Ветер, восставший против воли Небес

Когда вновь опустилась ночь, Лу Фэн открыл глаза. Медитация вернула ему силы, и теперь он взглянул на Лунную лестницу, уходящую в грозовые тучи, и ощутил под рёбрами холодный узел. Его путь начался на каменных ступенях, залитых кровью братьев, сестёр, наставников, и заканчивался здесь, у подножия лестницы, уводящей в самое сердце мироздания. Лу Фэн ненадолго задержал ладонь на груди у сердца, где под полами одежд спряталось Зеркало разрушенных снов. Оно было холодным, словно отказавшись принимать тепло его тела, но Лу Фэну казалось, будто он чувствует пульсацию. Артефакт был жив, ждал, что же Лу Фэн сделает дальше. Минь Юэ тоже смотрела ввысь, и в её лице виделась сосредоточенная уверенность. Лу Фэн помнил её улыбку и тепло её рук, когда она вплетала ему в волосы гуань. Вот только сколько бы сердце ни жаждало остаться с ней рядом, а ему придётся заплатить своей жизнью, перечеркнув все мечты. — Готов? — прервала его размышления Минь Юэ. — Нет, — честно ответил Лу Фэн. — Но нечего ждать. Нужно просто идти вперёд. *** Первый шаг на лестницу Лу Фэн сделал в одиночку. Он почти ничего не ощутил. Серый камень, казалось, вовсе не отличался от прочих скал. Однако что-то всё-таки стало иным, и сердце словно сжалось сильнее, затем снова вернувшись на прежний ритм. Лу Фэн обернулся и протянул руку Минь Юэ. Они встретились взглядами, и она без колебаний приняла его ладонь, а после шагнула следом. Их пальцы сплелись, но на этот раз это не было нежностью, в жесте куда больше ощущался осознанный договор. Временный союз, вспомнил Лу Фэн с толикой горечи. И для него лично это стало ещё и невысказанным прощанием. — Кажется, прежде… я чувствовала это по-другому, — сказала Минь Юэ. Лу Фэн вопросительно посмотрел на неё, и она добавила: — Лестница… Наверное, то, что нас двое, имеет значение. Не только для нас самих. Лу Фэну сравнивать было не с чем, и Минь Юэ за то краткое время отдыха, что они себе позволили, не успела рассказать, что именно чувствовала. Но когда они вместе шагнули дальше, Лу Фэн осознал, что там, где их пальцы сплетались, возникло тягучее напряжение. Будто бы лестница решила проверить, разомкнут ли они ладони. Сосредоточившись на подъёме, Лу Фэн двинулся дальше, и Минь Юэ не отставала, но почему-то сквозь соприкосновение пальцев потекла вместе с ци, вместе со звёздным началом скорбь. Пламя, пожравшее и клан Минь Юэ, и секту Забытых лун, разгорелось будто бы в них обоих одновременно, причиняя страдания, но только не физические. Инстинктивно Лу Фэну захотелось закрыться от этого. Он ведь пришёл сюда не горевать об утратах, а найти способ всё изменить! Зачем, зачем его прямо сейчас вынуждают вспоминать обо всём? И не только помнить о своей утрате, но и прикасаться к сокровенному горю Минь Юэ? — Не отталкивай, — выдохнула Минь Юэ, точно почувствовала его желание и его сомнения. — Лестница хочет, чтобы мы стали единым целым… Иначе мы, наверное, не сможем взойти. Лу Фэн насторожился. Видеть, чувствовать, стать свидетелем мук Минь Юэ — не то, чего бы он хотел. Он предпочёл бы, чтобы она раскрылась ему постепенно, чтобы рассказывала сама и только то, что хотела бы. В то же время он не желал, чтобы она ощутила его боль от потери, раздирающую его горечь от того, что он вольно или невольно стал причиной многих смертей. Но сильнее всего он хотел вырвать руку: не только чтобы спрятать Минь Юэ от собственной тьмы или самому скрыться от её отчаяния, а оттого, что всё ещё скрывал Зеркало и свои намерения на его счёт. Минь Юэ не отворачивалась от него. Лу Фэн всмотрелся ей в глаза. Сейчас, в полумраке ночи, на ступенях лестницы, вокруг которой начинал подниматься ветер, Минь Юэ была завораживающе прекрасна. Прекраснее, чем прежде. И его сердце рядом с ней начинало биться быстрее. В другом мире, в другом времени он знал бы, как назвать это тёплое чувство в душе, но здесь… он лишь мечтал, что если пройдёт до конца, то сумеет дать ей шанс на счастье. Вместе с этими мыслями воспоминания схлынули, ушли, как океан убегает от берега в отлив, оставив обнажившимся дно. — Вместе, — прошептал Лу Фэн. — Вместе, — согласилась Минь Юэ, и они последовали дальше. Очень скоро она чуть нахмурилась в недоумении. Стоило подняться