Бирюзовые искры

*** Люциус Малфой стоял у окна в гостиной Слизерина, казалось, смотря на пейзаж. За стеклом, в мутной зелёной воде, проплывали причудливые существа, но его мысли были далеко от подводных обитателей. Нотт. Эта фамилия отдавалось в его висках назойливым, унизительным стуком. Первокурсник. Этот... упырь посмел посмотреть на Нарциссу. Посмел привлечь её внимание. А теперь ещё и Беллатриса проявила к нему интерес. Он чувствовал на себе взгляды других слизеринцев, притаившихся в тенистых углах гостиной. Они шептались. Он ненавидел этот шёпот. В нём он слышал не просто сплетни, а эрозию своего авторитета. Его отец, Абраксас Малфой, не одобрил бы такого развития событий. "Проблемы нужно решать быстро и решительно, сынок. Пока сорняк не укоренился". И он пытался. Даже написал отцу, чтобы надавить на род этого наглого перваша. Но увы, у отца не было возможностей как-то задавить авторитетом не менее могущественных Ноттов, что бесило Люциуса еще больше. Но и отец Теодора не мог ничего сделать Люциусу, отчего все зависело от них самих. Взгляд Люциуса упал на группу второкурсников, подобострастно кивавших ему через зал. Идея, отдалённая и коварная, начала вызревать в его сознании. Если лев слишком хорошо охраняет свою берлогу, нужно напасть на его охотничьи угодья. Лишить его поддержки. Посеять раздор в его стае. У Нотта была своя маленькая свитка. Двое дружков из не самых именитых семей и та бледная полукровка, что вечно шныряла у него за спиной. Андерсон. Она выглядела самым слабым, самым уязвимым звеном. Идеальная мишень. Жаль только в первый раз близнецы Кэрроу не смогли показать ей ее место, испугались первокурсника. Люциус хмыкнул. Холодная улыбна тронула его губы. Он не тронет Нотта. Пока нет. Но он сделает так, что каждое утро этот выскочка будет просыпаться с мыслью, сможет ли он сегодня защитить тех, кого считает своими. Он будет тратить силы, нервы, внимание на их защиту. Он будет постоянно оглядываться назад. А человек, который оглядывается, не может бежать вперёд. Люциус медленно повернулся от окна, его взгляд скользнул по гостиной, выискивая Гойла и Крэбба. Настало время для точечных ударов. Мелких, почти невидимых уколов, которые в сумме своей причинят куда больше боли, чем один громкий скандал. *** Потихоньку, но я начал привыкать к Хогвартсу. Казалось бы, прошло всего пару недель, но эти дни медленно превращались в рутину, где нужно было успевать за всем: уроками, тренировками с Виолой, занятиями с Мерриуэзером и собственными экспериментами с Бездной. Нарцисса больше не строила из себя ледяную королеву, время от времени подсаживаясь к нам и даже иногда помогая мне подтянуть Эвана с Торфинном по некоторым дисциплинам. Сначала они дичились её, но её спокойные, деловые объяснения и полное отсутствие высокомерия быстро растопили лёд. Теперь за общим столом в гостиной можно было увидеть странную картину: наследница древнейшего рода терпеливо разбирала со склонёнными над книгами Эваном и Торфинном тонкости трансфигурации. – Нет, Розье, движение должно быть не таким резким, – её голос был ровным. – Представь, что ты не толкаешь, а направляешь. Вот так. И она показывала изящный, отточенный взмах, от которого её перо плавно превращалось в бокал. Даже Виола понемногу втягивалась. Ей так понравились тренировки со мной, что даже во время уроков она иногда махала палочкой, тренируя кисть. Её изученное недавно «Протего» теперь держалось несколько секунд, а «Ступефай» стал заметно быстрее. Она всё ещё вздрагивала при встрече с остальным факультетом и избегала смотреть в глаза старшекурсникам, но в её осанке появилась твёрдость, а в глазах – не забитая робость, а настороженная готовность. Мои собственные занятия с Мерриуэзером продвигались медленнее, но вернее. Я научился не просто менять цвет «Ступефай», но и добавлять какие-нибудь небольшие улучшения - скорость полета, сила отталкивания и так далее. Книга, которую мне дал профессор, уже давно лежала в потемках моего разума, медленно но верно поглощаясь моим сознанием. В целом, даже