За Империю!

      Леди Сильвана Ветрокрылая не привыкла терять время зря.       Гаррош заставил её ждать целых полчаса, пока он будет ломать комедию с Вол'джином, и Сильвана решила, что это подходящий момент, чтобы переосмыслить всю её стратегию — и стратегию войны, и стратегию поведения.       Главной целью Сильваны после свершения мести Артасу Менетилу были две вещи: её личное выживание и месть тем, кто отрёкся от неё, когда она подвергалась ужасающим страданиям в виде банши.       Сильвана мертва, говорили они, ведь Сильвана Ветрокрылая нашла бы способ сопротивляться тому, кто поработил бы её. Жалкие ничтожества, не ведавшие и мизерной доли тех страданий, которые довелось ей вынести по воле этого предателя Артаса. И даже её родная сестра думала так же, даже для неё она теперь всего лишь монстр...       И когда Сильвана освободилась, она решила, что пусть так и будет. Теперь для них всех она мертва. И она покажет им всем, чего она стоит.       Впрочем, народа высших эльфов уже не было, а ставшие их фактическими преемниками эльфы крови сами стали жертвой такого же предательства и пренебрежения, и Сильвана, заставив себя забыть былые обиды, сама предложила Лор'Темару Терону присягнуть Орде и быть с её новым народом — Отрекшимися — бок о бок. Но другое дело — остальной Альянс. Особенно этот король-фанатик Вариан, готовый со своими паладинами охотиться на её Отрекшихся, как на зверей. И сейчас Сильвана с внутренней усмешкой предвкушала, как не менее кровожадный, чем она, дикарь Гаррош Адский Крик устроит Альянсу кровавую баню. С её помощью, конечно. Терамор был только началом.       Надо отдать этому орку должное — он сумел её сегодня по-настоящему впечатлить. И она сама не знала, радоваться этому или опасаться.       Изначальный план, который они согласовали перед собранием, был таков. Гаррош обвиняет Вол'джина в покушении на его жизнь. Сильвана свидетельствует и рассказывает всем то, что рассказала Гаррошу. Лор'Темар тоже будет лоялен — у Гарроша хватило-таки ума умаслить его, но Сильвана и сама дала лидеру эльфов крови в частном разговоре несколько намёков на то, что в его интересах будет поддержать кое-какие важные вещи, которые планирует сделать вождь. Остальным будет некуда деваться — такое подлое преступление нельзя не покарать смертью. А затем, воспользовавшись тем, что оппозиция Гаррошу деморализована, он обрушится на Бейна и угрозами и манипулированием вынудит его, наконец, заткнуть своё недовольство и начать с рвением доказывать свою верность.       Но Гаррош, уже договорившись с Сильваной, припрятал туз в рукаве. Оказывается, он без её ведома сумел выяснить, что за действия совершал против него Бейн. И то, что должно было стать судилищем над Вол'джином, он превратил в судилище над Бейном.       Разумно. Тролли любят Вол'джина. Да, многих отправили в Восточные Королевства, но всё же риск серьёзного недовольства оставался. Таурены намного более мирные. Они вряд ли поднимут восстание. К тому же Бейн с его совершенно бесхребетной политикой по отношению к убийствам Альянсом представителей его народа смог создать себе серьёзную оппозицию — и можно было быть уверенным, что Кор'крон не столько установит у тауренов кровавую и ненавистную им диктатуру, сколько просто вмешается в и без того тлеющую среди этого народа вражду и поможет чаше весов опуститься на нужную сторону в наступившем хаосе. И кто теперь осудит вождя Орды, всего лишь погасившего готовый разразиться кровавый конфликт среди подданных и выразившего готовность защитить их интересы? А Вол'джина он унизил, растоптал и сделал при этом обязанным жизнью. Сейчас он, вне всякого сомнения, закрепляет успех, обрабатывает тролля и указывает ему на его место в будущем. И Вол'джин сломался. Это уже было видно. Он крепче Бейна — но он сломался. А может, именно потому что с виду крепче. Вол'джин горячий, импульсивный. Таких ломать легче. У Бейна его пацифизм и убеждения в крови. Вон с каким мужеством он себя вёл перед казнью... Бейна бы не удалось так сломать — максимум нагнуть, но он бы всё равно продолжал саботировать действия Гарроша. Да, пожалуй, так лучше.       