Эффект притяжения

Утром в день матча Драко проснулся с тяжестью в желудке от нервов, которые скручивали внутренности в тугой узел. Он лежал в кровати, уставившись в потолок, наблюдая, как первые лучи рассвета медленно ползут по каменным стенам комнаты, окрашивая их в бледно-розовый цвет. Обычно он был уверен в себе перед игрой, даже самоуверен — это был его конёк, его стихия. Но сегодня… Руки слегка дрожали, когда он вытащил их из-под одеяла и посмотрел на пальцы. Он попытался сжать и разжать кулаки, но дрожь никуда не делась. Волнение. Нервозность. Страх. Он не тренировался несколько недель, а казалось, целую вечность. Мышцы отвыкли от метлы, рефлексы притупились. А сегодняшний матч был особенно важен. Не только потому, что команде отчаянно нужна была победа, Слизерин уже проиграл Гриффиндору в товарищеском матче, что несколько подорвало командный дух. Нет, это был его личный шанс. Шанс доказать себе и всем остальным — что проклятие не сломило его. Что Драко Малфой всё ещё тот, кем был прежде. Что не стал слабее. — Малфой, ты встаешь? — донёсся голос Грейнджер из другого конца комнаты. Драко моргнул, возвращаясь в реальность. Она уже успела сходить в ванную — он даже не заметил, слишком погружённый в свои мысли. Волосы её были ещё влажными и собраны в аккуратный пучок, капли воды оставляли тёмные пятна на плечах её серой кофты. — Встаю, — хрипло ответил он, его голос прозвучал чужим даже для него самого. Горло пересохло. Он откашлялся, сел на кровать и провёл руками по лицу, пытаясь стряхнуть остатки тревожных мыслей. Не помогло.

──⊱⁜⊰──

За завтраком он почти ничего не ел. На его тарелке лежала яичница и тосты с беконом, бокал с тыквенным соком был наполнен до краёв, но в желудок ничего не лезло. Он механически перебирал еду вилкой — передвигал кусочки туда-сюда, разламывал тост на маленькие кусочки. — Драко, ты меня вообще слушаешь? — Пэнси наклонилась к нему, слегка нахмурившись. Он моргнул, поднимая взгляд. — Что? — рассеянно переспросил Драко. — Я только что рассказывала про Снейпа и его новое задание по Зельям, — Пэнси закатила глаза. — Но ты явно витаешь где-то в облаках. — Скорее на метле, — усмехнулся Блейз, отпивая сок. — Малфой уже мысленно гоняет снитч. — Или падает с мётлы, судя по выражению лица, — добавил Тео с лёгкой насмешкой. Драко хотел было огрызнуться, но в этот момент Большой зал словно загудел громче. Все обсуждали предстоящий матч. У стола Хаффлпаффа царило праздничное настроение — барсуки были уверены в победе, это читалось в каждой их улыбке, в каждом громком смехе. У стола Слизерина царила более напряжённая атмосфера. Эдрик Селвин, капитан команды, сидел через несколько мест от Драко. Он неторопливо отпивал тыквенный сок, наблюдая за столом Хаффлпаффа с лёгкой усмешкой. — Они уже празднуют, — заметил Гойл, сидевший ближе к капитану, кивнув в сторону барсуков. — Пусть празднуют, — спокойно отозвался Эдрик, и его голос, хоть и негромкий, прорезал гул разговоров. Драко невольно обернулся. — Пусть думают, что мы всё ещё переживаем из-за Гриффиндора. Товарищеский матч несколько недель назад был провальным — Гриффиндор разгромил их с унизительным счётом. — Тот матч, — продолжил Эдрик, и его голос стал тише, но острее, — был уроком. Болезненным, но полезным. Мы играли на их условиях. Дали Поттеру и его львятам диктовать темп игры. — Он обвёл команду жёстким взглядом, чуть задержавшись и на Драко. — Больше эта ошибка не повторится. Или я ошибаюсь? — Нет, капитан, — буркнул Крэбб. Эдрик кивнул и перевёл взгляд прямо на Драко. — Малфой, ты выглядишь так, будто собираешься на дуэль, а не на квиддичный матч. Драко выпрямился, встретив