KRAMOLA

— Голову прямо держи! Плечи расправь! К старости лет будешь с горбом ходить, раз сейчас нормально не можешь держать мышцы в тонусе, — указка прилетает прямо по спине Тэхёна, дабы он наконец услышал замечания, которые он и так внедрит практически каждый день. Омега не отвечает ничего в ответ и пуще прежнего пытается вытянуть из себя идеальную осанку, стоя на каблуках, от которых ноги нещадно болят и ноют. Его будто поставили на огромные камни, и ему приходится с усилием делать идеальные шаги. Он знает, что у него все от иголочки идеально получается и что критика от учителя лишь для того, чтобы в конечном итоге омега не почувствовал расслабления. Именно этим жестока модельная карьера или же иной спорт. Везде и всегда ты должен быть выше своих сегодняшних результатов. Прошло почти полтора месяца с тех пор, как Чонгук полностью перевёз его вещи в свою квартиру в центре Сеула и забрал Тэхёна к себе. Что-то в этот момент и поменялось между ними, потому что им приходилось видеться каждый день по несколько раз. Омега, безусловно, старался избегать неизбежных встреч, пропадая с утра до вечера в университете, затем на тренировках, где ему также было не столь сладко, но это лучше, чем видеть альфу рядом и чувствовать его давящий аромат куда ярче. «Недопониманий» больше не было, по крайней мере таких масштабных. Чонгук, как сильно парню не хотелось бы этого осозновать, был внимательным к нему. Он не вёл себя навязчиво, давая понять, что не давит на него. Больше не поднимал тему прошлого, которое так или иначе было с ними рядом, окутывая своей тьмой. И заботился... Альфа вставал намного раньше него, готовил завтрак, оставлял его на столе в закрытом доступе, чтобы еда не остыла, и тихо уходил на работу до того момента, как Тэхён проснётся. Практически не тревожил его, не приходил вечерами в комнату омеги, понимая, что тому нужно время для адаптации. Даже если им приходилось вместе выходить в ресторан, дабы в прессу вышло их публичное времяпрепровождение, и парню приходилось выглядеть счастливым и фальшиво улыбаться Чонгуку, спокойно реагируя на близкие прикосновения, то альфа после обещал, что вскоре ему не придётся вести такой активный публичный образ жизни. Тэхён не верил, что после показа и самой церемонии обручения ему больше не придётся играть на камеру, но старался убедить себя, что счастье обязательно улыбнётся ему. Но счастье пока молчало. И он продолжал играть по навязанным правилам. За этот короткий период случилось довольно много перемен в жизни Тэхёна. В университете его встретили косые взгляды и шёпоты за спиной, каждый успел проводить взглядом, но его в тот момент больше волновала реакция друзей. Он выглядел усталым, будто его внезапно одолела непосильная тоска, скука от жизни. Воображение играло с ним злую шутку. Образы друзей и их презрение окружало его со всех сторон. Омега боялся, что его назовут лжецом, что отвернутся от него за скрытие такой новости. Однако они были лишь потрясены и восхищены, что у Тэхёна такой идеальный жених... И тогда он окончательно понял, что остался один на один со своим кошмаром. Родители, друзья и масса считали Чонгука потрясающим. Омеги завидовали его положению и обретённому статусу. Образ альфы был для них наравне с Апполоном. Абсолютно каждый человек, знающий новость о помолвке Ким Тэхёна и Чон Чонгука, хотел обменяться местами с парнем, который наоборот хотел сбежать из этой реальности. За ним теперь следили со всех углов. Предлагали совместные дела, просили сделать фото, фоткали изподтишка. Именно поэтому он сам согласился на предложение альфы, чтобы его забирал с университета предоставленный личный водитель, с которым они, к удивлению, хорошо поладили. Временами Ли Бон Сок прикрывал омегу, когда тот хотел съездить к прошлому месту жительства Чимина, до сих пор