Loyalty

      То утро для Чонгука начинается гораздо раньше, чем для его очаровательного ночного приключения по имени Тэхён. Он спит буквально несколько часов и просыпается из-за собственного будильника, стоявшего на десять утра. Повезло, что смартфон оказывается валяющимся прямо у кровати с его стороны. Он успевает его отключить до того, как шум может помешать спать, замечает несколько сообщений от Чимина и пару пропущенных от него же, но решив, что разберётся со всем потом, заваливается сонный обратно в ворох подушек, положив телефон на прикроватную тумбу.       Сегодняшние запланированные дела идут пешим эротическим, потому что ночные приключения высосали из него все жизненные соки и не только. И, если сначала он пытается снова нырнуть в сон, то спустя несколько минут опять открывает глаза и поворачивается в сторону занятой половины кровати, где лежит парень, что заставил его сходить этой ночью с ума.       Несмотря на то, что сексом он никогда не был обделён, эта ночь привнесла новых красок в его личный список постельных побед. Он осторожно переворачивается на бок и подкладывает руку под голову для лучшего обзора. Тэхён крепко спит, лёжа на спине, левая рука закинута над головой на подушку, а правая расслаблено лежит поверх одеяла, что слегка прикрывает его живот.       К радости или сожалению, но нижняя часть оказывается не прикрыта ничем, давая возможность разглядеть внезапный предмет утреннего воздыхания более подробно. Он всё ещё помнит, как там было гладко и горячо, но решает начать с чего-то более безобидного. Взгляд поднимается выше и задерживается на безмятежном лице спящего человека.       Где-то в районе груди сердце пропускает удар. Чонгук видел на своём скромном веку много красивых мужчин и женщин, но этот человек ощущается кем-то совершенно особенным. Большие глаза, густые длинные ресницы, прямой нос и эти чертовы губы, которые хочется снова втянуть в глубокий поцелуй. Россыпь родинок на лице выглядит забавно мило, особенно та, что приютилась на кончике носа. Хочется провести по ней языком и попробовать слизать.       Взгляд поднимается ещё выше, и он подмечает вихри рассыпанных по подушке тёмных волос. Чонгук помнит их мягкость в своих руках. Длинные пальцы левой руки расслаблено лежат на подушке и в голове пролетает мысль, что этими пальцами отлично бы получилось играть на фортепиано. Или делать более горячие вещи.       Чонгук ловит себя на мысли, что сходит с ума. Он никогда не предавался такому разглядыванию людей, да и за вуайеризмом никогда замечен не был, а тут просто оторваться не может. Эта очаровательная красота заставляет его делать необдуманные вещи, как например сейчас, когда он протягивает руку и осторожно касается расслабленной ладони, лежащей на подушке. Он сам себя уговаривает, что просто хочет убедиться, не мираж ли это, не приснился ли ему секс с самым красивым человеком в его жизни, что он сейчас лежит с ним рядом абсолютно нагой и Чонгук может его касаться, изучать его лицо и тело.       Мягкость чужой кожи обескураживает. Пальцы плавно проводят по костяшкам, по запястью, предплечью, вызывая на чужой коже лёгкие мурашки. Спускаясь ниже, проводит по носу и мягким губам, чуть надавливая, и чувствует выдох горячего дыхания. В собственном паху начинает твердеть, и кто он такой, чтобы в удовольствии себе отказывать.       Он осторожно поправляет подушку, вытаскивает руку из-под головы и, облизнув ладонь, перемещает её к собственному вставшему члену, начиная поступательные движения кулаком. Тело простреливает приятными волнами наслаждения, а подушка глушит первые несдержанные стоны. Тэхён всё ещё спит беспробудным сном и, честно сказать, со стороны всё выглядит сомнительно, но настолько горячо, что Чонгук плюёт на все моральные составляющие их положения.       Свободная рука всё ещё осторожно опускается по чужому телу ниже, проходясь невесомо по оставленным им засосам на шее, по острым ключицам, твердой груди и горошинам сжавшихся из-за мурашек сосков. Чонгук не замечает, как облизывается, вспоминая их вкус на языке.       