Глава 6. Свободы сеятель пустынный
9 октября 2025 г., 08:01
В эту безоблачную ночь Владимир Николаевич лежал, заложив руки за голову, и думал: не цинично ли это, философствовать на тему этики и политики с вечно голодными людьми?
"...Что ты можешь рассказать, как обнадёжить человека, который за всю свою жизнь не испытывал не то что чувства собственного достоинства и общности с людьми, он не знал ни бескорыстной заботы ближнего, ни элементарного ощущения... Непостижимо... Их давят, но не додавливают. Хотя куда уж?... Вот так незаметно лягушка и сварилась... Цель раздобыть малиновые штаны - не просто глупая условность, которую можно отменить так же, как её и постановили. Люди так просто не отпускают смысл жизни, будут продолжать гоняться за миражами... Цель - избавиться от вечно гнетущего бесправного существования за чертой бедности. Это лучик света в тёмном строе. Это основа, подпитка... Если показать фактическую недоступность... Если лишить этой цели, лишить иллюзии на её достижение, то что им останется, двум нищим артистам?... За что взяться?... Важно ведь не только начать, но выдержать и устоять..."
Би слушал эти мысли, прислонившись к проёму, и расчёсывал маленьким двойным гребешком свои волосы и усы на свежевыбритом лице.
— Не спится, Дядя Вова? — Скрипач сел рядом на песок и тоже посмотрел на небо.
Би оставил их вдвоём.
Как только он ушёл, Гедеван вновь нарушил тишину:
— Как я буду объяснять где пропадал всё это время?
— По семейным обстоятельствам скажешь...
— Родителей спросят.
— Придётся отпуск брать.
— ... Академический? Куда? Скрипач не нужен, Дядя Вова. Меня отчислят. Придётся вернуться домой... Как отцу в глаза смотреть? — сокрушался Гедеван, схватившись за голову.
Володя посмотрел на него.
— Пустое, Скрипач. Ну, хочешь, я за тебя поручусь? Скажу, что ты у меня устроился на подработку в бригаду.
— Спасибо, Владимир Николаевич... А вы как?
— Как объясняться буду где был?... Уходил в запой. — хмыкнул он. — Впервые в жизни... Да, стыдно. Да, выговор влепят, премии лишат. Всё равно в такое легче поверить, чем вот в это вот всё. — обвёл он рукой бескрайнюю пустыню.
***
