За Империю!

      Гаррош никогда не пил кровь демонов. Он действительно не понимал, когда Саурфанг рассказывал ему о безумии, накрывавшем орков, о кровавой пелене на глазах, о неадекватной ярости и стремлении убивать всё подряд. Точнее, Гаррош, конечно, прекрасно знал, что такое боевая ярость, более того, это было почти что его обычным состоянием... Но всё изменилось после того разговора с задержанной Сильваной.       Он сразу понял — она не врёт. Да, как ни занятно, она вообще никогда ему не врала. На фоне почти всех лидеров Альянса и Орды королева мёртвых отличалась, в общем-то, честностью. Да, конечно, её действия в Ледяной Короне были предательством, масштаб последствий которого только предстояло осознать. Но... Гаррош сразу понял, что все слова про топливо, про мучения — это чистая правда. Он понял — и не хотел верить. И на автомате начал называть имена величайших героев Орды, из последних сил прячась за ними от неумолимой реальности, пытаясь обмануть самого себя и убедить себя, что он надеется, что с такими-то великими орками точно не произойдёт подобного бесчестия.       И тогда его накрыло. Потом уже он долго затачивал затупившийся Кровавый вой, который он не сломал каким-то чудом, и сам удивлённо разглядывал выбоины в каменных стенах и полу оргриммарского подземелья. Хорошо, что он никого не зашиб, когда размахивал топором во все стороны... Это была не просто ярость орка. Это была испепеляющая ненависть к самому мирозданию. Гаррош знал: сейчас он готов свернуть горы. За честь отца... за честь поруганных предков. За то, чтобы никто и никогда не смел судить ни одного орка. И кроме того — он испытал облегчение и даже некоторую признательность Сильване. Да, ситуация ужасна. Но теперь всё прояснилось. Больше нет тайн. Впереди — враг. Ещё один. Как Плеть. Как Легион. Как Альянс. Это было то, что Гаррошу было понятно.       Приятным сюрпризом — если можно говорить о чём-то приятном в контексте всех этих событий - было то, что с Гаррошем очень сблизился Варок Саурфанг. Мысль о судьбе Драноша перевернула сознание старого воина, и если раньше он служил голосом разума и пытался охлаждать пыл Гарроша, то теперь он вскипел и сам стал рваться в бой. То, как он рубил слуг Утробы, вызвало у Адского Крика неподдельный восторг.       — Поклянись мне, Гаррош, — сказал Саурфанг вождю. — Поклянись, что если я погибну, ты закончишь дело. Ты найдёшь моего сына. И вытащишь его из этого кошмара.       И Гаррош поклялся.       Сильвана говорила, что Доминирование в Утробе невозможно вынести простому смертному. Либо Гаррош не был простым смертным, либо она явно преувеличивала. Да, он чувствовал что-то вроде назойливого шёпота. Но этот Тюремщик с таким же успехом мог бы рассчитывать, что Адского Крика остановит жужжание мух или укусы комаров. Магия Утробы скатывалась с его орочьей ярости и гордости, как с гладкого купола. Гаррош вооружился своим гневом, как щитом. Другим было явно тяжелее, но тем не менее самые верные и яростные — его лучший друг Малкорок и его Кор'крон — были так же невозмутимы. Держался молодцом и генерал Назгрим, для которого не было слов выше, чем «честь» и «верность». И Зела, яростная, неистовая Зела, на своём новом драконе. Дракону, кстати, явно приходилось нелегко, но Зела пинками и понуканиями быстро приводила его в чувство.       — А вот и вход в Орибос, — прокомментировала Сильвана, когда они достигли портала.       Гаррош почувствовал слабое сомнение. Нет, это была не магия Тюремщика. Дело было в другом. Он подспудно чувствовал — именно Утроба является главным злом. Именно Зоваал — самое страшное чудовище и основной враг. И ему самому казалось, что разумнее сосредоточиться именно на Утробе. Где-то там вдали возвышается шпиль Торгаста — жуткой башни, сложенной из истерзанных душ... Уходя отсюда, он чувствовал холодок предательства. Но аргументы Сильваны о том, что люди пойдут защищать Орибос и Бастион, были слишком убедительны. Он не может позволить им сохранить систему.       Гаррош задумчиво обвёл взглядом тех, кто был с ним. Сильвана... Его любовница (наверное, уже бывшая), его самый полезный союзник, его проводник. Но она не была тем, кому можно доверять как самому себе. То, что она решилась на сделку с Тюремщиком и попыталась сыграть в свою игру в Ледяной Короне, было демонстрацией её ненадёжности. Все её слова и поступки следовало фильтровать и проверять. Но при этом она была и самой толковой. С кем, по сути, ещё ему было советоваться, как не с ней?       