ещё, как вокруг разлилась тишина. Столь глубокая, что в ней не осталось совсем ничего, кроме биения двух сердец. — Тут должно быть больше ветра, — прошептала Минь Юэ, и тишина проглотила звук её голоса, только беспомощно шевельнулись губы. Лу Фэн сначала подумал, что тишина никого не способна напугать, и неясно, в чём же тогда кроется ловушка, но тут же осознал, что будто смотрит на мир, в котором нет ни его, ни Минь Юэ. То была не их смерть, но забвение. Всё, что им было дорого, исчезло, их собственная история превратилась в пыль. Все жертвы и все смерти оказались напрасными. Зеркало, укрытое на груди Лу Фэна, вдруг потяжелело, точно желало вырваться и указать Минь Юэ на его обман. Но когда он скользнул взглядом, чтобы понять, о чём мысли его спутницы, Минь Юэ, как оказалось, смотрела только внутрь самой себя. Они оба могли бы в этот самый миг потребовать друг у друга раскрыть тайны. И оба выбрали отступиться. — Я верю тебе, несмотря ни на что, — сказала Минь Юэ, и в этот миг обрушился ветер. — И я доверяю тебе саму свою жизнь, — отозвался Лу Фэн, и тогда они поднялись ещё немного. Пространство между ступенями заволокло мраком, но эта чернота оказалась плотной и вязкой, похожей на жидкое стекло, только совершенно холодной. Из-за неё каждое движение давалось с невероятным усилием. Стоило сбиться с ритма, и ступни увязали так, что выбраться можно было с большим трудом. Лу Фэн снова поймал взгляд Минь Юэ, и они кивнули друг другу. Значит, лестница жаждет увидеть их единство?.. Пусть они никогда не тренировались вместе, но в одно мгновение сосредоточились, чтобы поймать единый ритм. — Дыши со мной, — сказала Минь Юэ, и в этом было что-то столь же простое и уютное, как занятия с наставником на тренировочном поле. — Объединим дыхания, и станет проще. Она, конечно, была права. Лу Фэн закрыл глаза, чтобы чувствовать только её и не отвлекаться ни на режущий кожу ветер, ни на что-то ещё. Вдох. Выдох. И в новом ритме он уловил нечто большее: пульсацию ци Минь Юэ, по-прежнему ограниченную печатью, но живую и сильную. Некоторое время они стояли вот так, пока наконец не сделали один общий шаг. Давление ослабло, ничто не помешало добраться до следующей ступени. Они вышли на второй ярус лестницы. Лу Фэн открыл глаза, чтобы увидеть, как мрак расступился и потёк вниз как вода. — Лестница… будто учит нас чему-то, — отметила Минь Юэ. Лу Фэн добавил: — Необычное испытание, раз уж пройдя его, можно оказаться в Девятой Небесной сфере… Горько было понимать, что он, Лу Фэн, так мало знал о Лунной лестнице, хоть та изначально использовалась именно его сектой. Наверняка даже Старейший Чжэнь И мог бы подсказать им, как правильно вести себя. Но стоило этим сожалениям окутать его, как Минь Юэ снова нарушила молчание: — В прошлый раз я не сумела дойти сюда, упала гораздо раньше. — Такая откровенность тронула Лу Фэна. Минь Юэ сейчас открыла ему то, насколько была уязвимой. — Мы поднимемся до самого верха, — твёрдо отозвался на это Лу Фэн. *** Ступени становились выше, а промежутки между ними — шире. Каждый шаг был подобен прыжку через пропасть, нарастало давление, тяжестью опускаясь на плечи. Невидимые жестокие руки сжимали грудь, не давая дышать. Лу Фэн чувствовал, как пот ручьями стекает по спине, как ноет каждая мышца, а Минь Юэ сжала зубы и упрямо шла дальше. Её пример вдохновлял его, и он не отступал. Когда первая молния вырвалась из ступени прямо под ногами Лу Фэна, он отпрянул назад, но Минь Юэ рванулась вперёд. Они не отпустили ладоней друг друга, но даже так Минь Юэ закрыла его собой и приняла удар другой рукой, сложив печать. Полетели искры. — Нет, не защищай меня, оставляя у себя за спиной! — попросил Лу Фэн и тоже сконцентрировал звёздную суть внутри, направил её вместо щита и оружия. Минь Юэ коротко и ободряюще улыбнулась ему. Пусть молний разом стало больше, они прошли сквозь них, поддерживая друг друга, и достигли следующего яруса. Взглянув вниз, Лу Фэн не сумел разобрать земли. Небеса вокруг, внизу и вверху были одинаковы. Тёмные тучи скрывали и то, что было над ними, и то, что лежало несколькими ступенями ниже. Когда же Лу Фэн снова посмотрел на лестницу, та перестала быть прямой. Каждая ступень уводила то вправо, то влево, словно