкнул: — А я думал, сегодня будет скучно. — Заткнись, — бросил отец, но в его голосе сквозила едва уловимая гордость. Чонгук шёл молча. В его голове снова крутились слова: «Не знаешь, кто враг, пока он не достал оружие». Когда машины покинули территорию склада, напряжение словно растворилось в ночи. Город жил своей обычной жизнью: люди спешили домой, зажигались огни витрин, где-то смеялись студенты. Но в машине, где сидели Тэхен и Чонгук, воздух был всё ещё густой, будто от недавнего запаха пороха. — Ты видел лицо того урода, когда Чонгук выбил у него ствол? — раздался в наушнике голос Джина из соседней машины. — Я думал, он обосрётся прямо там, — добавил Хосок, и в его голосе прозвучал смех. Чонгук сидел, откинувшись на спинку сиденья, и молча жевал жвачку. В его взгляде не было ни гордости, ни веселья — только холодное спокойствие. — Если бы он достал быстрее, — наконец сказал он, — сейчас мы бы ехали не домой, а закапывать труп. — Ты слишком драматичен, — хмыкнул Юнги, который ехал в другой машине и, как всегда, держался в своём стиле: холодный, ироничный. — Иногда надо давать людям думать, что у них есть выбор. — А иногда надо давать людям по роже, — вставил Тэхен, усмехаясь и глядя в окно. — Ты видел, как тот чуть не потерял сознание? Я думал, он сейчас начнёт молиться. Ребята заговорили друг с другом по общей линии связи — так было всегда после встреч. Они обсуждали детали, шутки, подколы. С одной стороны — разрядка, с другой — это была их собственная форма анализа. — Ладно, а если серьёзно, — сказал Намджун. — Мы же понимаем, что это только начало? Они сдались слишком быстро. Значит, копают что-то за спиной. — Ну, тогда выкопают себе яму, — спокойно сказал Джин. — А я вот заметил, — задумчиво произнёс Чимин, — как на тебя, Чонгук, уставились те два сзади. Они знали, кто ты. Тебя явно проверяли. Чонгук медленно убрал жвачку в салфетку и посмотрел в окно. — Пусть пробуют дальше. В этот момент Тэхен не удержался и усмехнулся: — Вот честно, иногда с тобой, Чонгук, скучно. Ты всё время либо молчишь, либо угрожаешь. А где эмоции? Где кайф от жизни? — Ты и так слишком много эмоций за нас двоих выдаёшь, — парировал Чонгук, даже не повернув головы. Смех раздался сразу в нескольких машинах. — Эй, — вставил Хосок. — Я предлагаю. Раз уж мы сегодня так красиво сыграли, может, устроим что-то для себя? Сняли напряжение, всё такое. — Ты про клуб? — оживился Тэхен. — Ну или не клуб. Можно на стрелковый полигон, — сказал Юнги. — Я давно хотел проверить новый «Глок». — Тебя хлебом не корми, дай пострелять, — фыркнул Чимин. — А я лучше клуб. Там музыка, девчонки, и, в отличие от вас, нормальное веселье. — А я лучше посплю, — лениво сказал Джин. Все разом застонали: — Конечно, Джин, у тебя же твой «режим сна», как у младенца. — Ну извините, — ответил тот с усмешкой, — кто-то должен оставаться красивым в этой компании. Смех снова заполнил эфир. Но Чонгук оставался молчаливым. Его мысли всё ещё возвращались к тому моменту в кафе, к холодному взгляду Ари и к тому, как она швырнула ему сдачу в лицо. Злость в нём кипела, хотя снаружи он казался спокойным. Тэхен заметил это. Он бросил на брата быстрый взгляд, но ничего не сказал. Знал: сейчас лучше не трогать. Они ехали дальше по ночному Сеулу, и в этих машинах сидели не просто наследники разных семей. Это было новое поколение, которому суждено было взять под контроль весь город. Но при этом они оставались друзьями — со своими шутками, подколами и вечными спорами о том, что лучше: клуб или полигон.