Волчонок

(Новый мир.) Большое селение. На самом верху высокой башни, у огромного окна сложив руки под грудью стоит светловолосая женщина. С высоты смотрит на селение огромными золотисто-карими глазами. Хмыкает, качает головой. Извлекает из под одежды бутылочку, выдохнув пьёт и заметив нечто необычное выплёвывает алкоголь в стекло. Открыв окно щурясь смотрит вперёд и видит как в десяти метрах от неё, гудит и щёлкает разрядами шаровая молния. — Это что за... — посмотрев на бутылку шепчет женщина. Шаровая молния резко увеличивается. Огромная искрящаяся разрядами и низко гудящая сияющая сфера начинает вращаться. По поверхности расходятся ослепительно яркие трещины. Гул усиливается... Ясное небо мгновенно заволакивает тяжёлыми грозовыми тучами. Поднимается ураганный ветер. В землю бьют молнии. Гром бьёт по ушам. Расходится ливень... — Цунаде-сама, — подходя к окну шепчет черноволосая девушка. — Что это? — Нападение! Шизуне. Тревога! Сфера вытягивает, превращается в быстро вращающуюся трубу. Труба врезается в землю и буквально сверлит площадь. Громкий хлопок и всё исчезает. Небо почти мгновенно проясняется. Тучи истаивают... Креме круглой, дымящейся и оплавленной по краям дыры в земле, ничего не остаётся. — Цунаде-сама... Цунаде не слушая выпрыгивает в окно. Спускается вниз. Встаёт у края дыры. — Хокаге-сама, — возникают перед ней двое Анбу. — Не подходи. Опасно... К месту происшествия стягиваются местные. Все с интересом и страхом рассматривают аномалию. — Кто-нибудь может мне объяснить, что это такое? — обводя сбежавшихся взглядом спрашивает Цунаде. — Никогда такого не видел, — подходя к ней качает головой Джирайя. — Похоже на какую-то технику. Но... — Всплеска чакры не было, — кивает всматривающийся в яму Яманака Иноичи. — Там что-то движется! В яме, наполненной густым и в тоже время полупрозрачным дымом, на самом деле что-то движется. Слышится голос, какое-то невнятное бормотание. Ощущение что там двое и один ругает второго. Но больше похоже на то, что там один спорит сам с собой. — Джирайя, — командует Цунаде. — Посмотри. — А почему я? — Потому что. Смотри говорю. — Наруто, — вздыхает Джирайя. — Пошли. Наруто ничего не боится. Тараща глаза и прячась за Джирайю, идёт вместе с ним к яме. Оба останавливаются на краю. — Что там? — спрашивает Цунаде. — Ничего не видно, — ворчит Джирайя. — Дым густой. Но да, что-то движется. Что-то... Белое? — Что за хрень! Вы... — Там парень, — говорят подошедшие ближе Ино и Сакура. Обе краснеют, отворачиваются... Хихикают... — Что смешного? — Он голый, — выдыхает Ино. — Ничего страшного, сейчас разберёмся, — говорит Наруто. — Голый парень. Нашли чего бояться. С этими словами, Узумаки пинает камень. Камень падает в яму... — Уй! — слышится изнутри приятный мужской голос. — Прямо между ног. Сука эльфийская! Конец тебе. Сейчас как отомщу! Из ямы слышится бормотание. И звук... Как будто кто-то плюнул... — А-а-а-а-а! — отскакивая от ямы кричит Джирайя. Бегает кругами и орёт как ненормальный. И орать есть от чего... Его нос быстро растёт и превращается в подобие хобота. Джирайя запинается об него, падает и гундосо матерясь отползает. Там же начинает орать Наруто у которого быстро растут уши. Уши достигают таких размеров, что Наруто становится похожим на уродливую бабочку. — Как больно! — снова кричат из ямы. — Моя голова... Исцеление! Абсолютное нейронное восстановление. В яме что-то вспыхивает. Застывшие у края Ино и Сакура, почти успевают отскочить. Но Сакуру зацепляет какой-то непонятной вышедшей из ямы белой