работа с Бездной продвигалась семимильными шагами, но там было понятно - я не усваивал новое, а просто вспоминал итак имеющиеся у меня навыки. Использовать луч бездны в школе не рисковал - слишком уж он был разрушительным, как по мне. Есть немаленькая вероятность, что такое проявление энергии заметят. Так что пока практиковал лишь режим бездны и прыжки, пытаясь хотя бы приблизиться к тем параметрам, что у меня были в Изначальной системе. Как-то раз, возвращаясь с тренировки с Виолой, я застал Эвана и Торфинна в горячем споре о Левиосе, а Нарциссу, с невозмутимым видом поправляющую их обоих. В этот момент я почувствовал нечто странное. Нечто похожее на... нормальность. На жизнь обычного студента Хогвартса, обременённого учёбой, друзьями и школьными интригами. Это чувство было обманчивым, я это знал. Но тем не менее, позволил себе некоторое время побыть тем, кто я есть - обычным школьником, пусть и не самой обычной школы. К концу второй недели меня позвал к себе Флинт - староста хотел поговорить со мной наедине, у наших комнат. Предупредив ребят, что я буду занят, я после обеда зашел в гостиную, где увидел кивнувшего мне Флинта, и несколько сидящих у камина старшекурсников, которые сделали вид, что не обратили на меня внимание. - Нотт, буду краток, - начал он, как только мы поднялись по лестнице. - Слушаю? - В Слизерине есть определённые правила, - Флинт остановился в пустом коридоре рядом со спальнями первокурсников. Его низкий голос звучал отрывисто и деловито. - Одно из них - мы не выносим сор из избы. Что бы ни происходило между нами, для других факультетов мы едины. Понятно? Я кивнул, ожидая продолжения. - Второе. Иерархия. Она не просто так придумана. Малфой... - Флинт нахмурился, подбирая слова. - Он старше. У него вес. Его отец - важная фигура. Но сейчас он позволяет личным амбициям вредить факультету. Тем не менее, он не глупый парень, понимает, что некоторые грани пересекать нельзя. Ты вроде бы, все еще дружишь с этим Лонгботтомом? Он посмотрел на меня тяжёлым взглядом. - Дружу. Какие-то проблемы? Флинт издал короткий смешок котором смешались раздражение и нечто похожее на уважение. - Проблемы нет, пока ты можешь отстоять свое намерение. Но не забывай, что либо ты, либо Малфой, будете представлять Слизерин. И от того, кто окажется сильнее, зависит очень многое. Не только в стенах Хогвартса. Гриффиндор. Дружба между факультетами – это милая сказка для первокурсников. В реальном мире она создаёт... конфликт интересов. Особенно сейчас. Он окинул меня оценивающим взглядом, словно пытался определить мой потенциал. – Твои стычки с Люциусом – это не просто драка младшеньких. Это борьба за будущее факультета. И те, – он кивнул в сторону гостиной, где остались старшекурсники, – наблюдают. Они сделают ставку на того, кто докажет свою силу. Флинт сделал паузу, давая мне осознать вес его слов. – Так что решай, Нотт. Готов ли ты нести это бремя? Или тебя устроит роль второго номера? Выбор за тобой. С этими словами он развернулся и ушел, оставив меня наедине с моими мыслями. По сути, ничего нового он не сказал. Лидерами факультета в будущем буду либо я, либо Малфой. У остальных на это не хватит ни влияния, ни силы. Хотя в следующем году поступает наследник Блэков, который тоже может побороться. Хотя, вспоминая какой у Сириуса характер, вряд ли он захочет лезть в эти "змеиные игры". Я медленно спустился обратно в гостиную. Старшекурсники у камина проводили меня скрытыми взглядами - теперь более оценивающими, чем прежде. В их глазах читалось не просто любопытство, а нечто более важное - ожидание. Эван и Торфинн сразу же окружили меня. - И что он хотел? - тут же спросил Эван, с любопытством глядя на меня поверх очков. - Ничего особенного, - пожал я плечами, занимая своё обычное кресло. - Просто напомнил, что побеждает лишь один. - Как будто мы этого не знали, - фыркнул Торфинн. - И что, он на чьей стороне? - На стороне факультета, - ответил я, глядя на огонь в камине. - А значит, пока мы сильнее Малфоя - мы правы. Нарцисса, сидевшая неподалёку с книгой, подняла на меня взгляд. - Флинт прагматик, - тихо заметила она. - Он не станет вмешиваться, пока конфликт не начнёт вредить репутации Слизерина. Но если это произойдёт... - ...