Малкорок, Зела, Кромуш, Назгрим, Саурфанг... Хорошие орки, верные, честные, храбрые. Но их нельзя было назвать советниками. Малкорок был компетентен в поиске врагов и махании топором. Назгрим умел командовать войсками. Зела его любила, была виртуозом приручения драконов и даже, в отличие от остальных, обладала опытом управления — со своим кланом она справлялась превосходно. Кромуш... он был верным командиром Орды, не задающим вопросов. А Саурфанг был помешан на вопросах чести... Все они были готовы выполнять приказы, но никогда даже и не пытались сами предлагать какие-то советы, продвигать свои идеи. Гаррош с иронией почувствовал родство с Траллом. Он всегда винил своего бывшего наставника и друга в том, что тот заставил его стать вождём. Но какой у Тралла был выбор? Ему нужен был кто-то, кто способен не просто выполнять приказы, но и принимать самостоятельные решения. А есть ли такой орк у Гарроша на случай его гибели в этом походе? Есть ли тот, кто займёт пост вождя орков? Тот, кто станет новым консулом? Гаррош чувствовал, что ни у одного из своих соратников он не видит набора качеств, достаточных, чтобы самостоятельно руководить всеми орками. А, может быть, и не нужно? Может быть, подобно тому, как Орда превратилась в Империю с коллективным управлением, так же и орки должны прийти к чему-то вроде республики?       Гаррош отогнал мрачные мысли, поймав себя на том, что раньше он никогда не размышлял в этом направлении. Всё казалось простым, как топор. Он Вождь. Остальные слушаются. Орда превыше всего. Хотя Гаррош постоянно лез в самую гущу боёв, он как-то никогда даже не размышлял о том, что может погибнуть, что кто-то должен быть преемником... Стареет, наверное? Или эти мысли — знак судьбы?       Зажмурив глаза, Гаррош Адский Крик шагнул в портал.       Орибос встретил армию Гарроша ослепительным светом, буквально обжигавшим глаза после мрака Утробы. Даже воздух здесь был другим — свежим, чистым, не то что вонь и духота царства Зоваала. С грохотом на каменный пол начали выкатываться могучие орудия. Сильвана подошла к Гаррошу и положила ему руку на плечо.       — Там город, — она махнула рукой, показывая вперёд, на возвышавшиеся изящные постройки. — Вечный Город... Город, построенный Предтечами. Арбитр находится здесь. Именно сюда попадают души для суда над ними.       — Суда, значит, — рыкнул Малкорок, появляясь рядом. — Это ненадолго. Сюда пришёл Кор'крон — он и будет вершить правосудие. Ну что, мертвячка, куда стреляем?       Сильвана вместо ответа подняла руку.       — Тише, — сказала она. — Я чувствую чьё-то присутствие.       Орки тем временем продолжали деловито выходить из портала и формировать походные порядки. Назгрим лающим голосом раздавал команды. Зела и её драконье всадники парили над залитой светом равниной с каменным полом...       Свист стрел поначалу не был услышан за грохотом разворачивающейся армии. А затем послышались крики умирающих орков, а вонзавшиеся в них стрелы стали вспыхивать силой чистого Света.       — Цельтесь в орудия! Цельтесь в орудия!       Гаррош увидел их. Высшие эльфы. Следопыты Серебряного Союза. Они были еле видны, скрытые дымкой, сотканной из чистого Света. И их стрелы убивали его орков. Вот одна из стрел попала рядом с орудием — оно оглушительно взорвалось вместе с заряженной в него скверно-бомбой, уничтожив нескольких орков рядом с ним. Гаррош поднял Кровавый Вой.       — В атаку!       Орки с рёвом ринулись вперёд. Их поддержали градом стрел тёмные следопыты Сильваны; эльфы сразу же почти прекратили стрельбу и начали уклоняться от атак нежити. Гаррош одним из первых добрался до врагов. Он с наслаждением опустил Кровавый вой на первого же попавшегося эльфа, с удовлетворением услышав чавкающий звук разрубаемой плоти.       — Нас ждали! — крикнула Сильвана, посылая стрелу за стрелой. — Бывший Альянс опередил нас! Моя сестрица...       Гаррош ударил ещё одного эльфа.       — Плевать! — крикнул он. — Если эти самоубийцы решили встать у нас на пути, они умрут!       — Мы не должны сами потерять армию! — возразил Саурфанг, сражаясь сразу с двумя эльфийками. — Нам ещё Утробу штурмовать!       Следующий эльф исчез в портале прямо в тот самый момент, когда Гаррош рубанул по нему. Тут же орк ощутил движение за спиной и еле успел перекатиться, уходя от удара кинжалом. Тот же самый эльф!       — Они спасаются в сотнях порталов! — в панике крикнул Назгрим. — Откуда у них столько портальных камней?       — Может, маги? — рыкнул Гаррош.       Очередной взрыв уничтожил ещё одно орудие. Эльфы продолжали ускользать от стрел и орочьих топоров и выводили из строя артиллерию. Ситуация принимала угрожающий оборот.       — Это не маги устроили! — крикнула Сильвана, сойдясь в рукопашной сразу с тремя эльфами. — Это брокеры!       — Что ещё за брокеры?       Сильвана вскрикнула: один из эльфов рассёк её наплечник, и банши обожгло Светом. Гаррош, увидев, что ей нелегко, ринулся к ней на помощь. С рёвом он обрушил Кровавый вой на эльфа, уже собиравшегося добить её. Сильвана тут же приняла форму банши и выскользнула, в следующий момент материализовавшись за спинами двух других противников и заколов их ударами кинжалов.       — Спасибо, — кивнула она.       — Порядок?       Сильвана кинула взгляд на плечо и поморщилась.       — Неприятно, но могло быть и хуже. Уводи артиллерию! Если они уничтожат наши снаряды, нам нечем будет воевать!       Гаррош кивнул и отдал приказ Малкороку. Под прикрытием орков орудия начали отъезжать в тыл. К разочарованию Гарроша, эльфы тут же бросили рубиться с ними и начали использовать порталы, чтобы подбираться поближе к орудиям.       — Проклятые брокеры! — воскликнула Сильвана. — Они им помогают порталами! Я надеялась, что этот народец будет нейтрален...       Гаррош боковым зрением успел увидеть опасность — и снова уклонился. Сразу двое эльфов появились прямо рядом с ним. Времени на замах топором не было, и Гаррош просто схватил одного из эльфов могучей рукой и сдавил, ломая ему кости.       — Ха! Не хватит у вас силёнок справиться с настоящим орком, крысёныши! — захохотал он.       Ногу обожгло. Гаррош удивлённо кинул взгляд — из бедра торчала сочащаяся Светом стрела, причиняя ему адскую боль. А прямо перед ним стояла изящная эльфийка и уже натягивала лук, целясь в него снова.       — За Терамор. За Ронина, ублюдок, — прошипела она, спуская тетиву.       Гаррош мог только наблюдать, как стрела стремительно летит прямо ему между глаз. Но тут промелькнуло что-то тёмное, и стрела, посланная Верисой Ветрокрылой, взорвалась почти прямо перед его лицом.       — Ну уж нет, сестрица! — крикнула Сильвана, посылая ещё одну стрелу.       Гаррош, воспользовавшись тем, что Вериса отвлеклась на Сильвану, сжал зубы и вырвал стрелу из ноги, превозмогая боль. Дышать сразу стало полегче. Орк поднял Кровавый вой и одним прыжком подлетел к Верисе.       — Соскучилась по муженьку? — рыкнул он, нанося рубящий удар.       Кровавый вой со свистом рассёк воздух — Вериса провалилась в портал. Гаррош крутанулся, ожидая, что она вывалится у него за спиной. К его удивлению, этого не произошло, и когда он развернулся, его полоснули сзади по ноге — Вериса телепортировалась на то же место, откуда и сбежала, явно рассчитывая, что он развернётся и окажется спиной к ней!       — Ах ты дрянь! — зарычал Гаррош, взмахивая топором снова.       Ещё один портал. Вериса была неудержима; она с изяществом уходила от всех ударов, просто телепортируясь, каждый раз в новое место, и время от времени нанося довольно болезненные уколы. Ситуация начала становиться угрожающей уже лично для Гарроша — он совершенно не мог придумать, как остановить противницу, имеющую возможность появляться и исчезать в любом месте неограниченное количество раз.       В очередной раз Гаррошу повезло. Он сумел удачно перекатиться, уйдя от удара Верисы. Клинок эльфийки зазвенел о камень, и Гаррош тут же воспользовался её замешательством, оттолкнувшись одной рукой и с силой рубанув Кровавым воем. Вериса в последний момент смогла уклониться, но всё же топор зацепил её, и эльфийка страшно завизжала, а под обухом что-то хрустнуло. Вериса упала; её бок окрасился кровью, и Гаррош с торжествующим видом поднялся, поняв, что теперь-то она никуда не уйдёт.       — И не таких, как ты, убивал, — прохрипел он, опуская Кровавый вой.       И тут пол ушёл у него из-под ног. Он не слышал грохота взрыва, но чувствовал, что куда-то летит; в ушах страшно звенело, а по голове как будто ударили боевым молотом. В следующий момент он ощутил своей кожей чешую дракона и увидел лицо Зелы, которая ему что-то говорила.       — Спасибо, — выдохнул Гаррош, сам не слыша звуков своего голоса.       