Вороново крыло

Сергей старался держаться, но, перешагивая порог класса, чувствовал: он идет на казнь. Голоса моментально стихли, на него уставились со смесью любопытства, пренебрежения и даже жалости. Воздух резко накалился, Сергею показалось, что в нем ощущался металлический привкус крови. Рот наполнился слюной, а ладони вспотели. — Мальчик-зайчик. Сергей дернулся, всмотрелся в одноклассников, но все они молчали. — Мальчик-зайчик. Шепот повторился. Сергей дрогнул, холод прошелся мурашками по коже, добираясь до сердца. За ребрами стало как-то пусто, но при этом тяжело. Сердце отбивало только ему понятный ритм. Учительница долго сверлила его взглядом, еще дольше ругалась, а после вылетела за дверь, обещая кому-то все кары мира, когда она до них доберется. Сердце застучало сильнее, ладони вспотели, словно на них были меховые варежки. Слюна испарилась, а на ее место пришло ощущение пересохшего горла. Каждый щелчок секундной стрелки казался ударом колокола. Сергей слышал их звон в Москве. Как назывался тот большой храм? Попытки вспомнить всегда отвлекали от паники, подбирающейся монстром из-под кровати. — А точно ты — Сергей? — раздался чей-то смешок. — Может, все же Светка? Сергей сдул упрямую прядь со лба, старательно рисуя в воображении храм красного цвета с множеством разноцветных куполов. Зеленый, синий, красный. Василий. Имя вспышкой проникло в сознание. Но не мог же храм называться «Василий»? — А ты точно Семен, а не свинья? — раздался уже знакомый голос. Имя «Василий» разлетелось в голове разноцветными осколками, рассыпаясь вместе с куполами храма. Сергей поднял глаза и встретился взглядом с Олегом. Ему показалось, что карие глаза лучились теплым мягким светом. Он сидел рядом с симпатичной темноволосой девчонкой, смотрящей на него особым взглядом. Мама раньше так смотрела на папу. — А ты, Волк, нашел себе новую невесту? — гогот стал громче. Сергей не пытался выцепить взглядом, кому принадлежат эти слова. Ему хотелось фокусироваться только на глазах Олега. Они обещали безопасность. Он словно провалился в прорубь, а теперь всплывал к свету. Друг… Давно внутри не разливалось такое тепло, словно разом загорелись десятки, а то и сотни лампочек. Мальчик-зайчик волку не друг. Волчьи зубы несут лишь испуг. Мальчик-зайчик прискачет в капкан, Теплые взгляды — только обман. Сергей поспешно опустил взгляд к полу, стараясь больше не смотреть ни на кого. Тем более, что вернулась учительница. Сергею предстояло сесть с Семеном, но тот демонстративно поставил на стул рюкзак. Словно Сергею самому хотелось сидеть рядом с ним. Прыщавый, жирный Семен и правда напоминал свинью. Сергей занял последнюю парту, почти целиком заваленную книгами. Книги он любил. Они всегда оказывались лучше людей.

***

Весь день Сергей прямо ощущал на себе противный, пахнущий гнилью взгляд Семена. Он словно обещал ему самые жуткие пытки. Сергей в свое время нашел у папы книжку про какую-то Инквизицию. Было жутко, но интересно. Он, правда, не дочитал, мама нашла ее раньше. Но вот примерно таким же омерзительным мучителем казался Семен. Сергея аж передернуло. Но Семен и его прихвостень Бяша к нему не приближались. Их останавливал холодный и мрачный взгляд Олега. Он все время оказывался где-то рядом с Сергеем, а вместе с ним хвостиком подтягивалась и Полина. Она играла на скрипке, а Олег на гитаре, та досталась ему от отца. Это, видимо, их и объединяло. — Олег, правда у Сережи шикарные рисунки? — Полина ткнула глядящего в окно Олега в бок. — Хотела бы я уметь нарисовать музыку! — Музыку? — удивился Сергей. — Ее разве не слушают? — Полина у нас ее еще и видит, — улыбнулся Олег. — У каждой мелодии, по ее словам, свой цвет. А каждый из нас — мелодия. — Только я пока не расслышала твою, — посмотрев на Сергея, рассмеялась Полина, — но я скоро услышу, обязательно. Сергей хотел что-то ответить, но их прервала трель звонка. Полина подхватила скрипку и скрылась в кабинете музыки, а они с Олегом остались вдвоем в коридоре. — Мне бабушке помочь надо, проводишь Полинку? — спросил Олег. — Я бы остался, но сегодня никак. Сергей лишь кивнул, ему не хотелось пока расспрашивать Олега о семье. Он и сам понимал, насколько эта тема может быть, неприятной.

***

Снег искрился на солнце, звук Полининого голоса звучал подобно мелодии. И Сергей поймал себя на мысли, что мог бы изобразить ее смех чем-то легким и воздушным. Например, сладкой ватой. Он как-то ел такую в зоопарке. Мама купила им с Марго одну на двоих. Слаще этой ваты он ничего в жизни не пробовал. А у нас в лесу множество сладостей. Вспомнились слова Алисы. А что, если у них и сладкая вата есть? Сергей замечтался, чуть не пропустив мимо ушей рассказ Полины о племени, жившем здесь раньше. — А ты веришь в магию? — вдруг шепотом спросила Полина. — Ну… — протянул Сергей. Он часто представлял себя магом, которому подвластно все: укоротить волосы, изменить их цвет, чтобы избежать шуток про лопату. Но главное — наколдовать много сладостей себе и Маргарите. И еще чтобы мама и папа снова любили друг друга. Хотя, говорят, любовь неподвластна даже могучим волшебникам. — Давай лепить снеговика. — Полина вдруг потянула его за руку в сторону поляны, напрочь забыв о своём вопросе. Сергей не помнил, когда так беззаботно смеялся. Наверное, с тех пор, как папа лишился работы — никогда. С Маргаритой было хорошо, но страх, пропитавший стены дома, не давал дышать спокойно. Здесь же, на поляне, полной снега, воздуха и смеха, было так легко, что Сергею казалось — он сейчас взлетит. — Ну что, волка рядом нет? Насмешливый голос вырвал Сергея из приятной полудремы-мечты. А следом удар ботинка разрушил вдребезги снеговика. Сергей лишь ощутил, как пелена застилает глаза, как кровь набатом стучит в висках. Ярость плотным покрывалом накрыла Сергея. А вещи из его портфеля сыпались на то, что недавно было снеговиком. Последней упала странная заячья маска. — Так ты не просто девочка, а заячья девочка! Шутка показалась Семену смешной, и он загоготал, хотя Сергей точно слышал поросячье хрюканье. Стоящий рядом Бяша сплюнул на снег и взял маску в руки. Третий, незнакомый Сергею парень, крутил в руках нож. Яркие блики солнца то и дело попадали Сергею в глаза, казалось, что с пальцев этого парня срывается стайка светлячков. Мальчик-зайчик, кровь не для тебя, Ты за волчью спину спрятан навсегда. — Наденешь маску, и, может, я тебя даже не ударю, — усмехнулся незнакомый парень. — Ромочка, отпусти нас, — запричитала Полина. — Он прятался за волка, а тут — за девчонку, — снова сплюнул Бяша. Рома протянул маску одной рукой, а в другой все еще поигрывал ножом. Сергей не чувствовал уже ничего, лишь красная пелена плыла перед глазами. Маска упала на снег, издалека донесся звук флейты и чей-то смех, а следом закричала Полина.