Обретённая волхвом

Воротились супруги со старейшиной к закату домой. Все слухи, собравшиеся в общей комнате, хлопотали вокруг них. Глава деревни лишь попросил приготовить ему купель, дабы быть чистым и румяным перед горячим ужином. Драган тоже решил принарядиться к трапезе, утянув и молодую жену за собой в их общую спальню. Уже здесь, за закрытой дверью, пока не крутились пронырливые лица, бравый мужчина, снимая с себя плащ, спросил томным голосом:       — Никаких странных вольностей не отпускал в твою сторону волхв?       — Нет. — коротко ответила Лада, присаживаясь на стул перед своим зеркалом.       Она сидела спиной к молодцу, потому не увидела его пальцы с побелевшими костяшками, свирепо сжимающие края огромной рубахи. Что-что, а Драган не просто любил Ладу, он ею жил, дышал. Одним словом — существовал. Она была для него всем. Девица это знала и чувствовала, но в ответ не могла испытывать похожих чувств, горько поджимая губы и глотая слёзы, вспоминая, как Верея страдала по нему.       — Лада, чуть что, ты сразу мне говори про этого волхва, — попросил мужчина, присев рядом у её колен.       Она перевела свой взор на его глаза, напоминавшие осенню, гниющую листву. Кивнула и положила свою холодную ладонь на его плечо, нежно поглаживая. От этого жеста он весь расцвёл, ведь не каждый день жена одаривала его тёплыми прикосновениями.       — Хорошо, — попыталась улыбнуться, на что после Драган потянулся за поцелуем.       Оставив неощутимое касание у уголка розовых губ, мужчина поднялся с пола и прошёл к сундуку с одеждами, пытаясь найти приемлемую рубаху. Лада сняла с себя украшения, как вышел муж из спальни, переоделась в домашнее платье с чёрным жилетом, узоры которого были не очень пёстрыми.       Когда все собрались внизу, к ужину подоспели Тата и Слава, которые ранее уходили на поручение от Лады. Воротившись, сели у края стола, чтобы не привлекать к себе внимание. Пока Драган и свёкор заливали свои тела медовухой, Лада водила своей ложкой по тёплому картофелю и свежим овощам. Перед глазами стоял образ волхва в пугающих одеяниях, в ушах отдавался его покорный голос, с которым он поинтересовался о ней. Жрица… Она улыбнулась, и как только он мог подумать такое. И взаправду ли он видел Верею на её плечах? Может, даже сейчас она была рядом с ней, пока ела за одним столом со всеми? Жуть.       До того как опьянеть в край, старейшина попросил слуг приготовить всё для празднества в честь появления в деревне нового волхва. Просидев ещё часок другой, все начали потихоньку засыпать. Драган и Слава довели старейшину в спальню и уложили того в постель. Марфа с молодыми девицами относили грязные блюда в кухню, а Антип пошёл проверять — задвинул ли он ставни. Лада тоже время не теряла и решила отправиться побыстрее спать, чтобы пришёл новый день, однако голос рыжей служанки заставил её остановиться у лестницы.       — Сударыня, я со Славой по вашему поручению сходили к охотнику. Он к утру обещал принести свежую дичь. — отчиталась она.       Заглянув в её озорные голубые глаза, Лада так и чувствовала в ней какую-то странную вещь, но до конца не понимала, что это могло быть.       — Хорошо, спасибо тебе большое. Завтра поможешь мне собраться к родителям и сестрице. Проводишь меня к ним.       — Поняла! Доброй ночи вам, сударыня!       — Доброй, — кивнула девушка, ступая вверх к своей спальне.       

