Контрапункт

— Этот мир сошел с ума, — пожаловался за завтраком Андрей, — я ищу мужика, который, воображая себя белкой, прыгнул с ветки дерева на прохожего и случайно убил его, сломав ему шею. Чертовы квадроберы! Лёша расхохотался. — Смешно ему, — укоризненно пробормотал Андрей в чашку кофе. — Вот посмотрю я на тебя, когда по капоту твоего дорогущего гелика попрыгает котик весом килограммов девяноста. Выпад, впрочем, так и остался без внимания, потому что, во-первых, Андрей и сам небезосновательно подозревал, что капот гелика создан выдерживать и не такое — военная машина изначально, как-никак, — а, во-вторых, вряд ли это хоть сколько-нибудь заденет Лёшу, который свои машины страховал по полной во избежание неприятностей. Хотя Андрей считал, что он это делал просто чтобы насладиться страданиями страховой, вынужденной отстегивать ему деньги на ремонт дорогущих тачек. — Ты что, не любишь животных? — Ваня тоже не проникся масштабом драмы, подкалывая брата. — Они могут быть милыми. — Животные могут быть милыми только на календариках, — не согласился Андрей, допивая свой кофе. — Ладно, мне пора, до вечера. — Что думаешь, Вань? — поинтересовался Лёша, когда дверь за третьим близнецом закрылась. — Думаю, что работа без выходных две недели подряд плохо отразилась на жизнелюбии Андрея, — усмехнулся Ваня. — Или ты про квадроберов спрашивал? — Про Андрея, — фыркнул Лёша. — Хотя, такими темпами он скоро сам лаять на людей начнет. Может, покажем ему, что милые животные бывают не только на календарях? Ваня поднялся из-за стола и потянулся всем телом, прогибаясь в пояснице. — Андрея инфаркт хватит, если ты заведешь личного квадробера. — Вообще об этом не думал, — искренне ответил Лёша, наблюдая за плавной грацией близнеца. — Но есть идея, как завести Андрея. *** Когда Андрей возвращается домой после очередного бессмысленного дня общения с молодежной субкультурой, его уже тошнит и от животных в целом, и от людей в них играющих. Потому что он ни в коем случае не против сообществ по интересам, подвижных игр на свежем воздухе и применения паркура нестандартным способом, но не тогда, когда эти игры приводят к бесславной смерти какого-то чиновника просто потому, что мужик решил выпить кофе не под тем деревом. И даже ладно бы сам факт убийства по неосторожности, но теперь Андрей вынужден искать иголку в стоге сена, а в ориентировку можно написать разве что «белка, похожая на мужика лет тридцати». И фотку соответствующую. В бумажной маске. Андрей просто не знает, с какой стороны к этому подступиться. Когда есть мотив — понятно, кого искать. Но версию заказняка рассматривать закончили очень быстро, когда на фразе «…предположительно нанял профессионального киллера, который, по словам экспертов, атаковал с дерева голову жертвы задницей вперед…» весь отдел заржал, а полковник покраснел так, что Андрей начал переживать, что он словит инфаркт. И вот за неделю они не продвинулись примерно никак и никуда. Начальство кипело, они бегали, а результатов было ровно ноль. И Андрей уже начинал чувствовать, что его психика слегка сдает позиции от бесконечных попыток пообщаться с «котиками», «собачками» и прочей живностью. Пообщаться еще полбеды, а вот заставить что-то подписать порой было просто нереально. В первое мгновение, когда Андрей открывает дверь в спальню, ему кажется, что его догнало и приложило работой окончательно, потому что в глаза сразу бросается пушистый черный хвост. Хвост красивый, лоснящийся… и переходит в не менее красивые Ванины ягодицы, что резко меняет отношение Андрея к вопросу, когда он понимает. Разумеется, это не дешевая прищепка для квадроберов — это одна из дорогих Лёшиных секс-игрушек. Хвост с анальной пробкой находится, где надо, и держится, как надо, резко контрастируя с Ваниной бледной кожей и переливаясь на свету