С первого глотка

Об укусе в шею Виктора пришлось просить едва ли не усерднее, чем о возможности заглянуть в рот. Сперва Виктор просто отшучивался и с озорными огоньками во взгляде журил его за чрезмерное увлечение романами о вампирах. Что, кстати, было неправдой — романов Джейс больше не читал: ему вполне хватало своего личного вампира в реальности, так что все нужные знания он намеревался черпать эмпирически. Затем оперировал тем, что на шее останется след. Факт, конечно, был неоспоримым — ранки от укусов Виктора заживали довольно быстро, но не могли оставаться незамеченными. Впрочем, Джейс с лёгкостью парировал, заверив, что будет носить рубашки с высоким воротником до тех пор, пока следы не исчезнут. Тогда Виктор припечатал категоричным «нет», отказавшись отвечать на какие-либо вопросы по этому поводу. И Джейс решил перейти в наступление. Сперва в знак протеста просто начал расстёгивать верхние пуговицы рубашки, ссылаясь на царящую в лаборатории жару. Виктор лишь бросал на его голую шею косые жгучие взгляды. Затем решился на более хитрый ход: намеренно поцарапался дома бритвой справа от кадыка. По приходе в лабораторию порез слегка затянулся, но вспыхнувшее в глазах Виктора пламя было весьма красноречивым. Следующий шаг стал самым рискованным. Джейс как раз работал с циркулем и низко-низко наклонялся над чертежом, когда правая рука вдруг <i>случайно</i> соскочила. Циркуль подскочил ножками вверх, и расположенная на конце игла пропорола кожу точно у ярёмной вены. На чертёж уже как-то привычно капнуло алым. Джейс закусил губу и замер на месте, ожидая реакции. Виктор не заставил себя долго ждать. — Ты это специально! — воскликнул он возмущённо и с грохотом откинул от себя книгу заметок. Джейс медленно повернул голову к партнёру. — Вовсе нет, — возразил он, трогая рану: он и правда не собирался резать так глубоко. — Джейс, — почти заныл Виктор, агрессивно потирая переносицу, — мне и так непросто даётся контроль. Джейс кивнул — не то, чтобы он понимал, но примерно такого эффекта своими манипуляциями и добивался. Виктор его жеста не оценил — вскочил со стула и принялся наматывать круги по лаборатории, нервно отбивая тростью пол. В какой-то момент он резко остановился, стукнул наконечником особенно сильно и упёрся в Джейса обвинительным взглядом. — Я могу убить тебя, как ты не понимаешь! — Ты не убьёшь. Джейс улыбнулся. Виктор? Убьёт? Он не мог даже представить такого исхода. Виктор молча покачал головой, а после вдруг оказался рядом так стремительно, что Джейс аж вскочил с места. Налитые неестественным светом глаза смотрели как будто сквозь него — сквозь кожу прямо на бегущую по вене кровь — а заострившиеся зубы оказались близко-близко к горлу. Рассудком Джейс понимал — Виктор его не обидит, но сердце невольно начало колотиться быстрее, ладони, подмышечные впадины и спина — потеть от иррационального, неконтролируемого страха. Липкой испариной покрылся даже лоб. — Виктор, — позвал он робко. Виктор сфокусировал взгляд на его глазах и продолжил молча таращиться. Виктор был ниже, но сейчас казалось, будто это он, а вовсе не Джейс нависал сверху. — Уверен? — задрав голову, выдохнул Виктор прямо ему в лицо. Джейс крупно вздрогнул всем телом, когда осознал, что не чувствует воздуха, который Виктор должен был выдохнуть при произнесении слова. Однозначное: «Да, я уверен», — завертелось на языке, но слова отчего-то застряли в глотке. — Так этого хочется, да? — продолжил Виктор, сверля его нечитаемым взглядом. — Хочется лезть на рожон? Хочется, чтобы я укусил, как в дешёвых романах? Джейс спешно кивал на каждый вопрос. Да, ему хотелось. И лезть на рожон, и