не появившегося и сменившего номер. Исчез столь внезапно, что Тэхён ловил себя на мысли, что младшего и не существовало, но пытался быстрее вернуться в реальность, потому что всё казалось абсурдным. Быть может, омега потерял хоть какую-нибудь нить со своим здравым смыслом, но он точно находил утешение от занятий в модельном агентстве, которые проходили между прочим в одном здании, где работал Чонгук. Альфа редко появлялся в поле зрении Тэ. И на первый урок он лично пришёл с парнем, чтобы отдать в руки этому старому омеге, чье тело оставалось утончённым даже в столь позднем возрасте. Тело тянуло неделями от боли, и синяки в недоступных для глаз местах сходили слишком долго, оставляя ещё жёлтые отметины на несколько дней. Чонгук сказал учителю делать своё дело, а Тэхёну — «ты всегда можешь ко мне подойти и высказать свое недовольство». Именно поэтому омега знает, что альфа в курсе о таком жёстком обращении по отношению к нему, но упорно ждёт, когда он сломится и самостоятельно придёт пожаловаться на некомпетентное обращение учителя Мун. Но Кима всё устраивало. Он отдавал всего себя, совсем не заботясь о своём здоровье, лишь бы страшные мысли и боль от разбитой любви не смогли пробраться через крепость, которую парень сам выстроил. И всё реже встречался с родителями... Расслабленное лицо и глаза смотрят в отражение на свое подтянувшееся тело с формами. Красивый. Безусловно эталон красоты, но изуродованный внутри людьми. Его ноги на высоких каблуках смотряться утончённо, словно созданы лишь для того, чтобы ходить по красной дорожке. И сам Тэхён создан лишь для того, чтобы сиять своей внешностью на обложке журнала «VOGUE». Но печально было лишь то, что он больше не знал, чем искренне хочет заниматься, какое будущее хочет видеть в своей жизни. Вокруг будто окружил беспросветный туман, в котором видны редкие тёмные тени и слышны пронизывающие звуки птиц и скрипучих деревьев. Потерялся... Из затягивающих мыслей возвращает в реальность захлопнувшаяся дверь и хлесткий удар указкой по бедру. — Сосредоточься! — строго вторит учитель Мун, смотрящий как орёл из-под узких очков на переносице и не обращающий внимание на то, что в студию зашёл посторонний человек. А Тэхён застыл, видя отражение чёрных глаз на себе в зеркале. Даже кожа на бедре перестаёт гореть, потому что сердце горит сильнее. Чонгук быстро проводит взглядом по обтянутой чёрной футболкой тонкой талии и бедрам в коротких шортах. «Невероятный мальчик», — думает про себя альфа, переводя внимание на пожилого омегу, чтобы не заставлять Тэхёна чувствовать себя уязвимым. — Господи Мун, впредь не смейте проявлять физическое насилие к нему, — вкрадчиво приказывает мужчины, засунув руки в карманы классических брюк. И, больше не смотря на омегу, выходит из зала, бросив напоследок. — Занятие на сегодня окончено. Тэхён, переоденься и выйди на ресепшн. Парень устало вздохнул, забрав сумку со скамейки, и попрощался с учителем, который подозрительно сощурился, покачав головой. Чонгук переговаривался с кем-то по телефону, иногда слишком резко отвечая, отчего омега сторожился подходить к нему и стоял позади него на пару шагов. Разговор длился недолго, поэтому альфа незамедлительно оборачивается назад, чтобы найти Тэхёна, но тот уже своим глубоким взглядом из-под ресниц смотрит на него. Для публики он натягивает улыбку на губы, отчего омега тоже понимает, что стоило бы сделать радостный вид. Однако не может. Руки продолжают свисать вдоль тела, сцепляя ладонями ручку сумки, с которой он и в университет ходит и сюда на тренировки, а ноги и шага не хотят сделать. — Тэхён-и, чего такой грустный? — альфа сладостно тянет его имя, сокращая между ними дистанцию. «Чёртов актёр». — Ты, наверное, вымотался сегодня, — тянет руку к его щеке, поглаживая большими пальцем упругую кожу. Тэхён