С нами случились мы.

«Знаешь,

я также набираю твои цифры по привычке»;

Влад улыбается против воли, когда листает галерею: поочерёдно открывает яркие фотографии, вглядывается, — долго, внимательно, — прокручивает наверняка нелепый момент съёмки в памяти и громкий смех наяву слышит. Его заразительный смех. Олега смазанными селфи и короткими роликами в его телефоне столько, что хватит на вечное дёрганное кино: он везде — одинаково счастливый, неоспоримо остающийся самим собой и слишком ощутимый — только руку протяни. Олега в его жизни — ещё больше, потому что «помню, как он меня чуть в готзале не отпиздил» и «Влад... я буду скучать по тебе во время летних каникул» не выветривается ни из одного его совместного ролика — запланированного или не совсем. Шутит, конечно; Череватый знает наверняка, а потому старается никак не реагировать на осознанные провокации и улыбки работающего на аудиторию малолетних фанаток Шепса. Аккуратно освобождается от цепкой хватки на своём локте и открещивается важными делами, которые не терпят отлагательств. Его не пытаются остановить, отпускают, и он пользуется предоставленной возможностью без зазрения совести, сбегая — от себя самого, в первую очередь, словно это поможет перестать верить в то, что сказанное — шутка лишь отчасти. Всё ещё цепляется за надежду, ослабевшую и расшатанную, что Олег не засмеётся после того, как он уберёт телефон. Вчера, сегодня, (неделю / месяц / год [назад]) — по-прежнему. Камера. Мотор. Снято. «Олега в моей жизни слишком много» — только это ничего не меняет. Они всё ещё близкие друзья, и Влад улыбается каждому их объятью, вцепляется пальцами куда-то под лопатки, шумно дышит в крепкое плечо и хоронит невысказанное на острых ключицах шёпотом на грани слышимости, наверняка зная, что Олег его всё равно не разберёт. И за это неосознанное безразличие Череватый ему искренне благодарен, потому что понимает, что в противном случае он проебёт, всё; потому что пока невидимое «попроси меня остаться, пожалуйста» оседает на его коже, у него есть эта грёбанная надежда и желание просыпаться по утрам. Несмотря на то, что сам Олег всё ещё надеется проснуться с кем-то другим.

«Всё чисто: мои чувства не сифонят.

Жаль, что тебя нет, и тебя это не затронет».