Обещание, что сильнее смерти

      Уже утром следующего дня, попрощавшись со всеми, Таисия, Гала и Авидий отправились в сторону тех самых высот, правда порой Таисия чуть оборачивалась, так как прекрасно знала — за ними следит Назрик, да и его оружие, что было даровано ему настоящей Богиней Охоты, тоже «понимало» это. Но Таисия не хотела раскрывать его — казалось, что так будет неинтересно — а то сюжет идёт как «по плану», что довольно сильно напрягает Таисию — неужели у попаданок всё именно так? Хотя, учитывая, что она знает сюжет — наверное так и бывает…              Оказавшись на территории халийцев, Таисия вновь поёжилась. Всё вокруг было всё такое же сухое, что и после ухода… И чем ближе они становились к Астерийским высотам, тем медленнее становилась Таисия, а ноги не желали слушаться. Тогда Авидий предложил ей вновь сесть на спину. От его жеста Таисия расплакалась. Она не знала — почему. То ли это стыд, что она доставляет столько хлопот, то ли это стыд за то, что она может увидеть с Астрейских высот… Сжав руки в кулаки, она тихо-тихо попросила Авидия взять её на спину. Он, чуть кивнув, позволил ей забраться на спину и позволил уткнуться в шею, ощущая влажность её слёз. Гала, что наблюдала за этим — ничего не сказала, лишь погладила Таисию по ноге, как бы поддерживая, ведь даже такие могущественные создания как она — могут быть слабыми. И она — Гала — тоже. — Бог Охоты, его спутница и маленькая посланница. — сказала Первая Мерлин, заметившая их, но когда заметила Таисию на спине, то ничуть не удивилась — кажется, она поймала их общее настроение, потому ни о чем не спросила. — Вот мы и снова встретились.        — Здесь только вы, Мерлин. Где Морган? — спросила Гала.        — Он разбил лагерь там, где прячется Бог Урожая. Место там опасное, так что он разведывает дорогу.        — Вы долго ждали? — спросил Авидий.        — По сравнению с тем, как долго страдал Халий, это лишь краткий миг. Засуха, голод, наводнения… Из-за порчи Саретиэля город переживает бедствие за бедствием. Единственный способ спасти Халий — уничтожить это чудовище. Тогда для войны между дикородами и халийцами не будет никаких причин.        — Морган сказал, что вы уже нашли убежище Бога Урожая. — вспомнила Гала.        — Верно. К юго-запалу отсюда раскинулись красные равнины, окутанные тьмой. Саретиэль прячется там. Но прежде чем мы отправимся… Бог Охоты, его спутница, я должна кое о чем у вас спросить. Та женщина, Горгона… Вы что-нибудь узнали о ней?        — Да, есть информация… — и Авидий коротко рассказал о Горгоне, но не стал пока рассказывать Первой Мерлин о его с Таисией «догадке», иначе как он объяснит это? Только Таисия может это сделать, но не рядом с Халием… Не здесь и не сейчас — возможно, когда они вновь останутся одни — он попросит Таисию показать то видео…        — …Значит, она не была жертвой. Она называла себя посланницей и построила странный ритуальный инструмент из подвешенных колокольчиков. А потом просто исчезла, и даже божественное оружие не смогло её выследить… Действительно, она кажется крайне подозрительной. В любом случае эта информация наверняка пригодится, когда мы в следующий раз столкнемся с Персеем. Бог Охоты и его спутница, благодарю за помощь вас и ваших последователей. Теперь идёмте. На юго-запад, где скрывается падший Бог.              Кивнув, группа двинулась дальше. Отойдя от Астерийских высот, Авидий спустил Таю со спины. Так она сама попросила.       И теперь она, осматриваясь по сторонам — активно пыталась вспомнить — куда они идут. На языке вертится название, а в голове — всплывают отрывки сюжета. Порой Тая смотрела на брелок, чтобы чуть успокоиться — Индрис и его чуть хмурое лицо поднимали ей настроение, да и не только он, но и Гала, что взяла её за руку.              Подойдя к небольшой долине, Тая заметила Моргана, которого было удивительно легко заметить.        — Всё ещё живы, как я вижу. — сказал Морган. — Хорошо. На этом любезностей хватит. Сохраняйте тишину, я тут творю заклинание.        — Заклинание? — переспросил Авидий, что удержал Таисию от попытки подойти к нему. Ну, или её потенциальной ответной колкости — он не мог понять — чего именно она хотела сделать больше.        — Я использую кости зверей, чтобы проводить разведку.        — Морган, как продвигается разведка? — поинтересовалась Первая Мерлин.        — Не очень. Во тьме таятся опасные существа, и я не знаю, что они такое. Хорошо, что мы используем для разведки мёртвые кости, а не идём сами.        — Как вы нашли это место? — спросил Авидий, а Таисия, чуть отойдя, решила вновь попробовать вспомнить подробности — что было дальше.        — Когда падший Бог скрывается от мира, к нему могут привести только созданные им существа. Эта игольчатая саранча — творения Саретиэля. Я наложила на них заклинание слежки. Их достаточная магия привела меня сюда, в эту тьму.        — …Проклятье. Снова потерял связь. — ругнулся Морган. — Мерлин, если мы сами туда пойдём, наверное, стоит наложить заклинание сокрытия для этих двух новичков. Не хочу, чтобы Бог Урожая нас заметил.              «Черт… А, вспомнила! — Таисия аж засияла от того, что, наконец-то, вспомнила точно — куда идти и что делать. — Только вот…как быть с фрагментами фресок? Один из них должна принести Гала… А второй… Сложно! Выдохни — сейчас главное сделать так, чтобы они меня услышали. И пошли за мной. Ложь во благо — что может быть более будничным, чем это. Ну, давай, Таисия, покажи им — кто тут «мамочка»!»        — Я…кое-что почувствовала. — начала Таисия. Все посмотрели на неё.        — То есть? «Новичок» почувствовала что-то в этой непроглядной тьме? Ну, удиви меня. — сказал Морган, скрестив руки на груди.        — С помощью своей магии воды я смогла обнаружить…странное место. Там чаша и…много света было. Не смотря на то, что там практически ничего не осталось — вода есть, пусть и в очень малых количествах, но этого хватило, чтобы найти место поклонения Богу Урожая…        — Вот как… Что же, если «новичок» так уверена в своих силах — веди. Но перед этим нужно наложить заклинание.              И Первая Мерлин окутала всех своей силой, после чего — все пошли за Таисией, что была впереди всех, порой используя магию воды. Во тьме было практически ничего не видно и лишь узоры на теле Таисии, да её волшебный шар, что создался из скопления воды, которую любезно предоставил Авидий. И пусть он долго отговаривал Таю от этой идеи, прекрасно зная о её неустойчивости к жаре, она все равно сделала по-своему.              Таисия смело вела всех за собой, порой чуть пританцовывая, так как в голове внезапно всплыла недавняя песня «Вальхалла», которую она пела при краме Богини Охоты. Истиной Богини Охоты.              Но путь был непростой — на пути встречались оскверненные создания, что, кажется, вроде и замечали свет Таисии, а вроде и нет, но всё равно часть из них нападала — приходилось сражаться. Защищали Таисию и Галу, так как Тая была проводником, а Гала — ещё мала, да и магия её была не достаточно сильной.              Уничтожив одно из чудовищ, на земле оказывается странный кусок, что являлся каменной табличкой, на которой было изображено солнце.        — Точно! — сказала Таисия, осмотрев её. — Это же часть фрески! Нужно… нужно как можно скорее попасть к ней…        — Люди. Пятеро! — сказал голос из темноты, а вскоре показался робот, на сердце которого был узор, похожий на замочную скважину.        — Ты…кукла? — удивилась Первая Мерлин. — Но ты умеешь говорить. Как занимательно. Похоже, кто-то хорошенько наделил тебя магией.        — Люди…могут помочь Седециму. Спасти Создателя.        — Веди нас к алтарю! И потом мы поможем твоему создателю! — попросила Таисия. Кукла долго смотрела на Таисию.        — Конечно. Идём! — и поехала, а она, посмотрев на всех, махнула рукой, мол «за мной».              Авидий был удивлён тем — с какой лёгкостью Таисия ходила по тьме и вот так просто верит кукле, даже не разобравшись… Неужели она знает — что будет дальше?              И тут его осенило. Тот давний разговор. Её телефон. Её странные слова о «мире-игре». Он думал, это метафора или порождение стресса. Но сейчас, глядя на её абсолютную уверенность, он понял: она не предполагает. Она вспоминает. Она читает их общую судьбу как заранее написанную книгу. А ещё говорила, что «прошла только семь глав из одиннадцати». Значит, она знает их ближайшие шаги, но её знание ограничено. Она ведёт их вслепую в собственной слепоте. Неплохо для неё. Только вот — жаль, что она не может об этом никому рассказать, кроме него, но когда сейчас остаться одним?              И вскоре они оказались у огромной фрески, кусочек которой был бережно вставлен на место.        — Как и говорила Таисия — этот кусочек — часть фрески. — сказала Первая Мерлин.        — Нужен ещё один… — Таисия безотрывно смотрела на фреску — и тут она вспомнила кое-что ещё. — Время… Время… Нужно отмотать время.        — Для чего? — спросил Авидий. И если раньше её уверенность имела хоть какое-то объяснение, то теперь она говорила как прорицательница, читающая невидимый другим сценарий.        — Ритуал. Нужно посмотреть ритуал. — Тая вышла к особой постаменту с подобием чаши в центре. — И ещё — источник света. Седецим — веди нас к своему создателю.        — Радость. Человек. Спасти Создателя.        — Подожди-подожди. — попыталась успокоить Таю Первая Мерлин, — куда ты так спешишь? Может в начале расскажешь — что ты ещё почувствовала? Или ты…что-то видела?        — Действительно… Стикс ведёт себя максимально странно. — заметил Морган. — Так уверенно идти сквозь тьму — вот это талант.        — Я… — Таисия замерла, смотря на фреску вновь. Она торопится, чтобы как можно скорее спасти людей — и, похоже, приближая войну между Дикородами и Халией. Что же… Это будет на её ответственности. — Так нужно. Чем быстрее мы всё решил, тем лучше для Халия, я ведь правильно помню, Первая Мерлин.        — Конечно, но всё же…        — Морган и Гала пусть остаются здесь, а вы и Авидий идёмте со мной за Седецимом. Вытащим создателя и узнаем — где источник света. Всё же просто! Или…вы мне не верите? — Таисия посмотрела на всех. Во взгляде одних читалось лишь недоумение, но не в глазах Авидия и Галы — в них читалось беспокойство.        — Ну, что же, раз уж вы так хотите — я сама пойду. И я вернусь с источником света и с кусочками фрески! — и Тая посмотрела на куклу. — Седецим! Веди к своему создателю.        — Радость. Человек. Спасти Создателя. Идти за мной. — и кукла поехала, а Тая пошла за ней следом. И чтобы не было так скучно — включила музыку. Обычно, это помогало. Вот и сейчас, пока она спешила за куклой — ритмы будто придавали ей сил.              Однако чем ближе они были к стенающему дубу, тем хуже Таисия себя чувствовала, а когда посмотрела на процент магии, то чуть не упала — почти 50%! Ругнувшись, она подошла к дереву.        — Создатель. Там.        — Хорошо, сейчас кое-что попробуем. — и Таисия, сконцентрировав силы, подняла руку к субстанции. Это была не кора, а спрессованная плоть, усеянная искажёнными лицами, и камень. Её пальцы скользнули по поверхности, и вода тончайшими струйками потекла по щекам заточённых, выискивая ту единственную душу, что звалась Создателем.              А там, где её магия встречала яростное сопротивление — где лицо на субстанции искажалось в зверином оскале, пытаясь «укусить» её энергию, — ледяные иглы впивались в него, заставляя затихнуть, пока этот клокочущий кусок стены не замирал, становясь безжизненным камнем.       Но в тишине послышался тихий стук. Опустив голову — Тая увидела кусочек с изображением города — Татлтон. Он чем-то похож на Помпею, что была «похоронена» вулканическим пеплом. Так и здесь, вот только если первый — это природа, то тут — Божество. И вот Таисия так и не поняла — почему Саретиэль заразился порчей? Хотя, можно предположить, что это дело рук демонов, но нигде об этом не говорилось…              Помотав головой, Таисия подошла к Создателю по имени Тулли и он рассказал ей — где искать ключ, а после Тая «простила» его душу и она растворилась, будучи весьма счастливой — если это так можно было назвать.              Внезапно Таисию охватил сильнейший кашель, от чего в моменте она ощутила привкус железа, но когда посмотрела на брелок, то увидела лишь 30%, что показалось ей странным.        — Сестрёнка! — вдруг услышала Тая, а когда посмотрела в сторону, то увидела малышку, что мчалась к ней.        — Гала?! Ты что тут делаешь?!        — Я не могла оставить тебя одну! Тебе наверняка нужна будет помощь.        — Ха… Хорошо, оставайся, но не отходи от меня далеко, поняла?        — Конечно. — Тая погладила малыку по голове, а после посмотрела на Седецима. — Отведи нас к дому твоего создателя.        — Конечно. — и они двинулись за ним, по пути растворяя души, что превращались в небольшие сияющие звезды.              Повсюду были руины, покрытые песком — а ведь когда-то тут процветала жизнь, веселились люди, создавали семьи, дружили. Играла музыка — и все были счастливы, пока не случилось это… Мотнув головой, Таисия смотрела на куклу, что скорее походила на робота, но она не думает, что тут знают — что это такое.              И вот — они подошли к руинам, среди которых Тая заметила коробку, что была завалена приличных размеров частями стены. Немного подумав, она вновь призвала силу и та, пусть и немного, но смога отодвинуть куски стены, а потому кое-как, но вытащила шкатулку. Открыв, у Таи на руках был ключ, что очень походил на рисунок на груди куклы.        — Седецим, Создатель тебе говорил о том — где находится источник света? — спросила Таисия. — Или может он поручал тебе что-то важное?        — Да. Я вспомнил. Внутри меня…что-то есть. Ты права. Это был Создатель… Нет, много людей дали мне…сердце. — ответил «Робот». — У меня есть сердце… Могу говорить, могу…спасать людей. Очень яркое сердце. Создатель сказал…это называется «Надежда».        — Это и есть источник света, Седецим. Мы должны достать его. Это единственный способ прогнать тьму и заставить Божество Урожая явиться к нам. И без этого твой Создатель и остальные души людей не смогут обрести покой.        — Получается, вы…отомстите за Создателя, да?        — Конечно, Седецим.        — Хорошо. Пожалуйса, берите…моё сердце.              Таисия подошла к нему, и её пальцы дрогнули. Она вставила ключ в замок на его груди. Скрип около металлического прозвучал оглушительно громко в звенящей тишине. Внутри… лежал кристалл в виде бриллианта, излучавший тёплый, ровный свет. А сам Седецим замер, его голова безвольно упала на грудь, и он стал просто неподвижной куклой.        — …Седецим? — позвала Гала, но он не ответил.        — Да, это именно он — источник света. Идём, Гала, нужно спешить. — Таисия взяла малышку за руку и они побежали в сторону алтаря.              Они практически добежали до лестницы в сторону алтаря, но внезапно рядом с Таисией пролетело копьё. При чем не Персея, а кого-то другого. Усмехнувшись, Таисия обернулась, прикрыв собой Галу.        — Назрик, какие…зверолюди! Не ожидала тебя здесь увидеть… — на её губах сверкнула полуулыбка. Она прекрасно знала, что он идёт за ними, ведь уже давно она чувствовала его недоверие по отношению к ним. Что же, пришло время окончить спектакль… Хотя, не сам спектакль, а только первый акт.              Она повернулась к лестнице, на которой появился обеспокоенный Авидий, что почти в ту же секунду оказался рядом с Таисией, готовый защитить её и Галу.        — Лжебог! Стой, где стоишь! — зло сказал Назрик, сжав в руке второе копьё.        — Зачем дикород забрёл аж в эти дебри? — спросил Морган, что лениво спускался к ним. За ним следом шла Первая Мерлин. — И что это за разговоры о лжебоге… Интересно… На тебе даже нет чар маскировки. Ты сам прошёл мимо всех этих монстров? Ты довольно талантлив. Мог бы сколотить состояние, став вором. — Вы… вы, верующие в Бога Урожая… Вы отвратительны! Вы послали этих халийца и халийку, чтобы он притворился нашим Хозяином стад и одурачил дикородов, а она помогала ему в этом! Собирались уничтожить нас изнутри?!        — Халийца? — будто удивился Авидий. — Меня, что ли?        — Назрик, как ты смеешь! — вступилась Гала, пробравшись вперёд. — Возьми свои слова обратно!        — Гала! Этот самозванец — не Дикая Луна! Не дай ему обмануть тебя! Я всё слышал! Эта волшебница так и сказала: «Авидий — не Бог!».              Тая посмотрела на своего товарища. И когда это они успели поговорить? Возможно, пока её не было… Или она была, просто ушла достаточно далеко… Любопытно, но…почему он говорит только про него?              Повисла тяжёлая пауза, которую нарушил весёлый смешок Таисии.        — Какой же у тебя избирательный слух, Назрик, — сказала она, и все взгляды тут же устремились на неё. — Ты запомнил, кем он не является. Похвально, но я вот думаю… А кем тогда ты меня считаешь? Простой служанкой? Случайной попутчицей? Или…соучастницей этого «великого заговора»?              Её слова подействовали, как удар хлыста. Назрик медленно повернул к ней свой пылающий взгляд.        — Ты! — выдохнул он с такой ненавистью, что, кажется, стало до жути жарко. — Ты — его тень! Его змеиный язык! Это ты шепчешь ему эти лживые слова! Это твоё колдовство одурманило разум нашей посланницы! Без тебя его обман был бы ничто!        — Что, правда что ли?! — возмутилась Таисия, от чего воздух стал будто тяжелее. — Но скажи тогда на милость — что дала твоя «истинная» Богиня, чего не смогли мы? Она убивала твоих же сородичей ради своего удовольствия! И ты это знаешь, но ненавидишь при этом нас?! Признаю, что мы врали, но делали это вам же во благо! Мы не хотим кровопролития, как ты не понимаешь! Твоя «истинная» богиня требовала крови. Мы — нет. Так кто из нас настоящий монстр, Назрик? Тот, кто лжёт, чтобы спасти, или тот, кто говорит «правду», принося в жертву своих же детей?              Назрик замер. Слова Таисии попали в самую точку. Не в сердце воина, а в незажившую, гноящуюся рану его памяти. Он не закричал, лишь охнул, будто ему в грудь воткнули нож, а после — чуть отшатнулся. Его рука с копьём дрогнула и опустилась. Он смотрел на Таисию, но будто сквозь неё и видел тех, кого не смог спасти. Он видел кровь на алтаре. Он слышал их крики.              И в этой звенящей тишине его провала, раздался спокойный, печальный голос Первой Мерлин.        — Он не ответит тебе, дитя. Потому что ты не оставила ему ни единого слова, за которым можно было бы спрятаться. Ты отняла у него даже эту привилегию.        — Но это же правда! — Таисия чуть выдохнула. — Назрик, я прекрасно понимаю твою ненависть, но сейчас — то самое время, когда ты можешь помочь халийцам, чтобы они как можно скорее покинули земли Дикородов. Ты ведь этого так хочешь… Многие дикороды мечтают об этом. И если мы победим Бога Урожая, то устраним проблему халийцев — и они вернутся к себе. А если не получится — я сделаю всё возможное, чтобы спасти каждую из сторон. Авидий, ты ведь мне поможешь?              Авидий встретился взглядом с Таисией. В его глазах читалась усталость от всей этой лжи, но и твёрдая решимость.        — Всегда, — его голос прозвучал тихо, но ясно, не оставляя места сомнениям. — Ты говоришь то, что я не могу выразить. И я пойду туда, куда ты поведёшь. Мы начали этот путь вместе. Так мы его и закончим.              Тая протянула ему руку и они пожали их, как бы закрепляя слова Таисии. Она посмотрела на Назрика.        — Пойдём с нами и ты сам увидишь — в кого превратился Бог Урожая и…какая участь может ждать любого Бога. Даже тобой ненавистную Богиню Охоты.              Назрик задумался, а после молча согласился. Тая краем уха услышала облегченный вздох Первой Мерлин и она понимала её — нужно ведь было переманить его на свою сторону и не только ради его божественного оружия.              Подойдя к фреске, Таисия смогла вставить оставшиеся кусочки. И теперь картина сложилась воедино — это была не просто церемония поклонения, а изгнание Бога. Для многих это стало шоком, а также пониманием — что на самом деле произошло с городом. Назрик, будучи ненавистником Бога Урожая не поверил в это, на что Морган язвительно ответил, опередив Таисию.              Она посмотрела на постамент и медленно пошла к нему, держа в руках «источник света». Вокруг постамента начали появляться сияющие призрачные фигуры людей, что шептали то ли молитву, то ли ритуальные слова.              Оказавшись на постаменте, Тая медленно опустила кристал на него и он, левитируя, медленно начал «впитывать» призраков, с каждой поглощённой душой становясь всё ярче, пока в какой-то момент земля не начала трястись, а после послышался хриплый крик.              Подняв голову, все увидели, как на небе образовалось темно бордовое облако, из которого и появился сам Саретиэль — Бог Урожая — верхом на своём «питомце» — кабане. Божество казалось не живым человеком, а скорее мумией, положившим мертвецом — видимо так порча разъедала своего «владельца». Таисия впервые видела это божество столь близко, но тут же подготовилась к сражению, но внезапно её потянули прочь, за спины — и этим созданием стала малышка Гала, что сама вышла вперёд, как бы закрывая собой.              Началась битва, в которой Таисия не могла и шагу ступить — Авидий велел стоять и копить силы, отдав ей свою флягу с зачарованной водой. Малышку Галу он поставил рядом с Таей, чтобы она никак не ранилась.              — Саретиэль, зачем ты уничтожил Татлтон? — спросила Первая Мерлин, её голос был подобен лезвию, разрезающему бредовую тираду.              — Молчать! — рёв божества заставил содрогнуться самые камни. — Эти жалкие смертные… Только мне вершить их судьбы!              Таисия, стоя с Галой за спиной Авидия, почувствовала, как её собственная ярость отозвалась на эти слова. Она видела души в кристалле. Она знала цену его «правосудию».        — Я дал им дождь и урожаи! — продолжал он, и его голос стал пронзительным, почти истеричным. — А они… они осмелились изгнать меня! МЕНЯ! Смерть… это то, чего они достойны!        — …Он совершенно безумен, — тихо, но чётко произнесла Таисия, не обращаясь ни к кому конкретно. Её слова повисли в воздухе, ставя диагноз.              И тут его сила обрушилась на них. Мир сжался. Воздух стал тяжёлым, как свинец.        — Насекомые! Ваша сила — угасающие искры! — гремел он.              Назрик, пригнувшись, смотрел на это безумие с новым, леденящим пониманием.        — Настоящий Бог… — прошептал он. — Так вот какова сила… и вот каково безумие…        — Божественный Авидий, Таисия! Я защищу вас! — крикнула Гала, и из её маленьких ручек начал пробиваться золотой свет, но Авидий резко оборвал её, прикрыв собой:        — Гала, побереги силы!              И в наступившей тишине, среди рёва божества и напряжения битвы, Таисия услышала его. Тот самый голос. Шёпот, полный древней скорби и надежды: «Нет… Это не конец… Восстань… Благородная героиня… мы поможем тебе…»              Таисия замерла. Этот голос… он обращался к ней. Не к Авидию-Мерлину, не к Первой Мерлин, а к ней, Таисии. Почему? Сомнение длилось лишь миг.              Внезапно воздух вокруг неё вспыхнул — мягким и тёплым сиянием. Мириады светящихся искорок, словно звёзды, сорвавшиеся с неба, окружили её. В их свете колебались призрачные силуэты. Она узнавала их — это были души из кристалла, души Татлтона, что, похоже, пришли на зов помощи, на зов надежды. Они не говорили, но их благодарность была ощутима, как тёплое дуновение.              Светящаяся материя обвила её руки, плечи, и она почувствовала, как не просто восстанавливаются её силы, а наполняются чем-то иным — древней, тихой, но несокрушимой силой памяти.              Малышка Гала смотрела на неё, и в её огромных глазах горело не просто восхищение, а вера. Та самая, которую Таисия когда-то вселила в неё у алтаря. И этот взгляд смутил Таю куда сильнее, чем призыв незримых голосов.              Она сделала шаг вперёд. Всего один. Но этого хватило, чтобы алые глаза Саретиэля, до этого смотревшие на них всех как на досадных мошек, прищурились, впервые выделив её из толпы. В них мелькнуло нечто новое — не ярость, а изучающее раздражение.              И тогда они ринулись в бой. Но теперь всё было иначе. Таисия не боролась с магией — она доверяла потоку. Взмах руки — и призрачные души сплетались в сияющий щит, принимая на себя удар чёрного тумана. Поворот запястья — и в её пальцах материализовался лук из сгущённого света, тетива которого пела от натяжения. Она не тратила свою силу — она направляла чужую волю, и это было одновременно и блаженством, и страшной ношей.              Она чувствовала, как с каждым выстрелом, с каждым блоком что-то в этом хоре душ угасает, возвращаясь к покою. Сила не убывала и не прибывала — она пульсировала, как сердце, и в этом было что-то пугающее.              Саретиэль ревел, и его слова, полные презрения ко всему живому, впивались в Таисию острее любых клинков. Ей яростно захотелось не просто победить его, а заставить замолчать. Швырнуть в его глотку что-то острое, чтобы он навеки захлебнулся своей собственной ненавистью.              И вот, наконец — Саретиэля удалось сразить, но не уничтожить. Сквозь отдышку, он сказал, смотря на них:        — Хм… Даже будучи божеством, не так то просто убить другого бога, да?              Авидий недоумевал, но Таисия точно знала — кому он это говорит, а потому, чуть повернув голову, смотрела на Первую Мерлин.        — И держись подальше от чужих владений! — пригрозил Саретиэль.        — Даже не думай удрать! — сказал Морган. Но голос подал уже «питомец» Бога Урожая — саблезубый кабан, а Саретиэль растворился в тёмном тумане, то есть, сбежал, оставив на них своего «скакуна».              Первая Мерлин, логично, предложила разобраться с ним, а уже потом бежать за самим Богом. Все согласились, правда Таисия начала чувствовать усталость, так как души медленно «уходили» из неё, забирая мощь…              Но тут её браслет завибрировал и она посмотрела на экранчик:       