энергией. Сакура падает на землю тяжело дыша пытается встать. Ино подбегает к ней, пытается поднять... — Не помогает. Божественное исцеление. Клеточное восстановление. В этот раз зацепляет обеих. Девушки визжат, крутятся на месте. В итоге обе замирают. У них... Одежда на груди каждой рвётся от быстро вырастающих грудей. Также одежда рвётся снизу, от того что растут задницы и бёдра. Обе вытягиваются, становятся чуть выше, крупнее и как будто взрослее. Осознав в каком виде, прикрываются руками и с визгом убегаю. — Промазал. Но ничего. Я тебя достану, сука эльфийская! — кричат в яме. Из ямы выпрыгивает парень с огромной сумкой в руке. Абсолютно голый, беловолосый. Правый глаз светится синим, левый розовым. На голове его большие волчьи уши. За спиной хвост. Он бросает сумку, встаёт на четвереньки, скаля острые клыки рычит. — Где эта тварь? Где? Эльфийская мразь? Где эльфийка? — Спокойно, — подняв руки говорит Цунаде. — Здесь нет никаких эльфиек. Не знаю кто это. Мы тебе не враги. Странный парень шипит, прыгает и вцепляется в волосы стоящего в стороне Какаши. Рыча царапает его. Беспорядочно бьёт по голове руками, кусает. Какаши крича бегает кругами. Падает и катается по земле... — Снимите это с меня! Снимите! Парень отпрыгивает, выплюнув клок выдранных белых волос хватается за голову. Упав на колени кричит, царапает лицо. Оглушительно громко воет... Замирает и падает на землю. Вытягивается и тяжело дыша отключается. — Интересно, — осторожно подходя говорит Цунаде. — Волчьи уши, хвост, глаза, зубы. Телосложение... Красные отметины на груди. Силы. Кажется парень не человек. Цунаде наклоняется, поднимает волосы неизвестного, ощупывает рукой голову. — И человеческие уши под волосами. Очень интересно... Цунаде ощупывает его лицо, осторожно приподнимает верхнюю губу, цокнув языком рассматривает зубы... — Мама, — схватив её руку всхлипнув стонет парень. — Мама... Как же больно... — В госпиталь его! — командует Сенджу. — Быстро в госпиталь. На всякий случай успокоительного и свяжите. Шизуне, займись этим. Я скоро буду. Собирайте совет, кажется я знаю кто это. — А я? — вставая и держа в руках свой нос спрашивает Джирайя. — Ты пока останься. Твои знания помогут. Сумку его дайте. Надо посмотреть и удостовериться. Наруто уведите, пока его ветром не унесло. (Позже. Тео.) Приятный сон, в котором созерцаю поразительно красивые женские лица, резко обрывается. Осознаю себя связанным, вроде на кровати. Дёргаться не решаюсь. Судя по запахам и звукам, вокруг меня полно народу. Кто-то шепчется, кто-то всхлипывает. Кто-то страшно гундит, как будто у него нос как у лося. — Проснулся, — рычит в голове Волк. — А у меня для тебя новости. — Начинай с плохих. — Хорошо, Тео. Первая плохая. Без лекарств ты начудил, на какое-то время спятил и сходу проклял четверых местных. Новость вторая, этот мир населён странными магами. Новость третья, пока ты спал, в нашу голову с целью посмотреть память, проникли. Новость четвёртая, наших здесь нет. — Значит нам конец? — Я бы не сказал, — рычит Волк. — Не всё так просто. Скорее, нам с тобой повезло. Наших здесь нет, но они определённо были. Потому что нас приняли за Оками. Это такие волки оборотни, относительно добрые демоны или как здесь говорят ёкаи. Посланники Ками, то есть богов. И мы, занимаемся тем, о чём я тебе рассказывал. Помогаем попавшим в беду, отводим несчастья, беды и невзгоды. Выводим заблудившихся в лесу. Мы не чудовища. Ну и самое хорошее, я знаю местный язык. То есть мы знаем. Мне здесь нравится. — Хоть что-то хорошее. — Ты