***

             — Как же чудесно смотрится на вас этот платок, сударыня! — ахнула Тата, осматривая Ладу в красивом платье белоснежном платье с удлинённым красным воротником, шитым золотыми нитями. Атласный платок с пёстрыми узорами цветов действительно очень шёл миловидному личику молодой сударыне.       — Мне нравятся твои волосы, — вдруг сказала Лада, смотря на отражение Таты в своём зеркале.       Та, растерявшись от внезапного проявления тепла со стороны «холодной» жены Драгана, приоткрыла рот.       — Спасибо, сударыня! — опустила глаза в пол, а щёки стали красными как наливные яблоки. — В детстве меня дразнили за них. Называли ведьмой.       Грустно вздохнула.       — Понимаю, меня тоже часто дразнили. — призналась ей Лада. — Благо моя сестрица Верея заступалась за меня. Она была такой бойкой, с внутренним огоньком. Чем-то ты мне её напоминаешь. — на лице расплылась тёплая улыбка от воспоминаний о сестре. — Я думаю, вы бы с ней сдружились.       — Здорово, — улыбнулась Тата, поправляя своё платье. — А у меня нет ни сестёр, ни братьев. Я была единственным ребёнком, всегда завидовала девчонкам, у которых были старшие братья или младшие сёстры. А Верея сейчас где?       Лада, потупив взгляд в окно, резко ответила:       — Она умерла.       В воздухе повисла напряжённая тишина, Тата и не знала, какие слова подобрать к такой ситуации. Однако Лада первее перевела тему:       — Пошли уже скорее, солнце уже встало.       Шли девицы до родителей Лады в полной тишине. Туман сгущался вокруг косых изб. Скрипели оконные ставни. Дети ещё спали, потому улочки были пустыми и тихими. Лада шла впереди, а Тата поспевала за ней. Она не привыкла ходить к родителям с кем-то. Обычно девица посещала их одна, либо в компании супруга. Очень уж её отец уважал Драгана. Только вот никто из родных не знал о чувствах Вереи к нему. Верея. Опять Верея.       Лада шла, не замечая тропы под ногами, потому как всё её сознание погрузилось в старые воспоминания. Образ Вереи застрял в голове, и никоим образом не хотел покидать эту обитель. Вина. Вот что испытывала до сих пор Лада. Это состояние тяготило девушку всё это время.       Почему так всё произошло? Почему она это сделала?.. Почему…       Ответов никогда на эти вопросы, к сожалению, не получить.       Увидев на горизонте отчий дом, Лада тяжело вздохнула. Тата услышала это, но решила сохранить молчание. Когда он подступили к порогу, Лада постучала в дверь. Поправив платок, она обернулась в сторону Таты и одарила её натянутой улыбкой. Рыжая девица тоже ей улыбнулась.       Дверь перед девушками открыла невысокая женщина с фартуком на поясе. Как только дверь скрипнула, женщина с тёплыми объятиями набросилась на дочь.       — Лада! Доченька!       — Здравствуй, матушка. — тепло, но сдержанно проговорила она, обнимая мать в ответ.       — Ты чего так рано явилась? Это ты с кем? А где Драган? — засыпала вопросами женщина, переводя взгляд с дочери на рыжую незнакомку.       — Матушка, это Тата — моя помошница.       — Здравствуйте, — уже подала голос молодая слуга.       — Сегодня пир в честь волхва, он прибыл вчера к нам в деревню. Драган помогает мужикам из деревни, чтобы всё успеть подготовить до заката.       — Понятно, заходите! Не стойте на пороге. — впуская в избу, подзывала женщина.       Внутри пахло парным молоком и свежим хлебом. Такой родной запах, прямо как в детстве, когда Лада, Верея и Ганна возвращались домой после игр в поле. За столом, который был накрыт старенькой скатертью, сидела старшая сестра, поедая буханку хлеба с вареньем и сметаной. Увидев знакомое лицо, никак она не отреагировала. Лада же наоборот, поздоровалась с сестрицей.       — Здравствуй, Ганна! — выдавила улыбку.       — Здравствуй, — повторила за сударыней Тата.       Матушка прикрыла дверь, идя вслед за девушками, поинтересовалась, поправляя фартук:       — Хотите каши? Я кашу варю для Ганны, но и для вас хватит.       — Нет, спасибо я не буду. — ответила Лада, присаживаясь рядом с Ганной на скамейку. — Тата, если хочешь, матушка тебе всё сделает — не стесняйся.       Тата замешкалась, присаживаясь напротив своей сударыни и её сестрицы.       — Если можно, то я бы просто молока попила бы.       Женщина усмехнулась, доставая ухватом горшочек с пшённой кашей.       — Конечно можно.       Как только женщина наложила еду для старшей дочери в тарелку, она поднесла кувшин с молоком Тате, сказав, чтобы она выпила всё до дна.       — Говоришь волхв пришёл в нашу деревню, — завязала разговор женщина, снимая с себя фартук. — Надеюсь, боги будут милостивы к нему и дадут все ответы на наши вопросы.       — Да, надеюсь. — кивнула Лада. — Матушка, а отец скоро вернётся с пастбища?       Женщина повела бровью.       — Забыла совсем? За три часа до заката должен быть дома.       — Тогда мы с Татой и Ганной сходим в баню, подготовимся к празднеству, хорошо?       В который раз за это утро Тата чуть не упала. Как же ей повезло со своей сударыней.       — Доченька, ну что же ты. Если ты живёшь в семье мужа, это не значит, что ты не можешь переступать порог дома, в котором выросла.       — Спасибо.       Когда Ганна поела, а Тата допила молоко, девушки отправились в сторону старенькой бани. В руках каждая из них несли полотенца и платья, чтобы потом переодеться, пока сохнут их волосы.       — Сударыня, не знаю, как вас отблагодарить. — вдруг обратилась Тата, перешагивая бугор.       — Было бы за что. — усмехнулась Лада первый раз за долгое время. — За простую человечность не благодарят, Тата.       — Просто подумать не могла, что буду помогать вам. Рассчитывала хотя бы на самую простую работу, а оно вон как закрутилось.       — Тата, я дочь пастуха. Не думай, что я буду относиться к тебе так же, как и слуги в доме свёкра.       Они зашли внутрь, накинули дров и стали ждать, когда нагреется вода. За это время они успели раздеться и расплести косы. Лада помогла Ганне, пока Тата разливала каждой воду.       Когда девушки вернулись в избу, Лада помогла Ганне заплести волосы. Тата же вызвалась помочь развесить чистое бельё матери своей сударыни, после чего они вместе приготовили горячий обед. Когда Лада спустилась помочь им накрыть на стол, она пошатнулась, чуть не повалившись кубарем с лестницы. В зеркале ей привиделось отражение Вереи. Бледное лицо с пустым взглядом, с иссохшими губами и жидкими волосами.       Ганна подкралась сзади неё и шепнула:       — Сегодня.