укуса, как в дешёвых романах, и просто Виктора. Он перестал отрицать очевидность своего потаённого желания ещё после прошлого укуса. Иногда ему становилось страшно — пускай разум и твердил, что опасаться Виктора стоит в последнюю очередь, от инстинктивного страха перед мистическим существом было никуда не деться — но жажда стать ближе оказалась сильнее. Виктор криво улыбнулся. А затем вдруг вцепился рукой ему в волосы, оттянул на грани болезненного, вжался носом в шею в том месте, где бешено пульсировала вена, и шумно, со свистом втянул воздух. — Ты боишься, — раздался над ухом хрипловатый шёпот. — Да, — выдохнул Джейс. Смысл скрываться: его страх всё равно чуяли. — И хочу. — Знаю, — отозвался Виктор. И укусил. Болью обдало от плеча до уха. Из глотки вырвалось нечто среднее между задушенным воплем и скулежом, но звук оборвался, стоило Виктору сжать зубы плотнее. Воздух как будто застрял в глотке. Джейс схватился за чужие руки, инстинктивно саданул кулаком по худому плечу, но Виктору было абсолютно всё равно, он даже не шелохнулся. Лишь впился глубже и сделал изрядный глоток, вытягивая кровь медленно, как будто испытывая Джейса на прочность. Джейс схватился за плечи партнёра плотнее, словно это могло помочь удержаться от падения во что-то тёмное, вязкое, ледяное. Боль не отпускала, несмотря на теплящееся где-то на периферии удовольствие — от близости, факта долгожданного укуса, холодных пальцев в волосах. Второго глотка Джейс, как ни странно, не почувствовал: то ли был слишком поглощён остальным, то ли Виктор действительно решил ограничиться лишь одним, который по ощущениям был раза в три больше обычного. Боль не ушла, даже когда Виктора разжал челюсти и выпустил его волосы из захвата. Джейс поморщился, чувствуя, как с ранок тонко потекло горячим, и глянул на Виктора плывущим взглядом. Тот как раз утирал рот ребром ладони. — Садись, — хрипло велел Виктор и указал на стул. Джейс рухнул на предложенное место. В подрагивающие пальцы сунули стакан воды. — Пей. Он послушно осушил всё до капли. — Откинься. Джейс не понял, что от него хотят, и молча уставился на стоящего сбоку Виктора. Тот выдавил из себя вымученную полуулыбку, мягко коснулся плеч и надавил, вынудив откинуться на спинку стула. Джейс шумно выдохнул, когда его плечи принялись ласково разминать. Мышцы невольно начали расслабляться, а сковавшая шейно-воротниковую зону боль — отступать. Джейс усмехнулся краем рта, осознав, что, кажется, большая часть неприятных ощущений стала следствием собственного перенапряжения. — Как ты? — спросил Виктор, массируя плечи. — Хорошо, — отозвался Джейс и попытался взглянуть на находящегося за спиной партнёра. Его голову повернули обратно, и тонкие пальцы принялись бережно разминать шею сзади. — Не ври. — Я не вру, — возразил Джейс и снова попытался обернуться. Его снова вернули на место. Волос на макушке что-то легонько коснулись. Дыхание? Губы? Ладонь? Джейс заозирался по сторонам. — Я сам хотел, — добавил он и досадливо выдохнул, так и не обнаружив искомого: Виктор уже стоял над ним ровно, а обе руки лежали на плечах. — И как? Понравилось? — Виктор невесело усмехнулся. — Не знаю, — честно отозвался Джейс. Ему не понравилось. Но и не не понравилось. Воспоминания о боли и страхе были яркими до трясучки, но удовлетворение от близости Виктора и достигнутой цели перекрывали сполна. Так что на самом деле ему очень даже хотелось… — Попробуем ещё раз? — предложил Джейс и повернулся-таки к партнёру всем корпусом. — Джейс, я, — Виктор запнулся, закусил губу. И вдруг улыбнулся. — Хорошо. Попробуем, если захочешь. Пробовать Джейс решился следующим же днём. Он не спал