Тайна Ривэри

***

Сознание возвращалось медленно, болезненными толчками. Первым вернулся запах: настолько тошнотворный, что желудок Ривэри сжался в спазме. Так пахнет давно забытая скотобойня, смешанная с болотной гнилью. Вторым пришло ощущение поверхности под спиной: что-то влажное, липкое, с острыми неровностями. Мог ли Ривэри вообразить, что именно развернется вокруг него? Нет. Именно поэтому широко раскрыл глаза, но тут же пожалел о своем поспешном решении. Он находился посреди пространства, абсолютно не вписывающееся в рамки действительности. Небо над головой отсутствовало – вместо него простиралась бесконечная серая муть, подсвеченная багровыми прожилками. А земля устлана костями и свежими трупами: они лежали слоями, образуя своеобразный ковёр из позвонков, рёбер, черепов самых разных форм и размеров, из которых сочилась чёрная слизь, кишащая личинками. – Т-так... Спокойствие, – поднимаясь на ноги, омега сделал несколько аккуратных шагов, желая как можно скорее сойти с мёртвых. Однако очень быстро одна нога увязла в вязкой чёрной жиже. – Ой... Фу. Он рванул ногу изо всех сил, и почти сразу ступня выскользнула из хватки с противным хлюпающим звуком. При этом сам Ривэри немного качнулся в сторону, неуклюже свалившись вниз и перекатившись прямо на груду костей, которая с хрустом поддалась под его весом. – Мерзость какая, – прошипел он, отплёвываясь от какой-то трухи, попавшей в рот. Затем трясущимися руками оперся о чей-то череп и встал на четвереньки, стараясь распределять вес между ладонями и коленями так, чтобы не проваливаться в мертвечину. – Прекрати ёрзать! – раздался сухой скрежещущий голос. – Ты меня сломаешь! – А? – Ривэри замер. Сердце, только начавшее успокаиваться, снова ухнуло в пятки. Он медленно опустил голову, заметив под правой ладонью череп, у которого глазницы светились тусклым болотным огнём, а челюсть, усеянная кривыми зубами, шевелилась, задевая пальцы: – Чё вылупился, дурень?! – Ты... говоришь? – Кое-кто тоже, надо полагать! Хотя, судя по тому, как ты тут раскорячился, с мозгами у тебя явно проблемы. Имей совесть, живчик! Уйди! – Прошу прощения, – Ривэри отдёрнул руку, и череп с глухим стуком тюкнулся обратно в кучу костей. Сам же Рири, наконец, смог встать. – Как грубо! – череп попытался принять более-менее вертикальное положение. – Ты как сюда попал, придурок? Жить надоело? – Знать бы ещё куда, – неловко ответил он. – Какая это часть... Авиата? Я же в авиате, да? – О, Великая Бездна, дай мне терпения! – череп закатил свои светящиеся глазницы так выразительно, словно у него всё ещё были веки. – Слушай сюда, недоразумение. Ты в Нижних вязких слоях Авиата. Здесь не ходят просто так, даже местные. Лучше беги, пока это место не пожрало твою плоть и не сделала таким, как я. И побыстрее, ведь, глядя на тебя, процесс много времени не займёт. Ривэри нервно сглотнул, окидывая взглядом бескрайнее кладбище. Серый туман клубился где-то на горизонте, и выхода, как казалось, совсем невидно. – Мне нужен открытый портал. Я не вижу ни одного... Как мне отсюда выйти? – Я тут, как видишь, сам увяз, – череп издал звук, отдалённо напоминающий смех. – Так стоит ли спрашивать? – Увяз? – Ривэри оглядел груду костей под ногами, затем снова перевел взгляд на говорящий череп. – А ты думал, я тут по собственной воле прохлаждаюсь? – тот попытался перевернуться, но только беспомощно заскрежетал по позвонкам. – Шёл к открытому разлому, между прочим. Уже видел его, рукой подать оставалось. И тут эта