обжигается, но играет вместе с ним, едва улыбаясь и стараясь выглядеть так, будто по уши влюблён. — Да, ноги безумно устали, — прикрывает глаза омега, словно млеет от прикосновений Чона, и правдиво удивляется, когда его подхватывают на сильные руки. Горькие слова чуть ли не вылетают с его пухлых губ, но альфа успел шепнуть ему на ухо, чтобы тот молчал. И Тэхён молчит, пряча раздраженное лицо в пальто в зоне шеи Чонгука, которая отдаёт его тягучий и трепкий природный запах в контрасте с парфюмом. До его ушей едва доносятся шёпоты за спиной, и понимает, что лучше ему не открывать Интернет и новости с пабликами. Ведь между завистливых комментариев с хорошей реакцией просачиваются слова с грязью о Тэхёне. Изначально читать всё это было тяжело и обидно, потому что каждый удар приходился по незажившим ранам, что ухудшало его ментальное здоровье. В тот момент альфа насильно отобрал у него телефон и хорошенько вправил мозги, потому что люди, сидящие за экранами не больше, чем песчинка в мире, и они говорят гадости, потому что сами глубоко в душе несчастны. Не сказать, что их разговор кончился положительно. Парень винил во всём Чонгука. Не будь его постоянных открытых действий по отношению к Тэхёну, то никто бы не писал, что он покупная шлюха и место рядом с влиятельным альфой заработал через постель, потому что его семья разорилась, и им нужно было как-то спасать свою задницу, привыкшую к роскоши. Омега бы не принимал все так близко к сердцу, если бы не находил в словах хейтеров жгучую правду... Они выходят на улицу, где по углам притаились журналисты, чтобы сфоткать их вместе и выложить в сеть, и идут к дорогому Порше чёрного цвета. Чонгук ставит Тэхёна на чистый снег, не отводя взора, а затем наклоняется, чтобы оставить лёгкий поцелуй на поджатых напряжённых губах. Вот что ненавидит омега больше всего — невозможность отстраниться, когда альфа проявляет подобное внимание. А тот этим пользуется, потому что знает, что Ким не сможет сделать ничего против, когда на него смотрит толпа людей, играется и любит. Власть есть у обоих, но лишь один из них научился ею распоряжаться. Тэхён никогда не отвечал на поцелуй и терпеливо ждал конца шоу, проглатывая свою гордость. Когда альфа отстранился, он наклонил голову вниз, отчего кудрявые пряди закрывали его лицо, и пытался держать себя в руках. В такие моменты все думали, что омега стесняется и рдеет от действий альфы, но всё было куда хуже. Дверь машины захлопывается за мужчиной, который не перестаёт довольно улыбаться, похлопывая по рулю и заводя мотор. И след от его раздражённого тона при разговоре по телефону простыл. — Я же просил тебя так не делать! — повышает голос омега, злобно откидывая сумку на заднее сиденье. — Не смог устоять перед тобой. — Неуравновешенный, — закатывает глаза Тэхён, не вывозя удовлетворённый вид Чонгука. — Да брось, мы же идеально смотримся в заголовках новостей, — альфа одной рукой выруливает с парковки, направляясь по маршруту к их квартире. — Ты хоть читал, что пишут про меня? Чонгук напрягает руки. — Тэхён, перестань читать такое. Эти люди перед тобой на коленях ползать будут и ботинки лизать, если встретятся с тобой лицом к лицу. Да и все знаменитые люди с таким сталкиваются, смысла нет уделять этому внимание. Это всё неправда, — снова пытается донести до омеги пройденное, тёплым взглядом поглядывая на надутые губы, которые недавно целовал. Чонгук хотел бы застыть в том моменте, чтобы вновь подольше насладиться нежностью. — Маленький, не злись. Загляни в бардачок, — альфа снова пытается развеять плохое настроение Тэхёна, но тот упорно игнорирует его и продолжает смотреть в окно, отчего он моментально холодеет, не видя отдачи, — Тэхён. Омега знает, что это за тон. В какой-то момент он стал относится к обращению по имени насторожено, чувствуя