всю ночь — стоило только задремать, как перед ним убийственно явственно вставали острые клыки, горящие диким пламени глаза и безжалостно жёсткая хватка вампира. Забыться тревожной полудрёмой удалось лишь под утро, когда лучи солнца осветили всю комнату, но ненадолго, ведь спустя полчаса кошмар повторился. Так что едва влетев в лабораторию, Джейс сообщил о своём желании. Виктор встретил его просьбу скептическим недоумением. — Ты себя видел вообще? — поинтересовался он, глядя с прищуром. — Ну да, — кивнул Джейс, поправляя волосы: он, конечно, укладывал шевелюру каждое утро, но сегодня решил сделать исключение. Виктор выгнул бровь, будто спрашивая: «Ой ли?». — У тебя пуговицы криво застёгнуты, — произнёс он наконец и ткнул узловатым пальцем в высокий воротник. — И щетина, — добавил он странной интонацией. — У меня всегда щетина! — заверил Джейс, борясь с пуговицами, которые действительно оказались застёгнуты на одну ниже. Те никак не желали поддаваться усилиям его подрагивающих пальцев. — Ну, в смысле, каждое утро. — От которой ты обычно избавляешься, — протянул Виктор иронично, цепко глядя на его потуги. — Не то, чтобы мне не нравилось, но, — Виктор цокнул языком, подошёл вплотную и — дыхание разом спёрло — сам взялся за воротник, убрав его пальцы мягким жестом. — Дай помогу. А ты пока расскажи, что происходит, хорошо? — Я хочу твой укус, — повторил Джейс. — Это я уже понял, — протянул Виктор, вытягивая пуговицы из петель. — И к чему такая срочность? — Мне просто… нужно, — выдавил Джейс, сглотнув. Пальцы Виктора коснулись дёрнувшегося кадыка. — Зачем? — раздалось закономерное после небольшой паузы. — Джейс, я не стану тебя кусать, пока ты хотя бы не попробуешь объясниться. Тем более в таком состоянии, — он расправился с четвёртой (той самой, что была вдета на петлю ниже) пуговицей, но застёгивать обратно не стал: уложил обе ладони партнёру на грудь, несильно надавил и добавил. — Пожалуйста? — Вчера я, — Джейс кашлянул, прочищая горло и давая себе лишнюю секунду собраться с мыслями, — я испугался в процессе. Я испугался, Виктор, понимаешь? Тебя. Я не хочу тебя бояться. Поэтому мне нужно попробовать ещё раз. Виктор молча отстранился. Между густыми бровями залегла глубокая морщинка. Джейс сцепил руки в замок за спиной. Захотелось податься навстречу, сказать, что всё хорошо, он привыкнет, Виктору просто надо укусить его ещё раз, доказать, что это вовсе не страшно. Но Джейс промолчал. Морально он уже приготовился к отказу, как вдруг Виктор повернулся, ответил коротким: — Хорошо, — и улыбнулся. Джейс ожидал возражений, возмущений, да чего угодно, кроме вот такого простого согласия. Так что обескураженно замер, глядя на Виктора во все глаза и хлопая ресницами. — Сядем? — предложил Виктор и взглядом указал на небольшой диванчик, который недавно установили у входа в их лабораторию. Джейс кивнул. Оказавшись рядом с Виктором на мягком сидении, он почувствовал, что начинает краснеть, совсем как подросток. Улыбка Виктора стала шире. Он подсел ближе — так, что тощее колено теперь касалось его, Джейса, бедра, — и потянулся к шее с той стороны, где кусал вчера. Джейс невольно вздрогнул, но пальцы так и не коснулись кожи, остановились в миллиметре. — Болит? — Виктор совершил лёгкое движение в воздухе, как если бы гладил место укуса. — Нет, — мотнул головой Джейс. — Ну, почти, — добавил он, поймав на себе красноречивый взгляд. — Только когда трогаю. Так — нет. — Я могу прикоснуться? — спросил Виктор и снова повёл ладонью у его шеи. На этот раз с противоположной стороны. — Конечно, — шепнул Джейс и сам чуть подался вперёд, навстречу руке партнёра. Прохладные пальцы