гладкой, длинной, иссиня-черной шерстью, стоит ему слегка пошевелиться. Андрей совершенно уверен, что Ваня возбужден, но он лежит на животе, согнув одну ногу в колене, расслабленный, кажущийся практически бескостным, и черный пушистый хвост интимно и как-то даже стыдливо прикрывает его между ног. — Привет, как дела на работе? — буднично интересуется Лёша, который сидит у спинки кровати и мерно гладит Ваню по голове. Андрею от входа не видно, но по мерно приподнимающемуся и опускающемуся затылку, вполне понятно, чем занят Ваня в таком необычном виде. Сам Лёша расслаблен и одет в домашнее. Сразу даже не заметно, что он немного приспустил штаны с бельем, давая Ване доступ. Справедливости ради, если бы он не поздоровался, Андрей вообще мог бы заметить Лёшу и две минуты спустя, потому что Ваня… Ваня слишком притягивает взгляд. Плавный изгиб позвоночника и красиво проступающие при каждом движении мышцы спины гипнотизируют похлеще маятника, и когда Андрей, наконец, находит в себе силы поднять взгляд выше, он выпадает окончательно. Потому что Ваня приподнимает голову, и Андрей видит маленькие треугольные кошачьи ушки, между которыми Лёша его гладит, ероша пряди. И будто этого мало, каждое движение сопровождает негромкое мелодичное позвякивание. Ваня отстраняется, чтобы посмотреть на Андрея из-за плеча, прогибаясь в спине еще сильнее, как настоящая кошка… И облизывается. А когда он сглатывает, кадык у него дергается, и маленький колокольчик на белой атласной ленточке снова звякает на его шее. — Ты, конечно, не очень любишь животных, но может быть все-таки сделаешь исключение? — улыбается Ваня, укладываясь щекой на Лёшино бедро, но слегка поворачиваясь на бок, чтобы смотреть на Андрея. — Мы ждали тебя. И, конечно, Андрей сделает, потому что близнецы — это всегда исключение из всех правил, и как их можно не любить, он не представляет. А еще у него стойкое ощущение, что если он сейчас не разденется, то ширинка у него попросту вырвется живьем. Ваню хочется гладить. Это до абсурдного парадоксально, насколько ему идут эти казалось бы нелепые атрибуты игр в животных, но игры тут совершенно точно для взрослых и в комплекте с потрясающе горячим Ваней оно смотрится действительно эротичным контрастом, а не нелепой пошлостью. Более того, Ваня никоим образом не пытается деградировать до животного, как некоторые из свидетелей по делу, скорее, просто проявляет свои мягкие, схожие с кошачьими черты чуть более явно, позволяя сделать на этом акцент и погладить себя во всех смыслах. Андрей приветственно целует Лёшу в уголок губ, после чего нависает над Ваней, целуя его в плечо, под челюстью и поглаживая по бедру. Он действительно, как кот — позволяет проявлять к себе внимание и никуда не торопится, приподнимая бедра и потираясь о член Андрея пушистым хвостом. Искусственных мех щекочет нервы во всех смыслах, и не думать о том, что скрывается под ним, просто невозможно, поэтому Андрей чуть отстраняется, чтобы позволить Ване вернуться к Лёшиному члену и получить возможность немного потянуть кота за хвост. Длинная шерсть слегка электризуется и липнет к рукам, когда Андрей плавно тянет на себя, чувствуя физическое сопротивление мышц, пытающихся удержать пробку внутри. Ваня стонет, и Лёша, ощущающий эту вибрацию, стонет с ним вместе. Чёрная шерсть на фоне белой кожи завораживает, и Андрей медлит, потому что ему очень нравится смотреть, как Ваня напрягается весь, от лопаток до ягодиц, когда пробка начинает растягивать его сильнее, а потом снова возвращается на место, так и не покидая тело. И все это сопровождается тихими мелодичными позвякиваниями колокольчика, когда Ваня в очередной раз вздрагивает. Но терпение у Андрея в принципе не железное, особенно, когда прямо под ним возбужденный ласковый близнец. Поэтому он тянет хвост в очередной раз и не отпускает, пока