уже плохие новости. Так к нему Чонгук обращается, когда он на краю своего недовольства. А Тэхёна в принципе раздражает, когда тот придумывает ему различные прозвища и зовёт его по имени. Приходиться через силу тянуть руки к ручке бардачка, открывая его. Его любимый сникерс в белом шоколаде. — Сладкое помогает от стресса, поэтому покушай. — Мне нельзя, — откидывается на сиденье, глотая вязкую слюну. Сладость так и тянет к себе. Сколько раз ему приходилось отказаться от любимого удовольствия, что мозги выносило от несправедливости. Чонгук устало вздыхает. — Почему ты продолжаешь делать вид, что всё в порядке? — Потому что всё в порядке, — Тэхён опускает голову, закусывая губу, потому что чувствует, как ком давит поперёк горла. — Ты бы мог прийти ко мне в тот же день, как на тебе применили силу, и я бы разрешил этот вопрос. Тебе легче проглотить физическую боль и продолжать терпеть, но остаться с никому ненужной гордостью, — неужели за полтора месяца Чонгук поднял эту тему. — Ты же знал обо всём, почему сам не мог прекратить это? — сорванным голосом задаёт вопрос Тэхён, ощущая, как глаза застилает влага. — Я надеялся, что для тебя это будет уроком. Ты бы сейчас не ходил с синяками и мозолями, если бы хоть раз подошёл ко мне и сказал, что тебя не устраивает отношение Муна. Тэхёну нечего было ответить на это... — Может, когда-нибудь поймёшь, что некоторые вещи должны быть выше твоей гордости, — Чонгук ненавидит, что омега продолжает быть упёртым и не желает прислушаться к нему. Даже спустя несколько месяцев сожительства и маленькой заботы о нём тот остаётся на несколько шагов от него. Это неимоверно бьёт по его достоинству, но в тоже время он знает, что Тэхён все равно принадлежит ему. В скором времени всё выйдет на новый уровень. Стоит быть терпеливым. Альфа останавливается на обочине реки Хан, когда после его слов сбоку слышится тихий всхип. — Иди сюда, — он отстегивает ремень безопасности, подбираясь ближе к Тэхену, и обхватывает его за плечи, приближая к себе. — Прекрати притворяться сильным, когда валишься с ног. Я не перестану повторять, что ты можешь просить у меня помощи и поддержки. Это не так трудно, учитывая, что мы помолвлены и вскоре станем семьёй, — Чонгук чувствует влагу на своём плече, пропитанном солёными слезами, отчего ему самому неприятно от того, что он – причина такого поведения. — Я...я боюсь, — тихо мямлит омега, ненавидя себя за слабость в этот момент, которая обрушилась на него внезапно. У него болит и тело, и душа, что нет сил продолжать сражаться с самим собой. Ему каждый вечер хочется сдаться, но он упорно уверяет себя, что это не лучший вариант, что утром ему снова поверится в свой успех. И он обязательно расторгнет договор с альфой. А сейчас...сейчас слова мужчины откликаются в его хрупком сердце. Его сущность вот-вот рухнет, потому что с Чонгуком безопасно в плане статуса и комфорта жизни, но Тэхён пойдёт против себя маленького, подвергнувшегося насилию над своим телом и неопытной душой. Это как стоять в качестве свидетеля на суде и решать, что сказать в пользу обвиняемого, который на самом деле невиновен, но при этом тебе сторона ответчика предлагает огромную выгодную сделку, что до конца жизни ты не будешь ни в чем нуждаться. Быть честным или искусить грех. Отстоять беззащитное дитя внутри себя или купаться в статусе супруга одного из главных мужчин страны. — Чего ты боишься? — спрашивает Чонгук, стирая дорожки слез по алым щекам омеги, остающегося даже в таком состоянии красивым до безумия. — Я боюсь себя. Каждый человек когда-либо обвинял другого в свои бедах, неудачах и пороках. Но виноват ли на самом деле тот человек? Тэхён пришёл к ответу через свою пережитую боль. Через что ему пришлось пройти, чтобы осознать истину всего, что происходит вокруг него, что заставляет его