На берегу моих чувств

🎧Я вытащу тебя со дна — KSB music Паша Я посыпаюсь от того что Тима толи снова плачет, толи просто громко и не ровно дышит, и брыкается. Похоже сниться что-то плохое. Я начинаю с ним говорить с ним очень нежно что б успокоить его через сон. —Тссс, все хорошо. Это я, все в порядке. Спи котёнок, спи Тима лежал уже не на мне, а рядом, и будто отбиться пытался. Я пытаюсь погладить его, или приобнять, но Тима и меня ударяет неосознанно. Я понимаю что так ничего не выйдет и надо его будить что бы успокоить.  —Ей, Тима, проснись. Он резко подрываеться с перепуганными глазами и тяжело дыша. Я сразу же обнимаю его и Тима раслабляется  —Тише, тише, это всего лишь сон. Не бойся, я рядом.  Теперь меня волнует вопрос, насколько часто Тима сам так подрываеться? Почему я никогда не замечал за ним кошмаров, и он сам ничего мне об этом не говорил? Это же тоже ужасно влияет на психику.  Тима молчит, он обнял меня в ответ, и продолжал дышать очень громко и прырывисто. Это пугало уже меня. Я я все так же гладил его, повторяя что все в порядке и не чего не произошло. Но Тима не успокаивался. Он вцепился в меня как никогда. Будто кот когтями. —Может водички?  Тима пробурчал что-то невнятное, я это расценил как да. И слава богу что у меня около кровати всегда стоит бутылка воды и мне не прийдется оставлять его в одиночку. Я просто тянусь рукой, даже не выпуская его из объятий. Опять же, я помогал Тиме попить, сейчас он был не в состоянии сделать даже это. Вроде как он стал  по чуть-чуть уже отходить, но все равно досихпор все было очень плохо. Я не представляю что его настолько сильно напугало во сне, это я попытаюсь аккуратно узнать с утра, а сейчас стоило б ввести его хотя бы в какое-то сознание, уложить спать, и надеяться что он не проснется еще. Нам по хорошему в школу еще вообще. Ну тут как в прошлый раз, я считаю ити нам никуда не надо. Пусть Тима отдохнет. —Тим, скажи хоть слово, подай признак что ты меня понимаешь. Я в серьез задумался о том что он не совсем в сознании даже. Но все же он понимал что я говорю. Это хорошый знак. —Мне плохо… —Я знаю Тим, тебе надо просто лечь доспать и отдохнуть. Все будет хорошо. Ничего страшного не произошло на самом деле. Это все сон.  Я целую его в волосы как делаю всегда. Я уже, на самом деле, не представляю что с ним делать, потому что он никак не успокаивался.  —Тише, тише. Дыши глубоко, со мной в такт. Вдох, — я глубоко и громко вдыхаю и жду что б Тима повторил, — выдох. И еще по несколько раз повторяю «вдох выдох» параллельно слежу за тем что б Тима дышал. Это опять же сильно не помогло, но хоть что-то. Маленькими шагами все страновиться лучше, я бы дал ему успокоительные, но я не могу себе позволить оставить его самого хоть на минуту сейчас. По этому приходится спасать его собственноручно. —Жарко очень, — Тима первый раз говорит что-то сам, не по моей просьбе. Мы движемся к успеху. —Давай окно открою?  Я включаю светильник рядом с кроватью, что б Тима видел меня, думаю это тоже может помочь ему. Из окна сразу начинает веять прохладой, как никак ноябрь, хотя у нас очень теплая зима, ночью все равно холодрыга еще та. Я возращаюсь быстро, потому что максимально переживаю за него. Я не понимаю что случилось, из-за этого еще страшнее.  Я смотрю на бедного перепуганного Тиму, только сейчас я увидел его лицо при приглушеном свете, до этого момента я совсем не видел его. Он обнимал колени руками, смотрел на меня из подлобья, с размазаными по лицу слезами. —Теперь нормально? — переспрашиваю я подсаживаясь к нему рядышком  —Досихпор жарко. —Если тебе будет норм, можешь футболку снять Тима смотрит на меня две секунды, и все таки снимает футболку. Я опять обнимаю его и замечаю что у него очень горячая кожа. Может температура поднялась? Надо проверить. —Коть, у тебя температура похоже. Поднимись на секунду.  