Все же решили поехать в загородный дом. «Загородный дом Джина» — Всё, решено, — громко заявил Хосок, вваливаясь в общий зал особняка, где уже сидели Намджун и Чимин. — Сегодня мы не мафия. Сегодня мы друзья. — Хм, ты это каждый раз говоришь, а заканчивается всё тем, что мы обсуждаем, как лучше закопать тело, — усмехнулся Юнги, откинувшись на диване. — Потому что ты не умеешь веселиться, — парировал Хосок. В комнату вошли Джин, Тэхен и Чонгук. Джин с бутылкой вина в руках, Тэхен — с пакетом чипсов, Чонгук — с пустым видом, словно его сюда затащили силой. — Ну что, будем сидеть и смотреть друг на друга? — первым заговорил Джин. — Или всё-таки включим музыку? Намджун взял на себя управление колонкой, и через секунду зал наполнился громким битом. Хосок, не раздумывая, начал танцевать прямо посреди комнаты, а Чимин, усмехнувшись, подхватил его. — Если соседи услышат, подумают, что здесь дискотека, — сказал Чимин, но улыбался. — Пусть думают, — бросил Джин развалившись в кресле. — А если придут ругаться — ну, у нас есть свои методы успокоения. — Ты всегда находишь способ превратить веселье в угрозу, — фыркнул Юнги, наливая себе виски. Чонгук сидел молча, но его взгляд выдавал лёгкое раздражение. Он не любил такие шумные посиделки, но и не мог отказать друзьям. — Эй, — вдруг сказал Чимин, уставившись на него, — ты так сидишь, будто мы заставили тебя на казнь прийти. Расслабься хоть сегодня. — Я расслаблен, — сухо ответил Чонгук. — Конечно, — протянул Хосок, — твоя версия «расслаблен» — это сидеть с каменным лицом и думать, как убить время. Тэхен расхохотался и хлопнул брата по плечу: — Ну, ты хотя бы не дерёшься. Уже прогресс. — А хочешь, чтобы начал? — холодно спросил Чонгук, прищурив глаза. В комнате воцарилась пауза, но потом все рассмеялись. Это был их стиль — подколы на грани, острые слова, но они знали: это их способ снимать напряжение. — Ладно, — сказал Джин. — Раз уж у нас ночь друзей, предлагаю игру. — Какую ещё игру? — нахмурился Юнги. — Простую, — усмехнулся Джин. — Правда или действие. Все переглянулись. — Ты серьёзно? — спросил Намджун. — Мы что, подростки? — А что, боишься? — с ухмылкой сказал Хосок. — Отлично, — Джин сделал глоток вина. — Начнём с Тэхена. Правда или действие? Тэхен хитро прищурился: — Действие. — Тогда… — Джин задумался и, улыбнувшись, сказал: — Спой куплет любой песни прямо сейчас. Не раздумывая, Тэхен вскочил и громко запел, импровизируя, пританцовывая, добавляя нелепые движения. Все разразились смехом, даже Чонгук не удержался и хмыкнул. — Ну всё, я показал мастер-класс, — сказал Тэхен, садясь обратно. — Теперь Чонгук. Чонгук прищурился: — Правда. — Хорошо, — в игру вступил Хосок. — Правда: ты когда-нибудь врал нам всем ради себя? Повисла пауза. Все посмотрели на Чонгука. Он медленно поднял взгляд, в котором блеснуло что-то острое, но сказал спокойно: — Да. Все ахнули. — И что это было? — спросил Намджун. — Если бы я сказал, это бы перестало быть ложью, — холодно ответил Чонгук. — Вот же гад, — фыркнул Юнги, но в глазах у него блеснул интерес. Смех снова разрядил атмосферу, но внутри каждого осталась лёгкая искра любопытства: что же скрывает Чонгук? Они играли, спорили, подкалывали друг друга. Музыка гремела, смех не смолкал. В эти часы они не были наследниками мафии. Они были семь друзей, которые могли быть собой.