Впалый живот прикрыт одеялом, а дальше начинается самое интересное. Неожиданно Тэхён переворачивается на бок спиной к нему и это вызывает новую волну возбуждения, потому что в поле зрения попадают упругие ягодицы со следами его подсохшей спермы. Чонгуку еле удаётся сдержать ещё один собственный стон. Он, не стесняясь, протягивает руку и касается заляпанной удовольствием кожи, поглаживая. Ох, какое потрясающее чувство собственничества.       Член сильнее пульсирует от наслаждения в руке, пока другая творит самые настоящие непотребства. Он не смеет отрывать взгляда от представшей перед ним картины, и так сильно хочется ещё больше пометить эту медовую кожу. Хочется оставить больше своих следов, засосов, которые бы кричали всем вокруг о том, кому этот человек принадлежит.       Осознание происходящего битой прилетает прямо по голове, и Чонгук так и замирает с членом в руке. Переводит ошарашенно на себя взгляд, возвращает его обратно на спящего рядом нагого мужчину и вдруг понимает, какую нездоровую хрень творит.       Он бессовестно дрочит на незнакомого по сути человека. То, что они переспали накануне и видели друг друга под разными углами, дело не оправдывает никак. Это неправильно. Это идёт против любых правил морали. Но собственные пальцы на чужой коже мягко сжимают ягодицу, нырнув в ложбинку, вызывая дрожь в собственном теле и совесть вывешивает белый флаг, сдавая позиции перед огнём возбуждения.       Чонгук проигрывает собственному телу и в несколько крепких движений кончает себе на живот, пока пальцы другой руки находят тепло между чужих ног.       Отдышавшись, он откидывается на спину, устремляя взгляд в потолок.       — Какая-то нездоровая хрень, — тихо вылетает в утреннюю тишину комнаты.       Убрав следы преступления, он пытается сообразить, что сейчас натворил и, что, собственно, делать дальше, потому что Тэхён его дико возбуждает, как оказалось. Хочется разбудить его и заняться с ним сексом ещё раз. Хочется ещё раз заглянуть в его глаза, полные желания и страстного огня, ощутить его собственной кожей. Однако, он понимает, что мужчина может не оценить такого порыва.       Секс по пьяни можно оправдать алкоголем и слетевшими барьерами. Секс на трезвую голову совершенно другая история. Осознанность выбора всегда страшнее мнимых условностей типа «Я не ведал, что творил!».       Чонгук отлично ведает. Даже выпив три бокала виски. Он хотел этого мужчину, и он его получил, ему нечего стесняться. Ещё при первом столкновении в клубе он не смог глаз оторвать от этого человека, а когда увидел его же на танцполе, окончательно поехал крышей. Под вопросом лишь будущее поведение спящего чуда, которое скорее всего будет прямо диаметральным его собственному. Он отчего-то уверен, что Тэхён будет психовать. Не похож он на завсегдатаев ночных клубов и любителя тусовок, перетекающих в чужие постели.       Повернув голову снова в сторону занятой части кровати, он решает оставить все мучающие его терзания на потом. В настоящее время он может пользоваться своим скромным положением, а потому, придвинувшись ближе и перекинув через чужое тело руку, прижимается грудью к спине и носом утыкается в мягкие волосы, потрясающе пахнущие карамелью.       Совершенно дикий для Чонгука, но как оказывается, такой приятный поступок. Чонгук откровенно не понимает, что с ним происходит. Он в замешательстве и растерянности, а ещё он абсолютно очарован человеком, безмятежно спящим в его объятиях.       Второе пробуждение наступает под тихие ругательства. Решив притвориться спящим, Чонгук замирает в той же позе, в какой застал его пробудившийся ранее Тэхён — лежащим на животе и обнимающим подушку. Он весь обращается в слух: Тэхён сидит еще несколько минут на кровати, пытаясь прийти в себя, вот он встаёт и пытается собрать собственные вещи, кряхтит от боли в заднице и уходит в ванную комнату, чтобы одеться.       