Преследуя себя

      - Ваше Величество, позвольте мне разобраться в этом. Должно быть, произошла какая-то ошибка. - умолял принц, стоя на коленях и низко склонившись.       Эцу соврал бы, если бы сказал, что его удивили слова принца. Он сам видел вторую императрицу всего раз и то с трудом верил, что она способна на такую жестокость. Точнее он безоговорочно верил словам Фай о причастности императрицы, но чувствовал, что здесь скрывалось нечто большее.       Но всё же дракона поражало то, как принц защищал свою неродную мать.       И похоже не он один был под впечатлением. Все кёджины в зале, словно забыв о присутствии иноземцев на своём собрании (что просто прекрасно), были сконцентрированы на действиях Его Высочества.       - Прошу вас, Её Величество не могла это сделать. Это не может быть правдой.        - Это правда, мой принц - голос императрицы гулко разнёсся по всему залу, заставив всех замереть от неожиданности, а потом резко развернуться.       Она стояла у главного входа одна, без своих личных служанок. Лишь несколько стражников сопровождали её, стоя позади на почтительном расстоянии. Её Величество окинула помещение взглядом и не спеша прошла внутрь. Шёлк её светло-зелёного карагина шлейфом тянулся за ней, а на длинных рукавах блестели хризантемы, вышитые золотой нитью. Она лишь мельком взглянула на Эцу с Фай, когда проходила мимо. Дракон не заметил в её глазах ни удивления, ни страха. Встав прямо перед императором, кёджинка одним изящным движением опустилась на колени рядом с принцем.       - Ваше Величество, я пришла, чтобы признать свою вину и принять наказание, - сказала она, смотря на свои ладони, сложенные перед ней треугольником, и поклонилась так низко, что её собранные волосы коснулись пола. - Но прошу сначала выслушать меня.       Принц выпрямился, но не решился полностью встать, переводя взгляд с императрицы на отца и обратно. На его лице боль смешалась с потерянностью. Что же чувствовал император, Эцу было трудно сказать. После нескольких мгновений раздумий тот ответил:       - Говори.       Эцу показалось, что императрица даже вздохнула с облегчением, хотя было трудно утверждать что-то конкретное из-за всех этих слоёв одежды. Но её фигура точно стала выглядеть менее напряжённой, на его взгляд. Будь ситуация более подходящей, дракон бы также отметил то, как кёджинке удавалось сохранить своё благородство и элегантность в такой позиции, когда несколько слоёв её хину волнами рассыпались вокруг неё, напоминая собой орхидею.       - Пожалуйста, пошлите стражу немедленно схватить моего отца, - промолвила она, не отрывая головы от пола.       По залу прошёлся ропот, который тут же смолк, стоило императору поднять ладонь. Он посмотрел на стражу, и те понятливо тут же вышли из зала для исполнения его приказа.       - Объясни, - велел он супруге.       - Всё, что мной было совершено, было сделано по его указу.       Что ж, как дракон и подозревал, всё было не так просто.       Когда война закончилась во всех странах царил хаос. Но хуже всего пришлось империи Хахэн, получившей суровое наказание от Улака - ограниченное количество ударов сердца. И только её отец смог увидеть в этом помимо несчастья неожиданные возможности. Будучи главнокомандующим армии, он воспользовался щедрым шансом, который ему неосознанно предоставил прошлый император, приказав своим самураям разобраться с беспорядком в стране и заставить народ вернуться к работам. Конечно, не обошлось без денежнего вознаграждения - иначе даже личная армия отказалась бы слушаться.       План императора сработал - вскоре все стали безропотно подчиняться строгому режиму, навязанному силой. Только к тому моменту, когда на престол взошёл нынешний правитель, большая часть власти и денег уже была в руках небольшой группы самураев во главе с её отцом. Чем больше земель на континенте попадало под контроль, тем влиятельнее он становился. Вскоре он даже нагло решился стереть своё имя и самолично взять себе титул сёгуна. По сути, он стал вторым властителем страны и никто его не остановил.       