тварь... – Какая тварь? – насторожился Ривэри. – Та, что пожирает заблудших, – прошептал он. – Та, что превращает живых в мёртвых, а мёртвых в ничто. Это... Череп не договорил. Из серой мути над ними донёсся звук, похожий на вибрации, от которой у Ривэри заложило уши, а кости под ногами начали мелко подрагивать. – О нет, – выдохнул череп. – Оно пришло. Не хочу на это смотреть, так что прощай, живчик. – Эй! Эй, погоди! Что значит «прощай»? – Ривэри заметался, пытаясь найти укрытие, но вокруг была лишь бескрайняя равнина из мертвечины. – Куда бежать? Где ты видел разлом? Но череп уже не отвечал. Огоньки в его глазницах погасли, и он снова стал обычной костью – одной из миллионов. Туман тем временем заклубился сильнее. Сквозь багровые прожилки неба начало проступать нечто бесформенное, перетекающее само через себя. А когда опустилась на землю, буквально сочилась сквозь пространство, оставляя за собой шлейф абсолютной пустоты: там, где проходило это нечто, кости истлевали в пепел. – О, боги... – Ривэри сделал шаг назад, потом второй. Одна нога снова провалилась в чёрную жижу, но теперь он даже не поморщился. Страх затопил всё тело липким холодом, куда более мерзким, чем трупная слизь. «Чёрт... Где же выход?» – прохрипел в мыслях. И тут его взгляд упал на череп. Тот самый, который только что говорил с ним. – Ладно, была не была! – Ривэри прыгнул вперёд, поскальзываясь на влажных костях, и в момент, когда колено уже подламывалось, рванул руку вниз. Пальцы сомкнулись на холодной гладкой кости. Он схватил череп и ринулся бежать. – Ай! Совсем с головой непорядок?! – взвизгнул череп. Его глазницы полыхнули возмущённым огнём. – Ты что творишь?! – Где разлом? – выдохнул он на бегу. – С ума сошёл?! Я там был хрен знает сколько времени назад! – голос черепа дребезжал от тряски. – Всё могло сместиться! Или его давно закрыли с другой стороны! – Думай! – рявкнул Ривэри, перепрыгивая через груду черепов поменьше. – Ты же хотел жить? Ну так подсказывай! – Я уже мёртв! – Разберёмся по ходу дела! Сзади хлюпнуло. Тварь меняла траекторию. Череп, замечая изменения, замолчал на секунду, а потом его глазницы полыхнули ярче: – Налево! Там был холм из тазовой части! За ним провал! Ривэри свернул, едва не вписавшись плечом в торчащий позвоночник. Лёгкие горели. Сам холм показался внезапно. Высокая, нестабильная куча костей, которая грозила обрушиться от любого прикосновения. – Туда! – череп дёрнулся в его руках. – Вижу! – оборвал его Ривэри. И правда... За той кучей, метрах в пятидесяти зияла чёрная воронка. – Беги быстрее! – заорал череп. – Она прямо за нами! Ривэри не оборачивался. Он чувствовал, что тварь близко, ведь спина ощущала ледяное дыхание пустоты, от чего волосы на затылке встали дыбом. – Ай! – омега случайно плечом влетел на холм, и кости поползли вниз. Ноги заскользили. Ривэри взмахнул свободной рукой, пытаясь удержать равновесие, но тот рушился быстрее, чем он бежал. – Прыгай! Сейчас! – завопил череп. Однако юноша уже оттолкнулся от осыпающегося склона и прыгнул в пустоту, не зная, долетит ли. В полёте он инстинктивно прижал череп к груди обеими руками, закрывая его собой, словно тот был самым ценным, что у него есть. Ветер засвистел в ушах, багровое небо перевернулось, серая муть исчезла... Удар. Жёсткий, выбивающий дух. Ривэри проехался по чему-то твёрдому, приземлившись на ноги, при этом уперевшись спиной об огромный камень. – Как же больно... – зашептал он, не в силах разомкнуть объятия. Пальцы судорожно