С первого глотка

— Прости, что укусил, — в который раз протянул Джейс виновато, целуя донельзя довольного Виктора в щёки, лоб, уголки рта и подбородок — в общем, везде, куда мог дотянуться. — Джейс, сколько можно, — хихикнул Виктор, уворачиваясь от нового поцелуя: как выяснилось с минуту назад, у него были слишком чувствительные уши. — Ты извинился уже трижды. Виктор попытался отстраниться, но Джейс не позволил: они только что завалились на диван, целуясь и не разрывая объятий, и выпускать Виктора из своих рук так скоро было выше его сил. — Может, укусишь в ответ, м-м? — предложил Джейс озорно, поглаживая сидящего сверху партнёра по спине. — Тогда мы будем в расчёте, и я, так и быть, перестану просить твоего прощения, — шепнул Джейс и, слегка надавив Виктору между лопатками, вынудил его податься ближе. Новый поцелуй вышел тягучим и нежным, куда более вдумчивым, чем все предыдущие. — А может, сначала обсудим всё это? — оторвавшись от его губ с влажным звуком, спросил Виктор и окинул красноречивым взглядом. — Я думал, мы уже обсудили, — пожал Джейс плечами и снова потянулся к губам партнёра: кажется, ему теперь всегда будет мало. В самый последний момент Виктор увернулся и, прищёлкнув языком, прижал к его губам указательный палец. — Интересно, — протянул он преувеличенно озадаченно. — Я думал, ты просто заткнул меня поцелуем. — Но тебе же понравилось, — улыбнулся Джейс и шутливо куснул Виктора за палец. Тот отреагировал приподнятой бровью. Подушечка вдавилась посередине нижней губы, но вчерашняя ранка не разошлась. — Ведь понравилось, правда? — переспросил Джейс взволнованно, ловя взгляд партнёра. Янтарные глаза блеснули ярким отсветом, когда Виктор сощурился. — Понравилось. — Тогда что ещё здесь обсуждать? — перехватив бледную кисть, он поцеловал каждый палец по очереди и прижался к ладони щекой. Рука Виктора приятно холодила разгорячённую кожу. — Тебе понравилось, про себя я вообще молчу — до сих пор не верится, что это не сон. Так давай просто пробовать. Экспериментировать, идти опытным путём, как всегда. У нас вроде неплохо получается, — усмехнулся Джейс, потираясь лицом об узловатые пальцы. Виктор фыркнул в ответ и с нажимом прошёлся пальцами от уха до подбородка, цепляя ногтями отросшую щетину. — Не считая пары-тройки взрывов. — Так даже интереснее, — хохотнул Джейс и, спустившись ладонями к пояснице, несильно нажал, притягивая партнёра ещё ближе. Оба выдохнули шумно, в унисон, когда возбуждение Виктора плотно проехалось по его, Джейса, бедру. — Вик, ты хочешь? — спросил он, ненавязчиво поглаживая того под поясницей и успешно подавляя желание спуститься ниже. — Чего? — расфокусированно глядя куда-то сквозь него, спросил Виктор. — Чего угодно, — пообещал Джейс абсолютно искренне, пытаясь поймать взгляд партнёра. — Укусить меня, просто потискаться или этого, — он аккуратно надавил рукой Виктору между ног, вырывая едва уловимый стон. — Что за мерзкое слово такое — потискаться? — спросил Виктор, неловко ёрзая стояком по его ноге и, видимо, стараясь делать это не слишком заметно. — Пообниматься, потрогать друг друга на диване — называй как хочешь, — шепнул Джейс, внимательно следя за выражением лица напротив: кажется, если бы Виктор физически мог краснеть, уже непременно сидел бы весь румяный, как рак. — Звучит не очень, да, но суть одна: брюки останутся на месте, — сглотнув, он осмелился спуститься ладонями к худым ягодицам и легонько надавить, вынуждая Виктора сильнее вжаться в него пахом. Хотелось продолжить говорить, убеждать и просить, потирать Виктора между ног, а свободной ладонью мять ягодицы и дальше, но Джейс чувствовал, знал — было правильным дать Виктору выбрать самому. Он и так продавил сегодня достаточно личных границ своего теперь уже