Он кинул взгляд вниз. На месте его поединка с Верисой зияла дыра, и она сочилась Скверной. Кроме того, дыры появились и во многих других местах. Один из ящиков с бомбами был разрушен; судя по всему, меткое попадание кого-то из врагов взорвало ящик и разбросало бомбы, которые стали детонировать в разных местах, и одна из бомб чуть не прикончила его. Гаррош прищурил глаза, пытаясь понять, выжила ли Вериса, но в мешанине внизу было сложно что-то разобрать.       — ...направо! — звуки вернулись, и Гаррош услышал, как Зела кричит кому-то из других драконьих всадников. — Отрезаем!       — Зела, — Гаррош ухмыльнулся, глядя на орчиху. — Ты вовремя.       — Ты цел? — оживилась Зела, поняв, что Гаррош пришёл в себя. — Давай, сейчас тебя высажу. Это всё Сильвана, Гаррош. Она сказала нам подняться и отрезать эльфов драконьим огнём. Оказывается, это единственное, что блокирует эти вонючие порталы.       Гаррош окинул поле боя прояснившимся взглядом. Теперь он понял, что происходит. Драконьи наездники методично рассекали своим огнём группу атакующих эльфов на несколько квадратов, и теперь враги, лишившись своего преимущества в виде порталов, гибли один за другим под орочьими топорами и пламенем драконов.       — Готов? — крикнула Зела. — Прыгай!       Земля стремительно приблизилась, и Гаррош тяжело рухнул вниз; приземление отозвалось болью в раненой ноге, но он только злобно зарычал и поднялся., озираясь вокруг себя.       Бой, похоже, заканчивался. Дерзкая атака эльфов не смогла вывести из строя ни армию Гарроша, ни даже его артиллерию, хотя и нанесла определённый ущерб. Гаррош прошёл мимо трупов четырёх эльфов, злобно плюнув на один из них. Боковым зрением он увидел стремительное движение, и его изумлённым глазам предстала картина сражения двух эльфиек. Одной была Сильвана. А другая... Другая была каким-то невообразимым монстром, сочащимся тьмой чудовищем, в котором только угадывалась высшая эльфийка. Да нет, это была не эльфийка. Это было настоящее порождение Бездны.       — Я убью тебя, монстр! — крикнула тварь Бездны.       — Нет, это я убью тебя, монстр! — ответила ей Сильвана.       Гаррош с рёвом бросился вперёд. Эльфийка Бездны только в последний момент увидела несущуются на неё тушу и рухнула на землю, перекатываясь в сторону и пуская стрелу — не напитанную Светом, но сочащуюся такой же тьмой, как и она сама. Стрела пролетела совсем рядом с плечом; движимый инстинктами опытного бойца, Гаррош предугадал, куда уйдёт противница, и рубанул Кровавым воем. Эльфийка выставила свой лук; Гаррош успел подумать, что это, верно, уже жест отчаяния, потому что не может лук парировать удар тяжёлым орочьим топором... И действительно, лук раскололся на части; однако при этом он взорвался Бездной, и этот взрыв отбросил Кровавый вой, вырвав его из рук Гарроша. Он торжествующе шагнул вперёд, к распластавшейся эльфийке, успев увидеть, что больше она не светилась тьмой, но выглядела совершенно обычной и очень похожей на Верису, но с золотыми волосами, а не серебряными; однако в следующий момент эльфийка исчезла в вихре портала.       — Ушла, — выдохнула Сильвана, появляясь рядом с Гаррошем и опуская лук. — Зря вмешался.       Гаррош тяжело выдохнул.       — Ты ранен, — Сильвана не спрашивала, а утверждала. — Сейчас пойдёшь к леди Козвинн. Тебя быстро сошьют, сам забудешь, что был поцарапан. Уф... Ну, этот бой мы выиграли.       — Теперь всё? — прохрипел Гаррош.       — Не думаю, — покачала головой Сильвана. — Это была вылазка эльфов Серебряного Союза. Они хотели уничтожить нашу артиллерию. Слава богам, у них ничего не вышло. Ну как тебе мои сёстры?       — Сёстры? — хмыкнул Гаррош. — У тебя же только одна. Тераморская вдова, чтоб её. Знаешь, ничего особенного. С тобой вообще не сравнить. Если бы не эти порталы, я бы её прикончил сразу же... Когда между нами рванула бомба, я как раз её добивал.       — Я видела, её успели вытащить порталом, — кивнула Сильвана. — Хорошо ты её приложил... А тварь Бездны, с которой мы сражались — это Аллерия. Жива, оказывается, — Сильвана злобно сверкнула алыми глазами. — Она всегда была отбитой на голову, но то, во что она превратилась...       — Ну, я не успел оценить, как она дерётся — только-только рубанул, как слиняла, — Гаррош презрительно сплюнул. — Вот уж не думал, что в таком месте стану участником твоих семейных разборок.       — Смейся, смейся... Я думаю, мы перебили почти весь Серебряный Союз, а мои драгоценные сестрицы потеряли охоту лезть к нам, — фыркнула Сильвана. — Но то, что в войну вмешались брокеры картеля Та... Среди всех брокеров эти ребята считаются самыми лояльными Орибосу и ковенантам, и именно они отвечают за порталы. Это очень плохая новость. А ещё мои следопыты докладывают, что в самом Вечном Городе нас ждёт Седьмой Легион.       — Какая жалость. Мне только-только начал нравиться Змеевержец, — хмыкнул Гаррош. — Ну, если мы отбились, надо идти вперёд и бомбить этот вонючий город.       — Надо, — кивнула Сильвана. — Но сначала подойди к леди Козвинн. Она тебя сошьёт за пять минут. Ты весь в крови, Гаррош. Если ты загнёшься, пользы не будет.       Гаррош заворчал, что это царапины, но в конце концов дал себя отвести к целительнице. К его удивлению, целебная магия Отрекшихся не имела ничего общего с некромантией и скорее напоминала очень продвинутую хирургию в сочетании с какими-то зельями. Как Сильвана и обещала, уже через пять минут он чувствовал себя не только здоровым, но и полным сил.       — Ну... спасибо. Ты меня крепко выручила, — ухмыльнулся орк.       — Ты тоже меня спас, — кивнула Сильвана. — Кажется, вы, орки, цените боевое товарищество?       — Слушай, Сильвана, — Гаррош, поддаваясь порыву, схватил королеву банши за руку. — Может, у нас с тобой всё-таки больше, чем товарищество? Мы вроде как не расставались...       Сильвана смерила Гарроша уничтожающим взглядом, но затем неожиданно мягко улыбнулась.       — Выдвигаемся, Гаррош. Враги не будут ждать, пока мы тут будем выяснять степень близости наших нынешних взаимоотношений.       — Ладно, — хрюкнул Гаррош. — Но после того, как покончим с городишком, ты моя.       Сильвана театрально закатила глаза.              Штурм Орибоса, однако, оказался ещё более сложной задачей, чем противостояние высшим эльфам. Первый же залп скверно-бомб был отражён стеной Света; бомбы взорвались прямо в воздухе, не причиняя никакого вреда.       — У нас нет такого количества снарядов, чтобы проламывать магическую стену, — мрачно сказал Гаррош.       — Я пошлю тёмных следопытов, — сказала Сильвана. — Вернее, уже послала. Теперь у них нет эльфов, и я думаю, мои девочки смогут найти магов, отвечающих за барьер. А пока давайте продвинемся максимально близко к городу.       Вблизи Орибос оказался скоплением огромных колонн и зданий между ними. У города не было ни стен, ни улиц в обычном смысле этого слова. Воздух буквально гудел от насыщавшей его энергии.       — Какая красота... Одно удовольствие разрушать, — хохотнул Гаррош.       — Напомни мне, пожалуйста, после битвы не забыть тебе сказать, что вы, орки, как были, так и остаётесь варварами, — фыркнула Сильвана. — Но главное — то, что именно это качество в вас полезно.       Тут перед ними выросла эльфийская фигура.       — Клеа, — кивнула Сильвана.       — Маги устранены, — сказала тёмная следопытка. — Можете стрелять. Купола быть не должно.       — Заряжай! Огонь!       Снаряды снова устремились в воздух. На сей раз они долетели до Орибоса и взорвались, сея ужасающие разрушения. Причудливые постройки с ужасным воем стали буквально растворяться в Скверне, выплеснувшейся из разорвавшихся бомб.       — Да! — рявкнул Гаррош. — Вот это я понимаю!       И тут земля задрожала под ногами. А в следующий момент каменные плиты раскололись, и из них рванули вверх...       — Деревья?       — Что происходит?       — ЗА ТЕЛЬДРАССИЛ!       Целый лес стремительно вырастал между армией Гарроша и Орибосом, не давая ни продолжать обстрел, ни продвигаться вперёд. А затем на орков набросились ночные эльфы, возглавляемые огромным рогатым существом, похожим на кентавра.       — Вы не пройдёте, нечестивцы! — загремел он. — Я Кенарий, сын Изеры! Я не позволю вам разрушать это место!       Гаррош, услышав это имя, разразился хохотом.       — Так вот ты какой, жалкий кентавр! — взревел он. — Ну здравствуй, повелитель деревяшек! Видишь этот топор, Кенарий? Знаешь, как он называется? Это Кровавый вой! А знаешь, чей это топор? Моего отца Громмаша Адского Крика! А знаешь, что он им сделал? Так вот, слушай сюда, рогатая лошадь. Сейчас сын Громмаша сделает ровно то же самое! Давай, давай, ну-ка сюда, животное!       И Гаррош ринулся в атаку. Он яростно рубил Кенария, не давая полубогу ни единого шанса ударить в ответ. Он упивался боем, чувствуя себя подобием своего отца. Да! Да! Получи! Ещё! Ещё! По рогам! В бок! По лошадиным ногам! Кровь бога хлестала из кучи ран; но все они тут же затягивались, исцеляемые силами природы.       — Его не убить! — крикнул Саурфанг. — Гаррош, твой отец смог его победить только с помощью Скверны! Нам с ним не справиться!       — Если я отойду, он ломанётся за мной и поубивает нас! — крикнул Гаррош. — Я задержу его! А вы прорубайтесь в обход! Нужно всего лишь пробить коридор, через который можно будет атаковать дальше!       Гаррош набросился на полубога с удвоенной яростью. Засвистели отравленные стрелы — Сильвана стала ему помогать. Орки бросились пробивать дорогу через новоявленный лес, рубя и поджигая деревья. Им навстречу посыпался град стрел, посылаемых Малфурионом, Тирандой и другими ночными эльфами.       — Их здесь много! — крикнул Назгрим. — Гаррош, мы не можем пробиться!       Гаррош увернулся от могучих копыт Кенария и злобно рыкнул. Он отскочил и быстро осмотрелся. Ночные эльфы теснили орков: лес был их стихией. Кошмар Ясеневого Леса повторялся. Тёмные шаманы отчаянно пытались вызвать гниение, но лес был невероятно живуч, его словно что-то напитывало извне, очень могучее и сильное.       — Этот лес питают силы Арденвельда! Это работа Королевы Зимы! — воскликнула Сильвана. — Пробиться не удастся! И твои тёмные шаманы здесь не справятся!       Рядом раздался драконий рёв.       — Если нельзя пробиться, то можно облететь!       — Зела? — крикнул Гаррош, отбивая очередной удар Кенария. — Ты же не сможешь взять орудия на спину драконов!       — Мы возьмём сами бомбы, — сказала Зела. — Давите их как следует! Вы должны сковать их боем!       — Зела, это опасно!       — Конечно опасно! — воскликнула орчиха. — Давай, Гаррош! Сражайся!       Десять драконов взмыли в воздух. Ночные эльфы, увидев это, тут же попытались развернуться и начать поливать драконов стрелами, но орки не давали им этого сделать; Назгрим и его воины с яростным рёвом кинулись на эльфов, неся потери, но не давая атаковать драконов. Гаррош, отбивая атаки Кенария, завороженно следил за Зелой и её воинами. Вот они уже летят над городом — в них полетели тяжёлые стрелы, кажется, Седьмой Легион притащил скорпионы... Двое драконов рухнули, и в местах их падения раздались ужасные взрывы скверно-бомб. Вот упали ещё три дракона... Зела ловко увернулась сразу от двух стрел и снизилась, пропав из вида. А в следующий момент...       Это был не просто взрыв. Содрогнулось само мироздание. Пожираемый Скверной Арбитр издала ужасающий вопль, оглушивший всех присутствующих. Причудливые постройки города стали рушиться. Лес тоже стремительно стал увядать, и ночные эльфы сразу же оказались в невыгодном положении и обратились в бегство, преследуемые орками Назгрима. А затем показался дракон. Только один дракон — очевидно, все всадники, кроме Зелы, погибли.       — Зела! — радостно крикнул Гаррош.       Копыто Кенария ударило его в лоб. Гаррош упал на землю, не успев даже удивиться. Разъярённый полубог встал на дыбы перед ним.       — Твои орки разрушили Вечный Город, — прогремел Кенарий. — Но ты за это заплатишь, Адский Крик! Мироздание не забудет твоё злодеяние!       Гаррош понял, что сейчас умрёт. И смирился.       — Ты не понимаешь, лошадь, — прорычал орк. — Дело не во мне. Дело в свободе. Моё дело завершат другие. Мы никогда не будем рабами! Никогда! Ни перед Арбитром! Ни перед Тюремщиком! Ни перед твоими деревяшками! Мы орки! Мы сами куём свою судьбу!       — Ты сам себе сковал свою судьбу! — рявкнул Кенарий, опуская копыта.       Но в этот момент дракон схватил полубога своей пастью и отшвырнул, как игрушку. Зела соскочила на землю и кинулась к Гаррошу.       — Второй раз ты меня спасаешь, — простонал Гаррош.       — Сколько надо, столько и спасу! — крикнула Зела.       — Спасибо, — ухмыльнулся Гаррош, поднимаясь на ноги.       — С этой судейской куклой покончено, — ухмыльнулась Зела. — И кучу синих каких-то уродов там пожгли...       — Кирии, — сказала Сильвана. — Стражи Бастиона.       — Это те уродцы, которые лишились памяти и теперь тащат души на корм богам по приговору "арбитра"? — скривился Гаррош.       — Да, и скорее всего, они попробуют сделать нового Арбитра из одного из них.       Гаррош кинул взгляд на убегающих ночных эльфов.       — А эти куда?       Сильвана пожала плечами.       В Арденвельд, наверное, откуда и приперлись. Думаю, Королева Зима, потерпев здесь поражение, отступит туда и будет там держать оборону. Сейчас это неважно. Нам надо идти в город и убедиться, что он зачищен от кирий. Если да... Я покажу, где надо заложить заряды, чтобы от этого места ничего не осталось.              Руины древнего города встретили их белым флагом. Сам Халфорд Змеевержец вышел к ним в сопровождении Туралиона.       — Так, так, — мрачно рассмеялся Малкорок. — Предатели во главе предателей. А я уж думал, мы с тобой друзья, Змеевержец.       Халфорд мрачно сплюнул.       — Вы больные на голову, но вы победили. Можешь казнить меня, Малкорок, но пощадите моих людей. Они выполняли приказ.       — Вечное оправдание для всех негодяев, — хмыкнула Сильвана. — Гаррош, ты сетовал, что у нас мало бомб? Кажется, теперь их может стать больше...       — Так это правда, — выдохнул Халфорд. — Я не верил... Вы делаете бомбы из душ людей? Адский Крик, да ты полное чудовище.       Гаррошу неожиданно стало смешно.       — Что, Сильвана, держишь зуб на нашего розовокожего друга за то, что он помог разоблачить твои шашни с Тюремщиком? Понимаю, это и впрямь было обидно... Слушай, Змеевержец. Я в курсе, что я чудовище. Я не намерен оправдываться и никогда этого не делал. Расскажи-ка мне. Что тебе наплели эти ублюдки кирии? Что мы уничтожаем баланс? Что мы посягаем на богов?       Халфорд Змеевержец покачал головой.       — Она работает на Зоваала, — он указал рукой на Сильвану.       Малкорок хрюкнул.       — Ну да, Змеевержец, так и было. Ты сам помог нам выяснить это. Но видишь ли... Консул бывает убедителен.       — Или верит своей любовнице?       Гаррош вскинулся, но Сильвана положила ему руку на плечо и рассмеялась сдавленным сухим смешком.       — Примитивно, живой. Всё проще. Адский Крик предложил план, не предполагающий сотрудничества с Зоваалом.       — Но вы именно это и делаете! — воскликнул Змеевержец. — Вы выполняете план этого монстра! Вы уничтожаете Арбитра и ковенанты...       — Мы хотели вас опередить, — сказал Гаррош. — Мы догадывались, что вы будете защищать этих святош. Наша основная цель — это Утроба.       Змеевержец недоверчиво хмыкнул.       — Тогда идите бить Тюремщика. Мы не будем вам в этом мешать.       — Ну спасибо уж за милостивое разрешение, человек! — рявкнул Малкорок.       — Сначала надо добить Бастион и кирий, — сказала Сильвана. — Мы должны быть уверены, что система не породит нового Арбитра.       — Послушай, Змеевержец, — сказал Варок Саурфанг. — Она не лжёт. Зачем ты защищаешь этот порядок? Ты считаешь правильным, что души используются как топливо? Сортируются богами? Мы видели в Утробе дворфа, который был ветераном Второй Войны. Он благодарил нас за спасение, хотя он ненавидел орков. Ты правда считаешь, что ему там было место? Там ужасные мучения, Змеевержец. Я видел. Я убивал слуг Зоваала. И убью ещё. Мой сын Дранош, герой войны с Плетью, эксплуатируется богами. Неужели твоя честь говорит тебе, что этот порядок надо защищать?       — Честь, Саурфанг? — воскликнул Халфорд. — Ты в одном ряду с теми, кто использует души как бомбы! На тебе кровь Тельдрассила! Тебе ли говорить о чести?       — Я знаю свои преступления, — мрачно сказал Саурфанг. — И я за них отвечу, когда всё закончится. Я сам давно приговорил себя, Змеевержец. Но те, кто томятся в Утробе и Ревендрете, те, кто вынужден, лишившись памяти, сражаться на потеху богам в Малдраксусе... они не виноваты. Не ради меня. И не ради тебя. Ради них. Там могут быть и твои близкие, Змеевержец.       — Змеевержец! — воскликнул Туралион. — Что ты мнёшься? Ты правда намерен сдаться этим гадам?       — Туралион, помолчи! — крикнул командир Седьмого Легиона. — Кор... консул Вариан целыми днями бормочет имя Тиффин. Ты уверен, что королева заслуживала того, чтобы стать кормом для богов?       — Судя по тому, что я слышал, она была милосердной женщиной, — сказал Туралион. — Она должна была попасть в Бастион...       — ...лишиться памяти и стать безропотной марионеткой? Чем это лучше Плети, Туралион?       Паладин покачал головой.       — Это не даёт права ломать всё мироздание.       — Не даёт, — сказал Змеевержец. — Но я не очень хочу защищать такой порядок. Слушай, Адский Крик. Давай сделаем так. Веди своих в Утробу. А я забираю Седьмой Легион на борьбу с Плетью. После Утробы ломай что хочешь.       Гаррош вопросительно посмотрел на Сильвану, но та покачала головой.       — Если мы уйдём сейчас, они сделают нового Арбитра. По крайней мере с Бастионом надо закончить... и с кириями, которые остались здесь.       — Видишь, Змеевержец? — воскликнул Туралион. — Не договоришься ты с ними! Адский Крик пляшет под дудку мертвячки! А она — под дудку Тюремщика!       Змеевержец кивнул.       — Мы не пустим вас ни в руины этого города, ни в Бастион. Если понадобится — мы погибнем. Туралион уверен, что вы пляшете под дудку Тюремщика. Я знаю, Адский Крик, что ты при всех своих недостатках не апокалиптический маньяк и что ты не служишь древним богам. Но это не значит, что тобой не могут манипулировать. И ей, — он показал рукой на Сильвану. — И даже тобой, Саурфанг.       Сильвана пожала плечами.       — Кажется, моя идея насчёт анима-бомб из этих предателей расцветает новыми красками, да, Гаррош?       И тут мироздание содрогнулось. Это было сродни землетрясению, но беззвучному и неподвижному. Как будто в самих душах присутствующих что-то лопнуло, а по воздуху пронеслось что-то невидимое.       — Что это? — нахмурился Гаррош.       Рядом появился вихрь портала, из которого вышли две фигуры. Два гоблина.       — Сюрприз! — воскликнул мастер осады Черноплавс. — Пока вы тут спорили, можно было сдохнуть со скуки!       — И тысячу раз разориться! — добавил Галливикс, семеня за ним следом и крутя в руках свой монокль. — Видишь ли, консул, Хеликс на подступах к Зерет Мортису встретил настоящих деловых партнёров! Ну и... ты же знаешь, консул, если делать бизнес, то делать его надо хорошо! А кто может делать бизнес лучше и выгоднее, чем старина Галливикс, да ещё и за такие копейки?       — Ближе к делу, жирдяй, — буркнул Гаррош. Сколько он ни признавал за Галливиксом полезность, он не мог подавить в себе отвращение к алчному торгашу. Но тут пальцы Сильваны легли на его губы; посмотрев на её лицо, Гаррош, к своему удивлению, увидел там шок и намёк на искреннее, почти истерическое веселье.       — Ну вот, знали бы вы, какие жуки эти Ба! — воскликнул торговый принц. — Затребовали всю библиотеку знаний, которые выдрали из этих синих уродцев! Мне свои средства вложить пришлось! И плевать, что у них и так есть порталы и другие приспособления! Слава предкам, Хеликс подсуетился и предложил пару устройств, которые и в этой миссии помогли, и брокерам стали интересны...       Сильвана устремила свой изумлённый взгляд на Галливикса.       — Торговый принц Галливикс, — произнесла она тихим шелестящим голосом. — Ты что, продал Бастион картелю Ба?       Повисла тяжёлая тишина. Все присутствующие переваривали услышанное, не до конца осознавая, свидетелями чего они стали.       — Ну... — нарушил молчание Черноплавс. — Джестор выбил с них хорошую долю! В мою компанию уже закинули порталами образцы артефактов Бастиона...       — ...и воспоминания кое-кого из конкурентов, — хихикнул Галливикс.       — Бастион почти в полном составе отправился воевать с вами, поэтому он остался почти без защиты. Они не ждали удара со стороны брокеров! — торжествующе воскликнул Черноплавс. — Но Джестор, конечно, гений! Уговорить этих вечно нейтральных жуков...       — По мне так они могли не выставлять такой грабительский процент! — недовольно заметил Галливикс. — Эта засуха анимы определённо требовала серьёзной уценки. Считай, бракованный товар купили…       И тут случилось неожиданное. Сильвана захохотала.       Это не были сухие шелестящие смешки банши, в которых было больше сарказма и яда, чем веселья. Нет, это был мелодичный смех эльфийки. Сильвана чуть ли не согнулась пополам и даже схватилась за Гарроша, чтобы не упасть; она заливалась хохотом и тыкала пальцем на двух гоблинов. А вслед за ней расхохотались и орки.       — Мы тут сражались с врагом, а его можно было просто купить! — Малкорок не то хрюкал, не то жалобно выл, сев на землю.       — Гоблины, — Зела ржала как конь. — Вы настолько жалки и мелочны... что в этом достигли космического величия.       Гаррош просто хохотал, глядя на гоблинов и на ошеломлённых людей и понимающе похлопывая Сильвану по плечу. Халфорд Змеевержец переводил ошеломлённый взгляд с орков на гоблинов и обратно.       — Бастиона больше нет?       Галливикс помотал головой.       — Партнёры работают на совесть! — воскликнул он.       Халфорд плюнул.       — Пойдём, Туралион. Нам здесь больше нечего делать. Нас ждёт Плеть. Азерот сам себя не защитит.       Лицо Туралиона было перекошено от омерзения.       — Вы хуже Сильваны, гоблины. Вы слизь. Вы мать родную продадите, если это принесёт вам прибыль.       — Мы поистине космическая слизь! — весело закудахтал Черноплавс. — Мы грандиозная слизь! Великая слизь!       Туралион и командир Седьмого Легиона отвернулись и пошли уводить своих людей.       — Эй, парни! — крикнул им вслед Галливикс. — Если нужны воспоминания из Бастиона, могу выбить за десять процентов комиссии! Оплата вперёд!