Преследуя себя

      Авет чуть ли не вибрировал у Фай за плечом, пока Эцу продолжал и продолжал выставлять на свободный верстак коробки с техникой из её отражения. Его дыхание щекотало её кожу, а руки сжимали её локоть, слегка раскачивая.       Фай не могла назвать своего друга человеком, который игнорировал концепцию личного пространства.       Он её просто не знал.       - Ты помнишь правила? - спросила она, повернув к нему голову.       - Да‑да. Разобрать, изучить, уничтожить. Никаких иномирных полимеров, - отмахнулся он, горящими глазами смотря на коробки. - Секунды до забвения, сколько тут всего… Твои родители не разорились? Может, мне ещё что‑нибудь такое им подкинуть?       - Нет, - ответила девушка. - Того, что уже есть, вполне достаточно.       Ещё в первые дни своего нахождения в этом мире она быстро осознала, что останется здесь навсегда. И тогда перед ней остро встал вопрос благополучия её родителей. Даже имея возможность периодически возвращаться домой, она не могла им помочь ни физически, ни финансово, оказывая должную поддержку их жизни после выхода на пенсию. Но неожиданно решение нашлось в стремлении Авета развивать немагическую ветвь технологий. В одной из своих перемещений она приобрела для него книгу с историей автомобильных двигателей. Он тогда обрадовался такому подарку, как ребёнок, получивший лишнюю порцию мороженого. Он так ею увлёкся, что смог создать несколько улучшений. А она, в свою очередь, передала их отцу. Так и повелось. Авет разбирал технику её отражения, находил и исправлял ошибки или создавал аналоги. После чего зарисовывал все схемы и через её отца продавал идеи и чертежи компаниям или патентовал. Её родители получали деньги, а он - воплощение своих идей и новые объекты для изучения. Так что она могла теперь не беспокоиться о благополучии своей семьи.       Когда они вернулись, Фай с Эцу первым делом отправились в университет, чтобы забрать результаты анализов и выгрузить всё громоздкое из пространства дракона. После по плану они хотели заскочить к нему домой, чтобы перебрать всё остальное, что успели накопить за время своего путешествия, и просто проверить, как там обстоят дела.       В мастерской Авета было тихо, несмотря на разгар дня. Скорее всего, остальные были заняты экзаменами, даже если их теперь нужно было не сдавать, а проводить.       Но химические лаборатории, которые находились в соседнем коридоре, не могли похвастаться тем же. На это время у них приходился пик обращений с заказами на анализ. Наверное, там сейчас большая толпа в приёмной комнате.       Фай решила пойти вперёд и занять очередь. Махнув рукой Эцу, она вышла в коридор, оставив парней обсуждать вопросы инженерии. Сама она была совсем несведуща в этой теме, поэтому мало чем могла помочь.       Не успела Фай отойти от двери хоть на три шага, как раздался грохот. Девушка тут же зажала уши, спасая их от болезненной звуковой волны, и поспешила к выходу из технического отдела, косясь на серую дверь напротив.       В лабораториях при университете постоянно что‑то взрывалось. И это не было стереотипом. Именно поэтому Авет приходил к себе поработать исключительно с помощью своего дара привратника, используя межкомнатную дверь, чтобы исключить коридор из своего маршрута.       Эти взрывы в шестой лаборатории стали часто раздаваться ещё во время её учёбы. Она не понимала, как справляются сами работники с шумом такой силы, что он проникал сквозь звукоподавляющие барьеры. Что там происходило, никто не знал - всё было засекречено, но это длилось уже пять лет.       Фай успела захлопнуть внешнюю дверь отдела со сложным магическим замком до того, как раздался ещё один взрыв, полностью отрезав себя от шума. В холле было тихо и пусто. Яркий свет из широких окон освещал шершавые стены бежевого цвета, рисуя причудливые тени из листвы деревьев. Чуть дальше находилась большая доска объявлений. Она стояла прямо посередине - не пропустишь, даже если захочешь - и вся была заполнена листами разных цветов и размеров. Фай подошла ближе, чтобы посмотреть. Поиск ассистента. Пропажа собаки. Приглашение на концерт. Ничего необычного. Но её взгляд привлёк торчащий белый уголок.       Белый цвет в Кальвийском университете наук не любили. Белый цвет значил пустоту. Пустота значила, что что‑то надо заполнить. Заполнить рефератом, проектом или отчётом. Нет, белый цвет использовала только администрация университета для важных объявлений. Фай подняла красный лист с рекламой клуба любителей исторических пьес, отодвинула угол флаера с приглашением на спортивные соревнования и увидела сообщение о создании заочного курса по истории искусств.       Фай достала из сумки блокнот и открыла его на последней странице, чтобы переписать все сведения. Может быть, это заинтересует одного талантливого дракона…       Чтобы попасть в приёмную комнату химических лабораторий для сдачи и получения анализов, нужно было сделать большой крюк, ведь вход от неё находился в противоположной стороне здания. Просто перейти в соседний коридор ей не позволят.       На улице дул пронизывающий ветер. Он пах морем и нёс с собой истории о бескрайней воде. Но никто не обращал на него внимания. Тут и там бегали или нервно ходили группками студенты, то преследуя кого‑то из взъерошенных преподавателей, то возмущённо потрясая листами. В разгар сессии университетский городок всегда наполнялся тем видом суеты, который раскручивает внутренние часы всех и создаёт ощущение неизбежного опоздания.       Какое уж тут дело до первых морозов?       Фай свернула за угол и пошла вдоль здания, игнорируя выложенную из каменных плит дорожку между аккуратно подстриженными кустами. Она вытянула руку и прикоснулась к гладкой фасадной плитке приглушённого зелёного цвета, которой были украшены цокольные этажи всех зданий университета. Она была очень холодной, но Фай не могла не провести по ней пальцами каждый раз, когда проходила мимо.       Дойдя до главного входа в химический отдел, она отворила тяжёлую дверь и проскользнула внутрь. Посчитав присутствующих, Фай заняла очередь за нирманом, который носил традиционную каса с мерцающей вуалью до пола, что защищала от света звёзд.       Эцу присоединился к ней очень вовремя, когда ей только протянули бланк их с результатами, словно подгадал этот чётко выверенный момент. Он тихо встал рядом с ней и, заглянув через её плечо в лист полный заковырыстых формул, ловко схватил молодого лаборанта за руку через стойку, прежде чем тот успел развернуться и уйти за следующим запросом.       - Подожди, господин хороший. А расшифровать?       Молодой парнишка испустил тяжёлый вздох.