Чонгук тихо хрюкает в подушку от смеха, когда слышит из ванны шипящее: «Я похож на шлюху!».       — Самую потрясающую шлюху, — тут же пролетает мысль и Чонгук невольно давит улыбку в подушку. Он и не представлял, что можно быть настолько очаровательным в собственной истерике. Чонгук бы очень хотел встретиться с ней лицом к лицу, но не уверен, что сможет выстоять. Он предпочитает быть победителем, а в таких сомнительных начинаниях процент на победу приближен к нулю.       Как он и предполагал, Тэхён, судорожно собираясь, уносит ноги из номера и даже контактов своих не оставляет. Стоит двери тихо закрыться за ним, как Чонгук садится на кровати, потягиваясь и разминая мышцы. Можно было бы попытаться пойти за ним и выложить как на духу, что он ему до дрожи в коленях понравился и хотелось бы повторить, но всегда есть эти проклятые «но».       Кинув взгляд в коридор, где скрывается входная дверь в номер он вздыхает. Учитывая ту панику, с какой Тэхён уносил свои милые пяточки в одном ему известном направлении, ему возможно залепили бы по лицу за такое предложение.       Внезапные звуки голодного желудка выводят его из нового витка унылых размышлений. Надо бы навести порядок в номере, а ещё не помешал бы хороший душ. Связавшись с менеджером, он отменяет на сегодня все дела, остаток дня можно отдохнуть и привести мысли в порядок, возможно, созвониться с Чимином, а ещё запланировать возвращение домой.       От последней мысли неприятное чувство начинает шевелиться внутри. Не хочется этого принимать, но досада от слишком короткой встречи с человеком, которого он, по сути, первый раз в жизни видел, не отпускает его, наплевав на рациональное. Чонгук словно маленький капризный ребенок не хочет осознавать, что это была первая и последняя встреча.       Он тянется за телефонной трубкой, расположенной на прикроватной тумбе, и набирает номер ресепшена. Он решает пока отложить самобичевание в сторону и заняться более насущными делами.       — Добрый день, чем могу вам помочь? — раздаётся мелодичный голос девушки администратора.       — Добрый день, хочу заказать уборку номера, — на фоне раздаются голоса сотрудников отеля, которые в настоящее время проходят пересменку.       — Конечно, сэр. В течении пятнадцати минут к вам прибудет уборщица, что-то ещё вам необходимо?       — Пришлите через полчаса, мне надо время, чтобы собраться и уйти по делам.       — Ты видела Мэри? Это же был Ким Тэхён! Ты представляешь! Я в шоке! Я его фанатка! — гомон на фоне становится все хаотичнее, особенно выделяется один женский голос. Девушка что-то быстро тараторит, отчего трудно разобрать её речь, но вырванное из контекста имя заставляет Чонгука всего напрячься, обращаясь в слух.       — Господи, Синтия, говори медленнее! Ты так тараторишь, что я ничего не понимаю.       — Ты видела парня, к которому я подходила?       — Ну и?       — Это Ким Тэхён! Актер Бродвейского театра! Он дал мне автограф!       А вот это уже интересно.       Чонгук не замечает повисшей тишины в трубке, отчаянно прислушиваясь к разговору, происходящему на фоне. Ему ведь не могло так повезти, правда же? Какой процент вероятности того, что эти девчонки говорят про того самого Тэхёна, которого он этой ночью заставлял с ума сходить на собственной постели? Вселенная сегодня настолько благосклонна к нему? Необходимо срочно докопаться до сути. Даже сердце на пару секунд начинает биться быстрее.       Благодаря своему беспардонному характеру Чонгук решает идти сразу по горячим следам.       — Сэр? Вы меня слышите? — а до него, как оказалось, уже несколько минут пытается дозваться другая девушка из обслуживающего персонала.       — Да, простите, отвлёкся. Передайте трубку Синтии, пожалуйста, — тут же просит он, наматывая провод стационарного телефона на указательный палец, растягивая губы в предвкушающей улыбке.       Замешкавшись на несколько секунд, девушка передаёт трубку.       — Алло? — раздаётся уже другой голос, робкий и недоумевающий.       — Добрый день, Синтия, верно? — из вежливости уточняет Чонгук.       — Д-да, сэр.       — За сколько вы продадите автограф Ким Тэхёна? — без лишних увиливаний интересуется он, заставляя бедную Синтию подавиться воздухом на том конце провода.       — Что? — снова спрашивает девушка растерянно.       — Тысяча долларов, — чётко проговаривает он. Если уж это и правда тот самый человек, то он будет дураком, если упустит такой шанс.       — Извините, сэр, но…       — Две тысячи, и вы сами принесёте мне его в номер, — безапелляционно заканчивает Гук короткий торг.       На том конце провода раздаются неясные блеяния растерявшейся Синтии, которая от шока совсем ничего понять не в состоянии.       — Даю пять сотен сверху за доставку, ваша коллега подскажет мой номер. Жду в течении десяти минут, — и он кладёт трубку. Чонгук уверен на девяносто семь процентов, что девчонка прибежит за деньгами.       Стоит натянуть штаны, чтобы ту удар не хватил раньше времени. И пока он приводит в маломальский порядок растрёпанные после бурной ночи волосы, в дверь ожидаемо стучат.       Синтия меньше ростом почти на две головы и оказывается абсолютно шокированной, вспомнив, что именно с этим постояльцем видела своего кумира ночью. Взлохмаченные волосы и покрытые засосами открытые участки шеи и торса беззвучно кричат о том, что её дорогая звезда не в шашки сегодня всю ночь играла в их отеле. Её щёки предательски наливаются румянцем, оповещая Чонгука о том, что та всё поняла, но он на это лишь хмыкает, протягивая ей купюры и забирая свой судьбоносный улов.       Девушка только открывает рот, чтобы поблагодарить, как дверь перед её носом тут же захлопывается, оставляя её невнятные бурчания пустому коридору.       — Вот же… кретин, — ворчит она и удаляется с этажа, пряча в кармане свой недельный заработок.       А Чонгук тем временем так и стоит за дверью, разглядывая программку, где размашистым почерком стоит автограф поверх пропечатанного лица, которое будет теперь ему сниться в каждых эротических снах. Мужчина на фото пойман фотографом в момент, когда тот улыбается публике в зале так ярко, что слепит глаза. Чонгук и сам растягивает в довольной улыбке губы. Ему не может настолько везти.       — Вот ты и попался, золотце.

***

      Вся следующая неделя расписана буквально по минутам. Клуб всё больше обрастает новыми посетителями. Сарафанное радио работает на ура. Каждый мало-мальски известный блогер или только набирающая популярность звезда хочет попасть в новое распиаренное место, чтобы «зачикиниться» и не отставать от трендов.       Чонгук наконец-то созванивается с Чимином и выслушивает полчаса о том, какой он урод, что не перезванивает сразу и не отвечает на смс. Потом разговор перетекает в сторону работы, Чимин всё время ноет о том, что очень скучает и очень его ждёт из цитата «грёбаной Америки». Чонгук же на это только отшучивается, прекрасно понимая, чего его друг добивается. И, если бы не его чувства, Гук бы признался, что, кажется, встретил человека, который очень его заинтересовал.       — Когда планируешь возвращаться? — Чимин проделывает этот манёвр каждый раз, когда их разговоры уходят в сторону от рабочих моментов и когда Чонгук расслабляется и выдаёт всё, как на духу. Но не в этот раз.       — Чимин, я тебе говорил, мне надо много вопросов тут решить. К тому же я ещё не нашёл постоянного управляющего клубом, который будет вести всю внутреннюю работу, — на самом деле нашёл, но отчего-то не хочет об этом говорить. Марк ему отлично помогает в этом, предоставив несколько кандидатур для выбора. Собеседование прошло отлично, и парень по имени Аластор Грин уже проходит стажировку в качестве управляющего клуба «Комета». Парень он исполнительный и заинтересованный в работе, поэтому вопрос его официального назначения маячит на горизонте всё ярче.       