Но даже в такие моменты, за их смехом и танцами, тень большого мира не уходила. Каждый понимал: завтра они снова наденут маски, снова будут сидеть за переговорами, снова держать оружие в руках. А сегодня — просто ночь друзей. Музыка стихла, но смех всё ещё звенел в воздухе. На столе красовались пустые бокалы, открытые пачки с чипсами, недоеденная пицца. Семеро парней сидели вповалку — кто на диване, кто прямо на полу. — Чёрт, — выдохнул Хосок, откинувшись на ковёр, — как же редко мы можем так… просто сидеть. — Потому что у нас «слишком важные дела», — буркнул Юнги. — А по факту мы такие же пацаны, как и были десять лет назад. — Не скажи, — усмехнулся Джин, делая глоток вина. — Десять лет назад у тебя даже голоса такого низкого не было. — А у тебя живота такого, — парировал Юнги. Все дружно засмеялись, даже Джин не удержался, кивнув: — Ладно, тут ты прав. Тэхен вдруг встал и пошёл к окну. Он молча уставился в темноту, но на его лице играла лёгкая улыбка. — Эй, что там видишь? — спросил Чимин. — Наши воспоминания, — тихо сказал он, не оборачиваясь. — Помните тот день, когда мы все собрались и решили, что будем братством? — Ты имеешь в виду, когда тебе было десять, и ты заставил нас клясться на бутылке колы? — хмыкнул Намджун. — Да! — оживился Тэхен. — Я сказал: «С этого дня мы семья. Если кто-то тронет одного — тронет всех». — А потом ты пролил на себя колу и орал, что это кровь клятвы, — захохотал Хосок. Вся компания разразилась смехом. — Но ведь держим же слово, — сказал Джин уже серьёзнее. — Сколько прошло лет, а мы всё равно вместе. — Потому что других у нас нет, — спокойно бросил Чонгук. Все посмотрели на него. Его голос прозвучал жёстко, но не с обидой, а как истина. — Это правда, — тихо сказал Намджун. — Мы выбрали эту дорогу, и назад пути нет. Наступила короткая тишина, наполненная осознанием их положения. — Ладно, хватит серьёзного, — оживился Чимин. — Я вот хочу напомнить кое-что. Кто у нас тут один раз воровал мороженое в магазине и потом плакал, что его посадят? — Это был Тэхен! — хором выкрикнули все. — Эй! — возмутился тот. — Мне было восемь лет, а мороженое было моё любимое! — И ты ещё врал, что это ошибка кассира, — добавил Юнги, смеясь. — Но твои уши горели, как фонари. Хохот снова прокатился по комнате. Потом Джин, внезапно посерьёзнев, посмотрел на Чонгука: — А помнишь, как ты сбежал из дома и мы искали тебя всю ночь? Чонгук замер. Его глаза на миг потемнели, но он кивнул. — Помню. — Ты тогда сидел на крыше школы и сказал, что если мы уйдём, то ты спрыгнешь, — тихо произнёс Хосок. — Я был ребёнком, — глухо ответил Чонгук. — Но вы всё равно пришли. — Конечно, пришли, — сказал Намджун. — Мы всегда будем приходить. Тишина снова заполнила комнату, но на этот раз тёплая, не гнетущая. — Ладно, — разрядил атмосферу Тэхен. — Давайте новый тост. За то, что даже если мы придурки, мы всё равно вместе. — За нас, — эхом повторили все, поднимая бокалы. Они выпили, смеялись дальше, но в воздухе уже витало ощущение чего-то большего. Они не просто друзья. Они были семьёй, созданной не кровью, а выбором.И именно эта связь делала их сильнее всех. Юнги, ковыряя зубочисткой недоеденную пиццу, вдруг протянул: — Слушайте… а что думаете про этих сестёр? Новеньких. В комнате сразу повис интерес. Тэхен прищурился, усмехнулся, но ничего не сказал. Чонгук откинулся на спинку дивана и даже не повёл бровью. — Сёстры, говоришь? — протянул Тэхен, вальяжно раскинувшись. — Ну, старшая — характер огонь. Та ещё ведьма. — Соён? — уточнил Намджун. — Она не ведьма, она просто не ведётся на твой дешевый флирт, Тэхен. — Эй! — возмутился тот. — Это не дешёвый флирт, а искусство. — Искусство позориться, — сухо вставил Юнги, и все расхохотались. Но вот когда разговор повернул в сторону младшей сестры, Ари, Джин вдруг замялся. Он отвёл взгляд, потянулся к бокалу. — А-а, вот оно что! — тут же заметил Чимин. — Гляньте, у нашего Джина румянец. — Чего ты там? — Юнги прищурился. — Не томи, рассказывай. — Да нечего рассказывать, — быстро сказал Джин, махнув рукой. — Просто… она симпатичная, ничего более. Не придумывайте ничего там себе. — «Просто симпатичная»? — передразнил его Хосок. — Не ври. Я видел, как ты смотришь на нее. В комнате взорвался смех. Джин закатил глаза и прикрыл лицо рукой: — Господи, вы идиоты.