задумываться о своей судьбе. Он крушится в руках Чонгука, как многолетием изжитый из себя материал. Он словно стал пластичным в его объятьях, которые отдают чужим теплом. Ему больно и хорошо. Вот, что омега ощущает сейчас, когда наконец-то понял всё. У вселенной нет плохих и хороших, нет виновных и невиновных, нет достойных и недостойных. Есть «никто», который имеет куда больше возможностей и привилегий. Это человек. Он даёт значение всему, что касается его реальности. Он прививает название тому, что появилось в его жизни. И неважно, был это человек или вещь. Проблема была в том, что Тэхён дал значение Чонгуку. Он считал его из разряда плохих парней, считал своим кошмаром, думая, что альфа и в самом деле такой, но в это же время для родителей и других людей он был хорошим, почти что совершенным человеком. Это и было ответом. Во Вселенной Чонгук не виноват. Он является лишь тем, кем сам себя считает. Это означало, что Тэхён сам дал значение своим страхам. Если бы он относился по-другому к тому, что пережил, то ему не было бы настолько плохо в своём статусе. Ему незачем доводить себя до истощения только из-за того, что его жених оказался под той табличкой, которую омега сам нарисовал над его головой. Но это не отменяет того, что по уставам людской морали Чонгук совершил преступление. Поменяй Тэхён свои убеждения на альфу, то и он будет ощущаться по-другому. Замкнутый круг, в котором люди зависят от своего мышления. Нет правильного во Вселенной. Есть только то, что существует в твоей голове. Тэхён всегда был главным врагом своей жизни. Если он примет свою травму, перестанет враждебно относиться к альфам и тем более к Чонгуку, то его реальность будет безупречной. Омеге станет легче без того груза, который он добровольно несёт на себе с детства. Все, казалось бы, так просто. Всего лишь отпустить прошлое и посмотреть на мир под другим углом. Всего лишь...

***

— Ты явно перетрудился, — выносит вердикт Чонгук, без слов выходя из машины. Обходит её и останавливается на краю моста, опираясь на ограду. Омега понял, что он даёт ему успокоиться в одиночестве, чтобы тот не чувствовал себя жалким из-за слёз. Но ему не легче от этого, хоть Тэхён постепенно перестаёт лить слёзы. В голове образовывается кромешная тишина, и его начинает тянуть в сон. Да и время уже для сна подходит. Это они здесь по какой-то причине задержались, поэтому Тэ открывает дверцу машины, зовя Чонгука. — Не хочешь подышать свежим воздухом? — повышает голос альфа, пытаясь перекрикнуть проезжающие машины. Его пальто и волосы полыхают на холодном ветру, а взгляд столь острый и глубокий, придающий ему мужественный вид. Тэхён завис, понимая, что смотрит на него действительно как на альфу, с которым ему придется жить. Раньше он воспринимал Чонгука, как того четырнадцатилетнего парня, который загонял его в угол при любом удобном случае. А сейчас что-то в нём щелкнуло, отчего омега сам себя испугался, запирая дверь машины обратно. Чонгук на это хохотнул, принимая молчаливый ответ на свой счёт, поэтому вернулся обратно. — Как самочувствие? — интересуется он. — Спать хочется, — бубнит Тэхён, сняв ботинки и поджав ноги к груди, и тише добавляет, — и кушать. Омега готов поспорить, что не глядя, ощутил улыбку на лице альфы. И сбоку послышалось одобрительное «возьми». Поэтому они снова вошли в движение машин, а удовольствие Тэхёна было безгранично. Сникерс таял на языке и казался чем-то невозможными. До той степени он себя ограничил. До дома они доехали спокойно, по пути Чонгук заходил в магазин, а омега остался ждать его в машине. Изредка перекидывались фразами, и снова наступала тишина, прерываемая музыкой из радио. В квартире Тэхён сразу же захотел к себе в комнату, но альфа попросил попить с ним чай, чтобы тот не ложился спать с голодным желудком. Ладони грелись