вцепились в череп, прижимая его к груди с такой силой, словно от этого зависела жизнь. – Мне тоже, между прочим, – раздался возмущённый голос откуда-то из района его ключицы. – Нежнее, идиот! – Извини, – Ривэри ослабил хватку ровно настолько, чтобы костная голова смогла повернуться в его руках и уставиться светящимися глазницами ему в лицо. Несколько секунд они просто смотрели друг на друга. Затем Рири все же огляделся, только сейчас начиная осознавать, что это явно не обычная земля. – Где мы? – выдавил он. Череп огляделся, насколько это позволяла фиксация в человеческом захвате: – Похоже на внешние скальные пустоши. Граница с Нижними слоями, но уже не трясина. Тут безопасно. Относительно. – Разве разлом не должен вести наружу к людям? Почему мы всё ещё в авиате? Ривэри аккуратно, почти благоговейно поставил костяную голову на ближайший плоский камень. Тот довольно хрустнул челюстью и покрутился. – Потому что не все они связаны с миром людей, – фыркнул череп, устанавливаясь поудобнее. Ривэри, однако, обессиленно сполз по камню, на который только что опирался спиной, и сел прямо на землю, не в силах больше держаться на ногах. Каменистая почва под ним была сухой и твёрдой – после мерзкой трясины это казалось почти благословением. – Плохи дела, – омега потёр переносицу, размазывая кровь по лицу. – И как теперь найти подходящий? Мне нужно вернуться до того, как семья узнает. – Дай угадаю. Сбежал из дома и попал в неприятности? – Нет. Я был в академии и меня затянуло в новообразовавшийся круг. – Академии? Хох. А ты у нас, видать, из знатных, да? – Если это можно так назвать... – Не суть. Давай лучше представимся. Моё имя Мануэль Анхель Дель Де Мар. Можно просто Мануэль. – Мануэль? Имя вполне человеческое. Я уж думал ты какой-нибудь низший демон. – Я человек, – голос черепа Мануэля вдруг утратил скрежещущие нотки и стал почти нормальным. – Член гильдии «Крюк» в портовом городе. По крайней мере был им, пока не сунулся туда, куда не следовало. Ну а ты? Как твоё имя, неудачник? – Ривэри Винет. – Винет? – Мануэль неуверенно переспросил. – Случаем не... – Да. Принц Ривэри Винет. Член Тимерийской императорской семьи Винет. – Ёбаный рот. То есть... Ты у нас отпрыск того самого Императора Флориана? Или там уже какая-то другая ветвь? Только не говори, что его сыновья пустили корни и расплодились. – Я родной брат его супруга, если коротко. Но твои слова всё равно обидные. Не говори так о моей семье. – А-а-а... – протянул Мануэль. Свет в его глазницах несколько раз моргнул. – Ну надо же. Никогда не думал, что мой последний собеседник перед окончательным разложением окажется такой особой. Хотя... Не буду лгать. Честно говоря, я вашу семейку не перевариваю. – Оно и видно. Впрочем, не важно. Нам надо отсюда выбираться. – Хочешь искать новый открытый портал? В этой части Авиата бесполезно. Они, скорее всего, тоже будут вести на другие слои. – Почему? – Ривэри попытался встать, но ноги предательски подкосились, и он снова сполз по камню. Оказавшись свидетелем этой жалкой попытки, Мануэль издал звук, похожий на цоканье языком. Хотя откуда у черепа язык, оставалось загадкой. – Да уж... Слабоват ты для Винета. Я думал, вас с пелёнок учат всяким жутким штукам и устраивают проверки на выживание. – Не знаю, откуда ты это взял, но это неправда. – А то, что ваши могут кишки силой мысли выворачивать? Или внутренний мир человека просмотреть. Тоже ложь? Слышал, один из сыновей Флориана даже имеет целых два потока энергией, что делает