точно партнёра, и идти на таран дальше казалось чем-то подлым. — Возможно, я, — Виктор спешно облизнул губы. Короткий жест наверняка не предполагал ничего эротичного, но Джейса аж подбросило на сиденье, до того горячо это выглядело. — Может, я буду не против большего. — Только скажи, — выдохнул Джейс, возвращая руки обратно на его поясницу. Виктор нахмурился, глянув за спину, и заёрзал снова. — Д-да, мне бы хотелось, — сообщил Виктор с таким сосредоточенным выражением лица, будто выдавал ответ сложнейшего из уравнений, а не решался на более тесную близость. — Тебе удобно? — спросил Джейс, с намёком огладив правое бедро. Всё это время Виктор сидел сверху, опираясь коленями по обе стороны от него, и Джейс не был уверен, что такая нагрузка даётся партнёру без проблем. — Вполне. Поцеловав Виктора под острой скулой, Джейс скользнул по штанине вверх, к ширинке. — Я расстегну? — Вот так сразу? — вдруг нервно усмехнулся Виктор. — Если хочешь, я могу через ткань, — предложил Джейс осторожно, накрывая ладонью поверх ткани. — Нет, Джейс, я не об этом, я о-о-ох, Джейс… Одного настойчивого, но плавного движения хватило, чтобы Виктор весь изогнулся, прикусил губу и, зажмурившись, задышал часто-часто. Неуверенный в однозначности реакции, Джейс вкрадчиво зашептал: — Тебе нравится? — Чёрт, да!.. Виктор дёрнулся тазом навстречу. — Мне продолжить через одежду? — продолжил Джейс, потирая его так, без поползновений проникнуть под плотную ткань. В ответ бессвязно замычали, и Джейс решил — пусть пока всё остаётся, как есть. — Если захочется почувствовать меня кожей к коже, без одежды, дай знать. Хорошо? Виктор уронил голову на грудь, замычал снова и ткнулся плотно сомкнутыми губами ему в шею. Поцелуй был коротким и скомканным — в голове даже мелькнула мысль, что, возможно, это и поцелуем то не было, просто способом совладать с накалом чувств и эмоций. Но это был первый поцелуй, который Виктор сегодня инициировал сам, так что Джейс запрокинул голову, предоставляя больше доступа для возможных исследований, и продолжил ритмично потирать его через брюки. В какой-то момент Виктор сам потянулся к его руке — той самой, что оглаживала скрытую тканью эрекцию. Джейс было подумал, что в этом жесте кроется просьба остановиться, замедлиться или что-то ещё в этом роде, но дрожащие пальцы пальцы вытащили заправленные края рубашки из-за кромки брюк, потянулись к ширинке и принялись бороться с верхней пуговице. — Я помогу, ладно? — на всякий случай спросил Джейс и, дождавшись судорожного кивка, отвёл руки Виктора в сторону, чтобы самому быстро расправиться с застёжками. Виктор издал громкий надломленный звук и весь как-то сжался, стоило приспустить брюки и скользнуть пальцами под резинку белья. — Всё хорошо? Ты в порядке? — забеспокоился Джейс, прекратив вторжение. Ему не ответили, но кивнули ещё раз, и он двинулся дальше, запуская в трусы всю ладонь. Здесь Виктор, как ни странно, был чуть тёплым и влажным, хотя до этого Джейс не замечал, чтобы партнёр в принципе потел. Он с плохо скрываемым удовольствием зарылся пальцами в мягкие лобковые волосы, прошёлся до мошонки. Остро захотелось попросить у Виктора разрешения стянуть трусы вовсе, но Джейс подавил в себе это желание — кажется, партнёру и без того доставляло определённый моральный дискомфорт сидеть со спущенными штанами, — и обхватил твёрдую эрекцию ладонью. Так стало куда лучше, чем через брюки. Виктор сдавленно заныл и дёрнулся в сторону, но почти сразу вцепился Джейсу в плечи и, наоборот, приник ближе. Его бёдра тряслись. На шее сомкнулись зубы — пока не острые, человеческие, но Джейс ощутил, что они начинают медленно, как будто заторможенно удлиняться. Не страшно. Он был готов к укусу, даже ждал — ведь так Виктору наверняка станет