тронули кожу у ярёмной вены и заскользили вверх, к челюсти. Виктор закусил губу, коснувшись подбородка. Его зубы всё ещё были обычными. — А ты не думал отпустить бороду? — подушечки заскользили по линии челюсти вверх, к ушной раковине. — Не-а, — Джейс с трудом подавил настойчивое желание повернуть голову вжаться в викторову руку щекой. — Будет сложно ухаживать. — Тебе бы пошло, — что-то прикинув, озорно улыбнулся Виктор. — Но вообще могу и отпустить, — тут же сменил своё мнение Джейс, в целом готовый и помучиться с ежедневной укладкой бороды ради Виктора. Тот усмехнулся тепло, по-доброму и вдруг подался вперёд. Изо рта вырвался задушенный вздох, когда основания шеи коснулись тонкие губы. — Виктор, — прохрипел Джейс, не зная, куда деть руки. Ладони Виктора уже вовсю гладили его по затылку и плечу, но он не понимал, может ли дотронуться сам. Не понимал, что в принципе происходит. Очевидность флирта была неоспорима, да, но поцелуи в шею казались качественно новой ступенью, и Джейс не понимал, как реагировать. — Виктор, — позвал он снова, чуть громче. Вышло скорее истерично. — М-м-м? — протянули гортанно, и Джейс почувствовал кожей мокрый язык. Самый кончик влажно скользнул к уху, прошёлся по мочке и дразнящие обвёл раковину. — Ч-что ты делаешь? — проблеял Джейс, схватившись-таки за плечи партнёра в ответ. — Кусаю, — сообщил Виктор заговорщическим шёпотом и в подтверждение своих слов сомкнул зубы на мочке не сильно, но ощутимо. — Ох, Вик, — заныл Джейс, ведя руками по худой спине вниз. Ладони почти удалось сомкнуть на тонкой талии. — Ты позволишь мне? — ухо обдало холодным выдохом по-естественному неровно, как если бы он был настоящим. Джейс хотел было спросить: «Что?», но вопрос застрял в глотке, когда голой кожи коснулись заострившиеся зубы, а его самого вдруг перехватили поперёк спины, притянув чуть ближе. — Да, — отозвался он без колебаний. Было совсем не страшно. — Дыши глубже, — шепнул в шею Виктор и укусил там же. Уже по-настоящему. Это оказалось больно. Не так, как в прошлый раз — Джейс был расслаблен настолько, насколько в принципе было возможно, — но всё равно ощутимо. Впрочем, Виктор массировал его затылок и поглаживал по пояснице так ласково, что всё остальное становилось не таким уж и важным. Так что Джейс просто обмяк в крепких объятиях, часто дыша через нос. Виктор совершил один или два — Джейс не понял — небольших, но вдумчивых глотка и потянул клыки обратно. Ранку сразу залепили пластырем. — Чтобы на твой высокий воротник не попало, — шепнул Виктор на ухо, с нажимом огладил под челюстью и вдруг настойчиво ухватил за подбородок, вынудив опустить голову. Джейс коротко охнул, не сумев сдержать лихорадочного румянца, когда его губы оказались совсем близко к чужим. — Вик, у тебя кровь, — протянул он, взглядом указывая на алую каплю на нижней губе, и залип. Её захотелось слизать. Виктор хитро сощурился, одарил его долгим, пронзительным взглядом, словно давая время на что-то, и медленно провёл по губе языком, не отрывая мерцающих глаз от его, Джейса, рта. А после подался ещё ближе. — Спасибо, — буквально выдохнул Виктор в его рот. «Вот сейчас», — пронеслось в голове, и Джейс прикрыл глаза в ожидании поцелуя. Но его не последовало. Когда Джейс осмелился посмотреть снова, Виктор уже сидел на противоположной стороне дивана так, будто ничего необычного между ними и не происходило. О недавнем укусе напоминал лишь нехарактерный блеск губ и все ещё сверкающие огнями глаза. — Отдыхай, — улыбнулся Виктор. Джейс кивнул. И с надеждой покосился на худые ноги. — Я прилягу, не против? Виктор хмыкнул, выдержал небольшую паузу и жестом указал на свои