из него и Светлого мага, и Черномаг одновременно! – А это уже правда, – Рири через силу улыбнулся. – Но не про меня. – То есть ты... того? – Мануэль не стал смягчать формулировку. – Бракованный? – Видимо, да. Но это неважно, – Ривэри отвернулся, разглядывая серые скалы на горизонте. – Важно то, что я здесь, а не в академии. И мне нужно вернуться до ужина. – До ужина? – передразнил он. – Сладкий мой, ты хоть понимаешь, как течёт время в Авиате? Пока мы тут разговариваем, там мог пройти час, а мог год. Здесь свои законы. Ривэри замер. Кровь отхлынула от лица, сделав его и без того бледные черты почти прозрачными. – Год? – переспросил он севшим голосом. – Но я не могу… Меня же хватятся! – О, Великая Бездна! Только не начинай ныть! – череп попытался закатить глаза, но, не имея век, просто погасил свет в глазницах на секунду. – К чему такая паника? – К тому, что если Адэм расскажет императору и моему брату, то они не только академию... весь город вверх дном перевернут! Люди могут пострадать! – Тьфу. Запутал ты меня. Короче... Если и перевернут, то правильно сделает. Но сидеть на заднице и ждать, пока тебя спасут – не вариант. Давай-ка, поднимайся. Если тут Внешние пустоши, значит, где-то должна быть тропа к Перекрёстку. Она самая безопасная. Конечно, как я уже сказал, тут мы вряд ли найдём нужный портал, ведущий в людские земли, но можно поискать около адских границ. Главное, самим демонами на глаза не попасться. – Для обычного человека из гильдии ты как-то слишком уж осведомлён об Авиате, – задумался Ривэри. Но немного о другом. – А ведь точно... Демоны! И как я сразу не подумал? Надо попасть к Люферу! – Чего? – Мануэль аж подпрыгнул на камне от неожиданности. – Ты головой ударился, живчик? Я же сказал: демонам на глаза не попадаться! А ты собрался к ним в гости напрашиваться?! – Учитывая, что каждый проход может привести неизвестно куда, стоит ли рисковать, пробуя их наудачу? Особенно те, что расположены близко к границе. Они ведь могут перенести на совершенно противоположный конец света. Гораздо разумнее сразу же отправиться к дяде Люферу. – И не боишься?! – Он же почти родня. Так чего мне бояться? Мануэль издал звук, подозрительно напоминающий сдавленный кашель: – Хочешь сказать, что твоя семейка в таких отношениях с демонами, что у них шастают туда-сюда через личные порталы? – череп, казалось, даже слегка побледнела. Хотя куда уж бледнее. – Я, конечно, слышал, что император Флориан не промах и водит дружбу с сильными мира сего... но чтобы с такими? Неужто подобное узаконили, пока меня не было? – Это неважно. Лучше показывай дорогу. Мануэль несколько долгих секунд сверлил Ривэри светящимися глазницами, словно пытался просверлить в его черепе дыру и заглянуть прямо в мозги – проверить, не повредились ли они окончательно после падения. – Ты либо невероятно смелый, либо невероятно глупый, – наконец изрек он. – Склоняюсь ко второму. Но выбираться отсюда действительно надо. Ладно. Видишь вон ту гряду? – он мотнул костяной макушкой куда-то в сторону, насколько это вообще возможно без шеи. – Если я правильно помню, за ней начинается относительно ровная поверхность. Тропа должна быть где-то там. Жители авиата не любят Внешние Пустоши. Тут слишком мало живой плоти, чтобы ей лакомиться. Так что у нас есть шанс дойти без приключений. Ривэри с трудом поднялся на ноги. Тело ломило, словно он сутки разгружал телеги с углем, а одежда пропиталась трупной слизью и противно липла к коже. Он брезгливо поморщился, но