оказавшаяся немаленькой пробка не покидает тело. Ваня крупно вздрагивает, стонет и, успокаиваемый Лёшиными нежными поглаживаниями, пытается лечь и потереться о постель, но Андрей ловит его за бедра и заставляет сохранить открытую доступную позу. Ваня раскрыт настолько, что даже не требуется дополнительная подготовка — Андрей только надевает презерватив и на всякий случай добавляет немного смазки, хотя пробка явно была смазана более, чем неплохо. Когда Андрей входит, плавно притягивая Ваню за бедра, Ваня выпускает изо рта Лёшин член и стонет в голос, внезапно остро чувствительный к проникновению. — Порядок? — уточняет Андрей, войдя полностью и давая привыкнуть. — Да, можно, — чуть задыхаясь разрешает Ваня, и расслабляется, переставая зажиматься. Андрей возбужден, но ничуть не менее он заинтересован в том, что довело Ваню до такой чувствительности. Потому что, если это была всего лишь пробка, то Андрею просто необходимо вставить в него что-нибудь вибрирующее на пульте управления и показать небо в алмазах. Но это идея для другого раза, поэтому мысль мелькает и улетучивается, сметенная ощущением крепкого тела под руками. — Не отвлекайся от Лёши, — напоминает Андрей, толкаясь бедрами вперед чуть сильнее, чтобы Ваня снова насадился ртом на Лёшин член. — Хороший мальчик. Лёша почти не двигается, лишь слегка приподнимая бедра навстречу и не забывая направлять Ваню ладонью в волосах, потому что Андрей задает общий темп, контролируя каждое крошечное Ванино движение и наклоняясь ближе, чтобы погладить его твердый член. Ему хватает совсем немного — несколько прикосновений и Ваня со стоном кончает, сжимая член Андрея внутри, и это так хорошо, что Андрей даже не пытается сдерживаться, кончая следом и наблюдая, как Лёша отстраняет Ваню, чтобы помочь себе ладонью и кончить в кулак, не испачкав близнеца. Андрей не знает, что ему стукнуло в голову, когда он подбирает отложенный ранее хвост и, пользуясь полной расслабленностью Вани, проталкивает его на положенное место одним движением. И Ваня только сорванно стонет, но явного протеста не выказывает. Они даже почти не шевелятся после оргазма. Выполняют самый минимум, необходимый для комфорта: Лёша вытирает руки, Андрей избавляется от презерватива и ложится рядом с Ваней, наслаждаясь прогибом поясницы и черным лоснящимся мехом на слегка блестящей от пота коже. — Доставать не хочется, красиво, — признается Андрей, балуясь с хвостом, заставляя искусственные шерстинки щекотать Ване спину, но сильно не дергает, не желая мучить сверхчувствительностью. Ваня и так позволил ему вставить хвост назад, хотя постоянное давление его сегодня уже явно выжало. — Более чем, — соглашается Лёша, снимая с Вани обруч с ушками и подвигаясь ближе, чтобы близнец мог удобнее лечь щекой на его бедро. — Ты точно больше не хочешь? — уточняет Андрей, потому что сам вполне не против второго раунда с Лёшей, да и прекрасно знает, что нижний Ваня такой же терпеливый, как и верхний, и вполне может позволить близнецам поразвлечься и разложить себя несколько раз даже в одной позе. — Мы вообще-то успели до твоего прихода, — расслабленно улыбаясь, поясняет Лёша, — нельзя же было потратить столько усилий и не попробовать. — Я бы тоже не утерпел, — признается Андрей, жалея, что не мог наблюдать процесс полностью — как Лёша готовил Ваню, растягивая, поглаживая, подготавливая и постепенно, точно не с первого раза проталкивая в него анальную пробку с хвостом. — Так как на работе? — интересуется Лёша, продолжая мягко поглаживать по волосам почти дремлющего Ваню. — Да пока никак… Погоди-ка. Там был секс-шоп на соседней улице, — внезапно осеняет Андрея. — Надо заглянуть. — Ну, вот, а говорят, что кошки бесполезные, — негромко фыркнул Ваня. — Не обобщай, — усмехнулся Лёша и легонько стукнул по колокольчику, заставляя его снова звякнуть.