вдвойне хорошо, а ему хотелось подарить партнёру весь спектр возможных ощущений, даже если это и означало подставить ещё не зажившую шею новому укусу. Джейс прошёлся сухими пальцами вверх до головки, мягко вдавил подушечку в отверстие уретры. На пальцы потекло. Собрав с головки немного естественной смазки, он снова двинулся вниз по стволу. Точно, смазка! Под досадливое мычание Джейс вытащил руку из трусов, пару раз сплюнул на ладонь и вернулся обратно. — Блядские боги, Джейс!.. — раздалось над ухом, и мочки коснулись по-опасному острые зубы. Виктор проныл что-то ещё, такое же хриплое и отчаянное, стиснул его бёдра коленями и сам принялся толкаться в мокрый кулак. Ритм был рваным, неровным: то слишком быстрым, с которым Виктор просто не справлялся, то, наоборот, слишком неторопливым, при котором — Джейс знал — кончить было бы просто невозможно. Но Джейс не возражал. Просто то и дело сжимал пальцы чуть плотнее, позволяя Виктору самому искать самую приятную скорость и амплитуду. На самом деле Джейс в принципе не был уверен, может ли Виктор достигнуть разрядки в классическом понимании. Его — а точнее, чужая, — кровь циркулировала в организме абсолютно загадочным образом. Дыхание не то подчинялось совершенно туманным законам анатомии, далёким от общепринятых, не то вовсе отсутствовало. Глаза то полыхали дьявольским огнём, то затухали почти до полной черноты. Зубы — а может и другие костные ткани тоже, Джейс прекрасно помнил о чудно́й прочности ногтей — заострились и удлинились за считанные секунды. Так что Джейс справедливо сомневался, что оргазм и эякуляция непосредственно будут происходить у Виктора так же, так у людей. — Хочу тебя выпить. Вкупе с последовавшим утробным рычанием и царапнувшими шею клыками просьба — а может, и требование, — прозвучала угрожающе. Но Джейс, разумеется, ответил однозначным: — Да. Да, конечно. Шею обожгло болью. Почти такой же острой и жгучей, близкой к нестерпимой, как и тогда, при седьмом и первом в шею укусе. Джейс догадался — возможно, дело было не только в его собственном мышечном напряжении, но и в неаккуратности самого Виктора: когда тот вонзал клыки медленно, вдумчиво, не было и доли подобных ощущений. Стиснув зубы, Джейс постарался расслабиться и отвлечься главным: чужим возбуждением, текущим по пальцам предэякулятом. Виктор начал кончать неожиданно. Кажется, в том числе и для самого себя. Он даже не успел сделать нормальный глоток — подавился, разомкнул челюсти, но тут же вонзил клыки вновь, заходясь сдавленным скулежом. По пальцам потекло вязкое, тёплое. По шее — тоже. Джейс застонал от новой болезненной вспышки и вжался собственным пахом в кончающего Виктора почти агрессивно. На втором — жадном, торопливом, но пугающе большом — глотке Джейсу показалось, будто из него тянут жизнь ледяными тисками. Показалось, будто Виктор и не собирается его отпускать. Но тот отпустил — разжал зубы с хриплым, протяжным стоном и весь обмяк, уронив голову ему на плечо. Джейс с облегчением выдохнул. Убрал перепачканную руку с паха партнёра, а второй крепко обнял поперёк тощей спины, привлекая к себе для надёжности. — Вик, — позвал он. Голос дал петуха. Прокашлявшись, Джейс позвал снова. — Виктор, ты как? Тот слабо пошевелился, потёрся носом о его ключицу. — М-м-м, все мысли в кучу, — протянул Виктор гортанно. — Дай мне минуту. — Ага, — выдавил Джейс и замер на месте, позволяя партнёру перевести дух. Вскоре Виктор лениво приподнял голову с его плеча и первым делом заглянул прямо в глаза. — Ты, наверное, тоже хочешь? — спросил он до того серьёзным тоном, будто интересовался результатами проведённого исследования. «Какое уж тут наверное», — пронеслось в голове, но Джейс лишь отмахнулся: — Не обращай внимания. Хотелось, конечно, до звона в