Императора такое положение дел не устраивало. Все оставшиеся деньги он вложил в развитие торговли в столице, а когда его влияние увеличилось, под благовидным предлогом постановил, что семьи самураев должны проживать треть года в Шёнгетеяне. Медленно, но верно император перетянул одеяло на свою сторону, но решил на этом не останавливаться.       Может быть, главной причиной и стал его сын, но изолируя страну, Его Величество преследовал и другие цели. Привычное дело среди политиков. Принятое сёгуном с благосклонностью предложение о браке императора с его дочерью обернулось для него ловушкой, вынудив его подчиниться приказу покинуть свои земли на континенте вместе с остальным народом.       Императрица знала о том, в каком гневе был её отец от испытанной несправедливости, но истинный масштаб его ненависти смогла узреть только недавно.       Её отец после переезда в столицу стал самостоятельно обучаться магии и много лет провёл за изучением старых трактатов. Новые направления его не интересовали, так как он утверждал, что именно в магии древних сокрыт способ вернуть кёджинам прежнее могущество. Он считал, что сможет спасти всех, если найдёт секрет бессмертия. Но Её Величество видела за словами отца его истинный мотив - жажда власти.       Поначалу эксперименты сёгуна были невинны и не несли никакого вреда окружающим, поэтому императрица не стала останавливать его, а даже поддержала. Но всё изменилось, когда её отец случайно узнал о её ещё одной небольшой особенности.        Однажды во время прогулки в лесу на территории её семьи она обнаружила небольшой росток касз-зи. Сначала она пыталась уничтожить его своими силами - благодаря увлечению отца, она тоже стала немного сведуща в магии. Но потом обратилась к нему за помощью, не желая поднимать шум. Тот решил, прежде чем избавится от растения, изучить его, и так получилось, что в ходе его исследований, они смогли выяснить о её иммунитете к яду дерева из-за наследия алдакетов в её крови.       Получив в свои руки безопасный способ добычи экстракта касз-зи, сёгун вывел свои эксперименты на новый, более жестокий уровень.        - Ваше Величество, - ворвался в зал стражник. - Мы не нашли господина сёгуна ни в его личных комнатах при дворе, ни в семейном поместье.       Эцу с беспокойством посмотрел на Фай, которая, совершенно не волнуюсь, с интересом следила за происходящим. Кажется, ситуация обострялась, и им не стоило больше здесь оставаться и влезать в их внутренние разборки. Власть имущим о проблеме сообщили, не забыв про детали, дело сделано. Ах, да… Дракон поморщился, уткнувшись головой в плечо девушки сзади. Принц. Как ни прикидывай, а отвести его в сторонку для небольшого разговора в данный момент было бы невозможно.       - Похоже, он сбежал - высказался один из кёджинов. Советник? Министр? Что ж, разбираться во внутренней политике империи Эцу будет в ближайшее никогда, решил он.       Интересно только, почему так вовремя? Не предупредил ли его кто? Дракон вспомнил, как что-то мелькнуло у двери недавно. Могло ли...?       - Поднять всю стражу. Найти и привести его ко мне, он не мог далеко скрыться, - в голосе императора стала прорезаться сталь.       Но прежде чем, стражник успел убежать, императрица выпрямилась и крикнула:       - Стойте, я знаю, где он может быть, - она смело посмотрела прямо в глаза супруга. - Мой отец знает о секретном туннеле, ведущем за город. Недалеко оттуда, если идти прямо на север, вы сможете найти его подземную лабораторию, которую он построил в заброшенных зерновых хранилищах.       - Ваше Величество, - вмешался принц, снова поклонившись. - Велите мне возглавить отряд для его поимки. Мне хорошо известны планы тех строений.       Эцу заметил, как на скулах императора заиграли желваки. Это была первая явно проявленная кёджином эмоция за всё время встречи, но дракон не успел обдумать этот факт, так как его пара неожиданно шагнула вперёд, подняв руку.       - Позвольте нам тоже их сопровождать.       - Фай? - позвал он её шёпотом, схватив за мизинец. - Ты что делаешь?       Она, не оборачиваясь к нему, также тихо ответила:       - Так мы сможем наконец поговорить с принцем без лишних ушей.