[Вот это да!

Вы получили усиления!

Но вот проблема — как сразиться с кабаном?

      Мы предлагаем вам лучшее решение — охотничье ружьё!

      Три выстрела можно совершить, а после оно исчезнет и за каждое попадание добавим по 50 баллов. А если ещё и останутся «патроны» — добавим 25 баллов.

      Чтобы его приобрести — вам нужно оплатить 250 баллов.

      На данный момент у вас их 275.

      Решать вам!]

             Таисия замерла — перед ней стоял непростой выбор — с одной стороны — сила, способная убить кабана в пару-тройку выстрелов, а с другой — желание выйти в Интернет. Она и так прилично баллов потеряла — теперь это?!              Но из раздумий её вывела картина того, как её друзья сражаются практически на последнем издыхании, а Галу почти чуть не раздавили!              Вздохнув, Таисия приняла решение — получить оружие. Нажав на кнопку — списались баллы и на её руках оказалось охотничье ружьё, только выглядело оно немного иначе, но силуэт был узнаваем, да и цифры, видимые только ей — показывали то, что он заряжен.              Таисия прицелилась. Вздохнув, чуть успокоила себя, а палец положила на спусковой крючок.        — Первый… — тихо сказала она, метясь в тело кабана, надеясь ранить его, — …коронный.              Ба-бах!              Оглушительный грохот, чужеродный и резкий, будто разорвавший саму ткань этого мира, прокатился по полю боя. Чудовище взвыло от боли и ярости, но не остановилось, лишь замедлив бег, истекая чёрной кровью из раны в глазу.              Таисия не дрогнула, лишь заметила, как число пуль уменьшилось, да и гильзы, кажется, были магическими, раз не было слышно удара металла о каменные плиты. Но тут Тая заметила алую точку на лбу кабана. Неужели это…подсказка куда бить? Она ведь никогда ранее не убивала животных, а оружие держала лишь однажды в тире…        — Второй… — её взгляд стал сосредоточенным, а на губах появилась усмешка, — …похоронный!              Ба-бах!              Второй залп, точный и финальный, пришёлся прямо между горящих глаз кабана. Он громко взвизгнул, а после, пошатнувшись, рухнуло замертво, так и не добежав до них.              В наступившей оглушительной тишине, пахнущей дымом и смертью, Таисия опустила оружие и посмотрела на её товарищей, глаза которых были огромными от удивления. Авидий был тоже удивлён, но чуть меньше — он ведь видел такое оружие.        — Простое… но эффективное решение, — произнесла Таисия, отвечая на немой вопрос в глазах окружающих.              И тут же ощутила странную влагу на руках. Оружие на её глазах поплыло, краски расползлись, и через секунду оно растворилось, стекая на землю чистой, прохладной водой.              Авидий, всё ещё слыша в ушах эхо выстрела, первым нашёл в себе силы говорить.        — Главное, что это сработало! — глухо сказал он, а после перевел взгляд с лужицы на Таисию. — Но теперь он знает, что у нас есть… неожиданные аргументы. Нам нужно решить, что делать дальше — Бог Урожая сбежал!              Он специально перевёл тему с «что это было» на «что делать дальше», давая Таисии время собраться с мыслями. Первая Мерлин ответила:        — Ты прав. Смертные не должны сражаться с Богами, а то, что нам удалось нанести Саретиэлю серьёзный урон, а его «скакуна» одолели, — уже великая победа.        — Похоже, что ваши силы не так уж и велики… — заметил Назрик, не сводя с Таисии тяжёлого взгляда. — Если уж тебе удалось одолеть божественное создание столь… чуждым способом… то что будет дальше?              Морган что-то едко проворчал, но Назрик парировал с привычной солдату прямотой. И тут в разговор вписалась Гала, вставшая рядом с Таисией так, что её плечо коснулось её ноги — живой щит из преданности.        — Значит, ты тоже слышал, что сказал Бог Урожая. Он сам сказал это. Господин Авидий — Бог.              Авидий косо посмотрел на Таисию и та лишь пожала плечами, но сама едва заметно глядела на Первую Мерлин. Ещё с первой встречи, точнее с первого появления в сюжете Таисия заметила её сходство с Дарой, но пока не говорила Авидию об этом — ещё не пришло время.        — …Бог Урожая давно сошёл с ума. — сказал Назрик. — Насколько можно доверять словам падшего Бога?        — Он безумен, но у него нет причин обманывать нас. — ответила Гала. — Если ты ещё раз посмеешь усомниться в том, кто такой Авидий, то я, именем Кордана, прикажу изгнать тебя из племени дикородов.        — Воу-воу, лапочка, не стоит так распаляться, — мягко вмешалась Таисия, опуская руку ей на плечо. — Успокойся. Никого никуда изгонять не будем. — Она перевела взгляд на Назрика, и в её глазах читалась не угроза, а усталая решимость. — Ты всё понял, Назрик? Видишь, к чему всё идёт? Можешь верить или не верить — твоё право. Но твоё копьё сейчас нужно нам. Предлагаю временный союз. Ты с нами?              Назрик не отводил взгляда. Как это хрупкое создание, с рукой, успокаивающей ребёнка, может быть настолько… неоспоримой? А «Хозяин Стад» молчал, и это молчание кричало громче любых слов. И впервые в сознании Назрика, яростного и преданного, зародилась крамольная мысль: а что, если они все ошибаются? Что если божество — не он, а она? Но с другой стороны — она на неё совсем не похожа — Богиня Охоты не знает — что такое защита и забота о других…        — Значит, снова охотимся на Бога Урожая? — спросил Авидий. Морган вздохнул, закатив глаза.        — Ещё одна игра в кошки-мышки. Сомнительная радость…        — Копьё Назрика может выследить его.        — Как он это сделает?        — …эту силу даровал мне Божественный. — чуть помолчав ответил Назрик. — Силу выслеживать добычу.        — О, «великий» Бог Охоты, если у тебя есть такая сила, почему ты не помог нам найти Бога Урожая?        — А ты не пробовал вежливо попросить, прежде чем кидаться обвинениями? Или у тебя в арсенале только кости да язвительность? Может, он и рад бы помочь, если бы его постоянно не отвлекали такими вот… гениальными вопросами. — сказала Таисия, от чего все замерли, а воздух неожидано наэлектризовался от такой вспышки. Морган чуть опешил и уже хотел было парировать, но…       Авидий положил руку Таисии на плечо. Не для того, чтобы успокоить, а как бы говоря: «я принимаю эстафету».        — Ну, — произносит он, глядя на Моргана, — это ты решил разделиться. У меня, — его взгляд на мгновение смягчается, скользя по Таисии и Гале, — были дела поважнее.              Морган лишь фыркнул, а Первая Мерлин обратилась к Назрику:        — Теперь ты знаешь, что мы не поклонники Саретиэля, и ты сам видел, какова сила падшего Бога. Он точно не оставит эту битву неотомщенной. Если он обратит свой гнев на дикородов, Яростная роща станет следующим Татлтоном. Именем Таинственного совета я прошу тебя помочь нам выследить Бога Урожая.        — …Понял. Я посмотрю, что смогу сделать. — Назрик сжал в руке копьё, глубоко вздохнул, долго смотрел куда-то вдаль и копьё молнией устремилось вверх, исчезнув в небесной пустоте. Немного постояв, Назрик нахмурился. — Копьё показывает в сторону… Халия.        — Он ослаблен после боя. Но халийцы ещё продолжают ему поклоняться и не знают правды. Он сведёт их всех в могилы! Мы должны догнать его, быстро… Идёмте скорее!              И они быстро помчались за Богом Урожая, в столицу, что наверняка до сих пор находится почти под водой…       