яйцах, но тревожить и без того дрожащего после оргазма Виктора казалось неправильным. Взгляд партнёра заскользил с его лица вниз по шее, с каждой секундой темнея. От пристального внимания стало неуютно, и Джейс завозился, пытаясь не то прикрыться, не то ссадить Виктора с колен. — Чёрт побери, Джейс, — прохладные пальцы коснулись основания шеи. — Пожалуйста, прости. — Всё хорошо, — тут же отозвался он и, сжав пальцы Виктора своими, отвёл от раны. Та уже не кровоточила. — Не хорошо, — мотнул головой Виктор, вырывая пальцы из захвата, и снова потянулся к его шее. — Я сделал тебе больно. — Не страшно. Мне даже понравилось, — признался Джейс, ничуть не кривя душой: ему действительно понравилось видеть несдержанную страсть своего партнёра и быть её причиной. — Прости, — шепнул Виктор снова и вдруг тронул губами его шею у самой раны. Джейс инстинктивно дёрнулся, но усилием воли заставил себя остаться на месте, а затем понял — Виктор не собирался кусать снова, даже не слизывал кровь, просто касался его шеи в нежном, извиняющемся жесте. — А свернувшаяся кровь тебе не нравится? — ляпнул Джейс, прежде чем успел толком обдумать. — Хочешь, чтобы я вылизал тебе шею? — хмыкнул Виктор. — Так и скажи. — Хочу, — ничуть не стесняясь внезапного желания, заявил Джейс. Язык Виктора прошёлся от ключицы до самого уха мокро и широко. В паху снова сладко потянуло, и Джейс подкинул бёдра, вдавливаясь стояком в худое бедро. — Уверен, что не хочешь? — поинтересовался Виктор вкрадчиво и облизал его снова. А затем вдруг сместился на его коленях так, что болезненно твёрдый стояк проехался прямиком по промежности. — Виктор, — протянул Джейс несчастно, сжимая трясущимися руками узкие бёдра. В итоге Виктор всё же отдрочил ему. Дважды. Всё так же сидя на его коленях, в наполовину расстёгнутой рубашке и с приспущенными брюками, восхитительно пленительный, разгорячённый, весь его. После Джейс всё же подмял хохочущего партнёра под себя, распахнул рубашку полностью, расцеловал худую бледную грудь, разукрашенную очаровательной россыпью родинок, и убедил-таки избавиться от белья. Джейс никогда не брал в рот. До этой ночи. Его опыт с мужчинами в принципе был весьма скудным, но Виктору он отсасывал так, будто от этого зависело нечто большее, чем сама жизнь. Для Виктора, кажется, опыт тоже был первым — по крайней мере так Джейс рассудил, исходя из невразумительных увещеваний, стонов и возгласов. Удивительно, каким его тихий партнёр оказался громким в преддверии второго оргазма. Больше Виктор его не кусал, хотя Джейс и предлагал, настойчиво соблазняя то подставленной рукой, то нетронутой сегодня стороной шеи. Они покинули лабораторию за час до рассвета. Джейс едва держался на ногах, измождённый, но довольный, укутанный в неизвестного происхождения плащ, которым Виктор едва ли не насильно прикрыл его заляпанную кровью рубашку. Виктор настоял на том, чтобы проводить его до дома, и велел не возвращаться к работе до тех пор, пока он не отдохнёт достаточно после нескольких безумных суток. — А ты? — окликнул Джейс партнёра, уже стоя на пороге. Виктор обернулся. — А что я? — переспросил он, улыбаясь краем рта. — Ты тоже пойдёшь отдыхать? — Что-то в этом роде, — отозвался Виктор туманно. — Ты мог бы остаться. Ляжешь у меня, а я постелю себе в гостиной. Или можешь лечь со мной, если хочешь, — сорвалось с языка, хотя Джейс и догадывался, нет, знал, что Виктору для отдыха был нужен вовсе сон. Улыбка Виктора стала чуть шире. Он шагнул ближе, припадая на трость сильнее обычного, и коснулся его руки своей. — Я бы хотел, — огорошил Виктор ответом, — но мне нужно в Нижний город. — Ты можешь прийти… после, — предложил Джейс осторожно. — А ещё, — он замялся, думая, как бы грамотно сформулировать, — ты мог