только не глупи, Тео. Местные уже считают тебя чудом, красавчиком и верят что Оками, то есть мы, принесём им удачу. Нам надо остаться. Идти всё равно некуда. И даже если мы найдём храм, не факт что мы попадём лучше чем сейчас. — Так это... Память. Её же посмотрели? А если они всё знают, то мы... — Я показал только нужное. Детство, несколько трагедий. Все твои воспоминания я видоизменил, показал только то что надо, преподнёс так, что смотревший память маг, уже час плачет. Просыпайся, они все ждут. Открываю глаза. Увидев перед собой беловолосое, лохматое нечто с хоботом до земли вместо носа, дёргаюсь... — Тише, не надо, — подходит красивая, светловолосая молодая женщина. — Ты в безопасности. Тебе никто не угрожает. Женщина не простая. Старушка натянула на себя иллюзию и изображает молодую. Иллюзия хорошая, качественная. Но я всё вижу. — Почему я связан? — Потому что вот? — указывая на хобот гундосит лохматый с красными полосками на щеках. — Не знаю зачем ты это сделал, но прошу тебя убери. — Извини... Видимо после перехода в другой мир, я был не в себе. — Какой мир? — прищурив огромные золотисто-какрие глаза спрашивает светловолосая. — Тот откуда я пришёл, — говорит за меня Волк. — Другой мир, там были мои братья... Скажите, пожалуйста, когда я пришёл, за мной не появилась отвратительная худая женщина с розовыми глазами, как у меня левый, только навыкате, и длинными острыми ушами? — Нет. — Фух, спасён, — закрыв глаза выдыхает Волк. — Повезло. — Ты убегал от неё? — спрашивает женщина. — Почему? — Она хотела меня съесть. Бешеная эльфийская ведьма. Кое-как хвост унёс. Развяжите меня, я сниму с них проклятия. — Мы можем верить тебе? — О прекрасная госпожа, — переигрывает Волк. — Наверняка вы уже поняли что я не человек. Я Оками. Поэтому, от того чтобы разорвать путы, меня сдерживает моё благородное происхождение и воспитание. — Чем докажешь что ты Оками? С лёгкостью разрываю путы, сажусь. Зевая потягиваюсь, встаю и превращаюсь в волка. Огромного, на полпомещения. Ложусь, смотрю на них... — Этого не достаточно? — Скажем так, в это сложно поверить. Как твоё имя? — Теодент Ильминтир. Оками. Свои звали Волчонок, потому как молодой, двести пятьдесят три весны всего. По профессии скромный целитель. Мы пришли в тот мир. Моя стая... Эльфы убили всех. Мне с трудом удалось вырваться. Мою маму... При мне, зажарили на вертеле. — Несчастный ребёнок, — вскочив со стула до этого всхлипывающий мужчина в плаще. — Тео! Не бойся! Тебя здесь никто не обидит! Проклятые эльфы! — Ты чо ему понаплёл? — мысленно обращаюсь к Волку. — Правду показал. Нашу маму и правда сожрали эльфы. — Дайте Иноичи успокоительного, — командует женщина. — Приведите остальных. Теодент, понимаю ты испугался. Но надо исправить то что сделал. За дверью слышится смех. Заходят пятеро. Один светловолосый, с огромными голубыми глазами и полосками в виде усов на щеках. Двое в белой одежде, смеясь несут его огромные уши. С ними две девушки. Одна красивая, с розовыми волосами, большими зелёными глазами, одетая в халат. Вторая... Причёска интересная. Сзади волосы собраны в хвост. Спереди чёлка прикрывает половину лица. Девушки высокие, даже под халатами видно что очень фигуристые. Обе улыбаются и без какой либо неприязни смотрят на меня. — Ой, извините. Я сейчас всё исправлю. Превращаюсь в человека, набрасываю на себя одеяло. Первым делом отменяю проклятие парня. Как только его уши становятся нормальными, отменяю проклятие у беловолосого. — Ино, Сакура, — командует кареглазая. — А вы почему