«Моя милая пустота»

      Время в последние пару недель невозможно долго тянется. Дни похожи один на другой, бесконечный порочный круг: работа, дом, работа…Постепенно блондин входил в состояние апатии, всё чаще забывал или забивал на еду, сон и прочие людские потребности. Собственное состояние волновало врача намного меньше, чем состояние пациентов. Блондин отдавался работе целиком и полностью. И такую самоотдачу стали замечать другие врачи и медсёстры. Конечно же они стали всячески подбивать и намекать голубоглазому на отпуск, старались вытащить на общий обед и попить чая, но всё тщетно. Белокурая бестия, именно так шутливо называли врача медсестры, продолжал игнорировать советы коллег.       Важным звоночком в голове Альбедо стало то, что он начал путать термины, заболевания и назначения. Словно провинившийся ребёнок голубоглазый писал заявление на отпуск, как в кабинет без звучно зашел главный врач диспансера. Мужчина подобно коту медленно прошел к столу молодого врача, рассмотрел лежащие на столе документы и, заметив заметную бумажку, мягко улыбнулся, кладя руку на чужое плечо. Крайдеприц вздрогнул от неожиданности, стал подгребать лежащие на столе бумаги, словно и правда что-то натворил. Главврач мягко улыбнулся и обратил внимание на стопку историй на столе. Среди них красовалась выписная история того самого тёмноволосого парня. — Его кто-то заберёт? — произнес мужчина.       Голубоглазый снова немного вздрогнул, чтобы отойти от состояния некого испуга. И правда... У заболевания Сяо постепенно началась стойкая ремиссия и настала пора его выписывать, но Альбедо совершенно позабыл о недавно случившейся трагедии... — Разберись с этим Альбедо. — не дожидаясь ответа, произнес мужчина, аккуратно забирая с чужого стола заветное заявление на отпуск.       Часть дня блондин находился в неком трансе, пытаясь понять, что делать с Сяо дальше, он всё ещё немного нервозный и физически слабый. В голову приходит лишь одна Гань Юй, которая в кротчайший сроки после звонка врача вновь оказывается на кресле в кабинете голубоглазого. Синеволосая хлопала глазами, попутно слушая безумный, как ей показалось, рассказ врача о состоянии и течении лечения Сяо. В конце монолога девушке оставалось разве что похлопать в ладоши и начать кричать «браво», а Альбедо встать и сделать низкий поклон. — В общем и целом, я хотел бы вас попросить, чтобы на время Сяо пожил с вами. Ему нужно окончательно окрепнуть, под присмотром. —подытожил блондин.       Гань Юй немного замялась, стала отводить взгляд, а на её лице виднелась некая нотка вины и пару грамм отчаяния. — Извините, но я не смогу... — синеволосая опустила взгляд в пол.       Альбедо немного удивился, но не стал расспрашивать девушку, наверное что-то личное и лучше не лезть. Какое-то время они ещё обсуждали Сяо и его состояние, так и не придя к какому-то решению. Чай допит, а вопрос о размещении Алатуса остался открытым.       День был долгим и тяжелым, голова словно камень тянула к земле. Мысли о Сяо вновь не дают покоя, как в детстве. В какой-то момент блондин задумался, а что, если он уйдет в отпуск и на это время присмотрит за брюнетом у себя дома, в конце концов он врач! И определенно сможет качественно проследить за другом и помочь реабилитироваться окончательно. Ноги несут Крайдепринца в кабинет главного врача, где юноша начинает свой безумный рассказ вновь. Мужчина сцепив руки в замок и подперев ими голову внимательно слушает. На самом деле он давно подумал об этом, но ждал, пока молодой гений сам придет к этому решению и наконец уйдет в долгожданный отпуск.