бы, ну… — Джейс, нет, — перебил Виктор, сжав его пальцы неожиданно жёстко. — Нет. Мы уже обсуждали. И не предлагай больше себя на эту роль. Пожалуйста, — добавил он уже мягче, немного дёргано поглаживая его по ребру ладони. Джейс помялся, но кивнул и погладил руку Виктора в ответ. — Спокойной ночи, — протянул Виктор, улыбнувшись ещё раз, и вдруг подался вперёд. Губ коснулись коротким нежным поцелуем. — До встречи. Джейс улыбнулся в ответ. Он провожал взглядом худую, болезненно изогнутую спину до тех, пока Виктор не скрылся из вида в предрассветных сумерках. О новой встрече Джейс грезил весь следующий день напролёт и во снах, и наяву. Тяга к Виктору, непреодолимое желание и близкое к болезненному ожидание были настолько нестерпимы, что он даже решил попытаться отвлечься и проветрить мысли верным способом, знакомым с юношества — работой в кузне. Но не помогло и это: Виктор вставал перед глазами на каждом ударе молотом по наковальне. Являлся вожделенными образом то тут, то там, стоило прикрыть глаза, раздувая меха. В какой-то момент ему даже почудилось, будто запах раскалённого металла пробили тонкие нотки аромата Виктора — его шампунь, стиральный порошок и ещё что-то терпкое, травянистое. И когда Джейсу уже начало казаться, что он действительно сходит с ума, издалека раздалось негромкое: — Привет, Джейс. Джейс дёрнулся так резко, что выронил молот, а голым плечом прибольно ударился о раскалённый горн. Зашипев, он зажал обожжённое место. — Виктор? — воскликнул он и сощурился в полумраке кузни. Треск огня пробил знакомый звук — трость стучала о каменную напольную плиту, знаменуя приближение своего владельца, — и на свет действительно вышел Виктор. Вполне реальный, он улыбнулся и зашагал дальше, отбивая тростью по полу нехарактерно звонко и бодро. — Что ты здесь делаешь? — метнулся навстречу Джейс. — То есть, в смысле, я так рад тебя видеть! Просто, не думал, что ты… а как ты меня нашёл? Виктор изогнул бровь в ответ, улыбнувшись чуть шире: — Тебя не было дома и в лаборатории, так что я решил заглянуть сюда. — Ты искал меня? — спросил Джейс взволнованно. — Что-то случилось? Виктор закусил губу и выдержал небольшую паузу, прежде чем ответить: — Да так, не мог сдвинуться с мёртвой точки без твоих заметок, но это в целом не так важно. Знаешь, я… Виктор запнулся. Сосредоточенно свёл брови к переносице, сверля взглядом голую грудь Джейса, покрытую копотью, а затем на лице его отразилась какая-то странная, болезненно-страждущая эмоция, которой Джейс раньше не видел. — Кажется, мне просто хотелось увидеть тебя, — протянул Виктор с полувопросительной интонацией и поднял растерянный взгляд. — Я тоже соскучился, — радостно признался Джейс. Улыбнувшись взаимности чувств, он подошёл ближе, спешно обтёр грязные руки и штанины и ласково приобнял партнёра за плечи, стараясь ничего не испачкать. — Очень. Виктор с осторожностью обхватил его предплечья и нахмурился. — Ты так легко говоришь об этом. — О чувствах? — решил уточнить Джейс. — Да. Мне так, — Виктор повёл плечом, подставляясь под его ладонь, — сложно. — И ладно. Не говори, если некомфортно, — Джейс сжал пальцы чуть сильнее, но обхватывать ладонью полностью побоялся — не хотелось пачкать Виктору жилет. — Для меня главное, чтобы тебе было хорошо. Виктор долго стоял молча, глядя ему в лицо так, будто пытался поймать какой-то подвох — тень сомнения или нечто подобное. Не обнаружив искомого, он улыбнулся и заскользил взглядом вниз по шее. — У тебя ожог, — констатировал он, очевидно, наткнувшись взглядом на левое плечо. — Ой, да это ерунда, я… — Дай посмотреть, — Виктор цепко поймал его за предплечье и, на шаг отступив, вынудил вытянуть руку. — Правда, Вик, — отмахнулся Джейс и с усмешкой попытался вывернуться из хватки, но его