сил на эмоции уже не оставалось. – А ты? – он посмотрел на череп. – Тебя нести? – О, какой джентльмен! – язвительно протянул Мануэль. – Сначала чуть не задушил в объятиях, а теперь предлагает руку и сердце? Бери, конечно! Только смотри, не урони. Я, может, и мертв, но чувствительность к ударам никуда не делась. Иллюзия жизни, знаешь ли. Ривэри осторожно взял череп в руки, стараясь держать его так, чтобы тому было удобно обозревать окрестности. Мануэль довольно хмыкнул и принялся командовать направлением: – Левее. Теперь прямо. Да не наступай на этот камень. Он явно Демонический. Ещё проклянешься! – Откуда ты знаешь, что демонический? – Профессионал видит сразу. К слову, хороший материал. В гильдии за такой дали бы... – Ты сейчас серьезно думаешь о деньгах? – перебил его Ривэри, с трудом перебираясь через каменные завалы. – По твоему, я перестал быть собой только потому, что лишился тела? – фыркнул Мануэль. – Я всегда думаю о деньгах. Это помогает не сойти с ума. Разве плохо? – Наверное, нет, – омега перехватил череп поудобнее и двинулся дальше, стараясь ступать осторожнее. Пустошь встретила их гробовым молчанием. Серые скалы тянулись к багровому небу острыми пальцами, между ними петляла едва заметная тропа, усыпанная мелкой каменной крошкой. – Ты, кстати, выглядишь странно для человека, – вдруг вновь заговорил Мануэль. – Хотя, наверное, просто страшненький. – Спасибо на добром слове, – буркнул Рири, перешагивая через трещину в камне. – Очень поддерживает. – Ты правда уродливый, – череп хрустнул, устраиваясь поудобнее в его ладонях. – И хилый. Качаться не пробовал? – Какой ты, однако, не культурный. – А что поделать? Меня убивает скука. Да и если ты принц, это ещё не значит, что я должен тебе льстить. – И всё же говорить человеку, что он уродливый – такое себе развлечение. Даже если это правда. – Не вижу, чтобы ты сильно злился. – К твоему счастью мне не привыкать. Но к твоему сожалению, я в любой момент могу швырнуть тебя в ближайшую расщелину. Лучше не доводи. – Справедливо. Но ты правда страшненький. И что это за шрамы в виде точек на веках и вокруг губ? Тебя что, иголкой тыкали? К слову, татуировки тоже, как по мне, лишние. Пытаешься выделиться? Как бы в будущем о них не пожалел. Ривэри не нашёл, что ответить. Только вздохнул и продолжил путь, стараясь не думать о том, как сильно болит каждая мышца и насколько отвратительно он, должно быть, выглядит со стороны. – О, кстати, – болтливый череп снова заговорил. – Ты не сильно то мной и брезгуешь. На твоём месте я бы сто раз подумал, прежде чем с подобным возиться. Да и удивлялся вроде недолго. Как-то странно. – Не важно, – он тяжело вздохнул. – Больше лучше не спрашивай об этом. – Болезненная тема? Ривэри снова ничего не ответил. Только сильнее сжал пальцы на гладкой поверхности черепа и ускорил шаг. Мануэль, к его удивлению, действительно сменил тему. Он, несмотря на своё плачевное состояние, оказался неожиданно полезным проводником. Череп знал, где обойти опасные участки, какие камни не стоит трогать, и даже пару раз предупредил о приближении каких-то тварей. – Слушай, – наконец решился спросить Ривэри, когда они остановились передохнуть у подножия очередной скалы. – Так как ты оказался здесь? И почему превратился в… ну, в это? – Долгая история. – А если вкратце? – Вкратце? – переспросил он. – Хорошо. Вкратце будет так: я был лучшим в гильдии «Крюк». Не хвастаюсь, но за двадцать лет работы не провалил ни одного контракта. Ни одного! Люди платили