Перезагрузка

«Никто не входит дважды в одну и ту же реку, ибо это уже не та река, и сам он уже не тот человек».

© Гераклит, ок. 500 г. до н.э.

—𝕻𝖊р𝖊загpузkа— Выходные пролетели в мгновение ока. Теперь наступил понедельник, а вместе с ним и занятия. Хотя это должен был быть веселый школьный день. В конце концов, у класса Киётаки по расписанию было плавание на уроке физкультуры. Ну, Киётака не находил это ни веселым, ни захватывающим. Плавание для него было скорее рутиной, чем отдыхом. Но его одноклассники определенно были в восторге. — Доброе утро, Ямаучи! — Доброе утро, Айк! Двое из наиболее академически нерадивых учеников Класса 1-D пришли гораздо раньше обычного. — Ух ты, мужик! Я так ждал сегодняшнего дня, что почти не спал прошлой ночью! — Ха-ха-ха! Эта школа просто лучшая! Не могу поверить, что почти время плавания! И когда я говорю «плавание», я имею в виду девчонок. А когда я говорю «девчонок», я имею в виду девчонок в школьных купальниках! Если бы это происходило в точности так, как в воспоминаниях Киётаки, Ямаучи и Айк говорили бы о том, чтобы поспорить, у какой девушки в их классе самая большая грудь. ... Это было так же глупо, как звучало. И Киётака, по прихоти, решил вмешаться. Встав со своего места, он подошел к Ямаучи и Айку — и ударил обоих по затылку. Несколько девушек поблизости хихикнули. — Какого черта, Аянокоджи?! — прошипел Ямаучи, потирая голову. — Вы слишком громкие, — пробормотал Киётака. — Если вы заставите девушек чувствовать себя неловко, то не увидите ничего позже. Глаза Айка расширились. — Мы не можем этого допустить! Киётака жестом приказал ему говорить тише. — Не слишком громко, Айк. — Моя вина, моя вина. Ты прав... Киётака был слегка удивлен быстрой уступчивостью. С другой стороны, если угроза их цели была достаточно ясна, даже идиоты приспосабливались. — Ну, раз уж ты подошел к нам... тебя интересует, что мы планируем? — спросил Ямаучи, понизив голос. — Что вы, ребята, планируете? Айк ухмыльнулся, затем подозвал «Профессора» — прозвище, которое они дали Сотомуре Хидео. Сотомура был пухлым мальчиком в толстых очках и, как вспомнил Киётака, необычайно подкованным в технике для кого-то в их классе. Когда он подошел, Айк обнял его. — Профессор, ты можешь записать девчонок в их купальниках для нас? К этому моменту Судо подошел к «квартету». Его глаза расширились, когда он услышал просьбу Айка. — Эй, вы, ребята— — Заткнись, Судо, — Ямаучи приложил указательный палец к середине своих губ. Он не хотел, чтобы рыжеволосый испортил план своим громким ртом. Киётака окинул группу взглядом, затем взглянул на классную комнату. Пришло еще несколько учеников. — Вам следует перенести этот разговор в групповой чат, — сказал он. — Вас поймают. — И не верти головой так. Ты слишком очевиден, — добавил он, когда Ямаучи бросил взгляд по комнате. — Хе, не знал, что ты на самом деле довольно крут, Аянокоджи, — сказал Ямаучи, ухмыляясь ему. — Я просто пытался уберечь вас, ребята, от неприятностей, — ответил Киётака. — Ага-ага, именно поэтому! В этот момент телефон Киётаки завибрировал. Открыв его, он увидел сообщение в своем групповом чате с Ямаучи и другими парнями. [7:45:32 Сотомура]: Аянокоджи-доно правильно мыслит. Нам следует продолжить разговор здесь. Киётака воспринял это как знак, чтобы вернуться на свое место. С этим было покончено. — Я не знала, что у тебя есть склонность к насилию, Аянокоджи-кун. Голос Хорикиты раздался из-за его спины — такой же резкий, как и всегда. Киётака оглянулся через плечо. — Ты это видела? Она кивнула. — Я пришла как раз вовремя, чтобы увидеть, как ты ударил и Ямаучи-куна, и Айка-куна. Вы теперь друзья? — Не совсем. Я ударил их, потому что они говорили о купальниках девушек для урока плавания, который будет позже, — ответил он шепотом. Киётака не видел вреда в том, чтобы рассказать об этом Хориките, потому что ей не с кем было поделиться этой информацией. И, вероятно, это принесло бы ему несколько очков в ее глазах. Хорикита прищелкнула языком. — Идиоты. — Да, я согласен. Разговор между ними на этом закончился, поэтому Киётака снова открыл свой телефон. Затем он проверил групповой чат на наличие обновлений. Как и в его воспоминаниях, парни делали ставки на размеры груди девушек. Сотомура отправил файл электронной таблицы, показывающий обновленные коэффициенты. Киётака заметил, что его предложение, возможно, было слишком успешным, потому что ставки делало больше парней по сравнению с его воспоминаниями. Хондо, в частности, поставил на Хасебе. Раньше он не делал