взгляд капитана. Краем глаза он заметил, как Пэнси замерла с чашкой в руке, а Блейз едва заметно усмехнулся. — Разве это не одно и то же? Эдрик усмехнулся — кратко, но с одобрением. — В каком-то смысле. Но помни: дуэль выигрывает не тот, кто сильнее переживает поражение, а тот, кто извлекает из него пользу. — Он снова окинул взглядом команду. — Гриффиндор обыграл нас, потому что мы были предсказуемы. Хаффлпафф думает, что мы будем так же предсказуемы сегодня. Но мы — Слизеринцы. Мы не повторяем чужих ошибок. Мы учимся на своих. — А у Саммерби есть слабые места? — скептически поинтересовался Тео, оглядывая стол Хаффлпаффа. — Потому что если нет, Малфою придётся полагаться только на скорость. — У всех есть слабые места, — ответил Эдрик, и в его тёмных глазах мелькнуло что-то хищное. — Саммерби хорош, не спорю. Но он благородный. Слишком благородный. Будет играть честно, даже когда это невыгодно. — Он снова посмотрел на Драко. — А ты, Малфой, играешь, чтобы выиграть. Это твоё преимущество, используй его. После товарищеского матча с Гриффиндором ты должен быть голоднее до победы, чем все барсуки вместе взятые. Слова прозвучали как вызов, но в них была и вера. Драко кивнул. Поражение от Гриффиндора всё ещё жгло, как незаживающая рана. Но Селвин был прав — это была не слабость. Это было топливо. Эдрик поднял кубок с соком, и в его жесте было что-то змеиное — плавное, уверенное. — За холодные головы, быстрые мётлы и короткую память на поражения. Но длинную — на уроки. Крэбб и Гойл хмыкнули и подняли свои кубки в ответ. Драко почувствовал, как напряжение, что сжимало грудь всё утро, начало отступать. Слова капитана словно переключили что-то в его голове — вместо тревожного гула мыслей появилась ясность. Не уверенность в победе, но готовность бороться за неё любой ценой. А это, пожалуй, было даже лучше. — Ну что, вернулся к нам? — тихо спросил Блейз, толкнув его локтем. Драко повернулся к друзьям. Пэнси смотрела на него с лёгкой улыбкой, Тео приподнял бровь, ожидая ответа. — Да, — коротко ответил Драко и, наконец, отпил из своего бокала. — Вернулся. Тыквенный сок больше не казался таким приторным. В груди стало легче, хотя волнение, разыгравшееся из-за проклятие полностью не отступило. Несколько раз Драко ловил на себе взгляд Грейнджер, которая наблюдала за ним со стола Гриффиндора. — Нервничаешь? — тихо спросила она, когда они выходили из Большого зала. Она подошла к нему незаметно, отделившись от своей компании, и теперь шла рядом по коридору. Утреннее солнце пробивалось сквозь высокие окна, бросая длинные полосы света на пол. — Немного, — неохотно признался Драко, засунув руки в карманы мантии. — Давно не тренировался. И если что-то пойдет не так… если проклятие сработает прямо в воздухе… — Не пойдёт, — твёрдо сказала она, останавливаясь и поворачиваясь к нему лицом. В её карих глазах была удивительная уверенность, которая заставила что-то ёкнуть в его груди. — Мы же проверили вчера, ты можешь находиться вдали от меня спокойно по крайней мере час, полтора. К тому же я буду на трибунах, совсем рядом с тобой, буквально в пределах видимости. Не волнуйся, Малфой. Драко остановился тоже, повернулся к ней. Коридор был пуст, только где-то вдали хлопнула дверь, и чей-то смех прозвучал эхом по каменным стенам. — Ты действительно придешь? — спросил он, и в голосе прозвучало больше надежды, чем он хотел показать. — Конечно, — просто ответила она, без тени сомнения. — Я же уже обещала тебе. И я всегда держу свои обещания. Что-то внутри Драко потеплело. Не от проклятия, не от этой магической связи, которая держала их вместе. Что-то другое, более опасное.