Умно. Грамотно. Политически верно. Виден тонкий расчёт. Так непохоже на Гарроша, обычно просто машущего топором, прежде чем подумать... Кажется, он учится. Боги, получается, этот орк из двух разговоров с ней вынес для себя больше, чем из нескольких лет сначала с Траллом, а потом с Вол'джином и Эйтриггом! Но почему он ей не сказал об изменении плана на сегодняшнее собрание?       Не доверяет?       Нет, тысячелетняя интуиция говорила бывшей эльфийке — дело в другом. Она ловила от Гарроша взгляды, полные... благодарности? Дружелюбия? Или даже какого-то обожания, смешанного с нежностью? Она видела, как легко он после начального сопротивления поддался на её прикосновения — кажется, у Гарроша в голове всю жизнь была только война, и он был совсем неопытен по части женщин... Тут ошибиться было невозможно — ей удалось эмоционально привязать его к себе, даже если он сам этого не был готов признать.       Кажется, Гаррош всерьёз решил впечатлить её. Показать, что он кое-что может. Что он не так глуп и примитивен, как она думает. Показать, что он может быть хорошим учеником — раз уж она сама предложила ему себя в роли наставника.       Гаррош учится. Он будет впитывать всё, что она ему говорит, как губка. И он станет настоящим вождём Орды. Хитрым, коварным, опасным. Как, например, уважаемый среди орков Оргрим Молот Рока, в честь которого и названа столица. И Сильвана не знала, как к этому относиться.       Конечно, для Орды это хорошо. Умный и хитрый вождь сможет повести её к победам.       Но хорошо ли это для Сильваны? Для её Отрекшихся? Умным и хитрым вождём будет намного сложнее манипулировать... Хотя и интереснее. Впрочем, в любом случае эмоциональная составляющая их отношений никуда не денется. Сильвана не позволит Гаррошу соскочить с этого крючка.       И против воли в ней шевельнулось ещё какое-то чувство. У руля Орды — без знаний, без малейшего понимания психологии других народов, без советчиков... Она не могла понять такого: у эльфов обучение могло длиться десятки лет, она сама ох как не сразу стала следопытом, а тем более генералом... Может, у орков в принципе так заведено? Но всё-таки со стороны Тралла было очень неразумно не предоставить молодому вождю хотя бы более или менее лояльных советников, как это было опять же заведено у тех же эльфов. Что ж, ей досталась почти неогранённая личность... Интересно, что ей удастся из него вылепить?       Её размышления прервал Гаррош, ворвавшийся в комнату с ворохом карт в руках. Увидев Сильвану, он радостно осклабился и кинул эти карты на стол. Сильвана бросила быстрый взгляд — это были карты Калимдора и Восточных Королевств, даже с какими-то пометками, а также фишки, видимо, для обозначения войск.       — Ну что, Сильвана, — весело начал Гаррош. — Спектакль удался на славу! Когда этому мулу перерезали глотку, по-моему, даже ты засмотрелась. А с Вол'джином теперь всё под контролем. Он будет под постоянным наблюдением и рядом со мной. И, кажется, он смирился и понял. Оценил эль, а ещё больше то, что он не отравлен, — Гаррош захохотал.       — Главное, не перегни палку, — спокойно сказала Сильвана. — Если уж решил ломать и унижать кого-то, надо не доводить до отчаяния.       — Я знаю... теперь знаю, — хмыкнул Гаррош, раскладывая карты на столе. — Спасибо за помощь и советы, Сильвана.       Сильвана стала помогать ему, как бы невзначай касаясь его рук при расстановке фишек — Гаррош уже не проявлял ни малейшего желания отдёрнуться, напротив, сам задерживал контакт.       — Ты хорошо всё переиграл, вождь, — Сильвана решила подыграть его большому эго, тем более, он это заслужил. — Я не знала о Бейне. Если бы я знала, что он совершил такое предательство, я бы на твоём месте поступила так же.       — Рад, что мы мыслим одинаково, Сильвана, — Гаррош с ухмылкой вернул ей её шпильку с позавчерашней встречи. — Но перейдём к делу?       — Если ты действительно хочешь именно этого, вождь, — мягко сказала Сильвана, беря его руку в свою. — Ладно, шучу. Я смотрю, ты принёс карты обоих континентов...       — Мой первый план — Калимдор, — сказал Гаррош. — Сейчас Альянс деморализован. Мы зачистим Степи. Затем — Ясеневый лес, но скажу откровенно — пока наши успехи там невелики...       Сильвана со вздохом поставила на Ясеневый лес фигурку ночного эльфа.       — А что по Южным степям? — спросила она.       — После Терамора Альянс в Калимдоре ослаблен. Я думаю, мы их там быстро добьём, — самоуверенно сказал Гаррош.       Сильвана покачала головой.       — Альянс, может, и ослаблен, но ни разу не деморализован, Гаррош, — она выставила на юг Калимдора человеческую фигурку, потом ещё одну. — В Штормграде готовят большую экспедицию сюда.       — Её надо перехватить, — сказал Гаррош. — Я уже говорил с генералом Назгримом. У нас достаточно джаггернаутов, чтобы перекрыть основные пути к Калимдору.       — Они всё равно найдут куда просочиться, если их встретят с суши. У них будет здесь плацдарм, с которого они скуют все силы Орды в Калимдоре, — красные глаза банши вспыхнули тревогой.       — А значит, наши войска не смогут отправиться в Восточные Королевства...       — ...и защитить нас с Лор'Темаром, — мрачно кивнула Сильвана. — И сухопутная армия Альянса нас раздавит. Таков план Вариана Ринна.       Сильвана выставила целую кучу фигурок Альянса в Штормград и всего по одной принадлежащей Орде — в Лордерон и Луносвет. Гаррош злобно рыкнул и сжал кулак.       — Ты забыла Кромуша с его орками и троллями... — он поставил фигурку орка рядом с фигуркой Отрекшегося в Лордероне. — Впрочем, я не спорю, это мало что меняет. Долго они не продержатся.       Воцарилось молчание. Сильвана решила дать Гаррошу возможность первому озвучить план.       — Значит, надо зачистить Калимдор от Альянса как можно скорее! — взревел, наконец, вождь. — Удвоим, утроим усилия! Если мы закрепимся в каждом уголке этого континента, мы сможем перебросить к вам в Лордерон целую армию! И тогда уже сам так называемый король будет трястись за свой трон! Но ты, верно, скажешь, что это слишком самонадеянно?       — Я скажу, вождь, что это единственный рабочий план. Только так мы сможем выиграть войну.       Лицо Гарроша вытянулось. Кажется, он был абсолютно уверен, что Сильвана начнёт критиковать его безрассудство, скажет, что о зачистке Калимдора нечего пока и думать... Что ж, настал черёд Сильваны удивлять орка.       — Что, Гаррош, не ожидал, что я одобрю твой орочий подход? — Сильвана пододвинулась к вождю ближе и чуть прижалась к нему, ощущая тепло тела и пульсирующее сердцебиение и горячее дыхание — боги, это даже было почти приятно, она себя почти чувствовала живой... Сильвана обратила внимание на реакцию Гарроша: он явно был очень рад, у него даже участилось дыхание.       — Нам надо как можно быстрее закончить в Калимдоре, Гаррош — сожжением Терамора ты начал партию, в которой уже не можешь отступить или затормозить, не потеряв всё. Сила Орды — в едином кулаке, сила Альянса — в умении и способности вести войну на нескольких фронтах... Нам надо выбить из рук Альянса этот козырь. Но мы упираемся в три проблемы. Во-первых, это Южные степи. Ты недооцениваешь их боеспособность, вождь. Сейчас туда ещё бежала часть тераморцев. После того, что произошло, у них даже дети схватят в руки оружие и пойдут убивать твоих орков.       — Тем хуже будет для них! — загремел Гаррош. — Я лично пойду и раскрою черепа этим... хах... детишкам!       — Я не сомневаюсь, что ты это сделаешь, вождь, — Сильвана ехидно улыбнулась, не в силах удержаться от сарказма: всё-таки он смешной! — Вот только ты потеряешь на этом кучу времени, и Альянс сможет прислать подкрепления, после чего...       — Понял, понял, — Гаррош раздражённо махнул рукой. — И что же ты предлагаешь, Сильвана?       — У меня есть две идеи по Южным степям, — задумчиво сказала королева Отрекшихся, внимательно посмотрев на Гарроша.       По правде, ей давно хотелось бы сделать и то, и то. Но Гаррош раньше был совершенно непримирим к её методам ведения войны. Но теперь, когда он и сам переступил через былые ограничения, и когда он сам в процессе обсуждения с ней понял, что ситуация почти безвыходная...       — Я хотела бы направить туда своих Отрекшихся, и в том числе Вал'кир, а может быть, и поучаствовать лично, — Сильвана уже говорила почти нежным голосом, слегка приобнимая Гарроша.       — Ты... ты хочешь поднимать убитых людей Альянса как нежить? — хрипло выдохнул Гаррош.       Сильвана посмотрела на него горящим взглядом — и в ответ поймала взгляд орочьих глаз, в котором отвращение смешивалось с желанием. Гаррош судорожно положил ей руку на талию, словно пытаясь найти опору. Вождь явно колебался...       — Это во имя Орды, Гаррош, — прошептала Сильвана. — Вместо того, чтобы нести потери, мы нарастим силы. А ты сможешь высвободить войска для Ясеневого леса...       Гаррош сдался.       — Я согласен, — отрывисто кивнул он. — Делай что считаешь нужным. Тебе будет предоставлена любая помощь.       Сильвана внимательно посмотрела на Гарроша. Стоит ли давить дальше? Хватка на её талии усилилась, и она подумала — стоит.       — Мы избежим потерь в Степях, но всё равно потеряем время. Если бы таурены... но я не думаю, что твой Кор'крон и их новый вождь смогут обеспечить нам эту помощь раньше, чем через пару недель.       — И как же нам ускорить завоевание Южных степей? — хмуро спросил Гаррош.       Сильвана наклонилась к нему, почти касаясь губами его ушей.       — Чума, — прошептала она ему.       Гаррош дёрнулся — и уже сама Сильвана, понимая, какой будет реакция, властно сжала рукой его талию, показывая ему уже свою силу.       Ты думал, Гаррош, что я хрупкая эльфийка-нежить, с внутренней улыбкой подумала Сильвана. Что ж, узнай, какие у меня стальные объятия, любитель грубой силы.       Молчаливое противоборство длилось несколько невыносимо долгих секунд. А затем...       Гаррош расслабился. Он признал её силу. Признал в ней равную.       — Будь я проклят, Сильвана. Только из необходимости.       — Ты принял по-настоящему мудрое решение, вождь, — довольно промурлыкала Сильвана. — Итак, Южные степи мы берём на себя, при вашем минимальном содействии, — она смахнула фигурки с этого региона. — Теперь Ясеневый лес.       — Кромуш рассказал мне. Каждая попытка зайти туда оборачивается огромными потерями. Ночные эльфы прячутся за деревьями, там засада на каждом шагу.       — Сожгите лес, — сказала Сильвана.       