На берегу моих чувств

Паша Сегодня от кошмара просыпаюсь я. Как бы это странно не было. Я тяжело и быстро дышу, страх досихпор не отпускает меня. Но будить Тиму… нет уж. Ему стоит поспать. А я и сам успокоюсь. Я прижимаюсь в объятиях к спине Тимы, и сжимаю его сильнее, чем просто в обычное время сна и пытаюсь успокоить свои нервы, которые слишком сильно разыгрались на последних событиях.  Ощущение Тимы рядом успокаивает, но этого все же не хватает для полного спокойствия. Я трусь носом, и все это так же помогает хреново.  Тима вдруг поворачиваеться и обнимает в ответ, поглаживая меня по волосам и шее. —Тише, тише. Я тут.  —Тим.. прости, я не хотел тебя беспокоить  —Все хорошо. Успокойся для начала.  Я ослабливаю хватку. Он стал целовать мое лицо. И мне становится намного легче. Тревога резко спадает, на ее месте появляется только любовь к Тиме. —Спасибо. —Все окей. Легче? —Ага. —Ложимся спатки?  —Подожди, Давай еще чуть-чуть полежим. Меня снова целуют, трепают по волосам, по всякому продолжают успокаивать. Теперь то я понял что именно этого мне не хватало. Побыть в той роли, в которой обычно находится Тима. Побыть уязвимым. —Я тебя очень сильно люблю. — Я не выдерживаю что бы не признаваться в любви ему в такой момент. Мне настолько полегчало от таких нежностей, что даже обратно ложиться спать совсем не хочется  —И я тебя, — Тима снова прижимается губами к моей виску, а я автоматически расплываюсь в улыбке. Каждае его подобное действие отстукивает ритмом в сердце, — раскажешь что снилось, солнце?  —Да.. мне приснилось ну… что ты не очнулся. В больнице. Я перепугался, и проснулся  О таком даже думать было страшно. Момент пока Тима лежал у меня на коленях не дыша, был без превелиучений худшим в моей жизни. Только от одного воспоминания слезы на глазах наворачиваются. Если бы вдруг, это продлилось еще несколько минут я бы не выдержал.  —Чш.. все в порядке. Я тут, я живой. И умерать не планирую, — И снова Тима целует меня в лоб —Я знаю. Просто слишком перепугался как только проснулся.  Я поцеловал его в ответ куда-то в подбородок, меня это насмешило даже. А следом я уперся носом ему в грудь и быстро потерся носом. Спать уже не хотелось, сон у меня быстро пропадает, хотелось просто немного нежностей.  —Ты спать не хочешь Тим? —Хочу, но важнее что б ты спокоен был. Хочешь пойдем чай попьем, в потом ляжем? Если спать не тянет. —Давай. Я слажу с кровати первым, и потом тяну Тиму за руку на кухню. Он включает лампочку над столешницей, от которой раздается преглушеный теплый свет, освещая Тиму. Я смотрел на него, такого родного, в одной футболке на пару размеров больше, растрепаными волосами, заспаным лицом, который готовит мне чай посреди ночи, и стучит по столу пальцами, и просто не могу оторвать взгляда. Он был прекрасен. Я готов был прям сейчас падать в обморок от его красоты. Я подхожу со спины к Тиме который следит за чайником и обнимаю его за талию.  —Ты сейчас еще красивее чем обычно. —Не придумывай. —Правда. Ты заспаный выглядишь только лучше чем при параде. Но ты что так что так как боженька выглядишь.  Мы простояли так, в обнимку до тех пор пока чайник не закипел и все же пришлось сесть пить чай за которым мы встали, хотя я бы хотел еще пообнимать его. Сидеть пить чай в темноте, разговаривая о каком-то бреде, было чуть ли не комфортее чем просто обниматься. Чай мы пили еще 15 минут, перед тем как вернуться в комнату, пока мы были на кухне реально спать больше захотелось. Я лег как всегда рядом с Тимой обнимая его, но Тима так не думал. —Ложись на меня.  —Что?  Тима постучал себе по груди, обьясняя что имел ввиду. Ну, спорить я не стал и лег на него сверху, Тима гладил меня по волосам и целовал, до тех пор пока я не заснул. Спали мы оба хорошо. По крайней мере, когда ночью просыпаеться Тима, особенно когда мы настолько близко лежим, я тоже быстро подрываюсь. И сам я не просыпался.  Сегодня с утра мы снова остались вдвоем дома, так что у нас было часов так шесть после того как мы проснулись, на то что бы позаниматься чем-то безсмысленым. Мы бесились как обычно, валялись на полу, целовались, обнимались, кусались, а следом стали заниматься хоть чем-то болье осмысленным, а именно, все на том же полу, рисовали какую-то картину, пейзаж, который мы каким-то боком представили вдвоем, до тех пор пока не услышали глухой стук в дверь. —Кто в дверь стучит? Или мне кажется? — спрашиваю я первым —Да в подъезде кто-то ходит наверное, — моя первая мысль была такой, конечно я не предал значению стуку, хотя стоило, — забей. И тут то второй стук, громче. Теперь то я уже насторожился. Хотя и старался не паниковать раньше времени. —Нет, точно в дверь долбиться кто-то.  —Странно. Мама Тимы должна вернуться аж через три, а то четыре часа. И у нее всегда есть ключи. А кто это тогда. Следом пошел и звонок в дверь. Ну теперь то мы точно обосрались на пару. Хотя оставался вариант что это соседи, так что я еще от части оставался с здравым рассудком, с мыслью что ничего страшного не происходит. —Идем в глазок посмотрим? —Только тихо.  