бешеные деньги, чтобы я нашёл их пропавших родственников или украденные реликвии. И всегда справлялся. Ривэри молчал, давая ему выговориться. – А потом объявился богатый купец, – продолжил череп. – Дочь у него пропала. Девчонка, помнится, была красивая. Яблоки иногда нам таскала. Но даже так никто не брался, потому что следы вели в Авиат. Самоубийство – говорили все. «Она уже точно мертва, если и правда туда попала. Лучше дождаться специалистов, которые просто закроют разлом». Но я же умный, чёрт возьми, и подготовился. Артефакты защиты, карты слоёв, тимерийская амуниция... Всё продумал. Только не учёл, что даже самая лучшая подготовка бессильна против человеческой глупости. Ривэри замер, ожидая продолжения. Мануэль молчал так долго, что он уже решил, будто череп уснул. Или впал в подобие транса, доступное мёртвым. Но потом глазницы снова полыхнули тусклым светом. – Я нашёл её. Девчонку. Она была жива, представляешь? Три недели в авиате и жива. Чудо, конечно. Но чудо с гнильцой! – В смысле? – В прямом. Она не хотела уходить, – Мануэль хрустнул челюстью. – Привязалась к одному местному... Как бы это назвать... Сущности? Демону? Твари? Я так и не понял, кем он был. Но она смотрела на него такими глазами, какими моя бывшая жена на меня никогда не смотрела. Даже в лучшие годы. – И что ты сделал? – Контракт есть контракт. Попытался забрать силой. – Мануэль издал звук, похожий на горький смех. – В итоге , не вышло. Тот монстр, хахаль её, бросил меня в эти костяные слои. Там же я попытался бежать к разлом, ну и дальше ты знаешь. – Хм... – Ривэри лишь хмыкнул. – Что «хм»? – возмутился Мануэль. – Я тут душу изливаю, можно сказать, исповедуюсь перед окончательным разложением, а он только хмыкает! – Мне нечего сказать . – Ну и пожалуйста, – обиженно фыркнул череп. – Не хочешь делиться мудростью – не надо. Я вообще-то не каждый день откровенничаю! Тем более с какими-то... – он запнулся, прикидывая, стоит ли договаривать «принцами» и благоразумно замолк. Ривэри кивнул и поднялся. Отдых закончился. Нужно было двигаться дальше, пока силы окончательно не покинули измученное тело. Они шли еще долго. Точнее, шел Ривэри, а Мануэль то был в руках, то висел у него под подмышкой, временами покрикивая: «Левее!», «Правее!», «Осторожно тут яма!». Тем временем пустошь постепенно менялась. Скалы становились ниже, словно кто-то срезал их вершины гигантским ножом. Каменистая почва уступала место спекшейся, потрескавшейся земле, а воздух, казалось, становился гуще. – Чувствуешь? – тихо спросил Мануэль. – Да. Запах серы, – Ривэри поморщился. – И еще что-то... Мёд? – Наверное, это граница, – подтвердил череп. – Демонические земли близко. Дальше я не ходок. Вернее, ходок, но без гарантий. Ривэри остановился, всматриваясь в горизонт. Впереди, где серая муть неба встречалась с багровой землей, проступали очертания чего-то огромного. – Не похоже на демонические земли. Как-то не сильно густо. И точно не часть дяди Люфера. – Уверен? – Под его контролем обширная территория. Там имеются рынки, множество жилых домов, усадьбы. Плодородные угодья... А тут просто дворец возле крошечной деревушки. Ещё и, похоже, совсем не жилая. – Подойди ближе ко входу. Посмотрим, что за дыра. Хоть примерно понять, где мы находимся. Ривэри осторожно двинулся вперед, прижимая череп к груди. Вскоре они оказались перед величественной аркой, над которой красовалась внушительная надпись «Иридель». – «Иридель» разве не имя богини? – спросил Мануэль. – Может, назвали