он вмешается на стороне того, кто сможет быстрее восстановить порядок, - закончил я её мысль. Она кивнула, и в её глазах мелькнуло одобрение. Я правильно понимал правила этой игры. В тот вечер, лёжа в кровати, я размышлял о словах Флинта. "Второй номер"... Как будто у меня был выбор. С того момента, как я принял силу Бездны, любая роль, кроме первой, стала невозможной. Просто теперь к внутренней борьбе добавилась и внешняя - за влияние, за авторитет, за право говорить от имени целого факультета. Да, пока что и я, и Люциус находимся лишь на младших курсах. Но именно сейчас, в эти годы, и формируется будущая элита магического сообщества. Сейчас закладываются связи, определяется иерархия, выковываются союзы, которые будут определять расстановку сил на десятилетия вперёд. Люциус это понимал. Понимал и я. Бездна внутри меня отозвалась на эти мысли тёплой волной. Она не была просто источником силы - она была частью моего существа, и её природа отвергала саму идею подчинения. Она требовала доминирования, контроля, безраздельной власти. И в этом мы с ней были солидарны. Я посмотрел на спящих Эвана и Торфинна. Они выбрали меня. Нарцисса, пусть и по своим причинам, тоже сделала ставку на меня. Даже Виола с её робкой преданностью была частью этой формирующейся структуры. Но этого было мало. Мне нужно было расширять свое влияние и показать хотя бы остальным первокурсникам, что за мной есть будущее. Что я - не просто случайный выскочка, волею судьбы бросивший вызов Малфою, а реальная сила, с которой стоит считаться. Проблема была в подходе. Люциус действовал через страх и традиционное чинопочитание. Его методы были отработаны поколениями Малфоев - давление, запугивание, демонстрация превосходства. В свое время мой отец построил наше могущество тем же путем. Но, мой путь должен был быть иным. Я вспомнил, как Нарцисса помогала Эвану и Торфинну с уроками. Как Виола, получив хотя бы крупицу уверенности, стала чуть сильнее. Сила притягивает, но чтобы удержать людей, нужна не только сила. Нужно давать им что-то взамен. Защиту. Знания. Возможность стать лучше. Утром, за завтраком, я обратился к нашему маленькому кругу. - С сегодняшнего дня, - сказал я тихо, но так, чтобы слышали все, - у нас будут общие занятия. - О, Нотт решил отвлечься от учебы одной только девочки, и решил вспомнить о своих стариках? - усмехнулся Эван, да и Торфинн заулыбался. Да, в последнее время Виола и впрямь начала быстро прогрессировать. - Вам в старики еще лет сто шагать, - парировал я. - Но если вы предпочитаете оставаться в роли статистов при Малфое, я не настаиваю. Ухмылки мгновенно исчезли. - Ладно, ладно, шутка же, - проворчал Эван. - О чём эти занятия? - заинтересовался Торфинн. - Просто после них Виола всегда приходит так, будто разгружала все вещи с Хогвартс-экспресса в одиночку. - О том, как постоять за себя. Малфой ещё не сделал свой ход, но уверен, он его сделает. И лучше встретить его во всеоружии. Торфинн кивнул, лицо его стало серьёзным. Эван задумчиво покрутил свою ложку. - Ты прав, – тихо согласился он. – Ждать, пока он решит, кого из нас сегодня травить – не лучшая тактика. Я встретился взглядом с Нарциссой. Она молча наблюдала за нашим разговором, и в её глазах читалось одобрение. - Я тоже приду, - сказала она тихо. - Надеюсь у наследника Ноттов найдется для меня парочка хороших заклинаний? - Для леди Блэк всегда найдётся нечто особенное, – улыбнулся я. В глазах Нарциссы вспыхнул азартный огонёк. - А ты умеешь вызывать интерес, Тео. - Извините, что подслушал... - раздался вдруг неуверенный голос через стол. Оглянувшись, я увидел одного из моих однокурсников - тихого паренька, который блистал только на чарах, в остальных дисциплинах оставаясь середнячком. Альберт Блишвиг. - Да? - показал я, что слушаю. Альберт нервно поправил очки. – Я... я тоже хотел бы прийти. Если можно. – Он