Окна открыты

      После вечерней прогулки с Робертом Гермиона медленно побрела к башне. У картины её шаги замедлились, будто невидимая сила удерживала её. «Неужели я всерьёз боюсь вернуться в собственную комнату из-за Малфоя? Чёрт, Гермиона, куда подевалась твоя гриффиндорская отвага?»       Собрав волю в кулак, Грейнджер твёрдо, хоть и с дрожащими коленями, выдохнула пароль и переступила порог.       Гостиная встретила её зловещей тишиной и глубокими тенями. Призрачный лунный свет падал на малиновый диван, окрашивая его в тревожный, почти кровавый цвет. Гермиона сжала губы. Воздух был тяжёлым, насыщенным невысказанными словами и скрытыми угрозами. Даже в отсутствие Малфоя комната сохраняла его ядовитую ауру.       «А если Роберт всё-таки что-то сделал с Малфоем?» — пронеслось в голове у Гермионы, и её сердце сжалось от внезапного страха. «Нет, он обещал... Хотя... Может, Драко просто в своей комнате? Или затеял что-то со своими слизеринскими приятелями?»       Она поднялась по лестнице, и холодная пустота второго этажа обдала её мурашками. У двери в комнату Драко Гермиона замерла, прислушиваясь к тишине. Наконец, она толкнула массивную дверь.       — Малфой? — её шёпот прозвучал неестественно громко в звенящей тишине. Ответом стала лишь гулкая пустота. Комната была нежилой — постель аккуратно заправлена, вещи разложены с педантичной точностью. И это молчаливое отсутствие встревожило Гермиону больше, чем откровенная угроза.       Вернувшись к себе, она сбросила мантию и попыталась уснуть, но тревожные мысли вихрем кружились в голове. Образ бледного, надменного лица Малфоя неотступно стоял перед глазами. Сжав кулаки на одеяле, Гермиона приняла решение — она не сомкнёт глаз до тех пор, пока не услышит знакомые шаги в коридоре.

***

      Прошло два долгих часа, а Драко всё не возвращался. Гриффиндорку охватила нарастающая тревога — навязчивые мысли мешали сосредоточиться, и она в третий раз перечитывала одну и ту же страницу романа, когда вдруг раздался оглушительный скрежет, и потайной портрет отодвинулся.       На пороге, едва держась на ногах, стоял Драко. Его обычно безупречная внешность была в ужасном состоянии: мертвенная бледность кожи контрастировала с тёмными кругами под глазами, а волосы видимо были вырваны целыми прядями — будто он сам терзал их в приступе невыносимой боли.       Увидев это пугающее зрелище, Гермиону охватил леденящий душу ужас. Она стремительно бросилась к Малфою, с ужасом разглядывая его с ног до головы.       — Довольна, Грейнджер? — просипел он, его надменный голос превратился в хриплый шёпот, прерываемый мучительными приступами кашля.       — Нет! Я... я бы н..никогда— Гермиона внезапно замолкла, её глаза расширились от ужасной догадки. — Роберт... — выдохнула она, не веря собственным мыслям.       — Твой милый дружок оказался не таким уж невинным, — исказился в болезненной усмешке Малфой. Даже сейчас, испытывая адскую боль, он не мог отказаться от язвительности.       — Но... он...он не мог... Прости, я не хотела этого! — слёзы покатились по её щекам. Чувство вины душило её — из-за её неосторожных слов пострадал человек.       — Хватит этого дешёвого спектакля! — резко оборвал он, с трудом опираясь о косяк двери. — Или ты расстроена, что я не сдох?       — Драко, прошу, выслушай меня! — но слизеринец уже повернулся и, не оглядываясь, захлопнул дверь своей комнаты прямо перед ней.       Гермиона осталась стоять в одиночестве, беззвучно рыдая. Она простояла так до самых первых лучей рассвета, прежде чем с опустошённым сердцем поплелась в свою комнату.

***

      Утро встретило Гермиону обманчивой ясностью. Золотистое сентябрьское солнце заливало замок тёплым светом, но его лучи казались ей почти издевательскими. Лишь лёгкий, почти невесомый ветерок трепетал листьями у стен Хогвартса, словно пытаясь успокоить её смятенную душу.       Несмотря на идиллическую погоду, Гермиона чувствовала себя совершенно разбитой. После двух часов беспокойного сна и страха встретить Драко, она бежала в Большой зал с единственной мыслью — поскорее скрыться.       Просторный зал встретил её звенящей тишиной. Лишь горстка таких же бессонных учеников нарушала утреннее безмолвие.       Подавленное настроение и усталость оставили ей силы лишь на зелёное яблоко, которое настойчиво напоминало ей о Драко... Нет, ни о ком оно ей не напоминало. Она с трудом глотала вязкую мякоть, чувствуя, как ком подступает к горлу.       Её взгляд самопроизвольно скользнул к слизеринскому столу. Увидев пустующие скамьи, она невольно выдохнула с горьким облегчением.       Когда в зале начали появляться первые ученики, а затем и Гарри с Роном, сердце Гермионы сжалось. Она так отчаянно хотела всё им рассказать, но нерешительность заставила соврать о неотложных делах. Словно преступник, бегущий с места преступления, она поспешила к гостиной Когтеврана.