в её честь? – В обители демонов назвать что-то именем божества? Сам себя слышал сейчас? – Да, звучит странно, – Ривэри нахмурился, разглядывая арку. Резные символы отливали тусклым серебром, будто были выкованы из металла, покрытого патиной. – Ладно, давай зайдём. Пройдём через него и выйдем с задней стороны, – Ривэри перехватил череп поудобнее и шагнул под арку. Они ожидали увидеть что угодно: выжженную пустошь, руины, очередное кладбище. Но то, что предстало перед ними, заставило омегу замереть на месте. Местечко оказалось... красивым. И далеко не таким, каким виделся изнутри. Узкие улочки вымощены тёмно-синим камнем, который мягко светился в полумраке, словно впитал в себя свет звёзд. Дома с остроконечными крышами тесно жались друг к другу, их стены увивал плющ с серебристыми листьями. А где-то вдалеке даже журчала вода. – Похоже на ловушку, – прошептал Мануэль. – Слишком хорошо выглядит. Ривэри сделал несколько шагов вперёд, оглядываясь. Пусто. Ни шороха, ни звука шагов, ни голосов. – Есть тут кто? – крикнул он, и эхо его голоса заметалось между домами, отражаясь от стен, многократно усиливаясь, превращаясь в сотни шёпотов: «кто-кто-кто-то-то-то...» – Не ори, придурок! – зашипел Мануэль. – Мы не знаем, что здесь водится! – Я не чувствую жизни. – Вот именно! Целый город и никого?! Это ненормально даже для авиата! Меня от этого места в дрожь бросает. Ривэри прислушался к своим ощущениям. Странное дело – здесь, за стенами Ириделя, он вдруг почувствовал... покой? Впервые с того момента, как провалился в чёрный круг, мышцы перестали ныть, головная боль утихла, даже тошнота отступила. – А мне здесь хорошо, – сказал он удивлённо. – Не чувствуешь? Дышать легче стало. – Только если твои потные руки, – буркнул череп, но потом добавил чуть тише: – Может, ну его? Пошли обратно. – Выйдем с другой стороны. Они двинулись по центральной улице. Ривэри заглядывал в окна: за ними было темно, но кое-где мелькали очертания мебели, будто жители вышли на минуту и должны были вот-вот вернуться. А в одном из них на подоконнике даже стояла чашка с чем-то, отдалённо напоминающим остывший чай. – Смотри! – Мануэль мотнул черепом в сторону. На перекрёстке стоял фонтан. Из пасти каменной рыбы лилась прозрачная вода, падая в широкую чашу. К ней-то Ривэри и подошёл, но тут же отшатнулся, увидев отражение. Мануэль не врал: осунувшееся, бледное до синевы лицо с запёкшейся кровью на скуле и дикими глазами действительно выглядело жутковато. – Пить будешь? – спросил он у черепа, и только потом осознал идиотизм вопроса. – Очень смешно, – оскорбился Мануэль. – Лей лучше на меня сверху. Может, хоть слизь отмокнет. Ривэри послушно окатил череп водой. К его удивлению, тёмные разводы действительно потекли с костяной поверхности, и Мануэль довольно заскрипел: – Благодать... Они пошли дальше. Место по-прежнему казалось вымершим, но теперь Ривэри замечал новые детали "жизни": на балконе одного из домов висело вышитое полотенце, совершенно новое; в палисаднике росли цветы – неестественно яркие, будто нарисованные; а над одной из дверей висел венок из колосьев, перевязанный алой лентой. – Это человеческое, – тихо сказал Мануэль. – Так в некоторых деревнях встречают гостей. Означает "добро пожаловать". – Или «заходи, если смелый», – мрачно пошутил Ривэри. Затем подошёл к входной двери и потянулась к ручке. Та распахнулась без единого звука. Внутри – пустота. – Стоило ожидать, – устало вздохнул юноша. – А это как? – удивился череп. – снаружи