колени. — Ложись. Джейс не решился испытывать судьбу лишними вопросами и молча придвинулся к партнёру, укладываясь головой на его ногах. — Не могу гарантировать комфорта, но могу предложить тебе чистое полотенце в качестве подушки. — Мне удобно, — заверил Джейс, улыбаясь, как полный дурак. — Очень удобно. Виктор лишь пожал плечами. А затем опустил руку ему на голову, зарываясь пальцами в волосы, и принялся лениво поглаживать. — Вик, скажи, — Джейс повернул голову, подставляясь ласке, как большой кот, — тебе разве хватает этой пары глотков? Понятливо фыркнув, Виктор переместил руку вбок и принялся гладить правее. — Для чего? — Для того, чтобы, ну, — Джейс махнул рукой, обводя в воздухе фигуру воображаемого партнёра, — чувствовать себя сытым? — Сытым, — Виктор усмехнулся и повторил слово одними губами, будто взвешивая сказанное. Он спустился пальцами ниже, обводя ушную раковину и выдержал долгую паузу, прежде чем продолжить. — Знаешь, Джейс, я никогда не чувствовал… насыщения. Полагаю, это просто невозможно, — протянул он, сосредоточенно почёсывая под небритым подбородком. — Что до твоего вопроса — разумеется, нет. Ты — что-то вроде деликатеса. Бесценного дара. — Но чем же ты тогда питаешься? — Джейс попытался привстать на локтях, но его уложили обратно. — У меня свои связи. В Нижнем городе, — добавил Виктор с улыбкой в ответ на его любопытствующий взгляд. — Это опасно, да? — спросил Джейс, заранее зная ответ. — Нижний город в целом опасен, — подтвердил Виктор. — Но не стоит обо мне беспокоиться. Я могу за себя постоять. — Знаю, — в способностях Виктора противостоять обычным бандитам Джейс и правда не сомневался. Однако тревога за благополучие партнёра от этого никуда не делась. Мелькнувшая в голове идея показалась простой в своей гениальности: ведь у Виктора был он сам. И он мог отдать куда больше пары глотков крови. — Но всё же ты мог бы… Пальцы Виктора исчезли с подбородка. — Нет. — Но ты не дослушал! — Я знаю, что ты собираешься предложить, — произнёс Виктор таким тоном, что стало понятно: действительно, знает. — Нет. Повисла тишина. Они молча буравили друг друга взглядами до тех пор, пока Джейс — в подобных ситуациях, как всегда, первый — не сдался. — Хорошо, — выдохнул он. — Ладно, как скажешь. Особых сил спорить не было. Да и желания тоже, ведь Виктор снова принялся мягко поглаживать его по голове. Так что Джейс просто прикрыл глаза, решив задаться этим и остальными насущными вопросами, когда отдохнёт. Девятый укус произошёл этим же вечером и стал досадной неожиданностью. Джейс задремал у Виктора на коленях, а когда проснулся, обнаружил, что укрыт пледом непонятного происхождения, а сам Виктор сидит на том же самом месте, перебирая пальцами его волосы. Джейс пару раз быстро моргнул, пытаясь сфокусировать взгляд — убедиться, что это не сон, и Виктор действительно просидел с его головой на коленях, судя по темноте за окном, до самого вечера. — Доброе утро, — улыбнулся вполне реальный Виктор и почесал его за ухом. Довольно фыркнув, Джейс сел, провёл ладонью по лицу, смахивая остатки сонливости, и почесал подбородок. Надо было срочно побриться, отросшая за двое суток щетина уже вполне могла сойти за преамбулу к полноценной бороде. — Сколько я провалялся? — спросил он, широко зевнув. — Часов семь? — Семь? Чёрт, Вик, прости, — протянул Джейс, растирая глаза. — Надо было меня разбудить. — Всё в порядке, — отмахнулся Виктор и подсел вплотную. — Ты красивый, когда спишь. Джейс шумно выдохнул, когда его погладили по щеке и скользнули ниже, к шее. — Тебе не больно? — Виктор слегка надавил. Джейс сперва даже не понял сути вопроса, а после — уставился с