Shadowtober

Раньше всё было легко. Дин готовил макароны на завтрак, обед и ужин. Тогда единственным разнообразием была форма этих самых макарон. "Сэмми, сегодня мы будем итальянцами или истинными американцами?" - эта фраза звучала с самого детства Сэма, с этого начинался каждый его день. Простота складывалась из видения будущего. Они оба знали, к чему стремятся. Первый всегда мечтал стать лучшим охотником, может, даже на уровне отца. А второй - сбежать от всего этого, сверкая пятками, и зажить нормально, как обычный человек. Так они и жили. Всё шло своим чередом. Сэм уехал в свой заумный колледж, Дин продолжал дело отца. Да, они были разделены. Но даже тогда оба брата чувствовали нерушимую связь. Они всегда были друг у друга, в том числе в моменты, когда жили совсем разными жизнями. Именно поэтому Дин не отрицал такую возможность и попросил брата помочь ему найти отца. Сэм считает, что только осознание этой самой связи между ними сподвигло его согласиться на ту поездку. А потом умерла Джесс. И опять, оказавшись в яме отчаяния, Сэм чувствовал, как его медленно и методично вытягивают обратно. Такое происходило не раз, и Дину всегда каким-то образом удавалось сгладить все углы и вызвать у брата улыбку. Вероятно, это многого стоило. То есть, это точно многого стоило. Взять хотя бы самообладание Дина, которое тот отдал на растерзание, кинув в руки брата ключи от Детки. Эти жертвы были просто... Колоссальными. Но Дин чувствовал, что двигается по прямой в направлении чего-то хорошего. А когда Дину стало так же плохо, Сэм отплачивал ему тем же. Например, после всего этого ангельского ужаса, когда Дин буквально восстал из мёртвых. Тогда главной задачей перед Сэмом был далеко не апокалипсис, который следовало остановить. На самом деле, на первое место он ставил помощь брату, живущему в страхе после сорока дней в аду. И даже тогда всё было просто и понятно. У них всё ещё была цель и опора. Они всё ещё шли по прямой. Но случилась Руби. Дорожки начали виться. И теперь вместо ровной аллеи с небольшими взлётами и падениями, они ступили на тропки, ведущие как можно дальше друг от друга прямиком в дикий лес. И как бы Сэм ни старался скрыть свою связь с Руби, как бы он ни показывал Дину, что с ним всё в порядке, это была неправда. Что самое страшное: все всё знали. Хоть многие и не догадывались о зависимости, привязавшей Сэма вплотную к демонам, никто не сомневался, что с ним что-то не так. А когда это подтвердилось... Что ж, впервые дороги Сэма и Дина разошлись настолько далеко. Даже та ситуация со Стэнфордом, казалось, не разлучила их так сильно, как эта лживая демоница. Теперь они не знали, куда идут. Плутая по тёмным тропам, они искали цель и путь. Каждый придумал для себя одну одинаковую задачу: остановить апокалипсис. Но это не казалось чем-то, что сделало бы их дорогу вновь такой же прямой, как раньше. Да, благодаря этому они видели какие-то сценарии на ближайшие пару месяцев. А дальше? Пустота. Тёмный, мрачный лес. Они заблудились. И Сэм, и Дин чувствовали это: страх, неизвестность, одиночество. Казалось, они бродили в темноте и, даже поднимая руки, не могли нащупать что-то в округе. Засыпая в мотелях, они не видели никого на соседней кровати, всегда чувствовали тихую печаль глубоко внутри, вместе с которой долго засыпали. Но так было только ночью. Наутро Сэм продолжал колесить по штатам с Руби, а Дин - с Касом. И всё было хорошо, все считали, что происходит что-то правильное. Мир будто бы установил конкурс на самую правдоподобную ложь и самый умелый самообман. Говоря, что они движутся правильно, братья чувствовали, как плутают и не могут отыскать нужный путь. Они запутались и чувствовали что-то не то. Что-то было не на своём месте. Но кому об этом сообщить? Руби? Касу? Те бы точно не поняли. Поэтому они продолжали двигаться, не зная, что их ожидает в конце. Пока, наконец, Дин не раскрыл глаза. Точнее, ему их раскрыл Захария, отправив в будущее. Вероятно, это то единственное, за что вообще можно поблагодарить ангела. Хоть Дин из будущего и уговаривал сказать Михаилу "да", это казалось ошибкой. Единственным верным решением было сделать то, что никто бы от него не ожидал. Даже он сам. Поэтому Дин позвонил Сэму. И когда тот приехал, когда опустил взгляд и неловко сказал "привет", всё встало на свои места. Винчестеры чувствовали, что они, наконец, нашлись. Их ждала новая дорога, которая, вероятно, привела бы к чему-то лучшему, чем апокалипсис в одиночестве. Впервые за долгое время сидя вместе в Импале, Сэм и Дин чувствовали кое-что светлое. Это была надежда.