──⊱⁜⊰──

Уже в комнате, когда Драко собрал свою квиддичную экипировку — зелёную с серебром форму, защитные перчатки, шлем — он застегнул последнюю пряжку на сумке и выдохнул. Время идти. Грейнджер сидела на диване с книгой, но не читала. Смотрела на него, прикусив нижнюю губу — жест, который он уже научился распознавать как признак волнения. — Грейнджер… — он замялся, подбирая слова. Малфои не благодарят. Малфои не показывают слабость. Но какого чёрта. — Спасибо. За то, что поддерживаешь меня. Правда. Несколько секунд она просто смотрела на него, и он видел, как в её глазах мелькают разные эмоции: удивление, смущение, что-то ещё, чего он не мог назвать. Потом, неожиданно для них обоих, она отложила книгу, встала и шагнула к нему. И обняла. Крепко, по-настоящему. Драко застыл на секунду, все мышцы напряглись от неожиданности. Его руки повисли в воздухе, не зная, что делать. Но потом, медленно, осторожно, как будто боясь спугнуть момент, он положил руки ей на лопатки. Она была тёплой и от её пышных волос, которые щекотали ему подбородок, пахло чем-то приятным. — Для подзарядки, — пробормотала Грейнджер, отстраняясь, и щёки её порозовели. Она отступила на шаг, не встречаясь с ним взглядом. — Чисто практическое соображение. Чтобы у тебя было больше запаса. Удачи. Но Драко всё ещё чувствовал тепло её тела, отпечаток её рук на своей спине. Сердце билось быстрее — и это точно было не от волнения перед игрой. Что-то сжалось в груди, острое и пугающее. Ему хотелось шагнуть обратно, притянуть её к себе снова, обнять крепче, зарыться лицом в её волосы и просто стоять так. Чувствовать её тепло, её близость, то странное спокойствие, которое приходило только рядом с ней. И это испугало его до чёртиков. Это было не просто проклятие. Проклятие не объясняло того, как его пальцы сами потянулись к ней, когда она отстранилась. Не объясняло этого чувства потери, когда она отошла. Драко резко отвернулся, хватая сумку с экипировкой. — Конечно, — его голос прозвучал более ровно, чем следовало. Он даже ухмыльнулся, натягивая привычную маску. — Практичный подход. Ценю. Он направился к двери, но на пороге остановился, не оборачиваясь. — Мне нужно зайти к Тео перед матчем. Забрать… кое-что. — Ложь далась удивительно легко. Ему просто нужно было выйти отсюда, немедленно, пока он не наделал глупостей. — Встретимся у входа на стадион через десять минут. Не опаздывай. — Хорошо, — ответила она. Он вышел из комнаты, закрыв за собой дверь, и прислонился к стене коридора, закрыв глаза. Сердце всё ещё стучало как бешеное. Соберись, Малфой, — приказал он себе. — Это просто проклятие. Магия. Ничего больше. Он оттолкнулся от стены и зашагал по коридору, сжимая ремень сумки так сильно, что костяшки пальцев побелели. Ему нужно было сосредоточиться на игре. Только на игре. Это он умел. Это было безопасно. А всё остальное… Во всём остальном он разберёт потом.

