La strada per il motore di Charles

      — Дэн, я клянусь, что совершенно не знаю, как мне начать общаться с ним адекватно, – Макс вертит в руке стакан с прохладным виски. Вечерний бар полон шумных людей, но стол в самом углу зала помогает немного абстрагироваться. Сегодня вечер вторника, до их отъезда буквально два дня, ведь в пятницу утром они уже сядут по машинам. – Я всегда стараюсь заговорить с ним, помочь чем-то или подсказать, а он злится так, будто я посылаю его каждым своим словом!       — Макс, ты преувеличиваешь. Шарль ещё достаточно мягок с тобой, но только потому, что ты понравился нам…       — То есть, он ещё худшего обо мне мнения, но этого пока не показывает? Ну поддержал так поддержал, помог. Видимо, оставшись с ним наедине он меня прикончит, – Макс делает большой глоток, обжигающий горло, жмурится, отставляя тумблер (стакан с толстым дном для виски). Его настроение читается в каждом рваном движении, и Дэн настороженно следит за его действиями.       — Ну, я не сказал этого. Я просто о том, что наш Шарль способен на многое во имя зла и мести, а ты попадёшь под горячую руку. Но то, что он отвешивает сейчас тебе, не сравнится с одним из бывших членов нашего клуба, которого Шарль натурально выпер своим характером. Там, конечно, было за что, но имей в виду, тот человек тоже был той ещё занозой.       — Звучит многообещающе. Значит, говоришь, я не первый под его гневом? Расскажешь? – Ферстаппен заинтересованно приподнял бровь, немного прищуриваясь, словно осторожничает. Неизвестно, захочет ли Дэн делиться чем-то, связанным с Шарлем, ведь Максу уже однажды ткнули в это.       — Не расскажу, уже сам знаешь почему, – что и требовалось доказать, - Но то, что ты сейчас называешь «гневом Шарля», это его минимум. Сейчас он просто говорит, а не делает. Радуйся, малец, – Дэнни отсалютовал своим бокалом, подмигивая. Он делает уверенный глоток, растекаясь по дерматиновому креслу с глупой улыбкой. – И всё же, в этом прибрежном баре лучшие напитки, даже если цены кусаются. И атмосфера та ещё!       Макс не может не согласиться. Он бы и сам был рад так непринуждённо развалиться в кресле, наслаждаясь каждой стекающей по стенке горла каплей обжигающего виски. Но он тут для того, чтобы рассказать другу о своей душещипательной проблеме, которая того мало заботит. Конечно, они с Шарлем давно знакомы и ему легко говорить и рассуждать.       Заведение и впрямь было приятным: барная стойка с соответствующими стульями была полностью забита, но люди не были очевидно пьяный, а их непринуждённый разговор только радовал глаз. На небольшой сцене стоял диджей, выводя своими волшебным руками те мелодии, под которые расслаблялись люди, танцуя. Все были счастливы и спокойны, отвлекаясь от забот в этом месте. Макс ненавидит себя за что, что просто не может перестать думать о нём, где бы он не находился и кто бы ни был рядом.       — Ты действительно сильно паришься. Шарль вспыльчив, особенно если задеть его самолюбие, но он отходит, если на ненависть нет ярких причин. Долго, муторно, но он, скорее всего, тебя примет, не переживай, – Дэнни ободряюще улыбнулся, мягко глядя своими добрыми глазами. Максу за это невероятно нравился Дэн. Они познакомились на форуме по формуле, когда Макс только дебютировал во вторую формулу. Дэна тогда поразило его упорство, но увидеться они смогли только три года спустя, когда общение в сети стало невыносимым. Их встреча была настолько тёплой, настолько долгожданной, что попрощаться они уже не были готовы. Каждый свой летний перерыв, которые у него тогда ещё были, Макс проводил с Дэнни, так как семья не особо жаловала его дома. Так он и познакомился с Льюисом лично, а не только на словах и слухах. Макса уже давно перестали узнавать на улицах, поэтому жизнь казалась более простой и спокойной. Сейчас он наконец-то выделил себе время наведаться в тот картинг, что так сильно хвалил Дэнни. Макс невероятно долго хотел это сделать, но уже тысячи раз пожалел, что ступил на чужую территорию. Думая, что хозяина он так и так знает – как же не знать Льюиса? – он упустил, что там может быть кое-кто ещё. И этот кое-кто его не жаловал.       — Возможно, ты прав. Меня уже самого раздражает то, насколько по детски он себя ведёт, а я вспыльчив, ты знаешь, – Макс неопределённо поболтал рукой в воздухе, приподнимая бровь. – Возможно, я ещё больше разозлил его тем, что не стал изначально в пустую выслушивать его оскорбления и просьбы. Но сейчас, я же пытаюсь! Это мой максимум, Дэн, ты знаешь! – Он откинулся на спинку кресла, сжимая пальцами переносицу. – Я просто хочу нормальных взаимоотношений и хочу вам помочь. Неужели он не видит, что это на благо Движка?       — Всё он видит, Макс. И я знаю, почему он на тебя так взъелся. Я всё знаю и понимаю, потому что знаю его так же давно, как и тебя. Но прости-прости! – Дэнни пожал плечами, поднимая ладони перед собой. – Ничем не могу помочь, Макси.       — Не называй меня так, мне уже не семнадцать! – Макс напущено возмутился, тут же меняя гнев на милость, расслаблено смеясь. Алкоголь медленно начинал действовать, а ситуация с Шарлем мелькала уже где-то на периферии. Сейчас он, наверное, подождёт.

~`~`~

      День «Икс» наступил слишком быстро. Быстрее, чем Макс мог себе представить. В смысле, настолько быстро, что за время от бара до этого момента он успел только провалятся с похмельем, о котором Дэнни почему-то «ничего не знал», когда пил свой малоалкогольный напиток, сходить в зал и оказаться здесь. Он ни слова не сказал Шарлю за это время. Это конец. Макс припарковался у Движка, намереваясь после оставить в нём свою машину на эти выходные. Тяжело выдохнул, потянулся назад за своей сумкой и выйдя, захлопнул автомобильную дверь. Гравий тихо шуршал под ногами, тёплое солнце Леричи напекало макушку, а время стремительно приближалось к полудню. За спиной послышался рёв мотора и шелест гравия от резкого торможения.       Макс резко и испуганно повернулся на сто восемьдесят и его ослепили блики солнца, отражающиеся от блестящей эмали кузова мазды. Ну конечно…       — Доброе утро! – Макс, подняв очки, не особо уверенно махнул вышедшему из машины Шарлю. Тот был в тёмных очках-авиаторах, красном поло и голубых джинсах. Его волосы растрепал ветер, видимо, он ехал с открытыми окнами, а загорелые руки крутили на пальцах ключи.       Он пошёл якобы к Максу, гордо подняв голову и пройдя мимо него молча. Максу, цокнув, всё равно пришлось отправиться вслед за ним, в сторону Движка.       — Доброе утро, мои любимые amici! – Очень дружелюбный и жизнерадостный Шарль показал себя таким всем, кроме Макса, к которому стоял спиной. – Как славно, что вы уже все тут, простите меня, что прибыл в впритык!       — Ого, Шарль, да ты сегодня в отличном настроении! Привет-привет, – Льюис по-отцовски похлопал его по плечу, лучезарно улыбаясь. Казалось, именно свет этих двоих освещает весь гараж. – О, Макс! Неужели вы пришли вместе?       — Ну…       — Макс? Как неожиданно, видимо, он приехал позже, а я даже его не заметил! Ну ладно, давайте быстрее обсуждать план! – Шарль не дал Максу вставить и слова, энергично собирая всех вокруг себя. Макс скептически поднял бровь, на что Льюис просто пожал плечами, направляясь за Шарлем. Открыв заметки, он вписал:       Как мне узнать Шарля? (Гори в аду чёртов Дэн)       1. Желание привлечь к себе больше внимания, собраться всех вокруг себя. Быть звездой, и у него это получается. Выключив телефон, Макс поднял на Шарля глаза.       — Во что я ввязываюсь? – прошептал Макс, медленно следуя к оживленной толпе его новых друзей.       — В общем, мы все готовы, верно? – Шарль хлопнул в ладоши, что заставило Макса сосредоточиться ещё больше. Точно, ведь он даже не знает, с кем именно едет! – Так вышло, что в моей мазде ещё осталось место… - он протянул это настолько медленно и жалостливо, что когда глаза Макса врезались в его, нереально добрые и манящие, все обратили на это внимание.       — Как это интерпретировать? – Льюис светился, не веря своим ушам.       —Как-как? Естественно я могу взять часть ваших вещей к себе! Например, твои кисти и шкатулки, Чилли! Нам же, к сожалению, нужно найти где-то место этому, – следующий брошенный взгляд был полон презрения, которого ещё секунду назад и не бывало.       — Но ведь он должен ехать с тобой, это логично! Нет, в смысле, я не против Макса, мы с Ландо только «за», но… - Карлос развёл руками, уставившись на Льюиса. Тот в ответ сложил руки на груди, медленно покачав опущенной головой.       — Я не отец, чтобы кого-то учить. А они не дети, чтобы меня слушать. Решайте сами, я не лезу. Давайте загрузим машину Шарля тем, что занимает потенциальное место Макса. Не выкинем же мы его или не посадим насильно? – Льюис жмёт плечами, поднимая руки в примирительном жесте.       —Прекрасно! Моя малышка в вашем распоряжении, загружайте то, что требуется, – он выудил из кармана ключи, бросая их Карлосу.       2. Друзьям он доверяет даже свою машину. Правило «не трогай её», распространяется только на меня. Или просто незнакомцев.       — Понял! Макс, помоги-ка мне! – Ландо заторопился разгружать ниссан Карлоса, так как время уже поджимало.       Макс бросил ещё один взгляд на Леклера, тогда, когда тот буквально секунду назад отвернулся. Макс счел это за разрешение.       После небольшого разногласия насчёт самого Макса, атмосфера царила невероятная. На улице приятно пекло солнце, все три машины были почти собраны общими усилиями, на фоне играло итальянское радио и все были счастливы! Ландо ходил с камерой, параллельно пытаясь помочь Карлосу затолкать то, что уже практически не лезло. Макс каждый раз садился на освобождённое для него место, чтобы со смехом проверить, влезает ли он в него.       — Ну, а что, в тесноте да ни в обиде! Я вижу, что у тебя там ещё есть куда ноги ставить, вот туда и ставь эти баллончики! – Ландо крупным планом снял оставшиеся миллиметры, куда пришлось ужаться Максу.       — Боже, у меня в мазде ещё много места! Хотя он выглядит так жалко, что можно, в принципе, засыпать ещё сверху, чтобы я ехал налегке, – Шарль был прекрасен в своём естестве. То, каким по-домашнему теплым он был с друзьями, каким собранным в вопросе их маленького путешествия, каким улыбчивым и жизнерадостным тогда, когда все его любят. Улыбки, которые он дарил многим, казались чем-то далёким от Макса. Каким бы весёлым сегодня не был Шарль, какими бы шутками не разбрасывался и как бы не ластился ко всем тактильностью, Макс рядом с ним чувствовал себя чёрной дырой, поглощающей всё это, когда тот обращался к нему.       Ещё одна проблема была в том, что Шарль даже не обращался. Лишь вынужденное пребывание рядом, моменты, когда Макс говорил или когда говорили про Макса, всё это стирало улыбку с его лица, а безэмоциональный взгляд затмевал всю ту доброту, что недавно из него лилась. Макс чувствовал себя паршиво.       — Всё, кажется, собрали всё, что можно! – Шарль снова хлопнул в ладоши, привлекая внимание к себе. Взглянув на запястье, он широко открыл глаза, – Мы уже опаздываем с выездом на пол часа, прикиньте! Давайте все в машины, встретимся уже там, у отеля Mercure Firenze Centro!       Макс до этого, если честно, даже не слышал название отеля. Да и оно ему не сказать, что нужно, ведь имея свою собственную квартиру во Флоренции, он не нуждался в отдельном номере. Да, он внёс свою сумму в эту поездку, и не малую, добавив и за других, но всё купленное за эти деньги явно не для него.       Салон ниссана приятно пах уже знакомым ароматизатором. Задние сидения ему, в итоге, освободили почти полностью, поэтому места было предостаточно и он мог спокойно расслабиться. Какие-то итальянские песни играли в салоне, Ландо закладывал маршрут и в автомобильном окне Макс видел, как стартовали и Льюис с Даниэлем, а Шарля уже и след простыл.       — Макс, ты не бери на свой счёт то, как ведёт себя Шарль. Он у нас не жалует многих, ты не стал исключением. Понимаешь, Движок для него – второй дом, в который он пускает не всех. И тут его, считай, даже не спросили, хочет ли он. А он не хочет, ну, пока что. Он остынет, – Ландо повернулся назад, окидывая Макса чрезмерно сочувствующим взглядом. Максу уже начало казаться, что всё преувеличено, мутно забывая то, как Шарль обделяет его собой.       — Не переживай. Я рад оказаться в вашей компании и невероятно ценю то, что стал её частью. Я вижу то, как внезапно тут появился, поэтому я его понимаю, я уже привык. Все мне уже сказали, что он отойдёт, и я вам верю, – Макс пожал плечами, выглядывая в окно. Штукатуренные домики сменялись одни за другим и эта картина невероятно радовала глаз.       — У него такое бывает. Если ты узнаешь его, то поймёшь, что случилось между вами. Думаю его детство на нём так сказалось, когда он переехал сюда… - Карлос начал говорить, кажется, лишнее, и Ландо больно шлепнул его по руке, на что услышал испанские нецензурные возмущения.       — Прости нас, у кого-то рот не закрывается. В общем, имей в виду, что тебе нужно быть с ним осторожным, но показать, что ты – хороший, и что ты теперь часть нас.       Макс натянуто улыбнулся и молча кивнул, выуживая из кармана телефон.       3. Тяжёлое детство, переезд (откуда?).       Дальше поездка шла относительно тихо. Ландо вёл Карлоса по навигатору, а тот был сосредоточен на дороге, и Макс позволил себе надеть наушники. В открытое окно дул тёплый ветер с запахом Италии, знакомый плей-лист заливался в уши, а периферийный шум дороги был даже приятным. Сон медленно подступал и глаза сами слипались. Счёт времени он совершенно потерял, медленно погружаясь в сон.       Секунда или вечность, лёгкая дрёма или поступающий серьёзный сон, без тени мысли и сомнений. Цветные, яркие разводы перед глазами, или всё красное, так как солнце просвечивает сквозь веки. Момент, и сзади кто-то начинает пронзительно гудеть. Макса резко выдернуло из этой дрёмы и он дёрнулся, ударившись головой об уже закрытое окно. Обернувшись, сквозь высокий спойлер он увидел, ну конечно, его.       Его красную мазду, его широкий оскал, его темные очки и взъерошенные волосы. Кажется, морда его машины почти упиралась в задний бампер ниссана.       Секунда, и Шарль поравнялся с ними по правому боку, где сидел сам Макс. Он жестом попросил открыть окно, что Макс, собственно, и сделал. В ответ он увидел лишь закатанные глаза и повторную просьбу. Когда Карлос открыл окно, Шарль лучезарно улыбнулся.       — Ох, Чилли, как же ты сумел оказаться впереди меня на своей рухляди? Так ещё и с тупым балластом на заднем сидении, а? Или тебя что, ведут по кратчайшим путями навигатора? Родные дороги нужно знать! – он сказал это, вжимая педаль газа и с рёвом устремляясь вперёд.       — ¡Maldito Charles, qué jodido es! – Карлос явно не уступал, и даже когда его машина перегружена, он был готов на ней погоняться.       А вот Макс не был к такому готов. Серьёзно, не был! То, как Карлос петлял среди другим машин на трассе, было страшнее всякой формулы. То, как по салону катались баллончики, то, как близко к другим машинам они пролетали, как Ландо забавно взвизгивал, смеясь в голос. Макс почувствовал как у него седеют волосы. Спустя какое-то время Шарль скрылся из виду, а Карлос не переставал материться на испанском языке, которого Макс не знал.       — Тише, тебе же не впервой ему проигрывать, как и нам всем. Даже если бы он соревновался с тобой будучи на карте, а ты на машине, он бы выиграл! – Ландо смеялся через слово, видимо давно привыкший к выходкам своих друзей. – Не испугался?       — Нет, – ответил Макс с сухим горлом, на что получил ещё один заряд смеха и уже на собственном лице расцвела улыбка.       —Да, Макс, а теперь представь, что ты ехал бы с Шарлем, а не с нами. Тебя бы уже собирали по обочине.       Макс не был в восторге от такой перспективы, но это было фактом. Шарль бы тупо выкинул его из окна, если бы узнал, какой вес он добавляет машине и на сколько её замедляет.       Шарль уже совсем скрылся, и больше они его не встречали. Оставшийся долгий путь шёл легко и в комфортной дружеской атмосфере. Они разговаривали, обсуждая всё на свете. Макс рассказал свою историю знакомства с Дэнни, на что и Ландо, и Карлос удивлённо раскрыли рты.       — Серьёзно? Вот же Дэн, нам ничего не рассказал! А то я думаю, что это он так за тебя всегда топил в начале, доказывал, что ты хорош… – Карлос, остановивший машину на красный, задумчиво взъерошил волосы рукой, прокручивая в голове моменты их первых дней знакомства.       И правда, Макс как сейчас помнит, что в первый вечер в баре, Дэнни только и делал, что хвалил Макса, что невероятно смущало. Он никогда не упоминал, что они были знакомы, и, как объяснял это сам Дэн, это чтобы Макс раскрылся для всех как кто-то новенький, показал себя не через призму уже существующей с кем-то из них дружеской связи. И он это смог.       — Дэнни у нас такой, кто знает, что у него на уме, – Ландо листал инстаграм с совершенно незаинтересованным видом, лайкая какие-то посты, а какие-то пропуская полностью. – Я кинул тебе запрос на подписку на твой старый аккаунт времён формулы… У тебя есть к нему доступ, ты не против принять?       Макс с секунду думал, хочет ли он видеть этот аккаунт снова.       —Да, приму. Только, Ландо, старайся говорить о нём поменьше, не хочу, чтобы Шарль это знал. Я так заметил, он не знает обо мне.       — Ты совершенно прав, иначе его мнение поменяется и будет не так интересно, да? – Карлос громко хохотнул. – Кстати, ребят, мы подъезжаем! – его голос буквально был пропитан нетерпением и желанием уже приступить к работе. Глаза Ландо говорили о том же. Макс же, в свою очередь, был рад за них.       И правда, отель, который он уже успел найти в интернете, виделся прямо перед ними, но главной опознавательной вещью стала красная мазда rx7. На её капот вальяжно опёрся её же хозяин, подставляя своё лицо пекущему солнцу. На улице и правда было жарко, и Макс уже ощущал, как выйдет из машины и тут же сжарится, растекаясь на асфальте. Но, в кокпите и не такое испытаешь.       — Прибыли! – оповестил Карлос, отпирая двери, – Льюис сказал, что наша «палатка» уже снята на фестиваль, после заселения нужно будет туда наведаться, закинуть наши главные вещи.       И действительно, жаркий влажный воздух ударил в лицо, солнце сразу же напекало макушку, заставляя вдобавок щуриться.       — Не прошло и года, amici miei! Я уж думал всё, ждать до утра. Льюис с Дэнни, между прочим, уже получают ключи. Я жду только вас! – Шарль взъерошил свои волосы, поправляя закатанные рукава рубашки. Он выглядел слишком хорошо для этого места.       — Чего же ты ждёшь? Ты же у нас самый быстрый, там разобрал бы вещи и уже давно раскладывал шкатулки по полочкам в фестивальном помещении, – Ландо скептически поднял бровь, улыбнулся и протянул кулачок Шарлю, который тот с каким-то детским озорством отбил. Интересно, сколько ему лет? Макс же действительно так и не знает. Ну на вид он постарше Макса, как будто на год или даже два.       — Ждёт, что мы поможем ему тащить чемоданы, – Карлос толкнул Шарля в плечо, проходя мимо с большой сумкой, уже перекинутой через плечо. Тот тут же направился за ним.       Прохладу холла от неимоверной уличной жары отделяли аккуратные стеклянные двери, раскрывшиеся перед ними. Льюис и Дэнни действительно уже были у ресепшена, а раз они ещё тут, значит разброс по времени их прибытия был невероятно мал.       — О, ребята, и вы уже тут! А у нас уже ключи, 344 номер, на третьем этаже, соответственно. Будет хороший вид. Желаю вам того же! – Дэнни был рад, как и всегда. Это невероятно цепляло людей, и в своё время очень зацепило Макса.       — Супер! Надеюсь и мне достанется нормальный номер, а не на первом этаже с видом на дорогу, – Шарль сложил на груди руки, скептически окидывая взглядом действительно красивый и современный холл. – К счастью тут всё ровно так, как на картинке, – заключил он.       Макс, предварительно отдав документы Карлосу, уселся в большое кожаное кресло, закладывая маршрут до своей квартиры. Удивлённо распахнув глаза, Макс увидел, сколько идти пешком – 9 минут. Повезло, иначе и не скажешь. Можно было от души расслабиться.       — Твой номер 336. На третьем, соответственно, – Шарль неожиданно бросил в него ключи вместе с документами, тут же отворачиваясь и беря свой чемодан, стоящий поодаль от зоны ожидания.       — А твой? – глупо спросил Макс, не подумав ни секунды. И зачем ему это знать? С другой стороны, вряд ли он получит ответ. Шарль обернулся и вскинул бровь, совершенно не ожидающий, что Макс вообще подаст признаки жизни.       — 161, первый этаж, если тебе так интересно. Давай, скажи мне, что у меня вид на дорогу, придурок!       Макс легко улыбнулся, вспоминая, как Шарль не хотел номер на первом этаже. В голове пронеслась мысль, что он, возможно, смог позволить себе только самый бюджетный номер, что, естественно, располагаются на первом. Денег от других он, скорее всего, не брал, поэтому это вероятнее всего. Укол какого-то сочувствия почувствовался внутри и Макс, не отдавая отчёта, выпалил:       — Давай поменяемся? Если быть уж совсем честным, у меня, ну, есть квартира в десяти минутах ходьбы отсюда. Я не буду жить в своём номере, а он как раз на третьем, как у всех, да? – Макс действительно выглядел дружелюбно, но при этом молился, чтобы он не выглядел так, будто жалеет Шарля. Нет, совсем нет. Может быть каплю? Но узнай об этом сам Шарль, он бы никогда не принял это предложение. Леклер щурился, оценивая выражение лица Макса. Поза, в которой он стоял, показывала, что тот просто не верит своим ушам, сомневаясь максимально. Всё ещё в пол оборота, руки сложены на груди, а нога медленно притопывает, совершенно бесшумно.       — Всё же решил поиздеваться, да? Очень мило с твоей стороны, принц, что ты так, якобы, радушен. Пиздуй в свой номер сам, или в свой личный дом, самолёт, яхту, что ещё ты от нас прячешь? – Шарль действительно забавно матерился, но совсем не смешно было то, что он ему не верит.       Макс без предупреждения бросил ему ключи от своего 336 номера, пожимая плечами.        — Таким не шучу, поживи эти два дня в комфорте, а у меня в квартире всё равно в сотню раз лучше, Чарльз. Rust voor nu.       Шарль глупо уставился на него. Начиная от неожиданной щедрости, заканчивая последними словами. «На каком это языке?» Макс действительно скрылся за стеклянными дверьми, забрав свои вещи, но оставив ключи от номера Леклеру.       — И куда это он ушёл? – Карлос возник за спиной Шарля, крутя на пальцах полученные ключи.       — Ма…– Шарль тряхнул головой. – Ферстаппен сказал, что у него тут своя квартира не далеко, прикинь? Бросил нас, якобы бомжей, а сам поехал в свою уютную квартирку. Неудивительно, жду у него тут ещё и дом в центре города. – Шарль цокнул, разворачиваясь лицом к Карлосу, сложив на груди руки.       — А что у тебя на пальце? Это что, его ключи? – Сайнс склонил голову в бок, приподняв бровь. – Серьёзно, Шарль? Он отдал тебе ключи от своего номера! Ну ты и придурок.       — Отвали, stupido culo! – Шарль закатил глаза, уходя под заливистый смех своего друга. Невозможно.       Номер 336 действительно был куда просторнее и краше, чем первоначальный номер Шарля. Вряд ли он бы смог позволить себе аренду чего-то такого, но никогда бы и не попросил у других. Он и так знал, что его номер будет на первом, но не знал, почему оповестил об этом Ферстаппена.       