держали крепко. — Я постоянно жгусь. — Ещё бы, светишь тут голым торсом, — проворчал Виктор, окинул беглым взглядом его пресс и вернулся обратно, к руке. — Ну так работать в майке — только одежду переводить, — улыбнулся Джейс, понимая, что своим «голым торсом» как раз производит нужный эффект. — Про рубашки молчу, — пожал плечами он, намеренно напрягая мышцы сильнее обычного. Виктор лишь фыркнул в ответ, продолжая осматривать уже раздувшийся волдырь на месте ожога. Джейс и сам знал — смысла трогать сейчас ожог не было, разве что… — Есть у тебя что-то холодное? — прочёл его мысль Виктор. — Вода, — Джейс кивнул в сторону здорового чана для закалки металла, не отрывая взгляда от сосредоточенного лица партнёра: и почему он раньше не замечал, как красиво Виктор хмурится? Следующую четверть часа они провели, стоя у чана с ледяной водой: Джейс — любуясь партнёром, Виктор — то и дело заново смачивая импровизированный холодный компресс. — Я рад, что ты пришёл, — первым нарушил молчание Джейс. — Я тоже, — повёл плечом Виктор, убрал мокрую ткань с его плеча и недовольно прищёлкнул языком. — Останется след. — Ерунда, — в который раз отмахнулся Джейс. — У тебя красивые руки, — возразил Виктор, — не хочу видеть на них новые шрамы. Джейс шумно выдохнул. Он не знал, как ответить: ни на приятно смутивший комплимент, ни на пожелание, которое ему вряд ли удастся исполнить. — У тебя тоже, — протянул он в итоге застенчиво, глядя на узловатые пальцы, которые как раз только что коснулись его запястья. — Спасибо, — улыбнулся Виктор и переплёл свои пальцы с его. Приникнув чуть ближе, он бесшумно повёл носом у шеи. Под полуопущенными веками мелькнул янтарный отсвет. Джейс готов был поклясться, что почуял, как вампирские клыки начинают удлиняться, хотя и не видел — Виктор склонил голову слишком низко над его шеей. — Ты можешь, Вик, — шепнул Джейс, зарываясь пальцами в мягкие волосы на затылке. — Я тоже хочу. — Куда? — выдохнул Виктор, не уточняя вопроса. Оба знали и так — речь шла об укусе. — Выбери сам, — улыбнулся Джейс. Отойдя на несколько шагов, он закусил губу и раскинул руки в стороны, как бы предлагая всего себя на выбор. — Джейс, — собственное имя сорвалось с бледных губ нежнейшим бархатом. Так показалось, или Виктор действительно позволил своему акценту проявиться сильнее? — Мне хочется испробовать слишком много, — Виктор выдержал показательную паузу, как будто подбирал нужное слово. Поднёс палец к губам и, хищно сощурившись, начал приближаться, сокращая расстояние между ними крохотными ленивыми шажками, — частей тебя. — Я весь твой. Он уже чувствовал, как сам начинает расплываться под взглядом партнёра безвольной лужицей, в то время как в паху — наоборот, всё крепло. — Правда? Как трогательно, — Виктор остановился на расстоянии вытянутой руки и слегка прикусил кончик указательного пальца, демонстрируя вытянувшиеся клыки. — Запястье? — поинтересовался он как будто у самого себя и потянулся к руке партнёра. Джейс сам протянул руку и шумно выдохнул, когда холодные пальцы перехватили его у кисти. — Пожалуй, нет. Тривиально. И довольно болезненно, — покачал головой Виктор и скользнул пальцами выше. — Хм-м, а может, сгиб локтя? Сюда я ещё не кусал. Сомкнуть челюсти будет непросто, но я постараюсь, — его улыбка стала почти коварной, а подушечки пальцев двинулись дальше. — Или рискнём вновь решиться на шею? Следы останутся надолго, с какой стороны ни возьмись, — короткие ногти с нажимом провели от плеча до ключицы. Джейс почувствовал, как трясутся колени, облизнул пересохшие губы и с придыханием отозвался: — Где угодно. — Закрой глаза. Джейс провёл языком по нижней губе снова. Закрывать глаза категорически не хотелось. Никакого страха он не испытывал, лишь знакомое желание, смешанное