***

      - Что думаешь об этом?       Фай сидела на полу и перебирала то, что купила для друзей, упаковывая всё в красочную бумагу. Она любила дарить подарки, и хоть сейчас ей это не могло принести прежней радости, она не собиралась отказываться от своей привычки.       Эцу развернулся от своего шкафа с материалами для рукоделия, где пополнял свои запасы в дорогу и раскладывал излишки.       - Думаю, что наш злодей должен был оставить алхимию там, где её нашёл - в далёком прошлом. И самому туда отправиться, - проворчал он, балансируя в одной руке коробки с хрусталём. - А у тебя какие мысли?       - Если он смог использовать яд касз-зи для разрушения целостности клеток, то мы ищем того, в ком течёт кровь алдакетов или драконов, - ответила Фай, отодвигая от себя последнюю коробку. Перед тем, как Авет отправит их обратно в Хахэн, ей надо будет попросить его поработать на досуге службой доставки. - Но проблема в том, что это не сильно сужает круг нашего поиска.       - Да, полукровок среди кёджинов хватает. Не так уж много времени прошло с их изоляции, кровь не успела очиститься.       - И мы уничтожили найденный нами касз-зи, так что, даже у растений не спросишь, и слежку не установишь - за то время, что нас не было, преступник мог уже обнаружить свою пропажу.       - Не факт, что это было единственное дерево, - заметил дракон, закрывая шкаф.       - Да, - кивнула Фай, скручивая ленту. Закрепив кончик, она убрала все принадлежности в шкатулку и посмотрела на Эцу. - Как нам тогда его искать?       - Дай-ка мне список, я ещё раз посмотрю его, - он плюхнулся с ней рядом и облокотился на её плечо спиной.       Фай, поворошив под обрезками бумаги, нашла расшифровку анализа и протянула ему. По словам лаборанта, всё, кроме яда касз-зи, не вызывало никаких вопросов и могло найтись везде. Конечно, в отделе химических исследований очень заинтересовались их образцами, но поняв, что это части обычной химеры, быстро утратили свой запал, хотя столь необычное использование яда на заметку взяли.       Он потратил несколько минут на изучение списка, бормоча себе что-то под нос, а потом стукнул её по голове затылком, привлекая внимание к строчке, на которую указывал пальцем.       - Я думаю, это наш шанс найти нужные нам ответы.