Вообще, Марк оказывается классным мужиком со стальной хваткой, не зря он держит половину Манхэттена под своим ногтем. Официально он имеет лишь несколько популярных ресторанов, но на деле почти все мелкие забегаловки Верхнего Ист-Сайда являются его собственностью. Марк поведал, что это семейный бизнес и он его выпускать из рук не намерен, а в планах ещё больший рост и захват территорий. Этакий ресторанный мафиози с мелкими лавочками, бистро и кафешками между акульих зубов.       — Я тебе уже предлагал кандидатуру, а ты всё нос воротишь, — настаивает Чимин в трубку, дуя пухлые губы.       — Намджун хороший руководитель, но нужен мне дома. Ты и сам это прекрасно знаешь, — Ким Намджун приходится двоюродным братом Чимину и является управляющим двух клубов в Сеуле.       Закончив школу бизнеса и управления в Сиднее, он отлично зарекомендовал себя на должности управляющих и менеджеров в нескольких сетевых люксовых магазинах, а ещё через несколько лет успел проработать в должности исполнительного директора небольшой архитектурной фирмы. Проблемы с высшим руководством вынудили его уволиться по собственному желанию, а приманить его к себе уже не составило особого труда.       Хорошая заработная плата, соцпакет, и вот у Чонгука появляется одарённый управляющий в кармане. Однако, у него и мысли не возникало перетаскивать Намджуна в Америку. Он считает, что каждый должен быть на своём месте, поэтому на должность управляющего в американском филиале рассматривал только американца. Человек должен быть с местным менталитетом, чтобы решать все необходимые вопросы как в работе, так и в привлечении посетителей. Одинаковое мышление упрощало очень многое в построении бизнеса. Нельзя было просто завалиться в чужой монастырь со своим уставом и действовать по правилам, отличным от действующих на месте.       — Просто я уже соскучился по тебе.       — Я тебе говорил, что эта поездка не будет быстрой, — Чонгук только и может, что вздыхать, потому что в связи с недавними событиями у него появилось ещё одно большое дело сверху всех остальных.       Ким Тэхён не выходит из головы всю эту неделю. И снится он ему не только в эротических снах. После того, как Чонгук заполучил ту судьбоносную программку, мысли о том, что он должен доехать до того театра, где работает парень не дают ему покоя. В один из вечеров он все же находит в интернете необходимый адрес и наведывается туда в надежде на возможную внезапную встречу.       Чтобы он при этом скажет или как себя поведёт, абсолютно в голове не рассматривается. Он стоит как дурак у входа и разглядывает все афиши, где мелькает чужая милая мордашка. А потом просто не выдерживает и покупает билет на премьеру мюзикла, где Тэхён заявлен как один из главных героев.       Он прекрасно понимает, что с ним творится что-то нездоровое. Никогда в жизни он не преследовал человека после единственного пьяного секса. Никогда ещё не чувствовал дурацкого трепета и предвкушения от встречи, хоть и не личной. Он решает, что просто посмотрит постановку и потом уже поймёт, что будет делать дальше. Конечно же, он рассматривает вариант, что, возможно, просто всё приукрасил в своей голове. Возможно, он слишком идеализировал этого парня и ему приснились все те чувства и все те взгляды, мягкая бронзовая кожа и сладкие губы. Те ощущения, что вызывает внутри.       Он пытается внушить себе, что всё, что с ним случилось той ночью, было просто помутнением рассудка от алкоголя и оргазма. Настраивает себя на разочарование, заранее смиряется с тем, что просто ведёт себя как малолетняя школьница.       Премьера назначена через несколько дней и билетов практически не осталось, поэтому приходится брать на оставшееся место в последних рядах. Вздохнув, Чонгук решает, что так будет даже лучше. Меньше соблазнов и больше трезвого взгляда на сложившуюся ситуацию и внезапно появившегося человека в жизни.       