      * * *

             На пол пути к Халию, Морган остановил всех.        — Подождите, подождите. Вы что, собираетесь просто так войти туда без маскировки?        — Ну, Авидию и Таисии можно просто надеть обычную одежду, но будет сложнее скрыть дикородские черты Галы и Назрика. Пожалуй, единственный выход — магия. — согласилась с ним Первая Мерлин. И Авидий решил вмиг обратить дикородов в людей, что вышло довольно неплохо.        — Мне не нравится этот человеческий облик. — сказал Назрик.        — Это не имеет значения. — ответил Морган. Таисия кивнула и добавила:        — Это ненадолго, хорошо?              Назрик лишь вздохнул, будто соглашаясь. Первая Мерлин попробовала всех чуть успокоить и собрать с духом, а после они двинулись к городу с намерением расспросить людей о том, что вообще происходит.              По пути, группа слышит о том, что Лигий готовится вводить свои войска в Яростную рощу, а люди горячо поддерживают это. От этого у Таиси по телу прошлись мурашки и её чуть передёрнуло — она много слышала и видела — что такое война, но сейчас, столкнувшись с ней в реальности — стало чуть тошно, а горло будто сжали.              Проходя мимо небольшого отряда, который возглавлял Лигий, краем уха они услышали, что собираются напасть на Яростную рощу. Гала была явно напугана этим, а потому жалась к Таисии.        — Они собираются напасть на Яростную рощу?! — спросила малышка.        — Кто знает. — ответил Морган. — Может, юный Регулус ищет быструю победу.        — Авундий, хоть и Регулус, но его власть ограничивают советники и всяческие дворяне. Он не может просто делать всё, что вздумается. Особенно после наводнения. Мобилизовать армию, когда люди так обеспокоены…ему понадобится железная причина, чтобы избежать обвинений в том, что он посылает людей на смерть. — сказала Первая Мерлин. Авидий осмотрелся.        — Я не вижу Персея.        — Это огромное военное шествие, но генерала с ними нет… Что-то со всем этим не очень ладно.        — Халийцы определенной что-то замышляют. — как бы согласился Назрик. — Нам нужно найти его. Мы не можем позволить халийцам осуществить их планы!        — Да и похоже, что Бога Урожая здесь нет… — заметил Авидий.        — …Он сбежал. Моя связь со следящим копьём оборвалась в момент, когда я вошёл в Халий.        — Бог довольно просто может сбить тебя со следа, пусть даже твои силы и происходят от другого Бога. — объяснила Первая Мерлин.        — Но для начала нужно всё разведать. — предложил Авидий.        — Но… Что насчёт Яростной рощи? — спросила Гала и Тая, погладив её по голове, сказала:        — Они не смогут так быстро до неё добраться. В начале им нужно добраться до Болотнища, а как ты знаешь — путь до него не близкий, да и от самого Болотнища до Яростной рощи — тоже довольно долго идти… Она не пострадает… «В отличие от кое-какого другого пункта и места, но ничего — мы туда прибудем раньше халийцев… и самого Персея!»        — У меня такое чувство…что причина связана с Богом Урожая. — сказала Первая Мерлин. Немного помолчав, среди толпы кто-то упомянул Персея, а потому группа сразу подошла к нему. Это был Масаи — обычный НПС, благодаря которому можно было бы узнать информацию.        — Прошу прощения, могу я узнать — почему армия вдруг выступила в поход? — спросила Первая Мерлин.        — О, а так для чего ещё то? Чтобы раздавить этих проклятых блохохвостов в лесу конечно! — просто ответил Мамаи.        — Это Регулус приказал начать атаку? — решил удостовериться в своей догадке Морган.        — Авундий всего лишь ребёнок. Такое не ему решать. Наш Бог приказал атаковать!        — Что?! — удивился Назрик.        — Жаль, что вы этого не видели. Совсем недавно Бог Урожая снизошёл на Халий! Его Щедрая Милость провозгласил, что Бог- соперник — теперь наш заклятый враг, и приказал нам напасть на дикородов и забрать их души! А потом он этими душами восполнит свои божественные силы, и в Халии всегда будут обильные урожаи, и никто больше никогда не будет голодать!        — А что с генералом Персеем? Он должен был возглавлять армию, но, похоже, он не со своими войсками. — заметила Первая Мерлин.        — А-а, геренал? Он ушёл с элитным отрядом через северные ворота!              Таисия чуть отошла от группы в сторону, а малышка Гала пошла за ней.        — Северные ворота… Разделение армии… — Тая пыталась вспомнить — куда всё ведёт, но тут она мысленно прикинула примерный путь и поняла — он идёт в сторону Первого храма! Точнее в начале в Дозорный лагерь, а уже потом туда! — Ну конечно! Бог-соперник — Божество Охоты! Как я сразу не додумалась…        — Сестрёнка, я не совсем понимаю…        — Гала, слушай меня внимательно. — Тая присела, чтобы быть с малышкой на одном уровне. — Если они решат разделиться — иди с Авидием и Назриком в сторону Дозорного лагеря. Я пойду вперёд, чтобы поднять тревогу в лагере. И… мне нужно встретить Персея первой.        — …Хорошо, я передам им.        — Ты у меня хорошая посланница и лучшая сестрёнка. — Таисия поцеловала малышку в лоб, а после побежала прочь — к утёсу, где была верёвка, а на другой стороне — копьё Назрика.              Подбежав к обрыву, Таисия почти сразу нашла верёвку, но, понимая, что её не хватит — стала думать — как быть. И тут её браслет-телефон вновь завибрировал. На экранчике высветилось сообщение от Системы:       

      [В попытке быть быстрее — вы столкнулись с очередной трудностью.

      Лучше бы вы дождались союзников, но раз уж вы так решили — ваше право.

      Мы можем выдать вам прочную верёвку за 75 баллов.

      Однако же — она такая же одноразовая, как и охотничье ружьё и вашим друзьям придётся самим перебираться по ней.

      Согласны?]

       — Это…это ещё что за издевательство?! — возмутилась Таисия. — Ты и так меня почти до нитки обобрала, не давая заработать баллы для Интернета! Я и так уже своей головой устала думать!       

      [Таковы правила:

либо одно, либо другое.

      Либо вы ждёте своих союзников, но Персей потенциально быстрее прибудет к Дозорному лагерю, либо вы тратите баллы и успеваете прибежать к Дозорному лагерю.]

             Таисия от злости затопала ногами, сдержавшись от гневного крика. Интернет… Её единственная ниточка к дому, к нормальной жизни… И эти 75 баллов снова отдаляют её от него. На что их потратить? На сиюминутное спасение или на шанс когда-нибудь вообще понять, что происходит? Натопавшись, она стала ходить из стороны в сторону. Логичнее выбрать верёвку — это поможет её задумке, но её друзья.        — Итак, что я имею на данный момент. — Таисия попробовала взять себя в руки, после недолгой «истерики». — Если Персей придёт первым, то он начнёт штурм. Погибнут дикороды. Погибнут те, кого я… кого Гала считает семьёй. Нет, я не могу этого допустить! Мне сто процентов нужно успеть если не остановить его, то хотя бы…задержать. Лично… Но у меня есть друзья. И если с ними что-то случится, пока они будут искать способ перебраться? Авидий, конечно, может что-то придумать, но Гала… Предать их ради сомнительной возможности успеть первой? Нет, Таисия, так дела не делаются — Авидий и Назрик не допустят, чтобы с Галой что-то случилось… Значит, всё-таки выбор падает на верёвку… Хорошо, Система, списывай баллы — и дай мне верёвку.       

      [Конечно.

      Списываем 75 баллов. На данный момент у вас 50 баллов.

      Подождите немного — и верёвка-мост будет готова.

      Приятного времени спасения!]

