Ниже ватерлинии

      Первые лучи солнца едва пробивались сквозь серые осенние тучи. Миккель повернул голову и взглянул на мирно спящую у него под боком Литу. Светлые волосы разметались по постели, пушистые ресницы изредка подрагивали, а уголки её губ даже во сне были приподняты в улыбке. Сердце Миккеля сжалось от нежности, но он лишь стиснул зубы – сомневаться было не время. Бесшумно поднявшись с постели, он подобрал небрежно брошенные вчера на стол кожаные перчатки и надел их. С колченогой табуретки, стоявшей у кровати с той стороны, на которой спала Лита, он взял тонкую серебряную цепочку. Ту, которую она всегда держала при себе. Ту, которую снимала только ради него.       Коротко взглянув на крепко спящую девушку, он снова почувствовал, как тоскливо защемило в груди. С несвойственной ему нерешительностью Миккель протянул руку, коснулся пальцами тёплой щеки. Даже во сне Лита доверчиво прильнула к его ладони, и он отпрянул, будто ошпаренный. Выпрямившись, Миккель быстрым шагом направился к двери. Уже у порога он схватил тяжёлое твидовое пальто и, сунув цепочку во внутренний карман, вышел за дверь. В груди бушевал ураган, но Миккель редко сомневался, а отступал ещё реже. Он и подумать не мог, что забрать цепочку будет так легко – неужто и впрямь ему доверяла? – и теперь оттягивал предстоящий разговор, как трусливый щенок.       Её дом был на самой окраине города, и ноги сами понесли Миккеля к холму у моря, на котором они с Литой проводили долгие часы вместе. Небо хмурилось, готовясь разразиться не то дождём, не то первым снегом. Чёрные воды океана сверкали холодным металлическим блеском. Чайки ещё спали, не спеша выходить на поиски пищи. Миккель заложил руки за спину, чувствуя жар серебра даже сквозь грубую ткань пальто. Там, стоя на холме и глядя на спокойные необъятные воды раскинувшегося перед ним океана, Миккель потерял счёт времени.       - Ты решил посоревноваться с крапивником в раннем подъеме? – услышав за спиной мелодичный, полный веселья голос, Миккель на мгновение прикрыл глаза.       - Не спалось.       - Всё-таки сердишься, - заключила Лита.       И снова, прежде чем Миккель успел сказать хоть слово её тонкие белые руки обняли его за пояс. Она прижалась к его спине, её запах окутал его – солёный, как морская вода. Миккель вдохнул полной грудью и всё-таки ответил:       - Нет.       - Тогда почему ты расстроен?       - Йонас продолжает твердить о чудовище. Если его россказни дойдут до материка…       - Йонас – пьяница. Кто ему поверит?       Миккель развернулся, пристально посмотрев на Литу. Она стояла перед ним босая, в его рубашке, застегнутой неправильно.       - Найдутся те, кто поверит.       - Ты боишься охотников? Они не смогут нам навредить.       - Ты не знаешь, о чём говоришь.       Лита в ответ лишь беззаботно улыбнулась.       - Зачем ты утащила пастуха на маяк? – с досадой спросил Миккель. Неужто не было ничего, что бы эта невозможная девчонка воспринимала всерьёз?       - Я хотела его проучить, - пожала она плечами.       - Меня ты тоже хотела проучить? Я нашёл твой «подарок» в компасе!       - Ты думаешь, я собираюсь навредить тебе? – на мгновение Миккелю показалось, что в её голосе прозвучала обида.       - Я не знаю, Лита, - он раздраженно дёрнул подбородком и сощурил глаза. – Но собираюсь узнать.       С этими словами он вынул из внутреннего кармана пальто её цепочку. Между ними установились тишина.       - Тебе ведь даже не известно, для чего она, - наконец, дерзко выпалила Лита.       - Я догадываюсь, - хмыкнул Миккель. – Заперла саму себя в этом облике, верно? И без цепочки тебе не вернуться обратно.       Глаза Литы на мгновение расширились, и Миккель криво усмехнулся. Угадал.       - Я могла бы забрать её у тебя силой, - вкрадчиво произнесла она, в её голосе зазвенела опасность.       - Могла бы, - согласился Миккель. – Но не у меня.       В глубине его глаз мелькнули золотые искры, будто солнце на миг показалось из-за свинцово-серых туч.       - Чего ты хочешь, волк? – спросила она.       Её губы больше не изгибались весельем. Она смотрела на него с какой-то горечью, будто бы это он её обманул. Будто бы он предал.       - Расскажи мне правду – без твоих игр. Зачем ты уволокла Йонаса на остров? Что сделал с моим компасом? Кто ты такая?       Самый важный вопрос он так и не решился задать, но надеялся, что сам найдёт ответ.       Она чуть склонила голову на бок.       - Расскажу… Если вернёшь цепочку.       Миккель издал короткий смешок.       - За дурака меня держишь?       Лита вдруг рассмеялась.       - Ты и есть дурак! Но среди всех дураков – не самого плохого свойства.       К ней вернулась её улыбка, и её смех.       - Можешь привязать меня, капитан. Или отпустить и посмотреть, что будет. Решать тебе.       Миккель смотрел на неё и понимал, что она не отступиться – эта невозможная упрямая девчонка. А ещё понимал, что он сам уже давно привязан – связан по рукам и ногам водорослями и тиной, и волны уносят его всё дальше от берега. Как она сказала однажды? Тут уж ничего не поделаешь.       Не сводя с неё глаз Миккель раскрыл ладонь. Её улыбка стала шире, засияла, как солнце в погожий летний день. Она бережно взяла цепочку и застегнула её на шее. Её глаза стали ярче, зелень в них сверкнула магией. Лита шагнула к нему и Миккель прикрыл глаза, впервые в жизни сдаваясь без боя. Он ждал, что её когти вспорют его кожу, что зубы, которые снились в кошмарах Йонасу, сомкнуться на его горле. Потому, когда она обняла его, прижавшись к нему тёплым податливым телом, он смог лишь изумленно охнуть. Лита хихикнула, потеревшись щекой о его грудь.       - Говорю же – дурак.       «Дурак», - мысленно согласился Миккель, схватив её за плечи, прижал к себе и зарылся носом в её волосы.