Покажите хоть одного, кто не смотрит на них. — Идиоты, но правду говорим, — ухмыльнулся Намджун. — Так что, Джин, нравится она тебе? — Я сказал: она симпатичная,такая же как и все — твёрдо повторил Джин. — Ага, ага, — поддакнул Тэхен. — «Симпатичная». Именно так обычно начинается история, которая заканчивается свадьбой. — И разводом, — не удержался Юнги. Все снова заржали, а Чонгук всё это время сидел молча, наблюдая из-под полуприкрытых век. В отличие от остальных, он не смеялся. — Вы слишком много внимания им уделяете, — глухо сказал он. — Они не из нашего мира. Смех стих, и в комнате повисла короткая пауза. Но тут снова влез Хосок: — Вот именно! Значит, им особенно интересно уделять внимание. Смех ещё не успел стихнуть, когда в дверь раздался громкий стук. Парни переглянулись. — Ты заказывал еду? — лениво спросил Юнги. — Нет, — пожал плечами Хосок. Тэхен, которому уже было скучно сидеть на месте, поднялся. — Ща узнаем. Он распахнул дверь — и на пороге оказались семь девушки. Ярко накрашенные, в коротких платьях, с вызывающими улыбками. Их духи ударили в нос сразу же, сладко-тяжёлым облаком. — О, мальчики, — протянула одна, проходя внутрь так, будто была здесь хозяйкой. — Кажется, мы пришли вовремя. Вторая, не менее нарядная, игриво щёлкнула жвачкой и провела пальцами по плечу Тэхена. — Ваши папочки сказали, что вы скучаете… В комнате наступила тишина. Джин нахмурился, Намджун отложил бокал. Хосок прыснул со смеху, а Чимин удивлённо округлил глаза. — Серьёзно? — пробормотал Юнги, закатывая глаза. — Даже здесь отцы умудряются всё устроить. Тэхен лишь хмыкнул и обернулся к друзьям: — Ну что, вечеринка продолжается. Девушки прошли дальше, виляя бёдрами, сели на диван. Одна сразу же потянулась к бокалу, другая закинула ногу на ногу и облизнула губы. — Я пас, — сказал Джин, поднимаясь. — Не сегодня. — Да ладно, — Хосок толкнул его локтем. — Расслабься хоть раз в жизни. Чонгук всё это время молчал, сидя в углу. Его глаза стали холодными, татуировки на руке словно потемнели в свете лампы. Он смотрел на девушек так, будто видел в них грязь, а не людей. Джин, заметив его взгляд, отвёл глаза. Но когда одна из девушек подошла ближе, Чонгук резко поднялся. — Держись от меня подальше, — произнёс он тихо, но так, что у неё в глазах мелькнул испуг. Тэхен усмехнулся и поднял бокал: — Вот за это я тебя и люблю, братишка. У нас у каждого свой вкус. Тогда твою я заберу, тройничек еще интересней. — Или его отсутствие, — буркнул Юнги. Вечер окончательно растянулся по комнатам. Музыка стихла, гул голосов превратился в отголоски шагов, и только слабый свет из коридора освещал гостиную, где остались двое — Чонгук и Джин. Остальные уже давно разбрелись — с девочками по комнатам. Тэхен громко смеялся где-то за стеной, Хосок, судя по звукам, уже пытался кого-то убедить, что умеет танцевать без музыки. Но здесь, в полутемной комнате, царила тишина. Джин стоял у окна, держа в руках бокал, и наблюдал, как отражается в стекле его собственное лицо. — Ты стал другим, — произнёс он спокойно, не оборачиваясь. — Даже глаза другие. Холодные. Чонгук сидел в кресле, опустив голову, его пальцы машинально касались кольца на губе. — Мир не стоит на месте, — глухо ответил он. — Люди меняются. — Не так, — Джин повернулся. — Не за три дня. Чонгук молчал. Его взгляд был устремлён