Хиганбана

      Он должен был быть дома несколько часов назад. Он должен был сходить на тренировку, а потом прийти домой, сделать уроки и заняться теорией игр, как требовал Нацумэ-сенсей. Полчаса назад он должен был лечь в постель и уснуть. Хулигану, в котором течёт дурная кровь, нужна жёсткая дисциплина, верно? Чёткие приказы, команды, строгий распорядок. Шаг влево, шаг вправо — расстрел. Такого подхода придерживался его опекун и учитель.       Но вместо этого Мори опять проверяет границы, как наверняка думает Нацумэ-сенсей. Вместо тренировки Огай гулял. Вместо домашнего задания — залезал на крышу гаража где-то за городом. Вместо сна Мори сидит и смотрит на звёздное небо. — А вот там Большая Медведица! — рассказывает Коё. — Видишь? Она совсем не похожа на медведицу, но у древних людей было богатое воображение, да? Они увидели в этом ковше медведицу! — Такие странные, — пожимает плечами Мори. — Почему бы не назвать созвездие «Ковш»? — Потому что это не поэтично, — покачала головой Озаки. — Надо ведь, чтобы, когда люди смотрели на звёздное небо, они видели не ковш, а что-то более приятное. — А разве ковш — это не приятно? — подкалывает её Огай. — Ковш — это приятно, только когда им бьёшь тебя, — сердито говорит Озаки.       Мори смеётся, и она не выдерживает и тоже смеётся вместе с ним. Смех Коё — чудесное звучание всех звёзд разом. Её улыбка — кусочек Луны, спустившийся на землю. Порой Огай сравнивает Озаки с Артемидой — богиней Луны в греческой мифологии. И всегда приходит к выводу, что Коё намного красивее, храбрее и просто удивительнее.       Именно поэтому он не пошёл на тренировку, поэтому не сделал домашнее задание и поэтому не в постели сейчас. Потому что он отправился на прогулку с настоящим чудом. Такой шанс он никак не мог такое упустить. — Звёзды удивительны! Есть большие и маленькие, но даже самые маленькие способны спалить нашу планету за секунду! Представляешь, насколько они огромные и горячие? Если мы окажемся возле звезды, мы даже не ощутим — умрём за секунду! — Ну и фантазии у тебя, — Мори качает головой.       Коё опять смеётся, и Огай не может сдержать улыбку. Её смех — лучшее, что есть в этом мире. И если ради этого придётся вынести часовые нотации учителя и порку, то пусть. Это того стоит. — Звёзды очень опасны, но они также то, что поддерживает жизнь на земле. Солнце согревает нашу планету… — Коё, я проходил программу начальной школы. –… однако может легко спалить её. Например, где-то в девятнадцатом веке — я не помню точную дату — был большой корональный выброс массы на Солнце. Земля как раз проходила через этот выброс. Он разом сломал всю систему телеграфов по всей Америке. Но тогда их было слишком мало, и почти никто этого выброса не заметил. А сейчас… Представь, что будет, если Земля попадёт в такой выброс? Это же катастрофа!       Мори кивает, не слишком вслушиваясь в разговоры Коё. Он смотрит на чудесное звёздное небо и просит — богов, звёзды, всех, кого можно, — дать ему сил. Дать ему смелости сделать то, что он хочет сделать уже очень давно.       Отличник и отличница. Хулиган и хорошая девочка. Гений, увлечённый психологией людей, и гений, увлечённая астрономией. Они такие разные.       Но под этим небом, когда Мори внезапно целует Коё, они одинаковые. И одинаково влюблены друг в друга.