отходите? — Цунаде-сама, — улыбается та что с розовыми волосами. — Да нам как бы нормально. Одежду новую подберём. Не надо ничего менять. — Теодент? — смотрит на меня женщина. — Это... Как бы объяснить. Это не проклятие. Мне было очень больно, я подумал что умираю, пытался вылечиться, но промахнулся и бросил исцеление в них. Отменить это невозможно. — Ура! — кричат обе. — Пошли вон, — указав на дверь качает головой Цунаде-сама и смотрит на меня. — Моё имя, Сенджу Цунаде, я глава этой деревни. Пятая Хокаге. Он Джирайя, это Наруто, на полу плачет Иноичи. Добро пожаловать в Коноху, Оками. — Тео. Можно просто Тео. Извините моё невежество, о несравненная, но я должен спросить. А эльфов здесь точно нет? — Эльфов нет. Да и Оками до недавних пор не было. Но теперь... Что думаешь делать дальше? — Идти мне не куда. Вот если бы выдался малый шанс остаться здесь... Я очень полезный. Я могу лечить людей. Более того, мне нравится это делать. Вы простите за то что так получилось. Испугался я очень. А как бы вы поступили, если бы вас хотели сварить и употребить в пищу? — То есть мы можем тебе верить? — спрашивает Сенджу. — Я заслужу доверие. Приведите ко мне любого больного и я за мгновение вылечу его. — Я спрашивала про доверие. Мы, можем, доверять тебе, Тео? — Вы не поверите. И это правильно. Но, я могу доказать. — Оставьте нас, — качает головой Цунаде. — А ты ложись. Как медик запрещаю тебе вставать. — Цунаде, это опасно, — бубнит Джирайя. — Я останусь с тобой. — Пошёл вон! Придурок. Итак, Тео. Давай на чистоту. Я верю что ты Оками. Отдыхал ты двое суток. За это время я провела исследование. Ты не человек, таких как ты я ещё не встречала. У тебя волчьи уши, хвост. Твоё строение отличается. Органы расположены в зеркальном порядке. У нас сердце слева у тебя справа и это не аномалия. У тебя очень необычная чакра. Твои вещи. Одежда и оружие, деньги... На одежде имеется вырез под хвост. На кимоно символы не известные, но эксперты уверены в том что это язык. Твоё оружие из неизвестного металла, определить из какого мы не смогли. Деньги... Золотые монеты, на них воющий на Луну волк. — Извини, но не воющий, а поющий. Луна поднимает нам настроение. Поднимает так, что мы поём. Другие народы этого боятся. Я не виноват что они ничего не понимают в искусстве. Извини... — Твои анализы крови, — продолжает Цунаде. — Это что-то с чем-то. Кажется ты близок к нам, но различия... Значит ты хочешь остаться с нами? И что ты хочешь делать? — Если я останусь здесь, то деревня сразу станет моей территорией. А поскольку я хищник территориальный, ни один враг не подойдёт. Потом, как я уже говорил, я скромный целитель, поэтому с радостью смогу лечить жителей. — От каких именно болезней? — От любых. Могу выращивать недостающие конечности, органы, глаза. Могу.... Сев на кровати принюхиваюсь, присматриваюсь... Улыбаюсь... — Могу вылечить тебя. — Но у меня нет болезней! — Есть, я вижу. Твоя печень умоляет о пощаде. Видимо у тебя проблемы с алкоголем. Возраст, я вижу что ты скрываешься под иллюзией. На самом деле ты старше. Ещё у тебя проблемы с пхикой... — Ты видишь меня! — закрыв лицо руками кричит Цунаде. — Немедленно прекрати смотреть. Нет! Ты не должен меня такой видеть. Перестал? — Да. М-м-м... Цунаде, здесь ничего такого нет. Старость для людей процесс естественный, для меня же болезнь. Настолько несерьёзная, что вылечить не сложнее чем избавить от насморка. Хочешь я вылечу тебя? — Завтра... Потом. Сейчас состоится совет селения, — злобно бросает Цунаде. — Отдыхай. Мы решим твою судьбу, позже