проглядывается жилое помещение, а внутри... Ничего? Просто огромная коробка? – Иллюзия, – ответил Ривэри. – И весьма плохая, раз все видно только со стороны. Следовательно, создатели либо не обладают достаточной силой, либо не приложили особых усилий. – А ты прям разбираешься? – Конечно. У нас в Тимерии есть огромный персиковый сад из иллюзии, где можно срывать плоды и чувствовать их настоящий вкус. А тут... – А тут, – подхватил Мануэль, – даже не фасад, а так, мираж для самых доверчивых. Стыдоба. Ривэри вышел обратно на улицу, чувствуя, как странное успокоение, охватившее его при входе в город, начинает понемногу рассеиваться. – Смотри, – череп указал на ближайший дом, который они только что осмотрели изнутри. Теперь, присмотревшись, они оба заметили, что окна на втором этаже совсем не совпадают. Слева было три окна, справа – два. А крыша слегка съехала в сторону. – Жуть какая. Слушай, живчик. Давай-ка валить отсюда. Мне здесь совсем не нравится. – Да. Уходим, – согласился Ривэри и практически побежал к противоположному концу. Туда, где за последними домами угадывался просвет. Однако, сделав всего шаг за территорию, вдруг обнаружил себя в самом начале. Прямо перед аркой с надписью «Иридель».

***

Адэминд сидел на том же месте, где часто проводил свободное время. У старого дуба, прижавшись спиной к стволу, рисуя всё, что приглянется. Сегодня ему приглянулась сама академия. Он водил углем по шершавому листу, выводя знакомые очертания башен, когда внезапно рука замерла. Грифель с хрустом сломался, впиваясь в подушечку пальца острой крошкой. – Блядь! – громко выдохнул он, отбрасывая огрызок. Туда же полетел и блокнот, приземлившийся в траву раскрытыми страницами. – Не выходит? – произнёс кто-то со стороны. Не поведя взглядом, Адэминд быстро ответил: – Выходит. Скорее просто настроение паршивое. – Как и всегда, да? – Не более, чем обычно, – Адэминд покосился на подошедшую. Вивьен, одна из немногих, кто решалась приближаться к нему без лишнего повода. Девушка с рыжими волосами, собранными в небрежный пучок, и въедливым взглядом, от которого хотелось спрятаться за учебником. – Чего тебе? – Как грубо, – девушка нежно улыбнулась и, поправив юбку, присела рядом. – Я, может, соскучилась? – Не смеши мои подмётки, – фыркнул юноша, но с места не сдвинулся, позволяя Вивьен оставаться в его личном пространстве. – Скучают по тем, кого нет. А я тут, перед тобой. Да и не припомню, чтобы мы были близки. Чего хотела на самом деле? – Да так, – Вивьен усмехнулась. Затем протянула руку и подняла его блокнот, аккуратно стряхивая травинки.– Не хочешь сходить на свидание? – Мерзость какая, – скривился тот. – Ходить за руки, целоваться... Меня от одной мысли тошнит. Потом ещё жениться заставишь. Не, я скорее сдохну. – Ты всегда такой лапочка, – пропела она, болтая ногами. – Дай знать, если передумаешь. Я ведь... – Ваше Высочество! – из земли показалось два глаза. Затем оттуда вынырнуло нечто, сформировавшее плоть, вбирая в себя тень. – Что это?! – напугалась Вивьен, резко подскочив. Однако Адэм, привыкший к теневыми стражам, даже не дернулся. – Говори, – бросил он, не взглянув на существо. Тень послушно склонила голову, хотя шеи у неё, строго говоря, не было. – Его Величество был обеспокоен тем, что Его Высочество Ривэри забыл взять белый камень. Мне было велено принести и вручить в руки лично. – Ну так отнеси. В чём проблема? – Я... – тень слегка дёрнулась, неуверенно ответив: – Не могу его найти. Точнее, даже не чувствую.