быстро оглянулся, словно проверяя, не смотрит ли на него Малфой. – Места хватит всем, – ответил я ровным тоном. – Приходи. Лицо Альберта просияло. – Правда? Спасибо, Нотт! Это было маленькое, но важное приобретение. Добровольное присоединение кого-то со стороны, а не из нашего ближнего круга. Нарцисса наблюдала за этой сценой с лёгкой улыбкой. - Похоже, твой круг растет, - заметила она. - Это только начало, - так же тихо ответил я. *** - Ступефай! - громко произнес Эван, взмахнув палочкой. Красная вспышка ударила в самодельный манекен в виде стула, но лишь слегка сдвинула его с места. Эван с досадой вздохнул. - Все еще слабо, - простонал он, когда такая же вспышка от Виолы врезалась в стул, протащив его на метр. - Все придет с практикой, - утешил я его, похлопав по плечу. - Вон у Виолы в первый день только красные вспышки получались. - А почему ты не потянул нас на практику с самого начала? - задался вопросом Торфинн, отдыхающий после часа тренировок. Нарцисса сидела рядом, читая очередную книгу, тоже пытаясь восстановить силы. Альберт стоял чуть поодаль от Эвана, также пытаясь научиться заклинанию. - Честно, даже сам не знаю. Виола напрямую пришла ко мне за покровительством, поэтому, наверное, я чувствовал за нее большую ответственность, - я кивнул в сторону покрасневшей девочки. - А так само заклинание не особо сложное, его бы нам все равно показали на курсе третьем. - Так ты знаешь заклинания уже за третий курс? - удивилась Нарцисса. - Только некоторые, - слегка приврал я, хотя доля истины была. Нарцисса одобрительно кивнула, а в глазах Эвана вспыхнул исследовательский интерес. – Значит, ты мог бы учить нас и другим вещам? – спросил он, уже явно представляя себе будущие занятия. – Возможно, – я позволил себе лёгкую улыбку. – Но давайте сначала освоим то, что действительно пригодится в ближайшее время. Вряд ли ребята Малфоя будут в вас адским огнем кидаться. Торфинн фыркнул: - Ему и его громил с дубинами хватит. Вот реально, в кого они такие здоровые? У них в предках тролли что-ли? Вон, Гойл вроде наш первокурсник, а ростом выше Тео, а в плечах раза в два шире! - Ты только им в лицо об этом не скажи. Воспримут за оскорбление семьи и могут хоть на дуэль вызвать, - усмехнулся Эван. Альберт робко приблизился, пока ребята были отвлечены на повторение заклинаний. - А мне точно можно здесь находится? – Ты уже здесь, – спокойно ответил ему. - Я не про это. Просто мой род... Блишвиг сейчас довольно слабый род и я боюсь, что мы можем пострадать от Малфоя. Мой отец занимает неплохой пост в министерстве, но рядом с Малфоями мы никто. – И? Что ты от меня хочешь? – спросил я, глядя на него прямо. Альберт сглотнул, но не отвел взгляд. - Если я буду с вами... я могу рассчитывать на защиту? - Насчет твоего отца я не знаю, ведь сила рода распространяется лишь на вассалов. Но ты... – я сделал паузу, давая ему понять вес своих слов, – пока ты под моей защитой, любое давление на тебя будет расценено как вызов мне лично. Альберт медленно кивнул, в его глазах читалось облегчение, смешанное с остатками страха. - Спасибо, Нотт. Я... я понял. - Можно просто Теодор. А теперь иди заниматься. Чем сильнее ты будешь, тем меньше у меня будет хлопот с твоей защитой. Нарцисса, наблюдавшая за разговором, тихо произнесла: - У меня есть знакомая со второго курса, полукровка. Может ее тоже пригласить? - Пока не нужно. Нельзя, чтобы мой круг стал пристанищем всех "убогих", как бы это плохо не звучало, - отрезал я. Нарцисса подняла бровь, но не стала спорить. Она понимала логику. - Сейчас для нас важнее качество, а не количество, - продолжил я, следя за тем, как Альберт наконец-то добился стабильного результата в заклинании. - Каждый новый человек должен приносить пользу. - А... Виола? - Она первокурсница. А первый курс, исключая некоторых... личностей, - вспомнил я Гойла. - это - мои ребята. Что полукровки, что чистокровные. Я указал на Виолу, которая помогала вновь принявшемуся за тренировки Торфинну с жестами. - Я взял Виолу, потому что ей хватило смелости меня