Мы вышли в коридор, во первых убедились что ключи не весят. Я посмотрел в глазок, и теперь точно меня пронзил испут. Я моментально заткнул Тиме рот рукой пока тот не успел заговрить в коридоре. А в дверь продолжали стучать и стучать все сильнее и сильнее. Я потянул Тиму за руку в комнату и только там я стал шепотом говорить. —Не пугайся. Но, у нас большая проблема. Я беру его за руки, пытаясь успокоить его, он конечно все понял, и я видел что он до ужаса напуган. —Пиши маме. Пусть она знает. Надеюсь что он сам уйдет, не знаю, соседи прогонят.  Тима уже готов розрыдаться. Но нельзя допускать то что б он расклеился, пока ситуация не наладится. Я быстро целую его в висок —Дыши. Все будет окей. Мы позвоним в полицию, если это потребуется. Не переживай. Тима достал телефон, быстро настрочил сообщение. Стук стал постепенно сменятся на крик. И я понял что счет идет на минуты. Каковы шансы что что-то кроме небольших неудобств ввиде посторонних звуков произойдет я не знал, и проверять не хотел. —Звони. Нет времени ждать ответа. Тима кивает и набирает маму. Зато трубку, она берет достаточно быстро. Это хорошо. —Алло мам, мам.. Тут нам в дверь ломится, этот.. Я продолжаю держать его за руки, целовать их же, и так же продолжаю делать вид что мне не страшно, и все хорошо, но на самом деле, мне было страшно до дрожи в коленках. Сердце стучит с громкостью музыки на колонках в клубе. Не слышу что ему отвечают, но по словам Тимы я понимаю суть диалога. —Уже минут 5. Ага. Хорошо, — и кладет трубку, — звоним в полицию короче. Все же времени потратили зря. Но в любом случае хорошо что мама Тимы оповещена о событиях. Тима набирает полицию, но говорю я, потому что он был намного сильнее перепуган, точнее, влиляет на него это гораздо сильнее. Я называю сходу адрес, и дальше начинаю описывать что происходит, что к нам ломится в дверь, кричат, и что мы напуганы не знаем что делать.  Тима прижимается к моему плечу головой, его трусит. Я не знаю что сделать что б ему было легче, когда я сам чуствую будто сейчас меня схватит инсульт.  —Сколько вам лет? Взрослые дома есть? —По 16. Нет, мы одни.  Снаружи снова раздается крик, и стуки в дверь. Меня передергивает, а Тиму следом, после того как он увидел что и уже тоже совсем не спокоен. —ОТКРОЙ БЛЯДЬ! —Наряд выехал, дверь не открывать, держаться по дальше.  Тима прижимается ко мне. Звонок обрывается, а я пытаюсь прижаться как можно ближе к Тиме, что б нам обоим стало хотя бы немножко легче. Но объятия уже не помогают, когда ты не можешь сделать больше абсолютно ничего, и тебе остаеться только ждать либо полиции, либо же.. даже представлять не хочется, что может быть, если дверь сломается.  —Тим, у тебя случайно, успокоительных в комнате не завалялось? Тима отрицательно кивает головой. Я вижу что на его глазах уже наворачиваются слезы. Он еще держится, но это не на долго. —У меня только снотворное. Успокоительные в аптечке. —Значит и так продержимся. Скоро полиция приедет. Все будет хорошо. —Паш… я не могу уже.  —Плачь если хочешь.  Я обнимаю его. Минуты тянутся вечностью, с каждым ударом, дверь скрипит все больше. Чуство будто она прямо шяс не выдержит. Я начинаю слышать легкие всхлыпы. Сам же разрешил расплакаться. Но это просто меня убило. Я начинаю плакать вместе с ним.  И тут. Сирена. Все ближе и ближе.  —Слышишь? — Я спрашиваю, надеясь что у меня не развивается шизофрения —Полиция.  Со временем удары прекращаются, в отличие от криков. Разобрать их было тяжеловато. Один голос сменялся другим. Мы резко замираем, даже всхлыпивать перестаем. Но, услышать удаеться только уже нормальный, тихий стук и слова —Полиция, откройте!  Я вытираю пальцем слезы Тимы и киваю мол «да, все хорошо, пошли». Я со страхом открываю дверь, и вижу двух полицейских. Становится легче. Страх отпускает.  —Это он? Тима кивает. —Он говорит что проживает сдесь, это правда? —Нет. —Хорошо. Спокойного вам дня —И вам всего хорошего. Дверь захлопнулась и мы оба выдыхаем с облегчением. Тима поворачивается ко мне, я рассматриваю его красные от слез глаза.  —Это все?  —По идее, — я притягиваю его к себе, — стало легче?  —Чуть чуть. Пошли в комнату, мне еще немного времени успокоиться. Все в порядке. —За шею цепляйся давай.  Тима похоже не сразу понял что я хочу, но за шею обнял. Потом когда я уже поднял его аж шарахнулся от неожиданности. Я донес его до кровати, и там я уже стал его успокаивать.  Я лежу рядом с ним, убераю волосы с лица. Тима говорил о том что напишет заявление, хотя до этого думал что не хочет таскаться по судам и кому-то доказывать.  А потом резко замолкает, смотрит на меня с секунду и говорит. —Паш. —А?  —Ничего. Просто.. я люблю тебя. И целует в лоб. Быстро, и возращаеться обратно, смотреть мне в глаза —Ты спас меня.