куда-то в одну точку, будто он снова проживал момент, который не давал покоя. — Что случилось? — тихо спросил Джин. Некоторое время Чонгук не отвечал. Только сжал кулаки, и на его лице отразилось что-то похожее на злость, смешанную с усталостью. — На днях, — наконец произнёс он, — в том кафе, где мы были с Тэхеном. Джин чуть наклонил голову, слушая. — Там работала она, — сказал Чонгук после короткой паузы. — Та девчонка. Ари. Он произнёс её имя без выражения, будто хотел стереть любое значение. — Я тогда не знал,какая она на самом деле. Просто официантка.Он коротко усмехнулся. — Она подошла к нам, принесла меню, потом заказ. Всё спокойно. А потом… когда я расплачивался, я кинул ей деньги. Просто кинул. Джин прищурился, но молчал. — А она взяла сдачу и кинула в ответ. Прямо мне в лицо. — Чонгук тихо рассмеялся, но смех был безрадостным. — Никто никогда так не делал. Ни одна женщина. Ни один человек вообще. Он провёл рукой по лицу, вспоминая. — И знаешь, что самое странное? На её глазах были слёзы. Она не закричала, не убежала. Просто посмотрела. Смотрела так, будто… будто я ничто. Джин опустил бокал. — И что ты почувствовал? Чонгук поднял глаза. Взгляд был острым, как нож. — Злость. Только злость. — Злость? — повторил Джин. — Да. — Он откинулся в кресле, глядя в потолок. — Потому что никто не смеет так со мной говорить. Никто. Я не привык к этому. Ни в нашем мире, ни вне его. Он замолчал, а потом добавил, почти шепотом: — Но всё равно… её глаза. Джин нахмурился. — Что с ними? — Голубые. Нереально голубые. — Чонгук усмехнулся. — Я видел их всего секунду, но… они будто прожигают насквозь. Он резко встал, прошёлся по комнате, словно пытаясь отогнать эти мысли. — Но это ничего не значит. Мне плевать. Я просто не люблю, когда кто-то ставит меня на место. Джин наблюдал за ним, в его взгляде не было осуждения — только понимание. — Ты не плевал, — тихо сказал он. — Если бы плевал, ты бы не помнил. Чонгук резко посмотрел на него. — Ты не понимаешь, — отрезал он. — Она не знает, кто я. Если бы знала — не смела бы так себя вести. — А может, именно поэтому и посмела, — спокойно ответил Джин. Тишина снова заполнила комнату. Где-то за стеной всё ещё слышались смех и музыка, но здесь царило странное ощущение тяжести, будто воздух стал гуще. Джин налил себе ещё вина, но сделал всего один глоток. — Знаешь, Чонгук, — сказал он наконец, — иногда самые простые люди заставляют нас чувствовать то, чего мы давно избегаем. — А иногда просто бесят, — холодно ответил Чонгук и пошёл к двери. Он остановился, положил руку на ручку, но не обернулся. — Не говори парням об этом. — Даже не думал, — мягко сказал Джин. Чонгук ушёл, оставив после себя пустоту и глухой звук захлопнувшейся двери. «Полтора месяца спустя» Середина декабря Зима пришла неожиданно — резкая, с ветром, который хлестал по лицу, с морозом, который будто откусывал воздух. Город окутался огнями, витрины украшали гирлянды, а люди прятали лица в шарфы, спеша по своим делам. За эти полтора месяца всё успело измениться. Жизнь Ари и Соён перевернулась — но не так, как у богатых наследников, а по-своему, по-их. Они стали сильнее. Ари за полтора месяца успела: — перейти на дневные смены, оставив ночные лишь изредка; — заработать достаточно, чтобы купить себе новые зимние кроссовки и пальто; — стать увереннее. Её внешность стала только ярче: длинные светлые волосы слегка завивались от холода, а ярко-голубые глаза выделялись на фоне зимы ещё сильнее. Она перестала прятать взгляд и как будто начала шагать тверже, громче, настойчивее. В университете её теперь знали ВСЕ. Из-за её красоты Теперь её называли: «Та девчонка с голубыми глазами».