──⊱⁜⊰──

У стадиона, возле раздевалок, стояли Гарри и Рон, ожидая Гермиону. Они были в своих гриффиндорских шарфах — алых и золотых, но готовые болеть за Хаффлпафф из чистой антипатии к Слизерину. Когда Драко и Гермиона подошли ближе — Тео тоже шёл с ними, насвистывая какую-то мелодию, Уизли сразу нахмурился. — Гермиона, — начал Рон, и в его голосе было плохо скрываемое недовольство, — ты действительно собираешься болеть за Слизерин? За них! Ты даже не на всех наших играх присутствовала, зато пришла болеть за змей! Его уши покраснели — верный признак того, что Уизли злится. Поттер рядом молчал, но смотрел вопросительно. — Не за Слизерин, — быстро поправила она, и Драко заметил, как она избегает их взглядов, смотря куда-то в сторону, — Просто… обстоятельства вынуждают меня присутствовать на матче. Это необходимость, а не выбор. — Какие ещё обстоятельства? — Рон нахмурился ещё сильнее, скрестив руки на груди. — Из-за проклятия я не могу находиться слишком далеко от Малфоя во время игры, — терпеливо объяснила Гермиона. — Если я останусь в замке, а он будет здесь, нам обоим станет плохо. Это физическая необходимость, Рон. Вообще-то я терпеть не могу квиддич и предпочла бы провести время за домашним заданием. Рон и Гарри переглянулись, обмениваясь тем молчаливым общением, которое бывает только у близких друзей. — Гермиона, — мягко, но серьёзно сказал Гарри, делая шаг вперёд, — с тобой все в порядке? Малфой тебя не принуждает? Не обижает, не запугивает? В его голосе звучала искренняя забота, и Драко почувствовал укол раздражения. Поттер и его вечный героический комплекс — всегда должен кого-то спасать. До этого момента он шёл позади с Ноттом, но подойдя ближе, встал рядом с Грейнджер. — Поттер, — он нахмурил брови, принял ту самую позу — руки в карманах, подбородок вздёрнут, взгляд холодный, — мы с Грейнджер давно уже уладили наши разногласия, так что можешь не играть роль курицы-наседки. — Что ж, Малфой, — Гарри криво усмехнулся, явно решив не углубляться в эту тему, — желаю удачи на игре. Против Саммерби она тебе очень пригодится, он отличный ловец. Болеть, конечно же, я буду за Хаффлпафф. Ничего личного. — Как трогательно. Правильно, свою поддержку лучше прибереги для команды, которая в ней нуждается. Нам она ни к чему. — О, не знаю, — протянул Нотт, который до этого момента наслаждался перепалкой молча, и теперь его губы растянулись в широкой ухмылке. — У Драко теперь есть личный болельщик. Грейнджер будет кричать его имя с трибун. «Давай, Драко! Ты самый лучший!» Он даже изобразил махание руками и восторженное лицо. — Нотт… — предупреждающе начала Гермиона, но Тео рассмеялся. — Шучу, шучу. Но это было бы мило. Гарри и Рон смотрели на эту сцену с растущим недоумением — на то, как легко Гермиона общается со слизеринцами, как Малфой стоит рядом с ней, защищая её от вопросов. Мир перевернулся с ног на голову. — Это просто необходимость, — буркнула она упрямо, глядя в землю. — Проклятие. И всё. — Конечно, — согласился Тео с притворно серьёзным видом, прикладывая руку к сердцу. — Абсолютно практические соображения. Никакой личной заинтересованности. Мы тебе верим. Драко толкнул его локтем в бок — не сильно, но достаточно, чтобы дать понять: хватит. Теодор только шире ухмыльнулся.