молчаливым недоумением: он бы и не вспомнил об укусе если бы Виктор не спросил, ведь ранка совсем не болела. — Нет, — Джейс повернул голову из стороны в сторону, проверяя. Старый укус отозвался слабой ноющей болью, но новый не чувствовался вовсе. — Я был неаккуратен, — Виктор вернул пальцы обратно к его лицу и снова с нежностью огладил. А затем придвинулся ближе, задрал голову и у самых губ зашептал. — Прости. Джейс шумно сглотнул, незаметным движением бёдер пытаясь поправить оттягивающую брюки эрекцию. Без толку. Хорошо хоть, его прикрывал плед. Он уже проснулся со стояком — вовсе не из-за физиологических причин, а из-за жарких снов с вполне конкретным вампиром — и сейчас Виктор лишь подливал масло в огонь. Он снова находился так близко, что можно было почуять тонкий аромат его тела. Снова смотрел в самую душу. Снова почти касался его губ своими и — спросонья Джейс был почему-то уверен — ждал от него инициативы. Как иначе можно было объяснить все эти намёки, взгляды, шёпоты, прикосновения? Шумно выдохнув, Джейс подался вперёд. Хватило доли секунды и одного лёгкого наклона, чтобы накрыть губы Виктора своими. Тот издал нечто среднее между стоном и сиплым возгласом, вцепился в его плечо свободной рукой, а второй схватился за волосы на затылке и жёстко потянул от себя. Джейс не поддался и усилил напор, решив, что это такая игра: в прошлый раз Виктор тоже отсел на противоположную сторону дивана, прежде чем предложить лечь себе на колени. Но он трактовал неверно. Стоило вжаться в рот Виктора плотнее, как его вдруг с силой схватили за нижнюю губу зубами, прокусив успевшим заостриться клыком, по ощущениям — насквозь. Джейс жалобно взвыл от боли, смешанной с обидой, и дёрнулся в сторону, прижимая пальцы ко рту. — Виктор, ты, — начал было Джейс, но стоило оторвать ладонь от губ, как по подбородку потекло вязким, горячим, а на языке стало солоно. Он молча вернул пальцы обратно, зажимая рану, и непонимающе уставился на партнёра. Виктор смотрел на него с таким же обескураженным выражением лица ещё какое-то время, прежде чем быстро слизать кровь с собственных губ и куда-то метнуться, лихорадочно постукивая тростью. Он вернулся минуту спустя с разворошённой аптечкой в руках. — Дай посмотреть, — усевшись рядом, попросил Виктор и потянулся к его лицу. — Джейс. Убери руку, — с нажимом повторил он, держа наизготове бутылёк и кусок чистой марли. — Это гемостатик. Убери. С третьего раза Джейс послушно опустил ладонь на колено и крепко сжал штанину. По губам опять заструилась кровь. Виктор сосредоточенно нахмурился, осматривая рану, смочил марлю и прижал к нижней губе. Второй рукой он подцепил новый кусок марли и принялся оттирать кровь с подбородка с долей печали во взгляде. — Что между нами? — спросил Джейс, когда промокшую ткань убрали от его губ и появилась возможность говорить. Виктор не ответил — продолжил смотреть на рану, комкая в пальцах окровавленную марлю. — Что между нами, Виктор? — повторил он и осторожно тронул худое плечо. Виктор вздрогнул. — Партнёрство? — Партнёрство или, — Джейс сглотнул скопившуюся во рту слюну. У той был привкус металла, — <i>партнёрство</i>? — Я не понимаю тебя, Джейс, — выдохнул Виктор и наконец посмотрел ему прямо в глаза. — А я — тебя, — Джейс попытался улыбнуться абсурдности ситуации — двое взрослых мужчин, учёных, не могут разобраться в такой вещи, как чувства, — но по губам снова потекло. — Целуешь меня в шею, гладишь по голове, называешь красивым, дразнишь, но когда я пытаюсь тебя поцеловать — отталкиваешь. Я всё неправильно понял? — протянул он, искренне не понимая, как тут можно было ошибиться. — Не знаю, — шепнул Виктор и