Некоторые умудрялись называть « медуза Гаргона» из-за пленяющих ярко голубых глаз, которые пленили и убивали одновременно. Ари это не нравилось, но она научилась не обращать внимание. Соён тоже изменилась — стала ещё язвительнее, ещё дерзее. Она всегда умела за себя постоять, но теперь — особенно. Она стала часто ходить на дополнительные курсы, получила стипендию, подружилась с Сонми ещё сильнее.И, да, каждый день продолжала профессионально игнорировать Тэхена, который как по расписанию выдавал свои нелепые, дешевые подкаты. Его фраза: — Соён, у тебя сегодня глаза красивые… Как два окна в ад, куда ты меня посылаешь — стала в университете мемом. На что Соён всегда отвечала: — Иди, я тебя провожу — вдруг обратно сам не найдешь. Тэхен обижался на полминуты, а потом снова начинался этот бесконечный цикл. Мир богатых наследников тоже не стоял на месте.Чонгук стал ещё холоднее. Его взгляд стал резким, движения — уверенными. Он сменил несколько стрижек, и теперь его привычная челка падала на один бок, придавая ему ещё более опасный вид.Он стал больше тренироваться, чаще ездить с отцом на встречи. На его лице появилась усталость — не простая, а та, что приходит, когда слишком много видишь для своих лет.С Ари он не говорил ни разу за эти полтора месяца. Но видел её много. Слишком много. То на перемене, то в столовой, то на улице. И каждый раз в груди что-то сжималось — но он гнал это прочь. Он говорил себе: “Она никто. Она просто хамка, которая не знает своего места.” Но память упорно напоминала: те голубые глаза, тот удар сдачей, и слёзы, которые он видел. Он ненавидел то, что помнил. Тэхен же наоборот — стал ещё ярче. Его длинные чуть вьющиеся волосы выглядели идеально в любую погоду. Он всё время шутил, флиртовал со всеми и раздражал Соён, и вообще жил так, словно мир создан для него. Он стал любимцем студентов — красивый, уверенный, харизматичный. И, конечно, наглый. Парни стали чаще собираться вместе, обсуждать дела, спорить, иногда ругаться. Но больше всего всех удивлял Чонгук — он молчал. Каждый раз. Как будто имени её нет. Как будто она не существовала вовсе. «Университет» Сегодня была та самая неделя, когда пары длились до вечера, преподаватели были злые, а у всех болели головы.Ари сидела на первой паре, записывая конспект — аккуратно, чётко, сосредоточенно. Соён с Сонми на своей паре. Соён рисовала на полях какие-то каракули, в основном — карикатуры на Тэхена. За последние полтора месяца такая картина стала нормой. Пара закончилась, преподаватель вышел, студенты начали шуметь.Курс Ари пришел в кабинет где проходила пара Соён.Сказав что сейчас будет общая лекция для всех направлений. В этот момент дверь открылась — и в аудиторию зашли парни. Тэхен первым заметил Соён. Он улыбнулся так широко, словно увидел любимую игрушку: — Соён, твоё отсутствие меня чуть не убило. Как ты? Соён даже не подняла глаза: — Жаль, что не добило. Чонгук же просто прошел мимо — холодно, молча, и даже не повернул головы в сторону Ари. Студенты высыпали на улицу — в мороз, в белое дыхание, в городской шум. Парни садились в свои машины.В этот момент Тэхен обернулся. Их глаза встретились с Соён. Его улыбка стала шире. А она закатила глаза так демонстративно, как только могла. Чонгук тоже взглянул — прямо на Ари. Холодно. Осторожно. Но чуть дольше, чем нужно.Она не отвела взгляд. Но первая отвернулась он. Что изменилось? Всё. И одновременно — ничего.Они всё ещё жили в разных мирах. Они всё ещё ходили одними коридорами, но проходили мимо друг друга.Ари стала другой,более закрытой. Соён стала прежней — только сильнее.