с интересом, а оттого хотел видеть. Видеть, как острые зубы опасно блестят на свету, когда Виктор готовится к укусу, как его глаза наливаются огнём, как на лице мелькает предвкушение чистого удовольствия. — Джейс, — позвал Виктор с нажимом, — закрой. Джейс с неохотой подчинился. Почуял дуновение ветра, услышал шорох, а затем ощутил укус. Краткой вспышкой боли обожгло на груди справа, над самым соском. Джейс громко охнул, вздрогнул и, позвав Виктора по имени, вцепился в худые плечи. Это было неожиданно. Убийственно дерзко. До трясучки хорошо. Виктор глотнул раз. Второй. Раньше он никогда не совершал больше двух глотков. Но в этот раз за вторым последовал третий — такой же огромный и жадный. А следом — четвёртый. И пятый. Джейс ухватился за его плечи плотнее, тихонько мыча. Не от боли, от отдающего вниз возбуждения и странного чувства, будто он не то падает, не то, наоборот, взлетает. В яйцах стало совсем тяжело, за грудиной — недостаточно места для воздуха, дыхание сбилось, и Джейс с досадливым полустоном почувствовал, как Виктор отстраняется. Слишком быстро, слишком рано, просто слишком. Ему было почти плохо, но всё равно хотелось ещё. Отпускать Виктора не хотелось, так что, зажмурившись плотнее, он позволил себе оставить руки на месте, почти повиснув на плечах партнёра. — Можешь открыть, — протянул Виктор у шеи. — М-м-м? — Джейс уже открыл своё сердце и душу, и не понимал, как должен открыться ещё. — Глаза, Джейс, — подсказал Виктор. По интонации было слышно, что он улыбался. — Ты можешь открыть глаза. Джейс подчинился. Кажется, ему ещё никогда не удавалось видеть столь искреннего, абсолютного счастья на лице своего партнёра. — Как ты? — поинтересовался Виктор, касаясь губами ключиц. — Хочу тебя безумно, — заплетающимся языком признался Джейс с полупьяной усмешкой. Странное чувство — он был выжат досуха, утомлён так, как ни разу после работы в кузне, но в то же время счастлив. В голове царила восхитительная пустота: по ощущениям вся та кровь, которую не выпил Виктор, прилила к паху. На душе было по-иррациональному спокойно, несмотря на остатки возбуждения. Он опустил глаза к макушке партнёра. Тот уже вовсю прижимался к его торсу, едва ли не отираясь щекой о грудь. Джейс сперва расплылся в радостной улыбке и уже потянулся было обнять Виктора поперёк спины, чтобы прижать к себе ближе, но вовремя опомнился: — М-м-м, Вик. Я же так тебя замараю, что потом рубашку не отстираешь. — Какой кошмар, — протянул Виктор в ответ довольным, тягучим тоном. — Нет, мне надо в душ. Правда, прости, — Джейс попытался отстраниться. На самом деле хотелось не только в душ. По мере того, как привычное мироощущение начало возвращаться, Джейс осознал, что ему ещё зверски хотелось пить, отдышаться и, желательно, присесть. Казалось, если он останется стоять на ногах, то рано или поздно просто осядет на пол. Внезапно Виктор оскалился. Совсем как дикий зверь. И неожиданно больно схватил его за руки, притягивая обратно, но голову с груди поднял. Из глотки вырвался взволнованный вздох — кажется, янтарные глаза ещё никогда не светились так ярко, так хищно. Спустя пару бесконечно долгих секунд Виктор что-то тихо прошипел себе под нос и медленно отстранился, опустив руки вдоль туловища. Его пальцы подрагивали, а ногти… Джейс сощурился, фокусируя взгляд. Не показалось. Ногти Виктора действительно удлинились и как будто стали плотнее. — Ты прости, — выдохнул Виктор, не отрывая глаз от кровоточащей ранки на груди. — Встретимся в лаборатории, да? Джейс отозвался едва слышным: «Да». Будь у него чуть больше сил, он непременно проводил бы партнёра хотя бы до дверей, но его хватило лишь на пару шагов. Вовремя опершись о стену, он пошатнулся и осел-таки на пол. Виктора в кузне уже не было.