отвернулся. Ночью они не разговаривали. Занимались работой — каждый своей, пока оставалась возможность не контактировать. Джейс ходил в кафетерий к круглосуточному автомату с сэндвичами, снеками и шоколадными батончиками, а Виктор молча исчез куда-то на пару часов, но после вернулся. Смурнее, чем до этого. К утру он первым нарушил звенящую напряжением тишину: — Я не тот <i>партнёр</i>, что тебе нужен. Уставший от тревожного ожидания куда больше, чем от не идущих вычислений, Джейс потёр глаза и поднял взгляд от чертежа. — Может, позволишь мне самому решать? Виктор оторвался от собственных расчётов и нечитаемо посмотрел в ответ. — Зачем тебе это, Джейс? Ни прогулок под солнцем, ни тёплых объятий, ни уверенности в завтрашнем дне с вечным поиском пищи, никакой нормальной жизни. И это я молчу про какую-либо романтику. Захотелось возразить, ведь романтика была, и ещё какая: мрачная и таинственная, преисполненная необъяснимой хрупкости. Но Виктор глянул на него так выразительно, что Джейс решил не перебивать. — Я ведь даже не знаю, сколько мне ещё осталось. Несколько лет? Может, вечность? Если так, это ещё хуже, — Виктор горько улыбнулся, встал из-за стола и развёл руки в стороны, как бы обводя всего себя. — Я не человек, Джейс. Живой мертвец. И это явно не то, что нужно лицу прогресса, разве нет? — Да какая разница, будь ты хоть монстром, мне всё равно! — вспылил Джейс, вскочив с места. — Я и есть, — кивнул Виктор, скрещивая руки на груди. Его улыбка стала чуть шире, а глаза опасно блеснули. — Вот уж неправда, — возразил Джейс, шагнул ближе. — Да, ты — не человек, ну и ладно, — он махнул рукой и сделал ещё один шаг. Виктор изогнул бровь и прикусил губу, наблюдая за его приближением. — Ты всё ещё гениальный учёный, — Джейс улыбнулся, подступая к вампиру всё ближе. — Замечательный друг, — он остановился в одном шаге от Виктора. Тот продолжал нервно покусывать губы и сверлить своим испытующим взглядом. — Мой партнёр, — продолжил Джейс и сделал ещё один крохотный шаг, максимально сокращая разделяющее их расстояние. — И раньше о большем я не смел и мечтать, но теперь… мечтаю. А ты? — спросил он звенящим шёпотом, стараясь уловить тень каждой эмоции на выразительном лице напротив. Виктор долго молчал, прежде чем заломить брови и отчаянно зашептать в ответ: — Не знаю, — он забегал растерянными взглядом по своим рукам, по помещению, по самому Джейсу будто в поисках какой-то подсказки или знака, но, очевидно, не находил. — Джейс, я не знаю. Всё это неправильно, я… — Всё ты знаешь, — перебил Джейс: теперь он был в этом уверен. Шагнув вплотную, он подцепил Виктора за подбородок и потянулся к бледным губам. Тот попытался вывернуться, дёрнулся в сторону и мотнул головой, едва не заехав носом по небритому подбородку, но Джейс перехватил плотнее, свободной рукой зарылся Виктору в волосы — «<i>Какие же мягкие!»</i> — и, надавив на макушку, нашёл его рот своим. Виктор попытался укусить, сомкнуть зубы на той самой, ещё толком не зажившей нижней губе, но Джейс сориентировался первым — оттянув партнёра за волосы, сам вцепился зубами в упрямую нижнюю губу, кусая с силой, отчаянием и страстью. Крови не было, хотя Джейс и почувствовал, что прокусил кожу и плоть. Виктор крупно вздрогнул всем телом, ударил его в плечо и внезапно обмяк, издав тихий стон. В паху разом потяжелело от этого низкого, надломленного звука, раздавшегося прямо во рту. Джейс разомкнул зубы, больше не встречая сопротивления, и аккуратно, почти невесомо провёл языком по прокушенной тонкой губе. «Десять» — успело пронестись в голове, прежде чем все осознанные мысли вышибло напрочь. Ведь Виктор начал отвечать.