Парни стали взрослее, опаснее. И между всеми этими линиями, взглядами, уколами и молчанием вязалась тонкая нить, которую никто пока не замечал. Но которая уже тянулась — крепко, уверенно, неизбежно. «Ночёвка у Сонми» Середина декабря, пятница — самый лучший день, чтобы хотя бы на миг забыть про холод, учебу, работу и бесконечный бег. Сонми целую неделю уговаривала сестёр: — Ну пожааалуйста! Давайте, у меня никого из родителей, дом пустой, будем делать маски, смотреть фильмы, есть всё подряд! И вот — они согласились. Ари и Соён собирались быстро, но тщательно — как всегда. Сёстры захлопнули дверь квартиры, спустились вниз по лестнице — и отправились к дому Сонми. «Дом Сонми» Дом подруги всегда был полной противоположностью их собственной квартиры: большой, тёплый, со светом, запахом свежей выпечки и десятком мягких пледов. Сонми выбежала к ним босиком, в пижамных шортах и огромной футболке: — Вы пришли!!! Всё, теперь официально, сегодня будет лучший девичник в моей жизни! Она обняла обеих так крепко, что Соён поморщилась: — Не душИ, Сонми. Я хочу выжить хотя бы до завтра. Но Сонми и бровью не повела. Сначала — море еды. Чипсы, роллы, пирожные, макаруны, газировка, какао, пицца. Сонми принесла две огромные миски: — Это — на фильм. А это — просто так. Они начали с комедии, перешли на романтический фильм, а закончили чем-то настолько скучным, что Ари уснула на середине. Потом Сонми принесла целую коробку косметики: — Так. Сейчас делаем вас богинями. — Я и так богиня, — фыркнула Соён, но позволила Сонми размазать по её лицу блестящую кремовую маску. Ари рассмеялась — редкий, искренний, тёплый смех. — Ты похожа на человека, которому намазали металлическую краску. — А ты как вампир, который не спал три века. Так они и перебрасывались колкостями, смеясь до слёз. Около двух ночи они легли втроем на большой мягкий ковёр. Сонми первой начала: — Так. Девочки. Давайте так. У кого-то из вас есть кто нравится? Ари чуть не поперхнулась своим какао. Соён закатила глаза: — Тьфу. Тема закрыта. — Нет. Открыта. Давай! Ты же вечно колешься, когда один человек подходит! Соён сразу поняла, кого она имеет в виду. — Тэхен? Да ты рехнулась. У меня на него аллергия. — Ага. Аллергия. Прям такая сильная, что ты каждый раз отвечаешь ему так, будто готова его придушить. Соён на секунду задумалась, но резко отвернулась: — Он идиот. Он просто бесит меня своей самоуверенностью. Он не в моём вкусне. — Точно не в твоём? — подмигнула Сонми. — Иди к чёрту. Ари тихо рассмеялась. Тогда внимание обратили на неё. — Ари? А у тебя? — Сонми смотрела хитро. Ари пожала плечами: — Нет. Сонми ещё сильнее прищурила глаза: — Ты точно? За полтора месяца ни один парень? Ари чуть дрогнула. Она вспомнила ледяной взгляд Чонгука. То, как он смотрел на неё на вечеринке. То, как деньги ударились о её ладонь. Как она кинула сдачу ему в лицо. Как потом плакала на веранде. Но она тут же отбросила эти мысли. — Нет. Не мой тип. — А какой твой? — Соён тоже решила подколоть её. Ари улыбнулась краем губ: —Его нет, мне и не до парней сейчас, тратить на это время, разбивать себе сердце не в моем интересе. И впервые за долгое время она действительно сказала честно. Когда обсуждение перешло на музыку, учёбу и подарки на Новый год, Сонми вдруг выдала: — Кстати, девочки… Завтра в универе будет что-то странное. Там ходят слухи, что у ворот будет много охраны. Ари подняла голову: — Почему? — Не знаю. Но говорят, что отцы парней будут там. Или приедут с проверкой. Или что-то обсуждают. Короче, что-то серьёзное. Соён усмехнулась: — Ну конечно. У них же мир крутится вокруг своих богатых