Вороново крыло

Сергей проснулся и буквально подскочил на постели — на него испуганными глазами смотрела Маргарита. Сергей коснулся лба, ощущая на нем испарину. Это был лишь сон, полный кошмаров, но все-таки сон. Сестра, пусть и перепуганная, стояла прямо перед ним — он не бросил ее, не ушел, влекомый неведомым зовом. За окном раздалось протяжное: «кар-р-р-р-р-р». — Она успела прогнать ее, — прошептала Маргарита, — но я думала, она уже не прилетит. Сергей почувствовал, как по телу пробежала дрожь. А что, если это был не сон? И ворона спасала его от преследователей, оставив Маргариту беззащитной? Вина снова захлестнула его с головой. Он ощущал, как его мелко трясет, но не совсем понимал, его ли эта дрожь, Маргариты, или же их общая. — Не переживай, она тебя не тронет. — Улыбка наверняка вышла кривой, но Сергей не мог не попытаться. Маргарита не должна видеть его слабости. Хотя бы он должен оставаться сильным. На отца и маму сейчас положиться нельзя. Облик героя с каждым днем становился все более блеклым и нечетким. Сергей терял веру в отца. Того, кто всегда казался непоколебимой стеной. — Тебе везет, завтра в школу, — всхлипнула Маргарита. Сергей дернул плечом. Он не знал, где сейчас хуже: дома или в школе. Хотелось бы верить, что здесь насмешки из-за ярких рыжих волос и веснушек прекратятся, но Сергей мало в это верил. Он убрал упавшую на лицо прядь. Еще и длиннющие, а мама неизвестно когда вспомнит о том, чтобы его подстричь. Сергей как-то попытался сам, но вышло только хуже. — Я не задержусь. — Сергей приобнял сестру, маленький белый кролик оказался зажат между ними. Так они и просидели почти весь остаток ночи, погруженные в переживания, в ожидании темного силуэта и еле слышного звука флейты за окном. Уснула Маргарита в его кровати под самое утро, а Сергею смысла спать уже не было. Он оделся, открыл дверь и сделал шаг навстречу неизведанному.

***

Морозный воздух щипал щеки, а темнота вокруг, казалось, хотела поглотить. Где-то треснула ветка, Сергей дернулся и врезался в дерево. На него тут же свалилась целая снеговая шапка. Он отряхнулся, поежился и ступил дальше. Ему послышался чей-то смех, а потом среди деревьев мелькнула яркая оранжевая крутка. Сергей моргнул, куртка исчезла, а смех затих. Ухнула сова, заставив отмереть и, прибавив шаг, пойти в сторону поселка. Сергей считал шаги, пытаясь хоть как-то отвлечься от происходящего. Один, два, три… Пятнадцать, шестнадцать… Двадцать три… Сергей вздрогнул и сбился, периферическое зрение уловило вспышку оранжевого справа. Сергей зажмурился, открыл глаза и повернулся. Вдалеке лишь белел снег среди стволов деревьев. Сергей сглотнул ком в горле, старательно вспоминая все, что врач рассказывал про боковое зрение. Сергей после смерти бабушки часто видел какое-то движение то справа, то слева. Врач сказал, что порой это зрение улавливает то, чего на самом деле нет. Сергей снова тряхнул головой, а после прибавил шагу, срываясь на бег. Впереди маячили оранжевые отблески фонарей. Поселок близко. Сергей выбежал на проселочную дорогу, остановился, согнулся пополам, пытаясь отдышаться. А следом дернулся, заметив прямо перед своими глазами валенки. Он медленно поднял глаза, скользя по оранжевой куртке, и встретился с насмешливым взглядом карих глаз, смотрящих из прорезей лисьей маски. — Мальчик-зайчик, трусишка, — лисица рассмеялась, прикрыв рот ладошкой в яркой красной варежке. Кровь растекалась пятном по белоснежному снегу. Теплая, соленая, алеющая даже в мрачной дымке вечера. Мальчик-зайчик, мы пришли играть. Яркой краской будем рисовать. Все мечты о счастье сотрутся в порошок, Очень зря, зайчишка, ты от нас ушел. Сергею хотелось закрыть уши руками, чтобы не слышать этого шепота, проникающего в сознание. Голоса: влекущие, зовущие, завораживающие. Мальчик-зайчик, суть не изменить, Все равно мы будем кровь чужую пить. Громкое воронье карканье разрезало тишину улицы, голоса в голове стали тише, а в глазах лисицы больше не было насмешки. Там плескалось понимание, словно она знала, что именно происходит с Сергеем. — Ты не думал, что в лесу хорошо? — вдруг спросила лисица. — Я нашла там много конфет. — Врешь. — Сергей вытер нос варежкой, стараясь забыть о голосах в голове. Мама говорила, что о них никому нельзя знать, иначе он закончит как бабушка. Сергей не совсем понимал, что это значит, но мама всегда становилась грустной, стоило заговорить об этом, поэтому он не расспрашивал. В руку Сергею вложили жвачку. О такой мечтал каждый мальчишка во дворе. Раньше родители часто покупали ему «Турбо», но сейчас было не до этого. Им на еду еле хватало-то. Сергей завороженно смотрел на угощение, а затем, как в трансе, развернул обертку, засунул жвачку в рот, с восторгом уставился на вкладыш. «Мерседес»! О таком уже мечтал каждый мальчик в стране, Сергей был в этом уверен. Самый редкий вкладыш в коллекции! — После школы идем со мной в лес. — Лисица наклонилась и обожгла щеку Сергея дыханием. — Там таких много. Сергей не успел ответить — лисица убежала, растворяясь в тумане, ставшем вдруг густым и плотным, словно пытавшимся укрыть странную девочку в маске от его взора. Если бы не фантик в ладони, то Сергей вовсе не был бы уверен, что эта встреча произошла.

***

Школа оказалась довольно мрачным строением, с провалами черных окон, еще не оживленных приходом учителей. Сомнительно, что они торопились на работу, чтобы провести в этом гнетущем месте всю жизнь, не разбавленную ничем кроме серости морозного утра. Сергей вздохнул, толкнул тяжелую дверь и вошел внутрь. Лампы подрагивали, но светили. Гардероб встретил обшарпанными стенами, тяжелыми металлическими вешалками и запахом отчаяния. Идти к кабинету не хотелось, каждый шаг давался с трудом. Сергей пытался откопать приятные воспоминания о прошлой школе, но выходило с трудом. А это место казалось еще более удручающим и тусклым. — Новенький? — С Сергеем поравнялся высокий, темноволосый парень в черном бадлоне, со странным украшением на цепочке, похожим вроде бы на клык. — Я слышал, что в дом безумной Марфы кто-то заехал. — Я — Сергей, — ответил он, пропуская часть про безумие бабушки мимо ушей. — Олег. — Парень протянул руку, Сергей настороженно пожал ее, ожидая подвоха. — От Ромки, Бяши и Семы подальше держись, да и Катьке на глаза особо не попадайся. Она безобидная, только языком много мелет. Идем, нам в четырнадцатый. Сергей послушно поплелся за Олегом. Вполне возможно, что в школе будет не так уж и ужасно. Во всяком случае, у него вроде как есть шанс завести друга.