Випера Эванеско

Отдохнув и приведя себя в порядок, парни приготовились ко второму — и последнему на сегодня — визиту. На этот раз они оба нервничали гораздо сильнее, чем перед встречей с Уизли. Руки Драко так дрожали, что он не мог справиться с галстуком, и Гарри пришлось помочь ему. — Слушай, — сказал вдруг он. — Если ты не уверен, мы не обязаны это делать. — Я уверен, — твердо ответил Малфой. — Просто... иногда принятие последствий решения труднее, чем принятие самого решения. — Да, наверное, — согласился Поттер. Он прижался к слизеринцу всем телом и коснулся губами его шеи. — И все же они твои родители. — Это меня и пугает, — хмуро ответил Драко. Однако было видно, что он немного расслабился.

***

К огромному удивлению Гарри, Нарцисса приняла известие о том, что ее единственный сын встречается с ним, необычайно спокойно. Так, словно всегда знала, что однажды это случится. — Конечно, знала, — ответила она на соответствующий вопрос не менее удивленного Драко. — Ты был одержим мальчиком-который-выжил с одиннадцати лет. И ни о ком другом даже думать не хотел. Гарри улыбнулся, а Малфой смутился, глядя куда-то себе под ноги. — Вообще, я больше хотел его проклясть, а не... Уголки губ Нарциссы чуть заметно дрогнули, и Драко покраснел. Решив больше не мучить его, волшебница обратилась к гостю. — Гарри, вы не против поужинать с нами? Знаю, что с мэнором вас связывают не самые приятные воспоминания, но надеюсь, старания наших эльфов хотя бы немного развеют их. — Конечно, — улыбнулся Поттер. — С удовольствием. В этот момент одна из дверей распахнулась, и перед ними предстал хозяин особняка. Гарри отметил, что длительное заключение в Азкабане явно не пошло Люциусу на пользу. Он похудел, а его лицо приобрело нездоровый сероватый оттенок. Однако глаза остались прежними — холодными и цепкими. — Мистер Поттер, — произнес отец Драко. — Какая честь. — Мистер Малфой, — спокойно ответил Гарри, приветствуя его. Драко вышел вперед и с вызовом произнес, твердо глядя в глаза мужчины: — Отец, хочу официально представить тебе Гарри, — он сглотнул, но не отвел взгляд, стараясь не выдать невероятное волнение, охватившее его. — Как моего парня. Люциус долго молчал, и Драко нахмурился: — Если тебя что-то не устраивает... мне наплевать. Я принял решение и собираюсь быть с ним так долго, как он этого захочет. А теперь можешь накричать на меня или придумать какое-то наказание — мне все равно. — Я не собираюсь кричать на тебя, Драко, — спокойно ответил мужчина, обдумав слова сына. — Но... — Ты сделал правильный выбор, — взгляд Люциуса переместился на Гарри, сканируя его с ног до головы. — Пожалуй, нельзя придумать ничего лучше. — Что?! — А что тебя удивляет? — вскинул брови Малфой-старший. — Мистер Поттер — самый могущественный и влиятельный волшебник современной магической Британии. Союз с ним... необычайно выгоден. Казалось, Драко не мог поверить тому, что слышит. — Я встречаюсь с ним не ради влияния или чего-то подобного. Я — не ты, — холодно произнес он, глядя на отца. Тот натянуто улыбнулся. — Тем не менее, ты поступил правильно. И ты не можешь этого отрицать. Драко тут же отступил на шаг и повернулся к матери. — Прости, но мы не сможем остаться на ужин. Мы уходим. — Драко! — крикнул Люциус, однако больше сын его не слушал. Взяв Гарри за руку, он выхватил палочку и тут же перенес их обратно на площадь Гриммо.

***

Драко трясло. Он сидел в кресле, обхватив себя руками и уставившись пустым взглядом куда-то вперед. Гарри сел рядом и попытался обнять его, однако Малфой отстранился, не позволяя сделать это. — Посмотри на меня, — тихо сказал Поттер. — Нет. — Пожалуйста, Драко. Взгляд Малфоя был измученным. Он ядовито прошипел: — Наверное, ты сейчас думаешь, что я действительно пошел на отношения с тобой ради... ради... — Драко, — Гарри взял его за подбородок и заставил приподнять голову. Стер злые слезы, пробежавшие по лицу. — Я достаточно хорошо тебя знаю. — И что? — упрямо ответил слизеринец. — А то, что если бы ты не испытывал ко мне чувств, ты бы скорее согласился встречаться с водяным чертом, чем со мной, — улыбнулся Поттер. На лице Драко отразилась неуверенная улыбка. — Ну и сравнения... — усмехнулся он. — Твой отец... — продолжил Гарри. — Он привык так жить и так мыслить. Но ты — не он. — Я знаю, — выдохнул слизеринец. — Но все равно меня это убивает. — Ну, — ответил Поттер. — Подумай о плюсах. — Это каких? — К примеру, о том, что он не будет доставать нас и портить нам жизнь. — Еще как будет, — грустно усмехнулся Малфой. — Просто по-другому. Гарри снова попытался притянуть его к себе, и на этот раз Драко не стал противиться. Он крепко прижался к боку гриффиндорца и уткнулся лицом в его плечо, словно пытаясь спрятаться от всех навалившихся проблем. — Вообще, после всего, что мы пережили, — продолжил Поттер. — Думаю, Люциус Малфой — меньшее зло. Драко улыбнулся. — Не хочу больше думать о нем. В конце концов, это наше первое Рождество, и... — Да. Мы просто обязаны сделать его незабываемым, — на лице Гарри тоже появилась улыбка. — Главное — не связываться с недожаренными индейками, — усмехнулся Малфой, и Поттер, рассмеявшись, от души согласился с ним.