я скажу в какую сторону. Цунаде идёт к выходу, у двери останавливается. Прыгает ко мне. — Тео, — укладывая меня и укрывая одеялом ласково говорит она. — А как с Ино и Сакурой, сможешь? — Легко. Ты только скажи. Я и от алкогольной зависимости тебя избавлю. Я... — Вечером увидимся. Из палаты не выходить! Народ не пугать. Если ты хочешь остаться, пожалуйста, веди себя нормально. — Обещаю. — Пижаму тебе сейчас принесут, — выходя бросает Сендду. Пижама? Что такое пижама? Наверное местное больничное блюдо. Не знаю. — Волк, а с чего ты так остаться хочешь? — Понимаешь, Тео. Я верю что ничего просто так не происходит. То что мы здесь, не иначе как знак свыше. Ну сам подумай, набрали по сути случайный адрес и так хорошо попали. — Кто сказал что хорошо? Цунаде например говорит что сейчас решится наша судьба. Что если нас решат казнить? — Сбежим. Где-нибудь всё равно дом найдём. Ты лучше скажи почему та розовая так тебе понравилась? Я что-то понять не могу. — Розовой цвет... Мамины глаза, они тоже розовые. Конечно эту тварь я мамой больше не считаю. Но розовый... — Ну да, девчонка хорошая. Улыбка красивая, глаза зелёные. Ты бы присмотрелся. Может и искать никого не надо. — Сама отнесу! — заваливаясь в палату рявкает девушка с розовыми волосами. Проходит, ставит мне на ноги поднос с едой. Улыбаясь садится на стул и внимательно смотрит. — Оу, спасибо. Приятно получать еду из рук такой красавицы. — Красавицы, — шепчет девушка. — Приятно. Ты ешь. Тебя ведь Тео зовут? — Да... — А я Сакура. — Очень приятно Сакура. Я люблю знакомиться с людьми. Особенно когда они такие красивые. — Не смущай меня. Ешь пока совсем не остыло. На подносе, что-то непонятное. Какие-то белые зёрна. Немного мяса, соусы. Рыба... И нет столовых приборов. Выглядит и пахнет аппетитно, особенно после тюремных деликатесов. Там стражники не удосуживались с пойманных крыс шкурки снять. А здесь... — Извини красавица, но кажется ты забыла про столовые приборы. — Тео, вот они, — указывая на две палочки удивляется Сакура. Палочки... Как ими есть непонятно. Кручу в руках, пытаюсь подцепить кусочек рыбы. Рыба, несмотря на то что приготовленная, как будто вырывается и летит мне в лицо. — Извини, — виновато улыбаясь прижимаю уши. — Я этим есть не умею. — Тогда давай помогу, — стараясь не смеяться кивает Сакура. — Открывай рот. Открываю, пробую... Схожу с ума от вкуса. Еда, это нечто невероятное. Вкус такой... — Божественно вкусно. Сакура, ты чудо... — Это не я готовила, — краснеет девушка. — И вообще, больничная еда не самая вкусная. Тебе правда нравится? — С твоих рук, Сакура... Еда с твоих рук, сама по себе становится вкуснее. — Мне пора... — отдав мне палочки бледнеет Сакура. Вытирая вспотевшее лицо встаёт и уходит. — Чего это она? — ворчит Волк. — Перестарался, романтик. Еда из твоих рук, становится вкуснее. Бе... — Много ты понимаешь, морда эльфийская! — бесится Волк. — Мы в отличии от вас, уродов остроухих, хотя бы любить умеем. А не как вы. Ищите выгоду во всём и во всех. Противно... — Она красивая. — Да. Не поспоришь. Вторая тоже ничего. Выбирать придётся. Ты представь! Много маленьких розовых волчат. — Размечтался. Нам сначала выжить надо. Давай есть, жрать хочется. Да... Она красивая. И Цунаде красивая. И все здесь красивые. Здесь... Там бы их всех, как и меня назвали уродами. Интересно почему я теперь нахожу людей и эльфов из моего мира такими страшными? Восприятие изменилось или психика того, нарушилась? Надо посмотреть. А то эти красивые люди приговорят к казни... Не хотелось бы.