Преследуя себя

      Они с Эцу не успели далеко уйти от лагеря, когда услышали звон стали. Дракон уронил все сухие ветки, которые они смогли найти, и побежал обратно. Фай не сильно отставала от него и всё равно смогла прийти на место происшествия, только когда уже весь шум прекратился.       За спинами кёджинов, что окружили стоянку семьи Химитсу, ей мало что было видно, но она поспешила в другую сторону, где заметила Суики, стоящую за спиной своего дедушки и пугливо выглядывающую из-за его плеча, держась одной рукой за его пояс. Сам господин Химитсу стоял твёрдо на земле, широко расставив ноги, и спокойно взирал на то, что Фай не было видно.       - Что происходит? - спросила она кёджинку.       - Он неожиданно вышел из леса, - ответила Суики, прижав кулачок свободной руки к груди и не отрывая взгляда от чего-то впереди. Или кого-то. - На вопросы не отвечал, всё пытался приблизиться ко мне.       - Кто?       Но прежде чем, Фай успели ответить, она услышала, как Эцу прокричал:       - Стойте.       Девушка стала проталкиваться мимо кёджинов, чтобы пробраться к своему спутнику. В итоге она нашла его стоящего перед остальными членами семьи Химитсу, с поднятыми в успокаивающем жесте руками. Нагаре и Ёаке, в отличие от господина Курая, держали в руках не палку, а настоящие мечи. Держали так, что было ясно - может Кодзин и не желал, чтобы его сыновья участвовали в войне, но, как правильно обращаться с оружием, он их обучил. У всех троих братьев лица были мрачные, но спокойные, что-либо предпринимать против дракона они не собирались. Увидев, кого Эцу прятал за своей спиной, Фай обратилась ко всем окружающим, громко говоря:       - Это наш друг, извините за причинённое беспокойство.       Другие участники обоза успокоились, услышав её слова, и стали возвращаться по своим местам.        - Тамаши не может говорить, он немой с рождения. Поэтому он пытался установить связь с Суики по лозе. Он не хотел ей навредить, - объяснял Эцу остальным, в то время как Фай подошла ближе, чтобы проверить самочувствие юного кёджина.       Он лежал на земле, стараясь не шевелиться, вокруг его рук и ног обвилась словно кандалы жёсткая чёрная проволока, которая, похоже, причиняла ему боль при движении.       - Освободите его, - потребовала Фай, вглядываясь в лицо своего знакомого.       Господин Курай присел рядом с ней и, подцепив палкой кончик проволоки, быстро и аккуратно смотал её. Тамаши вздохнул и более свободно раскинулся на земле. Фай мягко коснулась его запястья, открывая канал связи. Парень улыбнулся и положил свою вторую руку поверх её.       - Ты мог раньше дать о себе знать, мы бы приняли тебя в свою компанию. Не пришлось бы столько дней идти в одиночестве. Куда ты направляешься? - спросила Фай его.       Он пожал плечами и перевёл взгляд на свои недавние оковы.       - Чья это проволока? - спросила Фай у кёджинов.       Они все переглянулись и пожали плечами.       - Честно говоря, мы не знаем. Её кинул кто-то из толпы, - ответил Нагаре.       Фай повернулась к дракону и сообщила:       - Тамаши сказал, что они магические, со времён войны, и подлежат уничтожению.       - О, я разберусь с этим, - хмыкнул Эцу. Он забрал проволоку из рук господина Курая и намотал её на правую ладонь. Сжав её в кулак, дракон прищурился и всю его руку охватило белое пламя. Мгновение и от проволоки ничего не осталось.       - Что я пропустил? - раздался за спиной девушки голос полный замешательства.       Все перевели свой взгляд на Хакурая, неловко переминающегося с ноги на ногу у края стоянки с вёдрами полными воды в руках.