перед ними теперь был лабиринт. Лу Фэна охватило головокружение, а Минь Юэ рядом решительно закрыла глаза. — Зрение сбивает с толку, — сказала она. — Отец учил, что когда нельзя полагаться на него, остаётся только доверять остальным чувствам. Лестница не может прерываться, она устремляется к Небесам. Поведём друг друга? Он понял. Закрыв глаза, Лу Фэн вытянул свободную руку вперёд, ощутив пустоту — и привыкая к ней. Они опять шагнули вместе с Минь Юэ, полагаясь на то, что ощущают ступни, и надёжность камня никуда не исчезла. Там, где взгляд цеплялся за мнимую пустоту, тело обнаруживало ступени. Поднимаясь так, в темноте собственных опущенных век, Лу Фэн на мгновение подумал, что не хочет помнить о том, что желал исправить прошлое; в нём билось только горячее желание дойти до конца. Ради неё, Минь Юэ. Он напомнил себе, что техники Пути Небесного созвездия опираются не на концентрацию ци, а на усилие воли. И когда ощутил, что все иные причины не дают ему нужной силы, он сосредоточился только на ней, на Минь Юэ. Стало легче дышать, они оба открыли глаза. Лестница всё так же уходила в небо, но они одолели ещё один ярус. *** Они поднимались медленно, а Лунная лестница не скупилась на испытания. Сотрудничество на этом пути стало их главной силой. Лу Фэн из чистого упрямства ломал возникающие преграды. Минь Юэ знала законы высших сфер, потому находила слабые точки в иллюзиях, растворяла хитросплетения энергии, которые не поддавались упрямству. Он словно обратился в молот, когда она осталась тончайшей иглой, которая могла как излечить, так и убить. Всё это время они не отпускали друг друга. Когда Лу Фэн чувствовал, что его звёздный свет иссякает, отчаянно сопротивляясь давлению извне, Минь Юэ сжимала его пальцы крепче, подпитывала его упрямство. А когда она терялась, когда её оковы не позволяли шагнуть дальше, Лу Фэн делился с ней своей чистой, дикой и живой энергией звёздного дитя. Иногда ступени вырастали несоразмерно высокими, и Лу Фэн впивался пальцами свободной руки в камень, буквально втягивая Минь Юэ за собой. Лестница бросалась в них иллюзиями, вытаскивала из глубины души тёмные страхи, обрушивала на них молнии. Лу Фэн уже не сознавал смысла этого испытания, быть может, потому, что не успел прочесть трактат, но какие бы тайны ни прятались там, он только подгонял себя. Идти дальше — вот и всё. Они сбились со счёта, сколько ступеней успели пройти. Лестница почти покорилась им, как вдруг прямо под ногами Минь Юэ камень раскрошился, и она оступилась, почти рухнув вниз. — Нет! — выкрикнул Лу Фэн, рванув её на себя и не позволив упасть. Он прижал Минь Юэ к груди, обнял так крепко, как только мог. Минь Юэ замерла в его объятиях. Ветер рвал их волосы, непрерывно вспыхивающие молнии озаряли лица. Минь Юэ не оттолкнула его, но обняла за шею и прижалась лбом к его виску. Она прошептала что-то — Лу Фэн не расслышал. В момент, когда порыв ветра унёсся и стало тише, Минь Юэ добавила то, что он уже сумел разобрать: — Там ещё три ступени, Лу Фэн. Всего три. Они шагнули сквозь молнии и ветер вдвоём на следующую ступень, и неожиданно оказалось, что вознеслись над всеми облаками. Здесь буря стихла, рассеялось давление, оставив после себя лёгкость. Они же замерли на круглой платформе из лунного камня. Перед ними сияли врата в Девятую Небесную сферу. Руки их всё ещё были сплетены. Они дышали в унисон, а сердца бились в едином ритме. Минь Юэ медленно высвободила ладони и опустила их Лу Фэну на грудь. Нежное соприкосновение вызвало в нём болезненный отклик. Прямо сейчас, уже вот-вот он собирался обмануть её и воспользоваться Зеркалом расколотых снов. — Мы у цели. Теперь всё зависит от нас, — проговорил он хрипло, посмотрев на Врата, чтобы не сознаться в том, что солгал. Но стоило ему отвести взгляд вот так, и Минь Юэ толкнула его вперёд. Из ладоней её вырвался звёздный свет, ударил прямо в него, точно она решила отдать ему свою суть. И когда Лу Фэн оглянулся, не понимая, что она делает и зачем, Минь Юэ сложила печать. — Возьми мою силу, сделай, что должен, — сказала она. — Измени законы мироздания… Врата распахнулись, сильнейший порыв ветра потянул Лу Фэна прямо в них, а Минь Юэ понеслась спиной вперёд к прячущейся в облаках земле. Падающая звезда…