В день премьеры в театре не протолкнуться. Семьи, парочки и куча фанатов, которые сразу же бросаются в глаза. Вооруженные букетами разных калибров мужчины и женщины ожидают начала показа в дёрганном предвкушении. На самых дорогих выкупленных местах восседают грузные мужчины в сопровождении молоденьких девушек и парней. Все в ожидании начала. Чонгук же не может понять, что забыл в этом месте, потому что никогда не любил театральные постановки и был весьма далёк от данного вида искусства. Уставившись в телефон, он ведёт переписку с Аластором, который как раз заканчивает подбивать смету для закупок в бар, когда в зале наконец-то гасят свет.       И начинается магия.       Чонгук, честно, не помнит, в какой момент его так увлекает история, творящаяся на сцене. Актеры такие яркие и даже большое расстояние от сцены не может скрыть этого. А когда появляется Тэхён, он и вовсе замирает, не в силах пошевелиться. Красивый до одури, он играет так честно, что у Чонгука не возникает и доли сомнения, что это всё постановка, а не отрывок реальной жизни. Тэхён проживает несчастную судьбу на сцене, и зрители в зале проживают её вместе с ним.       Завороженный, он смотрит на сцену во все глаза, а сердце отбивает один единственный ритм.       Ему не показалось. Ким Тэхён и правда настоящее нечто.       Он понимает, что хочет узнать этого человека ближе, гораздо ближе, чем планировал первоначально. Ему хочется узнать о чём он думает, чего желает, что любит и что ненавидит. А в момент сольной партии в заключительной песне Чон Чонгук понимает, что добьётся расположения Ким Тэхёна, чего бы ему этого не стоило. Громкие и пафосные мысли, но на меньшее он не согласен. Он никогда не был суеверным и тем более верующим, но теперь готов отдать руку на отсечение — встреча с Ким Тэхёном дарована ему не просто так. Он уверен.       Не дожидаясь выхода на бис, он покидает зал и сразу держит путь к кассе, где покупает билеты на следующие два показа, и уходит с мыслью, что возможно, всё было не зря.       Этой ночью во сне Тэхён исполняет песню в пустом зале для него одного. Он просто сидит на краю сцены свесив ноги и поёт, смотря прямо на него, а Чонгук сидит на последнем ряду в самом конце зала и смотрит на него в ответ. Ничего более, но утром он просыпается весь в слезах. Грудную клетку так сильно сдавило, что дышать стало трудно на миг.       На третий день показа Чонгук решает, что он не должен больше терять ни минуты и пора заявить о себе. Перед показом он заезжает в один из люксовых цветочных магазинов, где покупает самый красивый по мнению флориста-консультанта букет из сорока пяти свежайших пионов, и едет в театр.       Он сам себе удивляется в очередной раз, когда улавливает лёгкий мандраж и вспотевшие ладони. Он так давно искренне не волновался, что и забыл, каким это чувство может быть нервирующим. Он смотрит мюзикл с таким же восторгом, но только от одного конкретного актёра. Наблюдает за игрой Тэхёна и понимает, что растекается лужей по креслу, прижимая букет к груди. В моменте он ловит себя на том, что, наверняка, выглядит как дурак, а потом тут же забывает об этом, стоит Тэхёну снова появиться на сцене и запеть очередную партию.       То, как он двигается, как танцует и поёт, завораживает Чонгука. Искрящаяся счастьем улыбка разжигает в груди настоящий пожар и хочется, чтобы ему такую улыбку подарили хоть раз. Черт, он так сильно хочет, чтобы Тэхён улыбнулся ему.       После поклона зрители ринулись к сцене, чтобы подарить цветы своим кумирам и поблагодарить за прекрасное выступление. И Чонгук в очередной раз отмечает, что Тэхён довольно популярен. Девушки облепляют его со всех сторон, пытаясь урвать каплю ценного внимания, вызывая неизвестное до этого чувство горечи. Он наблюдает ещё пару мгновений и, крепко держа букет, уходит в сторону гримёрок. За те несколько дней, что он ошивался в театре, он успел разнюхать, где и что находится, поэтому, не теряя времени направляется в заветные коридоры. Как на зло на пути встречается девушка из персонала, собирающая и развозящая букеты и ему приходится сдаться.       Он наставляет ее, чтобы букет обязательно нашёл своего получателя и, развернувшись, уходит из театра, садится в машину и отдаёт команду, чтобы его отвезли в клуб. Сегодня он не планирует спать.

