Райтобрь 2025

      Дормиан обошёл чайную комнату трижды. Закономерность, с которой плиты под ногой исчезали, утягивая наступившего на них в пропасть к слизням, оставалась загадкой до сих пор. Ну странно это было: провалиться могла любая, и то же время не каждая. Ступишь сапогом на одну, ей хоть бы хны. Ступишь затем на другую — пиши пропало, выкручивайся, как можешь, только в ловушку не упади. Кто ж достанет? Дормиан здесь один, он сколько ни кричал, не пришли ни монстры, ни кто-либо другой. Только женщина жуткая где-то этажом ниже бродит, но с ней встречи искать — что на смерть себя обрекать. Не просто же так снаружи чайной куча каменных статуй, да таких… Настоящих. Правдоподобных. С людей реальных списанных. Везёт, что женщина эта приблизиться к Дормиану не может, так и стоит, если придёт, за решеткой на лестницу, руки свои таращит, глаза закатывает.       Дормиан пнул подушку, что валялась на полу, и прокричал:       — Да хоть бы табака мне! И пива! И брата! — он в который раз заглянул в свою сумку: немного свечей, связка благовоний, носовой платок, кадило… Привычный для жреца набор приблуд. Не хватает разве что символа Санфорры — потерялся, когда Дормиан отбивался от оживших кукол в соседней комнате. Случилось то уже несколько дней назад, если верить собственным ощущениям. Время в этом доме будто текло иначе: за окном никогда не поднималось солнце. Истощение боле не давало использовать магию, а единственный кинжал до сих пор покоился в головёшке одной из кукол. Дормиан мученически застонал и вцепился в кадило.       — Выходи, чертила, — только и процедил он, подходя к лестнице. Решётка с замысловатым замком всё также преграждала ему путь на этаж ниже. Вскоре послышались шаги. Будто кто-то ступал по ступеням в деревянных сандалиях. Дормиан сосредоточился: только покажется жуткая тётка, он сразу займёт такую позицию, что вмажет ей, не глядя. Обязательно не глядя! Иначе пополнит коллекцию человеческих статуй.       А звук шагов точно не приближался, точно шла черть не сюда вовсе, а так, прогуливалась по коридору, дразня. Дормиан взглядом вперился в единственный видимый внизу свет: будто там, под ним, где-то горела свеча. Он буравил ступени, обласканные тенями, готовый в любой момент действовать.       Лицо появилось справа. Белое лицо плосколицей женщины. Без тела. С нечеловечески длинной шеей, уходящей на нижний этаж.       Дормиан чуть не умер на месте. Но ему хватило сил замахнуться кадилом и смачно этой чертовщине вмазать. А что было дальше, нетрудно вообразить: окаменяющий взгляд чёрных чёртовых глаз — и…       Бравым жрецом стало меньше.