о кружку, из которой чай убывал слишком медленно, потому что был горячим. Чонгук сидел сбоку, переодевшись в домашнюю пижаму серого цвета, сразу же поменяв образ собранного и хладнокровного мужчины на обычного парня. Тэхён снова чувствовал его пристальный взор, но не торопился ворчать, потому что сам находился в смятении. Он ожидал, что альфа захочет что-то спросить, но не готовился именно к этому: — Когда у тебя будет течка? Омега тут же утыкается носом в кружку, лишь бы не смотреть в ответ. Его сердце в груди бьётся как удары по барабану от смущения. Страха почему-то нет. По крайней мере такого сильного, как раньше. Может, чай с лимоном так действует? Или же усталось? — Почему спрашиваешь? — Не хочу, чтобы ты пил подавители в своем возрасте. Это позднее может сказаться на твоём здоровье, — Чонгук спокойно отпивает чай. — Если ты про бесплодие, как один из побочных эффектов, то мне все равно, — хмыкает Тэхён, поправив сползающие пряди назад. — Зато мне не все равно... — Мне не нужны дети, — отрезает омега, подняв на Чонгука карий взгляд, чтобы тот понял, — «от тебя», — остаётся неозвученным. — Даже если не дети, то зачем мучать себя? Тэ, у тебя есть я, — с надеждой заверяет альфа. — Я не слабый! — повышает тон Тэхён, соскакивая со своего места, но случайно задевает рукой кружку с кипятком, которая опрокидывается на стол, стекая горячей водой на бёдра Чонгука. — Чёрт! — шипит альфа, резко вставая со своего места, и снимает замоченные штаны, откинув их подальше. — Чонгук... — испуганно лепечет омега и подбегает к нему, не зная, что сделать. Укол совести его мучает и у самого мурашки по коже от представления, насколько больно может быть Чону. Его кожа покраснела и наверняка нещадно жжёт. Мужчина стискивает зубы, запрокинув голову назад, и аккуратно садится на диван. — Принеси аптечку, — просит альфа, указав пальцем на самую верхнюю полку в навесных шкафах. А Тэхён беспрекословно бежит к ней, чтобы поскорее помочь мужчине, потому что ожоги кипятком — не шутки. Сам в далеком детстве такое пережил, хоть это и было давно и шрама практически не осталось, но боль помнит, как вчера. И это случилось по его вине... — Вот, — быстро кладёт ящик с аптечкой на диван рядом с ним. — Я не знаю, есть ли у тебя мазь от ожогов... — Есть, — Чонгук сам роется в бесконечном количестве лекарств, чтобы наконец отыскать нужное, но тормозит при моменте, когда откручивает крышку тюбика. Омега невинно хлопает глазами, сидя рядом и стараясь не смотреть, потому что стыдно. — Тэ, мне больно самому себе мазать, не мог бы помочь? У тебя руки нежнее, — осторожно просит альфа, протягивая мазь парню, который охотно принимает её. И даже подвоха не заметил, действуя на чувствах вины. Выдавил на маленький пальчик каплю мази, аккуратно нанеся и размазывая её по ближайшему бедру, где покраснения. Тэхён одновременно дул, скручивая губки, чтобы уменьшить боль альфе. А тот и вовсе затаил дыхание, глядя, как омега старательно залечивает ему повреждения. Так еще и рядом с его пахом, оставшимся в одних боксерах. Неужели Тэхён не замечает или делает вид? Так прекрасно выглядит, когда не сторонится его, что все на свете замирает на время, отдавая момент, где Чонгук влюблённым взглядом наблюдает за омегой. Его невинные глаза, пархающие ресницы, пухлые губы, ровные брови, отточенный носик — все идеально. С самого детства воплощение того, о ком грезил альфа. С ним хочется нежности, хочется получать любой отклик обратно, пусть и не столь в большом размере, в котором желает Чон, но хоть немного. Вот как сейчас. Без лишних перепирательств, возражений, упоминаний о прошлом, которое альфе действительно стоит поперёк горла. Ему тотчас прилетает желание все исправить. Возможно, начать с правильного... — Тэхён, пойдешь на свидание со мной? — внезапно спрашивает Чонгук.