***

      У круговой башни её ждала неожиданная встреча. Луна Лавгуд, словно призрачное видение, возникла из утренней дымки.       — Луна, ты не видела Роберта? — голос Гермионы прозвучал неестественно взволнованно. — Мне очень нужно его найти.       — Он сегодня невидимка, — мечтательно произнесла Луна. — Хочешь, оставлю ему записку? Носорожекрылы разносят самые срочные сообщения.       — Нет, я... Если увидишь его, просто скажи, что я искала, — Гермиона попыталась изобразить подобие улыбки.       — Твои мысли сегодня такие громкие, — внезапно сказала Луна, глядя куда-то сквозь неё. — Мозгошмыги злятся, что ты не дала им печенья.       Этот неожиданный комментарий заставил Гермиону вздрогнуть. Хотя все давно привыкли к причудам Луны, сегодня её слова показались пугающе точными.       — Всё в порядке, просто... не выспалась, — смущённо пробормотала она.       Луна кивнула с всепонимающим видом и поплыла прочь, напевая странную мелодию.

***

      Драко провёл весь день, не встретив Грейнджер, и это невольное затишье было ему только на руку. Каждый раз, когда он представлял возможную встречу, его сознание порождало тревожные, противоречивые образы: то он швырял в неё ослепительно-зелёное заклятье «Авада Кедавра», то сжимал её шею, а потом вдруг притягивал к себе в яростном, почти жестоком поцелуе.       — Серьёзно? «Круциатусом»? — Забини аж присвистнул, впечатлённый рассказом друга. — С первого раза? Невероятно!       — А с чего ты взял, что с первого? — встрял Нотт, пытливо глядя на Драко. — Может, он участвовал в войне и там набил руку?       — Он приехал из-за границы, Тео, — сквозь зубы процедил Драко. — Ни в какой войне он не участвовал.       — Ну, дружок Грейнджер — тот ещё тип, — подытожил Забини, закатывая глаза.       — Ладно, хватит о зануде, — беспечно махнул рукой Нотт и с хитрой ухмылкой протянул приятелям две пыльные бутылки отборного огненного виски. — Предлагаю перейти к делам поважнее.

***

      Гермиона в двадцатый раз взглянула на часы, сидя в пустынной гостиной. Совместное патрулирование с Малфоем должно было начаться ещё полчаса назад, но слизеринец бесследно исчез.       Неожиданно послышался скрип поворачивающегося портрета, и в проёме показался Драко. Он шатался на пороге, но на этот раз не от последствий заклинания — его движения выдавали крепкое алкогольное опьянение.       — Гр-Грейнджер... Ждёшь? Зачем? — его слова плыли, спотыкаясь о несвязный язык.       — У нас дежурство! — вспыхнула Гермиона, решительно уперев руки в бока.       — Ах, да... дежурство... — Малфой сделал театрально-неуклюжий поклон. — Вынужден отказаться... не в состоянии.       — Прекрасно вижу, — выдохнула она. — Тогда обойду одна. Благодарю за избавление от компании.       Перед уходом Гермиона невольно задержала взгляд на слизеринце. Она никогда не видела его таким — с размытыми чертами лица, без привычной ледяной маски. Заметив её внимание, Драко расплылся в пьяной улыбке. С раздражённым вздохом девушка вышла.       Закончив обход освещённых коридоров, Гермиона с затаённой тревогой спустилась в подземелья. Сырой холод обвил её плечи, заставляя содрогнуться. Влажный мрак подземелий пугал её всегда, и сегодняшняя ночь не стала исключением.       Внезапно эхо шагов позади заставило её обернуться. Палочка мгновенно оказалась наготове.       — Ге-Гермиона? — просипел знакомый голос. — Что ты здесь делаешь? Роберт стоял в тени, его лицо казалось неестественно бледным, а тёмные глаза отражали тусклый свет, словно у змеи.       Вдруг её осенило: именно это сходство она подсознательно отмечала при первой встрече. Рука с палочкой сжалась сильнее.       — Объясни, что ты делаешь здесь, Роберт? — потребовала она.       — Я... заблудился, — пробормотал он, опустив взгляд.       Гермиона медленно опустила палочку. «Мрачная атмосфера подземелий играет с воображением», — попыталась убедить себя она.       — Провожу тебя. Заодно расскажешь, что произошло с Малфоем.       — Он заслужил это! — голос Роберта дрогнул.       — Никто не вправе вершить расправу! Какое заклинание ты применил?       — Я... не использовал магию. Просто избил его, — он потупился.       — Это возмутительно! За подобное полагается наказание — снятие баллов или обращение к МакГонагалл. Радуйся, что мы друзья.       — Благодарю... «мамочка», — он криво усмехнулся.       — Не смей шутить! Ещё один проступок — и я отправлюсь к профессору.       — Хорошо, понял...       Всю дорогу до башни Гермиона читала строгую лекцию о морали. Оставшись одна, она подумала, что завтра, когда Драко протрезвеет, будет необходимо извиниться.