             Таисия тяжко выдохнула — сколько ещё Система будет так над ней издеваться? И практически на её глазах появилось подобие мостика, только очень тонкого, по которому пришлось бы идти аккуратно, так как подобия поручней не было. Таисия посмотрела вниз — в туман, где неизвестно что было и есть ли там хоть что-то.              Сглотнув, она сделала шаг. Руки начали потеть, а сердце будто ушло куда-то в пятки, но мост не шатнулся, что Таю удивило. Неужели Система сжалилась над ней? Чуть мотнула головой — она, пусть и бывает добра, но и жестокости ей не занимать.              Ещё шаг — мост не шатнулся, а потому она, посмотрев вперёд, решила как можно скорее перейти, стараясь не опускать взгляд. Руки были влажными, но сжатыми в кулаки, а ноги едва слушались, но, что удивительно, ни разу не спутались или не спотыкались, будто тело понимало — что нужно Тае и старалось ей «угодить».              Оказавшись на другой стороне Таотоса, она посмотрела на мост, что вмиг растворился, превратившись в капельки, что сразу подлетели к ней и «впитались» в её брелок, на котором показывало уже 50%, что Таисию очень обрадовало. И почти сразу она наткнулась на копьё Назрика. Ручка оружия была украшена коброй, глаза которой блестели бирюзой. Тая задумалась — брать его или нет, но потом отдёрнула себя — Назрику бы это вряд ли понравилось, а потому она побежала дальше, мысленно вспоминая игровую карту — сколько до Дозорного лагеря нужно бежать.              Живот урчал, да и силы с каждой секундой давали понять — «мы почти на исходе», да и отдышка уже появилась. Таисия, похоже, давно так не бегала — это даже хуже, чем школьные нормативы, которые ей приходилось сдавать! Делая небольшие паузы, Тая находила какие-то мелкие ягодки, которые Система «любезно» подписывала, помогая понять — можно их есть или нет. Неболшой перекус — и вновь бег. Но тут она вспомнила Авидия, у которого была магия телепортации…              Вздохнув, Таисия остановилась, прислонившись к дереву — перед глазами всё начало немного плыть — чертова Система — наделила её какими-то способностями, а вот телепортацию — не дала! Хотя, учитывая, что этому её должен был научит Авидий — Тая разочарованно простонала. Почему она сама до этого не додумалась?! Но, отмахнув мысли, продолжила бежать.              В голове сама собой заиграла мелодия: «Викинг мой, плыви по морю…». Глупо. Абсурдно. Но ритм, на её удивление, совпал с тяжёлым стуком сердца в висках, и она неосознанно начала под него переставлять ноги, превращая измождённый бег в подобие ритуального танца, что не так давно танцевала при храме. А когда осмотрелась, то заметила Первый храм, а значит до Дозорного лагеря осталось совсем немного! Эта новость обрадовала её, а потому она, чуть передохнув, побежала дальше. На пути, к её удивлению, ей не попадались халийцы, что было странно — может, хорошо маскируются? Или просто ещё не дошли… Но эти мысли только помогали Таисии бежать дальше.              В лагерь Таисия вбегала уже из своих последних сил. Её сразу заметил охотник Лоуэн.        — Дикая Вода, вы вернулись! — он сразу подбежал к ней и едва успел поймать. — Что случилось?!        — Персей…его отряд… — Тая едва ли не задыхалась, пока говорила, но старалась держаться. — Он…скоро будет здесь… Надо…готовиться…        — Я предупрежу, но для начала следует отвести вас к старейшине. — и он, взяв её под руку, повёл к Тоуро.              Перед глазами Таисии всё плыло, а ноги уже не слушались. Тоуро сразу велел своим подопечным приготовить постель и еду, а после одна из помощниц забрала Таю.        — Дикая Вода, вы сказали, что Персей и его отряд скоро прибудут. Можете не волноваться — мы обо всём позаботимся. — сказал старейшина.        — Хозяин стад…и Гала…и Назрик…они тоже скоро будут… Надеюсь, они успеют прийти раньше… Персея… — Таисия едва держалась — организм был истощён, но магия всё равно была, что довольно странно.        — Конечно, а вам, Дикая Вода, следует хорошенечко отдохнуть, иначе…              Старейшина не договорил, но Таисия поняла его и без слов.        — Спасибо за заботу. — поблагодарила Тая, а после её повели в сторону потенциальных кроватей.              Антропоморфная тигрица бережно уложила Таю на кровать, а после поставила на небольшой столик еду, от которой доносился приятный аромат.        — Вам помочь, Дикая Вода? — спросила она. Тая присела и кивнула, позволив себе немного побыть беспомощной — иначе сил не хватит для сражения. Тигрица кивнула и, взяв в руки миску, стала кормить Таю как маленькую.        — Спасибо…за помощь. — поблагодарила Стикс, чуть улыбнувшись.        — Простите мне моё любопытство, но от чего же вы не дождались Хозяина стад? — спросила тигрица.        — Это был мой выбор. Иногда посланник должен бежать впереди божества, чтобы успеть подготовить ему встречу.        — Дикая Вода… Вы очень смело поступили. Надеюсь, что ваш путь был спокоен и халийцы не следили за вами?        — Да. Они не попались мне на пути. Спасибо за заботу. — Тая закашлялась, прикрывая рот руками.        — Это большая честь для меня. Вам что-то ещё нужно?        — …Нет, не нужно. Просто…приведите сюда капитана Чубу. Мне нужно кое-что с ней обсудить.        — Конечно. Сейчас позову. — и она вышла, а почти через пару минут вошла Чуба.        — Дикая Вода, Лияна сказала, что вы желаете меня видеть. Вам есть что сказать?        — У меня есть план, — сказала Таисия, её голос был слаб, но в глазах горел стальной огонёк. — Но он требует, чтобы вы все… исчезли.              Чуба насторожилась.        — Исчезли?        — Спрячьте всех. Мирных — в дома или ко мне сюда, а ваши войны — пусть скроются в листве деревьев, а некоторые — пусть стоят на пути к Первому храму. Я останусь в лагере одна.        — Дикая Вода! Это безумие! Этот халиец убьёт вас!        — Нет. Он — генерал. Он привык к бою. А что он сделает, войдя в пустой лагерь? Кому он будет угрожать? Куда направит меч? — Таисия слабо улыбнулась. — Тишина сломает его куда сильнее, чем любая армия. А когда он потеряет самообладание… вот тогда вы и нанесёте удар. По моему сигналу.              Чуба смотрела на неё с растущим благоговейным ужасом. Это была не тактика войны. Это было искусство.        — Будет исполнено. — и она поспешила покинуть Таисию, а она, вздохнув, чуть улыбнулась. Это будет великолепный спектакль одного актёра…       