***

      Когане Тамаши, несмотря на иной цвет кожи и свой рост, прекрасно вписался в семью Химитсу. Он сидел у костра между Хакураем и Суики и ел похлёбку, совсем не стесняясь прикоснуться к своим соседям, чтобы поучаствовать в разговоре. На его губах играла довольная улыбка каждый раз, когда его слова внимательно слушали и передавали остальным.       Фай снова взглянула на листы бумаги, исписанные заботливой рукой. Бабушка Канси в своём письме просила их позаботиться о её внуке. Она знала, что в их деревне ему житья не дадут после её смерти. Но как бы ей ни было больно расставаться с Тамаши, она понимала, что не сможет больше встретить никого другого, кто принял бы его как Фай и Эцу.       Она вспомнила, как бабушка Канси пришла их проводить и отвела её в сторонку, чтобы подарить старое, но хорошо сохранившееся хаори тёмно-зелёного цвета.       - Оно верно служило мне и моей дочери, теперь пришло время послужить кому-нибудь другому.       - Спасибо вам, - поклонилась Фай, сразу надев подарок. - Это очень щедро с вашей стороны.       - Пустяки, - отмахнулась старушка и провела по её плечам, разглаживая мягкую ткань. - Пусть бережёт тебя от холода и невзгод.       Она перевела свой проницательный взгляд на дракона, который кружил вокруг выделенной им повозки и прошептала Фай:       - Твой спутник вроде парень хороший, но будь осторожна. С такими красавчиками проблем не оберёшься, поверь мне. Такого опыта не счесть на моих страницах. Поэтому, что бы ни случилось, помни, сердце у нас в груди, оттого и смотрит на всё слепо. Если не хочешь испортить ваши отношения, слушай не только свои чувства.        - Не беспокойтесь, бабушка, - Фай сжала её ладони обеими руками. - Я руководствуюсь только логикой.       Вот и сейчас после недолгого размышления, девушка пришла к выводу, что у них нет причин отказывать в просьбе пожилой кёджинке, хотя она и не знала, как сложится их путешествие в дальнейшем. Фай, сложив листы, положила их в сумку и достала оттуда небольшой кубик из оригами, который ей вручил Тамаши ранее вместе с письмом. За каждым сгибом и уголком куба скрывался рисунок, и Фай повертела оригами в руках, пытаясь разобраться в том, как оно устроено, но вскоре поняла, что без посторонней помощи не справится. Она встала и подошла к костру, чтобы похлопать Тамаши по плечу.       - Можешь, пожалуйста, показать, как это работает?       Он с радостью кивнул и, поставив миску на землю, стал медленно разворачивать уголок за уголком прямо у неё в руках. Стороны куба продолжали и продолжали раскрываться, по несколько раз сменяя узоры, пока оригами не увеличилось в своём размере как минимум втрое.       - Ты очень хорош в оригами? - дождавшись подтверждения с его стороны, Фай продолжила. - Я умею складывать только журавликов. Когда-то помнила как сделать дракона. Может, если повожусь немного, то и смогу вспомнить, но это всё, что я знаю из оригами, поэтому научить чему-то дельному других я не смогу. Так что, когда Эцу спросит тебя о нескольких уроках, пожалуйста, не отказывай ему.       Тамаши фыркнул и приподнял одну бровь, задавая вопрос.       - Спасибо тебе, а о бумаге не беспокойся. У Эцу есть всё для творчества и даже больше.       Фай по привычке пожелала всем за костром хороших снов и отправилась обратно к своей стоянке, где дракон, вывалив всё на расстелённый мех, пытался навести порядок в своих катушках с нитками. Она молча скинула обувь с сумкой и присоединилась к нему, придвинув к себе поближе небольшую шкатулку со множеством отделений, куда стала складывать все готовые нитки по цветам.       Вдруг по её правому виску разлилось тепло. Она коснулась лозы и услышала голос Хештии.       - Фай, привет, я не отвлекаю?       - Нет, - ответила она, привлекая к себе внимание Эцу. Он замер и заинтересованно наклонился вперёд.       - Как ты и просила, я разузнала о том происшествии в национальной библиотеке Онгиза. Мне пришлось изучить кучу записей, здесь очень редко проводят полную инвентаризацию, но я смогла узнать, что именно было утрачено. Плохая новость - я смогла узнать только их названия и что все они так или иначе связаны с империей Хахэн. Больше об их содержании ничего неизвестно. Но есть и хорошая новость. В основном, это были копии, так что есть ещё шанс найти эти книги.       - Мы с Эцу сейчас как раз находимся в империи, - сообщила Фай подруге. - Можешь перечислить нам список этих книг? Возможно здесь у нас получится найти их самим.       После минуты потрясённой тишины Хештия выдавила:       - Возьми листочек и ручку, список выйдет длинным.