Гаррош подскочил в кресле.       — Сжечь? — воскликнул он. — Но...       — У тебя есть твои гоблины, твой Черноплавс. Пора задействовать их изобретения. Или тебе жаль его обитателей? — её глаза сузились в насмешке.       — Жаль? Да я бы был только счастлив покончить с этими выродками, Сильвана! — рыкнул Гаррош. — Я могу сжечь его со всеми жителями, но тогда Орда вместо леса со столь нужной нам древесиной завоюет пустырь!       — А если этого не сделать, Орда не завоюет ничего и потерпит поражение в войне, — сказала Сильвана. — Подожгите лес по периметру так, чтобы все ночные эльфы стали полностью отрезаны от внешнего мира. Спустя пару-тройку дней те из них, кто не подохнет в огне и дыме, сами приползут на коленях умолять сжалиться. Примите их капитуляцию и позвольте эвакуироваться из Калимдора. Нам нужна не зрелищность, а быстрая победа.       — Хм, — задумчиво сказал Гаррош. — Хорошо. Тогда я отзову основные силы орков и направлю туда гоблинские машины. Ладно. Скажу тебе честно, меня уже тоже посещали подобные мысли. И ещё у меня есть один козырь, который может помочь... В конце концов мы заткнём писк всех этих эльфийских крысёнышей!       — После этого Калимдор будет свободен, за исключением Тельдрассила. Которым мы сможем заняться сразу после этого. У меня есть кое-какие идеи, но сначала нам надо закончить на материке, — улыбнулась Сильвана.       Гаррош тяжело выдохнул и откинулся на спинку кресла — было видно, что это обсуждение далось ему нелегко, Сильвана его смогла продавить на действительно тяжёлые для него вещи.       — Что, вождь, не жалеешь, что связался со мной? — усмехнулась королева Отрекшихся.       Гаррош посмотрел ей в глаза, всё ещё продолжая держать её талию. В следующий момент он уже пытался привлечь её к себе... но Сильвана выскользнула из его хватки.       — Не спеши, Гаррош, — она мягко улыбнулась вождю, держа дистанцию. Поцелуи с орком или тем более что-то большее точно не входило в её планы, но и резко отталкивать его не следовало. — Нам ещё многое предстоит сделать. Когда мы реализуем наши планы здесь, мы принесём войну в Восточные Королевства. Но не в Лордерон, а в Штормград.       — На наших условиях, — рыкнул Гаррош, и Сильвана увидела в его глазах уважение. — Вот это я понимаю. Всё как я люблю. Мы Орда!       Он пафосно ударил себя кулаком в грудь, и Сильвана сдержала смешок.       — Тогда до встречи на войне, мой вождь. Я немедленно направлю своих лучших людей на решение проблемы в Степях.       — А я в Ясеневый лес, — сказал Гаррош. — Мне уже не терпится понюхать жареной эльфятинки.       — Вот и посмотрим, кто из нас первым справится, — усмехнулась Сильвана, — и кто здесь самый воинственный орк.       — Ха! Ты желаешь соревноваться с настоящим вождём орков, королева банши? — Гаррош выпятил грудь и довольно расхохотался. — Пусть будет так!       Он в превосходном состоянии духа вышел из комнаты. От Сильваны не укрылось, что он уже на ходу сказал кор'кроновцам привести к нему кое-кого... но имён гоблинов там не прозвучало. Нет, Гаррош просил привести к нему каких-то неизвестных ей орков. Сильвана усмехнулась. Гаррош упоминал какой-то козырь... Пусть. Посмотрим, как он справится с по-настоящему серьёзной задачей.       Она была уверена в своём успехе в Степях и в том, что это приведёт к росту армии Отрекшихся. Что было ей на руку.       Но если Гаррош действительно быстро и эффективно справится в Ясеневом лесу и ещё и сможет её удивить — она действительно пересмотрит своё мнение о нём как о шуте с мозгами огра и зауважает его как вождя.       С этими мыслями Сильвана Ветрокрылая покинула крепость Громмаш.