Кровать тут была двуспальная, мягкая, освящённая большим окном, выходящим на красивую улицу. Шарль застыл, он не уверен, что заслужил такое от Макса после всего, что говорил ему.       Его маленький красный чемоданчик не вмещал в себя много вещей. С другой стороны, он совершенно не отказал себе в том, чтобы напичкать одну из половин чемодана своими баночками, бутылочками и кучей уходовой косметики. Да, он из любителей подобного, и что?       Разобравшись с вещами, он взглянул на часы, осознав, что давно пора ехать на точку их презентационного стенда. Надев лёгкие белые шорты почти до колен, черную майку и красную гавайскую рубашку, Шарль отыскал свои солнцезащитные очки и двинулся в путь, схватив с прикроватной тумбочки ключи от машины и барсетку.       Жара на улице стояла неимоверная, пришлось переживать, как бы не сгореть под этим солнцем. Кожа Шарля уже была золотистая, забавные веснушки появились от солнца на плечах и носу, а на предплечьях медленно облезала кожа. Его плетённые браслеты давно выцвели, но подвески на некоторых из них всё ещё бились друг об друга.       Его бывшая девушка была неимоверной красоты, а один из браслетов на руках Шарля принадлежал ей. Она была прелестной, но при переезде Шарлю пришлось расстаться с ней, на хорошей ноте. Ни он ни она совершенно не скучают, так как будущего у них, как такого, не было изначально. Они даже не были уверены, что любили друг друга.       Гул собственной машины дал то же спокойствие, что было полтора часа назад, когда они ещё были в дороге. Сейчас же атмосфера совершенно другая, и Шарль не знает, что именно изменилось. То, что ближайшие два дня ему, так же как и им всем, придётся выкладываться на максимум.       То, что он в незнакомом городе, в котором был в далёком детстве с отцом? То, что сделал Макс? Шарль не знает. Он вообще не всегда себя понимает. Может, Макс не совсем уж плох? Может, это всё бред какой-то, сон?       Навигатор показал всего десять минут езды. Включив музыку громче, Леклер открыл окно, впустив в салон, пахнущий старыми инструментами и красками, свежий и новый воздух.

~`~`~`

      Его квартира действительно была не далеко. Солнце пекло, но это стоило того. Взять свою машину ему лично не разрешили, а прокатиться на машине Шарля так и не вышло. Макс пнул камень под ногами, узнавая уже давно изученные улицы. Когда он хотел чего-то спокойного, он выбрал квартиру во Флоренции. Ему всегда нравилось в Италии, а брать какую-нибудь Венецию или, не дай бог, Рим он был не готов. Флоренция – да. Поэтому теперь у него есть квартира не далеко от центра, которая спасла его даже сегодня. Несколько лет прошло, а он так и не жалел потраченных на неё денег.       Его дом выглядел всё так же, как и полгода назад, когда Макс тут был, чтобы проверить, нормально ли тут живёт пара молодых студентов, которым он эту квартиру сдавал какое-то время, не простаиваться же ей, хоть пользу принесла. Сейчас они решили съехать, причин Макс не знает, да и ему от этого только проще.       Родной запах, родные полы и стены. Когда ему было девятнадцать, он часто оставался тут на летний перерыв между гонками в августе. А иногда навещал её даже в зимний. Это вообще одна из его любимых квартир в его владении.       Вещи сразу легли на знакомые полки, он принял давно знакомый душ, тут же приходя в себя после этого переезда. Он особо не думает, делает всё машинально, понимая, что времени в запасе не очень много. Он даже может предположить, что большинство ребят уже там, кроме, возможно, Чарльза. Тот часто опаздывал.       Макс искренне боится, что именно на этом форуме его могут узнать истинные поклонники первой формулы, которые знают даже таких неудавшихся гонщиков, как он. Он отличился ранним началом своей карьеры, быстрым и громким её завершением. Он не внёс себя в яркую историю формулы как чемпион, но о нём могут знать.       Макс сел на край кровати, а матрас под ним знакомо промялся и отпружинил. Он был дома.