задниц. Они легли спать в одной комнате: Ари у окна, Соён посередине, Сонми — возле стены. Перед тем, как уснуть, Сонми прошептала: — Я так рада, что вы у меня. Ари улыбнулась. Соён тихо подтолкнула её плечом. И впервые за долгое время две сестры уснули спокойно. Не думая о работе, о долгах, о вечном страхе. Завтра был новый день. Новый холод. Новая неделя. «На следующий день» Утро было холодным, обжигающим. Декабрь тянул из людей остатки тепла, и девочки дрожали, пока подходили к университету. Сонми, как всегда, жизнерадостная, первой махнула рукой: — Ну что, разбегаемся? Соён кивнула, поправила шарф, а Ари натянула капюшон. Они разошлись: — Соён с Сонми — в свой корпус, — Ари — в свой, на занятие по направлению, где она была одна из их троицы. Ари вошла в свой корпус и сразу почувствовала что-то странное. Тихо. Слишком тихо. Коридор был почти пустым, свет тусклый, звук её шагов отдавался гулким эхом. Она подняла голову — даже преподавателя, который всегда ходил раньше всех, не было. «Что за…» — подумала она, ускоряя шаг. Когда она свернула за угол, ведущий к аудитории, она столкнулась с кем-то настолько резко, что чуть не упала. — Твою… Осторожнее ходи. Ари подняла взгляд — и время как будто рвануло назад. Перед ней стоял Чонгук. Тот самый злой, холодный, с ледяным взглядом, в тёмной куртке и чёрном худи. Он тоже резко остановился, мышцы на его челюсти дрогнули. Полтора месяца прошло, а взгляд у него был таким же. Таким, от которого её грудь будто сжималось. Ари первая отвела взгляд: — Ты сам вылетел из-за угла. Он скривился: — Если бы ты смотрела, куда идёшь, проблем бы не было. — Если бы ты не вёл себя как… — она оборвала себя и сделала шаг в сторону, обходя его. — «Забудь. Он не ответил. Только проследил её взглядом, пока она уходила по коридору. Ни злости, ни эмоций — но что-то в его глазах промелькнуло. Что-то, чего Ари не успела прочитать. Она дошла до двери аудитории — и увидела парня из своей группы, Юнсу. — Ари, ой, ты здесь. Пара отменена. — Что? — Ну да. Говорят, что… — он понизил голос, — туда пришли отцы тех семерых. На какую-то проверку или совещание. Преподы сказали всем разойтись.Весь универ на уши подняли. Ари выдохнула: — Идеально… Насчёт «проверки» она ещё вечером слышала от Сонми, но не думала, что всё настолько серьёзно. — Спасибо, Юнсу. Я пойду. — Да, конечно. Она развернулась и пошла искать своих. Ари нашла Соён и Сонми на втором этаже их корпуса. Они стояли возле лестницы, смотря в окно — где действительно виднелись машины охраны и две чёрные машины, совсем не похожие на университетские. — Сонми, — начала Ари, — ты говорила, что что-то будет сегодня. Откуда ты об этом вообще знала? Сонми вздохнула, повернулась к ним и скрестила руки: — Я ведь вчера не рассказала вам главного. Сонми понизила голос: — Мой отец… довольно близко дружит с отцом Чонгука и отцом Тэхена. Ари чуть не выронила телефон, который держала в руке. Соён нахмурилась: — Ты шутишь. — Нет. Мы… раньше общались семьями. Мы, правда, много времени проводили вместе, когда были маленькие. В одном районе жили, в один сад ходили. Реально — песочница, игрушки, бегаем по двору. Но потом моя семья уехала… далеко. Общение само собой исчезло. Ари смотрела на неё молча. Сонми продолжила: — И вот — мы вернулись. Но сейчас это… не то. Они не друзья, как в детстве. Скорее… старые знакомые. Или люди, с которыми когда-то делили горки и качели. Соён усмехнулась: — А мы-то думали, что ты просто случайно их всех знаешь. Сонми покраснела: — Да знаю, но не потому что хочу. Просто так сложилось. Ари только кивнула. Если честно, она не знала, что чувствовать.