***

      Тэхен не спит всю ночь. Слова из проклятой карточки намертво впечатались в память, заставляя вновь и вновь переживать ту ночь, когда он повёл себя как последняя дрянь.       Хочется помыться, чтобы смыть с себя всё чувство ничтожности, что держит его за горло последнее время. Он сидит в темноте гостиной на диване и смотрит на выключенный телевизор, будто он может решить все его проблемы — только попроси. Он понимает, что рвать волосы на голове смысла нет никакого, но чувство тревоги никак не покидает его.       А ещё этим вечером звонил Мрак и сказал, что сломал телефон, поэтому не мог раньше выйти на связь и всё нормально объяснить с командировкой. Чувство стыда в этот миг ударило под дых с новой силой. Хотелось залезть на ближайшую стену и слиться с ней, чтобы никто не нашёл. Марк говорил о том, что очень скучает, а Тэхён искал пути отступления в случае, если его грязный поступок всё же раскроется.       К собственному разочарованию он даже не рассматривает вариант, где признаётся в импульсивной измене. Именно так Тэхён называет свой поступок. Он даже не задумывается, что она могла стать просто последней каплей накипевших проблем, которые никак не находили нормального выхода. Он искренне и абсолютно честно верит, что, если бы не Чонгук, то та ночь прошла бы как обычно — он пьяный завалился бы домой и проспал до обеда, а потом мучился похмельем, а на следующий день жизнь бы продолжилась в обычном ключе.       Он винит во всём Чонгука, который, как чёрт из табакерки, вылез и парой фраз, и лёгким флиртом затащил его к себе в постель, где оттрахал, как в последний раз. От собственных мыслей щёки начинают краснеть от позора.       Какой же он дурак, как он мог вот так повестись и лечь под первого встречного, который теперь, судя по всему, его ещё и преследует! Он переводит взгляд на журнальный столик с чёртовыми пионами, которые ему пришлось забрать домой. В гримёрке не разрешали оставлять цветы, поэтому их приходилось забирать с собой или раздавать коллегам, чтобы не выкидывать. В конце концов, цветы ни в чём ведь не виноваты!       Он не знает, почему не отдал букет кому-то из коллег, не знает, почему не избавился от него, а теперь он стоит у него дома и всю душу вытряхивает своим видом. Чёртовы пионы!       Тэхён запускает в волосы на голове руки и сильно сжимает, причиняя себе лёгкую боль. Он такой невообразимый дурак, что становится смешно от самого себя. Чонгук за прошедшее время снился ему не раз, его взгляд то и дело возникал в голове, словно преследовал!       — Я так больше не могу, — проговаривает он вслух в тишину тёмной квартиры.       Идея приходит в голову неожиданно и не поддаётся анализу. Тэхён подскакивает с дивана и мчится в коридор, накидывая на себя пальто и влетая в стоящие на полке кроссовки. Проверяет наличие бумажника, телефона и выбегает из квартиры.       В квартире на несколько секунд наступает тишина, а потом дверь снова открывается и тяжело дышащий Тэхён влетает в гостиную, хватает букет грёбанных пионов и, теперь уже точно, покидает квартиру, предварительно закрыв на замок.       Он определённо пожалеет об этом. Определённо пожалеет!       На улице уже не так много людей, время приближается к двенадцати ночи, но Тэхёна это мало волнует. Он действует импульсивно, впрочем, как и всегда. Ловит такси и, усевшись в машину и уложив рядом букет, вытряхнувший из него всю душу, командует водителю адрес. — В ночной клуб «Комета», пожалуйста!