      * * *

             Таисия медленно ходила по опустевшему лагерю, смотря в те места, где сидели несколько войнов, что смотрели вдаль. Она ждала прихода Персея с его армией. Капитан Чуба сидела в тени и бросала взгляд то на ворота, то на Дикую Воду, что стояла неподалеку от дома старейшины, в котором он спрятал несколько детишек и взрослых, по просьбе самой Дикой Воды.              И вот — ворота Дозорного лагеря с грохотом распахнулись. Вместо привычного хаоса отступления или яростного строя защитников, армию Персея встретила… тишина. Пустые кострища, раскачивающиеся на ветру незакрепленные щиты, а в центре — пустой чёрный котелок. Ни души. Всё так, как и задумывала Таисия.              «Засада!» — крикнул один из солдат Персея, и сотни мечей звякнули, покидая ножны. Солдаты сбились в кучу, вглядываясь в каждую тень, каждую постройку, ожидая удара с крыш, из-за углов или с высоких деревьев.              Однако удар всё никак не приходил. Было просто ветрено и пусто, да и никаких признаков жизни не было видно.              Дождавшись определённого момента, Таисия вышла из своего укрытия, привлекая к себе внимание не только солдат, но и Персея.              Она вальсировала, точнее — делала какие-то попытки это сделать. И танцевала бы так вечно до тех пор, пока песня, которую она напевала себе под нос — не закончилась и она театрально поклонилась. А после посмотрела на Персея и его войнов.        — А, вы пришли. Как кстати. Музыка как раз заиграла. — она сделала шаг в его сторону, протягивая руку, будто приглашая его на следующий танец. — Не желаете ли присоединиться? Хотя…вы, кажется, не в той форме для вальса. Вы в военной форме. Какая досадная оплошность.              Она достала флягу и отпила из неё, не сводя с них спокойного, изучающего взгляда.              Персей, очнувшись от ступора, сделал шаг к ней. Его лицо, готовое к ярости битвы, исказилось от непонимания. Это был для него неизвестный сценарий — тот, которого не было ни в одном его плане, который он мог много времени продумывать и ни в одном учебнике тактики, которые он изучал в свободное время.        — Где все? — его рык прозвучал глухо, почти беспомощно, в пустоте лагеря.              Таисия чуть усмехнулась, а после сделала шаг в ответ, смотря в его тёмные карие глаза, в которых плясали огоньки недоумения.        — Я не знаю. Ушли, наверное, или испугались… — Тая сказала это так, словно это — обыденность. — А вы что, на праздник без приглашения явились? Слишком много народу для скромного приёма… Жаль только, что пары вам не найдётся…        — Хватит игр! — закричал один из довольно смелых, выходя вперёд. — Скажи, где они, твои звери!              Таисия наклонила голову, а глаза сделала максимально недоуменными, будто она вообще не понимает — о чем они, но потом чуть улыбнулась.        — А кто сказал, что они мои? Может, они… ваши? — она обвела взглядом все, что её окружало — от небольших домишек до больших и величественных деревьев. — Может, они уже здесь? Смотрят на вас прямо сейчас и ждут, кого первого выбрать… в качестве трофея.              В этот момент где-то у дальних ворот мелькнула тень и звякнул металл. Нервы солдат, и так натянутые до предела, не выдержали. Кто-то дико вскрикнул и швырнул в тень короткое копьё.              Это был сигнал.              «Мы в засаде!» — пронёсся рёв по рядам.              И лагерь, секунду назад казавшийся мёртвым, ожил. С высоких деревьев и из кустов хлынули дикороды. Но это была не битва. Это была ловушка, которая захлопнулась.              Персей, отбиваясь, поймал взгляд Таисии сквозь этот хаос. Она по-прежнему стояла, пока дикороды нападали на его людей, и в её глазах он прочёл не злорадство, а холодное удовлетворение стратега, чья задумка сработала безупречно.              И он понял. Понял, что проиграл ещё до того, как пересёк ворота. И его единственным шансом теперь было отступление к Первому Храму. И, собрав свой оставшийся отряд, он двинулся прочь из лагеря. К Дикой Воде сразу подбежала капитан Чуба.        — Дикая Вода! Мы их прогнали! — ликовала она. — Пусть они идут в сторону святилища — наши войны их просто так не пропустят.        — Оставайся здесь и охраняй Дозорный лагерь. — приказала Тая. — И если придёт Хозяин стад — скажи, чтобы он шел в сторону Первого храма, а я попробую догнать Персея. Или если Хозяин стад не придет, то знай — они вместе со мной.        — Н-но Дикая Вода! Вы ведь только недавно себя плохо чувствовали! Вам нужен отдых!        — Я приказываю. — холодно сказала Таисия, а после убежала прочь, оставив Чубу и лагерь позади.              Через некоторое время Чуба услышала шум у ворот. Она обернулась, ожидая новой атаки от халийцев, но вместо этого увидела Хозяина Стад, маленькую посланницу и Назрика.              Гала первая бросилась вперёд, а её маленькие глазки, из которых в любой момент пошли бы слезы, искали самое главное.        — Сестрёнка! Где сестрёнка?! — звала она.              Авидий обвёл взглядом лагерь. Повсюду были следы недавней, но уже завершённой схватки и торжествующие, но уставшие воины. Его взгляд, полный вопросов, встретился с Чубой.              Она, склонив голову в почтительном, но торопливом поклоне, выпалила:        — Хозяин Стад! Дикая Вода велела передать — Персей отступил к Первому Храму. Она… она пошла за ним. Одна.              Воцарилась тишина, которую нарушило резкое движение Назрика.        — Одна? После битвы? Это безумие! — сказал он. Внутри него кипело не столько удивление, сколько злость — почему она берёт на себя такую непосильную ношу? Такое слабое создание как она — не смогло бы справиться с халицами в одиночку.              Авидий не сказал ни слова. Его лицо стало каменным. Он резко повернулся, чтобы бежать по её следам, но тут его плащ дёрнула Гала.        — Подожди. — тихо сказала малышка, а после подошла к Чубе. — А сестрёнка… Таисия… она была ранена? Она… как она выглядела?              Чуба, опустив взгляд, ответила с тяжестью на душе:        — Она… приказала. И побежала. Я говорила, что ей нужен отдых, но она не слушала. Она была ещё бледнее, от чего походила на лунный свет, и ноги её едва держали. Но в глазах… в глазах горел такой огонь, что ослушаться было невозможно. Прошу, Хозяин стад, спасите Дикую Воду.              Авидий кивнул и бросился в сторону Первого храма, а Гала за ним. Назрик, что колебался между тем, чтобы остаться и пойди за Галой — выбрал, по итогу, второе.              По пути они столкнулись с раненым воином Тейленом.Он, завидев их, обрадовался.        — Назрик! Хозяин стад!.. Халийцы пробрались в лес! Но Дикая Луна прогнала их!        — Куда она их погнала и сколько их? — коротко спросил Назрик.        — Сначала их было четверо или пятеро. Они прятались в кустах, напали на нас со спины!.. Я едва успел отбиться, но тут они начали бежать в сторону Первого храма, а за ними бежала Дикая Вода, что своими силами отгоняла их, некоторых бросая в лес…        — …Значит, халийцы заранее напали на стражников на этой дороге. Всё было спланировано.        — Нет, это был план самой Дикой Воды. Нужно было сократить их число, чтобы основная сила, что пойдёт на лагерь, была меньше. А этих… чтобы посеять панику и выманить их с укреплённых позиций. Назрик, в Дозорном лагере всё в порядке? Что там случилось?        — Вот оно что… Тогда это объясняет — почему они напали на вас, а теперь их часть — отступает. Мы спешим за Дикой Водой.        — Возвращайся в лагерь и лечись. — велела Гала, что сидела и лечила раны антропоморфного быка. Он лишь кивнул, а они побежали дальше. Внутри Авидия что-то трепетало от волнения, но он старался отогнать его, стараясь доверять Таисии. Она знает — что делать.              Подбегая к небольшому утёсу, что находился чуть выше Первого храма, Авидий и остальные замерли в ужасе.              Персей и его несколько солдат окружили Таисию, что стояла спиной к обрыву, за её спиной бурлила река, а сама она, казалось, закрывала собой вход в храм. По её бегающему и будто дикому взгляду Авидий понял — она не отступит, она не в себе.              Было больно смотреть на то, что Таисия стала живым щитом, который, чтобы пройти Персею, пришлось бы сбросить в воду. И по тому, как его солдаты топчутся на месте, было видно — этот моральный выбор, эта необходимость убить беззащитную девушку, которая просто не отступает, — парализовала их.              Персей сделал шаг к Таисии. Она не двинулась с места, лишь подняла к нему свой синий взгляд, что походил на океан во время шторма. Персей остановился. Не из-за страха, а из-за тактума. Убить её — значит навечно запятнать свой путь к «справедливой» цели.              И в этот момент, краем глаза, он заметил Авидия и других, появившихся на утёсе. Его лицо исказилось не яростью, а горьким триумфом.        — Стой на месте, Бог Охоты! — громко сказал он, а Таисия посмотрела туда же, куда и он и встретилась взглядом с Галой, что была одновременно напугана и в то же время полна решимости. Персей говорил это Авидию, продолжая при этом смотреть на Таисию. В его взгляде Таисия не нашла ненависти, но что-то куда более сложное: ярость, смешанная с леденящим уважением. И было в этом…что-то странное, ведь он…грел её? Таисия нахмурилась — как такой взгляд вообще может приносить радость? Он её чуть не убил! Будь у неё больше сил — тенктакли бы призвала и связала бы его, но нет… Осталось лишь 30%, а их можно было создать только при более 50%.        — Дальше пути нет. — холодно константировал Авидий, выходя вперёд.        — Я это знаю и без тебя! — Персей смотрел только на Авидия, а его солдаты продолжали держать оружие, будто напоминая: «один неверный шаг — и она погибнет».        — Тебе не сбежать. Здесь одни болота. — заявил Назрик. — Если сдашься в плен, что твои солдаты окажутся в живых.        — Болото? И что с того? Каждый из моих солдат пережил наводнение и спасал жизни. Вы правда думаете, что это болото страшнее, чем наводнения, затопившие Халий?!              Таисия чуть опустила взгляд — и перед ней, как в фильме, проплыли воспоминания о том наводнении… Руки сами прижались к груди и мелко, едва заметно задрожали. Ноги держали её, будто понимая, что они — последняя опора, пока основная часть тела находилась в состоянии боли.        — Я пришёл с добрыми намерениями — я хочу договориться. — сказал Авидий, сделав ещё шаг.        — Договориться? О чем? Люди, погибшие в бурях и наводнениях, — попробуй с ними договориться, кровожадный Бог!        — Но ведь и дикородов тоже много погибло! — не стала молчать малышка Гала. — Эту войну начал Халий. Дикороды никогда не вторгались на ваши земли. Дикороды, которые погибли…были невиноваты.              Персей замер, а после посмотрел на Таисию, что будто уменьшилась в размерах из-за позы. Внутри что-то кольнуло — внутри смешался стыд и грусть, которые тут же перекрыла суровая реальность.        — Меня больше не обмануть. За этот урок я уже заплатил кровью. Я увидел твоё истинное лицо. Нет, я должен был увидеть его задолго до начала войны.        — Я могу помочь вам пережить голод. — решился сделать ещё одну попытку Авидий.        — Твои обещания ничего не стоят.        — У меня есть стебель пшеницы, которая может дать урожай.        — Золотистый дар, который ты принёс с собой, когда снизошёл… Ты собираешься подарить его халийцам?! — Гала была в ступоре. Она никогда не думала, что Бог Охоты способен на такое!        — Я услышал достаточно. Бог Охоты, ты — враг Халия, как и твоя спутница. По высшему указу Саретиэля, Бога Урожая…я покорю твои земли! И ты познаешь агонию, наблюдая, как вода превращается в кровь и топит всех, кого ты любишь!        — И это всё — потому что так сказал Бог Урожая?        — Странный вопрос для Бога. Если правда хочешь знать, спроси у этих дикородов, что стоят за тобой, почему они почитают тебя и поклоняются тебе, почему готовы отдать за тебя свои жизни…и даже гордятся этим! Посмотри на своё святилище. Такое величественное, такое великолепное… Такое близкое. Сколько дикородов надорвали спины и потратили жизни, чтобы построить его?! Бесчисленные последователи умирали в твоих жестоких забавах задолго до того, как халийцы и дикороды начали войну. Горгона пожертвовала собой ради тебя, потом дикороды предложили Галу, но тебе всё было мало! Ты отправился в Халий, чтобы собрать урожай из невинных жизней!.. Бог Охоты, я бросаю тебе вызов. Я разрушу твоё святилище и разобью их веру в тебя. Я заставлю тебя увидеть…что мы не твои игрушки!              После гневных слов Персея, наступила тишина, которую нарушил горький смех, а когда он обернулся, то Таисия стояла уже прямо, её руки сжимались в кулаки, а на лице — улыбка, пропитанная чем-то безумным.        — Урожай из невинных жизней?.. Ты так трогательно веришь в своего Бога Урожая. Думаешь, он даст твоим людям хлеб, если ты принесёшь ему в жертву дикородов? — Таисия вновь усмехнулась и сделала шаг вперёд, а в её взгляде уже не было прежней грусти и печали — только гнев, смешанный с уверенностью. — А он не рассказывал тебе, что было на его последнем «урожае»? Не показывал тебе, во что превратился Татлтон и его жители, когда они от него отвернулись?!              Таисия заметила, как в его глазах мелькает что-то — непонимание, намёк на сомнение. И она бьёт по этой трещине, благодаря которой может разрушиться фундамент его веры. Пусть и не сразу, но постепенно.        — Ты молишься божеству, которое уже однажды уничтожило свой собственный народ за неповиновение! И ты веришь, что он пощадит Халий? Ты не спаситель, Персей. Ты — новый поставщик дров для его костра! — оказавшись около него, она тихим шёпотом сказала. — Он не накормит твой народ. Он его сожрёт. И твои руки будут по локоть в крови, которую ты принёс ему в качестве аванса.              Слова Таисии повисли в воздухе, ядовитые и неоспоримые. Персей не кричал — он просто не мог, ведь он задыхался. Его взгляд начал метаться по сторонам, ища точку опоры в рушащемся мире… И не только в нём — он не хотел смотреть в глубину моря, в котором бушевал шторм. Взгляд сумел зацепиться на колокольчики — хрупкие, беззащитные, символ веры этих «дикарей» в их Бога.              Вера… Вера, которая сейчас казалась такой же лживой, как и его собственная.        — Молчи! — его рык превратился в полный агонии вопль. Это был крик загнанного в угол зверя, который не может убежать от правды и пытается уничтожить того, кто её показал. И он, не целясь, швырнул копьё. Не в Таисию, а в колокольчики.              Это был не вызов Богу. Это было отчаяние человека, пытающегося заткнуть громко тикающие часы собственной совести.              Колокольчик, казалось, был разрушен, но случилось неведомое чудо. Его «осколки» собрались воедино и подлетели к Таисии, будто на что-то намекая. Тая ничего не понимала и осматривала его, ища подсказку, пока не услышала в начале женский смех, а после — голос, что обращался к халийцу.        — Ты пришел разбудить меня, Персей.              В мутной воде плавало что-то отдалённо напоминающее мифическую змею, а после в воздух взлетела огромная девушка, одетая в золотые одежды, на которых были и драгоценные камни. Из лопаток торчали части змей, а на голове было что-то вроде шляпы в виде головы змеи. Азора — истинная Богиня Охоты.              Таисия, сама того не понимая, закрыла собой Персея, будто не она ссорилась с Персеем по поводу веры. Но долго Богиня не смотрела на них, а перевела взгляд в сторону Авидия и Галы с Назриком.        — Предавшая меня слуга! И грешник, посмевший выдать себя за Бога! — сказала Азора, сжав когтистую руку. Но потом её взгляд вернулся к Таисии. — А ты — ничтожная подражательница! И вы искупите вину своей кровью!              Азора вытащила два меча, что сияли жёлтым светом. Таисия уже была на готове, но потом посмотрела на проценты — всего 25%. И этого мало… Нужно что-то придумать, а иначе её могут убить… И не только её — малышка Гала!              Пусть и не сразу, но Таисия бросилась к малышке, не сразу заметив солдат Персея, что будто растворились в воздухе. Она попробовала призвать воду из болот, стараясь хоть как-то «ударить» по Богине, будто пытаясь её «обезвредить», словно она бомба замедленного действия…              Азора, перестав играть из себя «терпилу», собрала свою силу в оба меча и обрушила на Таисию с Галой и Авидием свой гнев. Только Тая собиралась создать щит, как малышка опередила её. Стикс хотела было забрать на себя силу, чтобы щит был её, но вдруг услышала кашель, а затем увидела, как на землю вышло немного крови.              И тут внутри Таиси что-то сломалось.              Похоже, что это была цепь, что сдерживала её гнев, который она никогда старалась подавлять, но в этот миг — он выбрался, сломав всё, что его пленило.              Тая с гневом подняла голову, смотря в глаза Богине и чувствовала, будто вся та вода, что была в округе — поднялась, превратившись во множество ледяных стрел, готовые в любой момент убить Богиню.        — Ты…посмела тронуть мою девочку?! — и Таисия бросилась на Азору, что ловко уворачивалась от её стрел. Однако длиться долго это не могло и Таисия упала на колени, Слезы полились из глаз, но вдруг странная сила окутала её.              Что-то похожее было в Татлтоне, только теперь — это было не чужое, а родное. Мириады искр подняли её над землёй, а после Тая ощутила на себе незнакомую одежду — короткий хитон до колен из переливающейся ткани цвета морской пены, на руках были кожаные поножи и наручи с рельефными узорами в виде волн. А её голубые светящиеся узоры-татуировки, теперь покрывали не только руки, но и ноги, пульсируя мягким светом. Влажный блеск на коже и одежде, блики как на поверхности воды. На поясе висел брелок в виде ловца снов, а в руке — бубен.              Таисия не совсем понимала — что это могло значит, но она была уверена — это к ней прибыли силы, благодаря которым она способна ранить Азору, а потому, ударив ритмично в бубен, из воды создались ледяные игры, что вмиг полетели на Богиню, которая ещё не совсем отошла от предыдущего нападения. Уклоняясь от попыток Азоры ударить по ней мечом, Тая смеялась, будто показывая своё неуважение к ней, а один раз даже сделала так, что Азора чуть не ранила Персея, а Тая создала щит, закрывая его.              Вдоволь ранив Богиню, Таисия вернулась к Авидию и он, пока Азора находилась в замешательстве, собрал всю свою волю, обрушил на пространство вокруг них магию телепортации.              Мир поплыл перед глазами Таисии и последнее, что она видела — это искажённое от удивления лицо Персея, что смотрел на них. А после — все растворилось…