──⊱⁜⊰──

Стадион ревел. Малфой с командой вышли на поле, и волна звука накрыла его с головой. Трибуны были забиты до отказа — казалось, весь Хогвартс пришёл посмотреть матч. Зелёные с серебром флаги Слизерина развевались на одной стороне, жёлтые с чёрным Хаффлпаффа — на другой. Алые пятна гриффиндорцев и синие рейвенкловцев были разбросаны везде. Взгляд Драко непроизвольно метнулся к трибунам, ища одно конкретное лицо. И на удивление, нашёл довольно быстро. Грейнджер сидела чуть в стороне вместе с Джинни, Луной, Гарри и Роном — привычная компания, но почему-то она всё равно выделялась среди них, как единственная точка, на которой у Драко зацепился взгляд. — Добро пожаловать на матч между Слизерином и Хаффлпаффом! — раздался знакомый ленивый голос с комментаторской будки. Блейз Забини взял на себя обязанности комментатора после выпуска Ли Джордана, и надо признать, подходил для этой роли идеально — остроумный, ироничный, правда временами не слишком объективный. — Сегодня на проклятую позицию ловца в сборной Слизерина вернулся Драко Малфой! — объявил Блейз, и в его голосе слышалась ухмылка. — Надеюсь, он не упадёт с метлы прямо посреди матча, это было бы неловко. Слизеринская трибуна взорвалась приветственными криками. Драко закатил глаза, но не смог сдержать улыбки. Мадам Трюк вышла на центр поля с сундуком, из которого рвались бладжеры. Капитаны команд — Селвин и Смит, пожали друг другу руки. Крепко, с вызовом, глядя друг другу в глаза. — Садимся на мётлы, — скомандовала мадам Трюк. — Три… два… один… Свисток прорезал воздух. Драко взлетел вверх, чувствуя знакомое головокружительное ощущение полёта. Набрав высоту, он парил над полем, наблюдая за игрой и высматривая снитч. Украдкой взглянул на комментаторскую будку, где Блейз сидел с рупором, помахал ему рукой с широкой ухмылкой. — И мяч в игре! — объявил Блейз с энтузиазмом. — Хаффлпафф овладевает квофлом. Какая неожиданность, оказывается, барсуки умеют летать. Драко усмехнулся. Типичный Блейз. Первые полчаса игры прошли в напряженной борьбе. Это была настоящая война в воздухе. Охотники Слизерина атаковали кольца Хаффлпаффа, но вратарь барсуков Захария Смит, отражал большинство бросков. Парень был хорош, надо признать — быстрый, с хорошей реакцией, отлично читал траектории. Загонщики обеих команд носились по полю как одержимые, направляя бладжеры на противников. Драко несколько раз пришлось резко уворачиваться, когда мимо его головы со свистом пролетал бладжер. — Смит отбивает ещё один мяч! — комментировал Блейз, и в голосе слышалась досада. — Надо признать, парень играет неплохо. А Селвин пытается прорваться через оборону... делает финт вправо… бросает… и промахивается мимо колец! Эдрик, серьёзно? Видимо, стратегия «лети и кидай» не всегда работает! Драко парил высоко над полем, медленно перемещаясь, высматривая снитч. Ловец Хаффлпаффа, Оливер Саммерби, патрулировал пространство неподалеку. Высокий семикурсник с идеальной осанкой и уверенным стилем полёта. Он был хорош — Драко это признавал, пусть и неохотно. Их взгляды встречались время от времени, оценивающе, каждый пытался угадать, видит ли другой снитч. На сороковой минуте игры, когда счет составлял 20:60 в пользу Хаффлпаффа, Драко заметил золотистую вспышку у дальних колец противников. Снитч! Адреналин взорвался в крови. Не раздумывая ни секунды, Драко резко развернул метлу и помчался вниз, прижимаясь к рукоятке, делая себя максимально обтекаемым. Ветер ревел в ушах, глаза слезились от скорости, но он не моргал, боясь потерять из виду золотой шарик. Но Саммерби тоже его увидел. Началась настоящая гонка. Две метлы неслись наперегонки, их владельцы склонились над рукоятками, выжимая максимальную скорость. Земля приближалась с пугающей скоростью — зелёная трава поля, белая разметка, лица зрителей на нижних трибунах, всё это становилось чётче. Снитч порхал между кольцами, играя с ними — то взмывал вверх, заставляя их резко дёргать мётлы, то нырял к земле, то метался в стороны