Я прикасаюсь к его лбу губами, и потом еще рукой проверяю. Он правда был горячим. Очень горячим. Похоже на стрессе поднялась, или еще хуже заболел.  —Как ты себя чувствуешь? Физически  —Голова болит, горло, просто мне плохо очень. —Заболел походу. Останься на секундочку.  Я пытаюсь быть еще быстрее, потому что Тима не в моем поле зрения, и я не могу следить за его состоянием, по этому мне стоит быстрее взять аптечку и вернуться к нему. Я его теперь даже домой не отпушу самого вечером, пока не убежусь что у него нет температуры.  По возращению, ровно спустя минуту, я достаю градусник и сую его Тиме. Пока мы ждем, я глажу его по волосам и вытираю слезы. Он уже болье спокойным был, не так сильно плакал, и дышал болье менье ровно.   Тима протягивает мне градусник, я ужасаюсь увиденому. Все хуже чем я ожидал. —Тим, как ты так умудрился? 38,3. Вот тебе кошмары и сняться. Сейчас собъем все нормально будет.  Тима надувает губки и смотрит на меня будто я его наругал только что. А я ж не это имел ввиду. Я чмокаю его в висок.  —Ну-у-у. Я не ругаю тебя, — Я даю ему жаропонижаючие и укладываю его спать обратно, — хочешь сказку прочитаю?  —Давай.  Я снова встаю. На этот раз к книжной полке. Тянусь в самый низ где стоят мои детские книги (все кроме Гарри Поттера) и нахожу там сборник сказок братьев Гримм.  Помню как мне в детстве перед сном мама читала их. Удивительно что такое было, если сейчас она со мной не контактирует даже толком. Уверен она даже не вкурсе что у меня Тима ночует, хотя она была дома почти все это время. Я лег на кровать, а Тима лег мне на грудь, я был не против, пусть лежит, я только рад. Лишь бы заснул. Я открыл рандомную сказку, и стал читать её Тиме, пока тот наконец тихо не засопел у меня под ухом. Дальше ночь для меня была тревожной. Я засыпал, и через час-два просыпался, проверял что Тима спокойно спит, мерял примерную температуру рукой, и засыпал обратно. Полностью я уснул уже под утро. К пяти наверно где-то. И проснулся в десять. Тима спал еще. Я снова прикасаюсь губами к его лбу. Горячий, но наверное чуть лучше чем ночью. По хорошему, я бы хотел пойти что-то сделать. Приготовить поесть нам, может в аптеку сходить. Но Тима все так же лежит на мне как и ночью, если я встану то наверное разбужу его. А Тиме надо выспаться.  Так что я просто лежу еще час в телефоне время от времени поглядывая на моего мальчика и аккуратно перебираю его золотистые волосы. Тима просыпается где-то через час после меня. Он поднимает голову и смотрит своими голубыми глазами  на меня.  —Ты красивый, — Ни доброе утро, не как спалось, это первое что я от него слышу с утра. Не то что б я против конечно, только за, но неожиданно как то. —Ты тоже, очень. Добре утро, солнце  —Я уже к котёнку привык.  —Котёнок. — я исправляюсь, — как ты себя чувствуешь? —Лучше чем ночью, но все равно мне плохо еще.  Как я и думал в целом. Предполагаю что к вечером опять хуже станет, но это надо будет еще проверить. Надеюсь что нет. Я целую его в губы и после трепаю по волосам. Мы нежимся долго. Целуемся, обнимаемся, прижимаемся лбом ко лбу, да и в прочем все как всегда. Мне так нравится сонными, растрепаными валяться друг другом и чувствовать столько любви, как никогда.  —Такс.. давай температуру померяем тебе. — мы садимся на кровати, я сбрасиваю градусник и пихаю его Тиме, который кстати досихпор футболку не надел. В надежде на то что все и правда лучше чем было ночью, я глажу его по плечам или где-то около того. Электронной градусник пищит. Я достаю его и вздыхаю. Сильно лучше не стало дело. —37,8. Сейчас собьем.  Я снова даю таблетку Тиме и мы перебираемся на кухню. Он снова сидит на том же диванчике, я к слову заставил одеть его кофту, потому что мы гении только хуже сделали. Жалко все же что я не встал раньше, теперь прийдется сейчас что то делать. Мне лень готовить что-то нормальное на самом деле и я просто сделал бутерброды за пять минут. И чай поставил.  За завтраком я все же спросил что произошло. —Тима, если хочешь, можешь не отвечать, но, мне хочется знать что тебе снилось. —Все ок. Мне тупо подборка худших моментов из жизни снились. Сначала как ты уехал. Потом как мне заблокировали номер, и я понял что мы не найдемся. Следушим как я перерыл все в поисках твоего номера, но нашел только идею наглотаться таблеток и сдохнуть. И как в больнице очнулся. А когда ты меня разбудил думаю сам понимаешь. Прости кстати что ударил.  Я как всегда обнимаю его, глажу, все что б он не заплакал сейчас. И он правда не плакал. Я считаю это успех. —Подожди, ты пытался умереть, когда потерял мой номер? Так ты же совсем пиздюком был..Тебе сколько, 12 было? —13. Это было спустя пару месяцев, когда я совсем отчаился. Я тогда в больнице еще сказал что мне просто стало плохо, и я перестарался. Ага, пол пачки парацетамола по ошибке схавал, а главное что мне поверили. Тима говорил это слишком спокойным голосом, меня это тревожило. Он просто тупо сидел, ел и говорил это. Он даже сильно не отвлекся от еды расказывая о попытке самоубийства. Неужели для него это настолько нормально что уже не вызывает хоть какой-то реакции. Я переплетаю наши пальцы.  —Тима, умоляю, скажи что с тобой сейчас все в норме. —У меня нет тяги к смерти пока ты рядом со мной. На самом деле мне хватало бы даже минимально внимания. Я говорю же что и мечтать не мог, о том что имею сейчас. По этому я точно хочу жить. Не волнуйся. —Я всегда за тебя волнуюсь. Ты же знаешь. Скажи мне лучше, голова, горло не болит?  —Болит, все болит..  Я целую его в щеку. Я дал ему таблетку от горла после завтрака и мы вернулись в кровать. Тима еще заснул на часика два. Я еще десять раз убедился что он в состоянии дойти до дома, и все равно провел в итоге.  Мне так страшно его оставлять дома. По этому я как можно чаще пытаюсь найти повод что б переночевать у него, а лучше что б он переночевал у меня, а тут он еще и ослебленый тем что заболел.  После школы на следущий день я пошел к Тиме с вкусняшками, обнимашками и лекарствами. Ну не могу я оставить его. Даже на пару дней. Тима выглядил счастливым, не смотря на температуру 39 (ему стало только хуже на следущий день, это грустно) я сбил ему температуру, поцеловал в макушку, опять повторил то как люблю его и мы уляглись смотреть сериалы, в обнимку.  —Паш, голова болит сильно. Выключи.  Мы посмотрели минут тридцать, пока Тима это не сказал. Я выключил серию, и стал перебирать его волосы уже по привычке, укутывая в сон. —Может поспи?  —Да я не усну. Давай просто полежим рядом.  Все что он хочет. И хоть Тима это отрицал, но лежа в обнимку не разговаривая, он все равно заснул. А когда проснулся я сделал ему чай, еще раз померял температуру и ушел домой. На следуший день повторил весь ритуал, и так пока Тима наконец не выздоровел где-то через неделю. Он досихпор кашлял, но главное что температура вернулась в норму. И он был в состоянии функционировать. Я был этому очень рад.