попросить о защите. А ведь она ожидала, что я как Малфой, могу высмеять ее чистоту крови или как-либо ее оскорбить. Но рискнула. - И не прогадала, - хмыкнула Нарцисса. - Именно, – я повернулся к ней. – Малфой покупает верность страхом и положением. Но купленную верность можно перекупить. А вот добровольную преданность... – я усмехнулся, – её не купишь ни за какие галлеоны. Её можно только заслужить. - Понятно, - Нарцисса задумчиво посмотрела на Виолу. - Знаешь, я начинаю понимать, почему Беллатриса проявила к тебе интерес. - И почему же? - Ты другой. Не такого ожидаешь от наследника древней семьи. Но с другой стороны... это кажется очень даже правильным. - Может быть, может быть. *** Виола вышла из библиотеки, стремясь в гостиную. По трансфигурации задали уж слишком много домашки - пришлось аж до вечера провозиться. Коридор был пуст и плохо освещён. Она ускорила шаг, инстинктивно чувствуя себя неуютно в одиночестве. И не зря. Из ниши у статуи с отсутствующей головой вышли двое - Гойл и Крэбб. Они встали по обе стороны коридора, перекрывая путь. – Куда спешишь, Андерсон? – ехидно улыбнулся Гойл. Виола остановилась, сжимая палочку в кармане так, что костяшки пальцев побелели. Сердце заколотилось где-то в горле, но она не опустила голову. – Пропустите, пожалуйста, – сказала она, стараясь, чтобы голос не дрожал. – А мы что, мешаем? – Крэбб широко расставил руки, демонстрируя свою тушу. – Просто стоим. Разве нельзя постоять? Они медленно сближались, и Виола почувствовала, как по спине пробежали мурашки. Она вспомнила слова Теодора: «Не позволяй себя загнать в угол». – Я сказала, пропустите, – повторила она громче, опуская руку к палочке. Гойл усмехнулся. – О, смотри-ка, у нашей грязнокровки есть палочка. Думаешь, это тебе поможет? В этот момент из-за поворота вышел Теодор. Он не бежал, не кричал. Он просто появился, и его присутствие сразу изменило атмосферу в коридоре. – Возникли проблемы, джентльмены? – его голос был спокоен, но в нём слышалась сталь. Гойл и Крэбб замерли, обернувшись. Увидев Теодора, они заметно сдулись. – Мы просто... разговаривали, – пробормотал Крэбб. – Разговор выглядел очень односторонним, – заметил Теодор. Он скользнул взглядом по Виоле. – Всё в порядке? Она кивнула, не в силах вымолвить ни слова от облегчения. Теодор перевёл взгляд на Гойла и Крэбба. - Вы загородили проход. Свалите, - он взмахнул рукой. Ошарашенные здоровяки впечатались в стену, будто невидимая гигантская ладонь прижала их к каменной кладке. Они беспомошно задергались, глаза вылезали из орбит от ужаса и непонимания. Теодор не произнёс ни слова заклинания. Он даже не вынул палочку. – В следующий раз, когда решите потрогать кого-то из моих, – его голос прозвучал тихо, но перепуганные слизеринцы услышали все отчетливо. – вы проведёте в таком положении всю ночь. Понятно? Он снова едва заметно двинул пальцами, и Гойл с Крэббом с глухим стуком рухнули на пол, отчаянно хватая ртом воздух. – Убирайтесь, – бросил Теодор через плечо, уже поворачиваясь к Виоле. Он взял Виолу под локоть и повёл по коридору, оставив двух громил отползать в противоположном направлении. Виола смотрела на него широко раскрытыми глазами, в которых читался не только страх, но и благоговейный ужас. – Ты... ты не использовал палочку, – прошептала она. – Некоторые вещи не требуют палочки, – уклончиво ответил он. – Главное – твёрдая воля. Запомни это. И не позволяй загонять себя в угол. Где заклинания что ты учила? - Ну... ты появился слишком быстро, - неуверенно пробормотала Виола. - Да? Видимо, мне стоило подождать, - ухмыльнулся Теодор, заставив ее покраснеть. После чего его взгляд стал серьезнее. - Виола, ты должна быть готова действовать до того, как они перекрыли тебе путь. Первый «Ступефай» должен был прозвучать, как только они вышли из тени. Понятно? Он смотрел на неё не как на жертву, а как на ученика, допустившего ошибку. И в этом был странный вид заботы – он верил, что она способна на большее. Виола глубоко вздохнула и кивнула, сжимая свою палочку. – Понятно. Я... я запомню.