непредсказуемыми зигзагами. — Отличная погоня за снитчем! — азартно комментировал Блейз, и голос его стал громче, быстрее. — Саммерби и Малфой летят как одержимые! Это же надо так гнать! Кажется, у ловцов отсутствует инстинкт самосохранения! С трибун кричали. Все встали, махали флагами, плакатами. Игра охотников отошла на второй план — все следили только за гонкой ловцов. Драко почувствовал, как в груди начинает нарастать знакомая слабость. Не сейчас. Только не сейчас! Час игры прошел, может, чуть больше, и проклятие начинало о себе напоминать. Холодок где-то внутри, едва заметное головокружение, лёгкая дрожь в руках. Но снитч был так близко! Золотой шарик метнулся вправо, Драко последовал за ним, почти горизонтально накренив метлу. Оливер Саммерби был справа, тоже тянулся рукой. Их мётлы были почти вровень, плечо к плечу, совсем на небольшом расстоянии друг от друга. Саммерби протянул руку ближе к снитчу, пальцы почти что коснулись золотистых крылышек, ещё немного, ещё мгновение… Малфой, не раздумывая, резко дёрнул метлу, пытаясь его оттеснить. Их мётла столкнулись с глухим стуком, обе качнулись. Саммерби отклонился в сторону, теряя равновесие на секунду. И снитч снова ускользнул, метнувшись вверх. — Это был опасный маневр Малфоя! — комментировал Забини, и в голосе слышалось одобрение. — Грубовато, но эффективно. Хорошо, что они оба ещё держатся на метлах, а не грохнулись на землю! Макгонагалл явно что-то сказала ему, потому что Блейз сразу добавил: — То есть, конечно, это было опасно и неправильно. Плохой Малфой. Но всё равно, это было круто. Драко отчаянно искал глазами снитч, чувствуя, как силы постепенно покидают его. Слабость усиливалась — уже не едва заметная, а вполне ощутимая. Руки дрожали на рукоятке метлы, дыхание стало тяжелее. Холод в груди распространялся, как ледяная вода. Его взгляд упал на трибуны почти инстинктивно, в поисках её. И нашёл. Грейнджер привстала со своего места, держась за перила, её лицо было бледным, глаза широко раскрыты. Она явно волновалась — губы беззвучно шевелились, словно она говорила что-то. И тут он увидел. Снитч. Он порхал прямо над трибуной Гриффиндора, совсем рядом с местом, где сидела Грейнджер. Золотистый, переливающийся на солнце, почти насмешливо медленный. Это был знак. Или совпадение. Но Драко во всё это не верил. Собрав остатки сил, проигнорировав нарастающую слабость, холод и дрожь, Малфой развернул метлу и рванул к трибунам. Полный вперёд, на максимальной скорости, забыв об осторожности. Оливер направился следом, но Драко был ближе. Преимущество пары секунд, не больше, но этого было достаточно. Драко протянул руку, вытянулся на метле до предела, пальцы сжались… Холодный металл. Бешено трепещущие крылышки под ладонью. Есть! — ЕСТЬ! — заорал Блейз так громко, что рупор на секунду зашипел. — ДРАКО МАЛФОЙ ЛОВИТ СНИТЧ! ЭТО НЕВЕРОЯТНО! Это приносит победу Слизерину со счетом 170:60! Трибуна Слизерина взорвалась радостными криками. Зелёные флаги взлетали в воздух, кто-то запускал фейерверки, конфетти сыпалось сверху. Но Драко смотрел только на одного человека. Руки Грейнджер взметнулись вверх, на её лице сияла искренняя, по-настоящему счастливая улыбка. Она радовалась его победе — настоящая радость, без фальши, без притворства. Глаза блестели, щёки раскраснелись, и она аплодировала так, будто это было самое важное событие в её жизни. И в этот момент, глядя на её сияющее лицо, на то, как она радуется за него, на эту чистую, ничем не замутнённую радость… Драко понял с кристальной, пугающей ясностью: Он пропал. Безнадёжно, окончательно пропал. Она нравилась ему. Слишком сильно нравилась. И это было гораздо опаснее любого проклятия. Драко медленно спустился на землю, его всё ещё окружала команда, все кричали и обнимались. Эдрик Селвин схватил его за плечи и тряс, что-то выкрикивая. Но всё это было где-то далеко, за пеленой. Малфой машинально улыбался, кивал, отвечал что-то, но мысли были совсем о другом. Он был в глубокой, глубокой беде.