***

      - Кто ты, Лита? – спросил Миккель, глядя на светловолосую макушку, устроившуюся у него на плече. Лита подняла голову и игриво сощурила глаза.       - Кажется, в твоем вопросе есть ответ.       - Ты обещала.       - А ты – ужасно скучный, - Лита тихонько вздохнула. – Что ты хочешь знать? Я не знаю, как такие как ты называют таких как я. Обычно мы живём у воды. Или в воде. Ты был прав – моё ожерелье позволяет мне оставаться в этом облике не тратя магию. Магии здесь давно уже недостаточно, - в её голосе Миккель услышал тоску.       - Значит, ты из тех, кто может колдовать? Волосы в моём компасе тоже колдовство?       - Точно. Если ты их вынул – лучше положи обратно.       - Что они делают?       - Уводят твой корабль от бурь, - отозвалась Лита, играя с деревянной пуговицей на его пальто, которое Миккель накинул ей на плечи. – От подводных течений. От опасных скал.       Глаза Миккеля смягчились.       - А Йонаса ты зачем затащила на остров?       - Он собирался поджечь твой корабль.       Миккель вздохнул и прижался губами к светлым волосам. Лита хихикнула:       - Я ответила на все твои вопросы, капитан?       - Почти. Был ещё один, помнишь?       Она озорно взглянула на него из-под полуопущенных ресниц и протянула:       - Но ты так и не принёс мне рубашку…       - Я отдал тебе своё пальто, - сухо ответил Миккель.       Лита звонко рассмеялась.       - Ну ладно! Спрашивай!       - Что может быть вечным, Лита?       Он ожидал, что она ответит - магия.       - Любовь.       …Но она снова удивила его.