***

      Вот уже около недели Сяо живет с Альбедо. Под чутким присмотром врача, он хорошо питается, получает все необходимые таблетки и в принципе его состояние постепенно возвращается в норму. Их завтрак, обед и ужин проходили совместно, наконец Крайдепринц начал нормально питаться, по большей части из-за поселившегося в его доме брюнета.       Казалось, что они молодая семейная пара, что живет в гармонии и взаимопонимании уже долгое годы. Не обходилось без совместных прогулок и на удивление всё протекало как-то слишком гладко.       В один из холодных вечеров блондин, устремив взгляд в телевизор, совсем не заметил, как из ванной вышел златоглазый, что аккуратно пробрался поближе и уселся около чужих ног. Мокрые тёмные волосы одарили прохладой оголенную до колена часть тела, от чего голубоглазый вздрогнул и устремил пару глаз на сидящего парня. — Нужно высушить, заболеешь. — кратко произнес Альбедо, словно поставил перед фактом, не дав даже шанса на другое стечение обстоятельств.       Так же молча поднявшись с дивана, златовласый направился за феном и расческой. Меньше минуты, пара команд чуть ли не в приказном тоне от Альбедо и Сяо уже сидит спиной меж чужих ног. Горячий воздух стремительно пытается избавить непослушные тёмные волосы от влаги. Брюнет подобно коту стал невольно, а может и специально, тереться головой о чужую ногу. Глаза Крайдепринца округлились, а сердце на миг замерло. Сам виноват, что согласился на это…Альбедо ведь прекрасно понимал, что всё ещё питает какие-то чувства к другу, которые, как он думал, давно прошли, спрятались где-то за сердечной сумкой и вросли в мышцу. Но за всё это краткое время, что Алатус поселился в его доме… Ни на секунду блондин не мог выкинуть из головы мысли об этом парне. — Сяо, не ёрничай — всё так же в неком приказном тоне произнес голубоглазый, но его словно не слышали.       Брюнет нежно стал обнимать чужую ногу, ластясь и улыбаясь. Вспоминалось детство, когда Сяо баловался, лез обниматься и целовать белоснежные щеки Крайдепринца. Тёмноволосый юноша не останавливается и постепенно поднимается с пола. Пара мгновений и ошарашенный Альбедо уже лежит прижитый к дивану. Одна нога Сяо остается на полу, а вторая размещается меж чужих ног в области паха, руки крепко держат чужие, а пара золотых глаз пристально смотрит в лазурно-голубое бушующее море. В таком положении и полном молчании парни находится пару минут. Никто из них не спешит нарушать зрительный контакт, как и физический. На лице брюнета всплывает ехидная улыбка, он медленно наклоняется к постепенно краснеющему лицу врача, что вот-вот задохнется от волнения и неожиданности. — Спасибо, что высушил волосы, Бедо — наклонившись к чужому лицу, чуть ли не мурлычит брюнет в самое ухо, опаляя его горячим дыханием. Сяо резко отдаляется и, усевшись рядом, заливается смехом. Врач, что на работе постоянно невозмутим и серьезен, сейчас краснеет и смущается как школьник во время пубертата.       Голубоглазый тяжело вздыхает, закрывает лицо руками, не может выдавить из себя и пары фраз. Он лишь какое-то время лежит в таком положении, а после, кинув строгий взгялд на улыбающегося брюнета, встает и уходил куда-то. Возвращается он со стаканом воды и горстью таблеток. Сяо закатывает глаза, вздохнув, он берет в руки всё, что принес Альбедо и выпивает таблетки. Время сна медленно наступает и голубоглазый с доброй улыбкой желает доброго сна «соседу», который почему-то не спешит в свою комнату, наоборот увязывается за Альбедо и останавливается уже возле чужой кровати. — Давай поспим вместе, как в дестве.       Уже накинувший на себя одеяло Альбедо приподнимается на локтях и смотрит на Сяо. Ну не может он сопротивляться... И вот брюнет обнимает его сзади, крепко прижимается и быстро засыпает. «И, бывает, даже тает под ногами лёд, когда наступаю на ошибки прошлого. Как можно аккуратно, но не слишком осторожно.»       Альбедо быстро заснул вслед за своим другом, он радовался, что смог помочь, что хорошо следит за питанием и приёмом таблеток Сяо. Но горсть размокших разноцветных круглешков под матрасом в комнате Алатуса говорили об обратном.