***

      С неба сыпались первые снежинки, кружась, падали в море и растворялись в тёмной воде. Лита положила в чемодан ветку можжевельника и, удовлетворенно кивнув, защелкнула латунные застёжки.       Внезапно в дверь осторожно постучали. В том, что это был не капитан сомневаться не приходилось – он всегда входил без стука.       - Войдите! – позвала Лита.       На пороге показалась Йоханна.       - Доброе утро, Лита.       - Здравствуй, Йоханна! А я как раз собиралась зайти попрощаться!       - Ты уже собралась?       Лита беззаботно пожала плечами:       - У меня и вещей почти нет... В новом месте найду что-то новое! Хочешь чаю?       - Спасибо.       Йоханна сняла тёмно-синюю пуховую куртку и устроилась за накрытым скатертью столом. На плите со свистом вскипел чайник.       - Лита, - вдруг позвала Йоханна, пока девушка заваривала ароматно пахнущие листья, смешанные с ягодами шиповника. – Я хотела спросить… Не отвезёте меня на материк? Конечно, если господин Сков не будет против!..       - Конечно не будет! – отмахнулась Лита и заправила за ухо прядь светлых волос. – Ты хочешь уехать?       - Да, - Йоханна вздохнула, будто набираясь храбрости, и выпалила. – Я развожусь с Йонасом.       На мгновение в зелёных глазах Литы промелькнуло удивление.       - О… Он опять начал пить?       - Нет, - покачала головой Йоханна. – С тех пор как вернулся – и капли в рот не берёт. Даже нашёл работу: Томас согласился доверить ему своё стадо. Нет, дело не в этом…       Лита протянула Йоханне дымящуюся чашку, и та с благодарностью приняла её, обхватив натруженными от работы руками.       - Знаешь… Когда Йонас пропал, я места себе не находила. Вообразить не могла, каково это – быть без него. Мы ведь познакомились, когда я только окончила университет, и я сразу в него влюбилась, - на губах Йоханны заиграла грустная улыбка. - Через полгода он сделал мне предложение – конечно же я согласилась. Приехала сюда за ним с материка… Тогда было хорошее время. Мы были так счастливы…       Она прерывисто вздохнула и опустила глаза.       - А потом всё как-то медленно пошло под откос, но знаешь… Когда у тебя есть такие воспоминания нелегко просто взять и всё бросить. Вот я и не бросала. Всё надеялась, уж и сама не знаю на что… А может быть, наоборот ни на что не надеялась. Жила как-то по привычке… А когда Йонас пропал, меня словно обухом по голове ударило. Я молилась, чтобы он вернулся домой, но потом прошёл день, два и однажды, когда поисковой отряд снова вернулся ни с чем, я испытала… облегчение. Понимаешь, Лита? – Йоханна в смятении взглянула на девушку. – Я сама себя не могла понять, презирала себя, но из песни слов не выкинешь. И даже теперь, когда Йонас вернулся живым и здоровым, я не могу перестать думать об этом…       Йоханна перевела взгляд на кружащие за окном снежинки, заметающие землю белым. Помолчав, она тихо, но твердо продолжила:       - Я не хочу быть таким человеком. Я не хочу быть женщиной, которая испытывает облегчение от того, что её муж пропал, - она бездумно обвела пальцами край кружки. - А Йонас… Он и вправду не пьет сейчас, но знаешь… Я столько лет умоляла его бросить. Я знаю, он любил меня, но я просила его год за годом, а он прекратил только сейчас!.. – Йоханна взглянула на Литу глазами полными слёз. – Нашей любви оказалось недостаточно. Для нас обоих.       Лита подалась вперёд, взяв её ладони в свои, и та улыбнулась ей сквозь слёзы.       - Я приняла решение. Мой дядя обещал помочь мне с работой на материке, - Йоханна прерывисто вздохнула. - Йонас он… Он на самом деле хороший человек. Я надеюсь, что он будет счастлив.       - И ты тоже будь счастлива, Йоханна! – нахмурившись потребовала Лита.       Женщина тихо рассмеялась, утерев мокрые щёки.       - Да… Мне кажется буду, - она перевела взгляд на Литу и мягко ей улыбнулась. – Я рада, что ты нашла того, кто тебе дорог.       Лита с любопытством склонила голову на бок:       - Ты не считаешь, что Миккель виновен в пропаже Йонаса?       Йоханна рассмеялась.       - Нет, конечно, нет! В городе болтают разное, но ты уж прости… Господин Сков прямой как палка. Не тянет он на похитителя!       Лита прыснула. Йоханна помолчала, глядя в запотевшее окно:       - Знаешь… Йонас думает, что его утащило на остров чудовище, и все считают, что ему спьяну привиделось всякое, но я… - Йоханна покрутила в руках чашку. – Моя бабушка была родом из Шотландии. В детстве она часто рассказывала мне разные истории, и одна из них была про келпи. Это… Это такие водяные лошади, которые живут в морях и реках и могут принимать обличие человека. Конечно, я знаю, это были просто сказки, но… - Йоханна нагнулась ближе к Лите и, понизив голос, выпалила. – Я думаю, Йонас видел одну из них!       Литы сверкнула зелёными глазами. Йоханна смущенно рассмеялась:       - Ты, наверное, считаешь, что я спятила!       - Вовсе нет, - улыбка Литы стала шире, игривей. – Мне кажется, всё так и было. Я вот тебе верю!       Йоханна снова рассмеялась – на этот раз легко и открыто.       Они ещё долго сидели на маленькой Литиной кухне, попивая пахнущий шиповником чай и болтая - ни о чём, и обо всём сразу. Когда время уже близилось к полудню, Йоханна поднялась на ноги.       - Пойду собирать вещи - обещаю, я вас не задержу! Во сколько вы отплываете?       - В пять, но не спеши Йоханна. Мы – женщины, и можем позволить себе опаздывать. Йоханна улыбнулась.       - Спасибо тебе, Лита. Вот, поговорила с тобой, и на душе сразу стало легче.       Она вышла на улицу, где снег теперь сыпал крупными хлопьями, и направилась к городу, украдкой ловя на перчатку снежинки, а Лита смотрела ей вслед зелёными, как верхушки сосен, глазами.