ставок. [7:50:10]: Я ставлю на Сакуру. Он также не делал ставок раньше, но должен был сделать это ради приличия. В конце концов, он предложил перенести разговор в групповой чат. К тому же, он знал, что выиграет. Когда Киётака закрыл свой телефон, он мысленно извинился перед Сакурой. —𝕻𝖊р𝖊загpузkа— — Ух ты, мужик! Я так ждал сегодняшнего дня, что почти не спал прошлой ночью! — Ха-ха-ха! Эта школа просто лучшая! Не могу поверить, что почти время плавания! И когда я говорю «плавание», я имею в виду девчонок. А когда я говорю «девчонок», я имею в виду девчонок в школьных купальниках! В своем возбуждении Ямаучи и Айк не заметили, что девушки могут их слышать. Или что некоторые уже бросали на них презрительные взгляды. — Если они собираются так говорить, то пусть хотя бы говорят потише, — пробормотала Мацушита. В другой части комнаты собрались она, Каруизава, Мори, Мии-чан и Сато. Они болтали о своих планах после школы, но голоса парней захватили разговор. — Мерзость. Почему парни в этом классе такие извращенцы? — сказала Каруизава, хмурясь. — Хирата-кун и Аянокоджи-кун тоже парни, знаешь ли, — сказала Мацушита, взглянув на нее. — Они исключения, очевидно, — отрезала Каруизава. Она все еще не была слишком уверена насчет Аянокоджи, хотя. Но не было смысла говорить об этом — не тогда, когда остальные, казалось, были с ним в ладах. Мори кивнула в знак согласия. — Они, вероятно, единственные нормальные. — Я не говорю, что все парни отвратительны, хорошо? — поправилась Каруизава, заправляя прядь волос за ухо. — Но многие из них такие. — Это правда... этот Хондо все время пялился на мои ноги, — сказала Сато, поджав губы при воспоминании. — И ты не поверишь? Он дружит с этими двумя идиотами, — заметила Каруизава. Сато указала через комнату. — Эй — Аянокоджи-кун только что подошел к ним. Каруизава скрестила руки, ее выражение лица обострилось. — Тц... только не говори мне, что он собирается присоединиться к ним. Но то, что произошло дальше, удивило их всех. Аянокоджи небрежно ударил и Ямаучи, и Айка по затылку. Мии-чан, на удивление, отреагировала первой. Она хихикнула над этим действием. В конце концов, остальные — кроме Каруизавы, конечно, — последовали за ней. — Ну, ты хочешь что-нибудь сказать, Каруизава-сан? — поддразнила Мацушита. Каруизава вздохнула. — Я... полагаю, мне следует перестать ожидать от него худшего. Но кто мог ее винить? Аянокоджи был слишком тихим. И с этим пустым выражением лица, которое он всегда носил, было невозможно понять, о чем он думает. — Я говорила тебе с субботы. Он неплохой парень. Просто нельзя ожидать, что у человека, обучавшегося на дому, будут хорошие социальные навыки, знаешь ли? — ответила Мацушита. Мии-чан кивнула. — Аянокоджи-кун хороший парень. Я думаю, Хирата-кун не добавил бы его в наш групповой чат, если бы это было не так, — добавила она. Каруизава должна была согласиться с этим. Хотя Хирата Йоске, безусловно, приветствовал бы любого, кто хотел с ним дружить, она могла сказать, что он действительно держал бы кого-то на расстоянии, если бы понимал, что они заставляют кого-то в группе чувствовать себя неловко. — Интересно, что он им говорит, — сказала Мори, наблюдая за обменом репликами. С этого расстояния было невозможно услышать, но они могли видеть, как Аянокоджи тихо разговаривает, в то время как Ямаучи и Айк на этот раз действительно слушали. Это не соответствовало обычному образу, который девушки имели о нем: тихий, отстраненный. Возможно, он просто не хотел, чтобы девушки чувствовали себя неловко. — Вы, девушки, все еще идете на урок плавания? — спросила Сато, меняя тему. Услышав Ямаучи и Айка, она уже не была так уверена. Но если ее подруги шли, она тоже пойдет. — Даже если Аянокоджи-кун сделал им замечание, я не думаю, что мне достаточно комфортно плавать сегодня, — ответила Мори. — Я все равно пойду. Я бы не хотела, чтобы усилия Аянокоджи-куна пропали даром, — добавила Мацушита. Мии-чан кивнула в знак согласия. Глаза всех обратились к Каруизаве. — Я пропускаю, — сказала она. — А ты, Сато-сан? Сато на мгновение задумалась, затем покачала головой. — Я тоже пропущу. —𝕻𝖊р𝖊загpузkа— К тому времени, как наступил обед, урок плавания был уже позади. Киётака тихо сидел с Хиратой и остальными, без особого энтузиазма ковыряя свою еду. Его мысли были где-то еще — он прокручивал утро. Он решил выступить лучше, чем в оригинальной временной линии, финишировав четвертым после Коэнджи, Судо и Хираты. Решение не было случайным. Через несколько месяцев Сато Майя упомянула, что нашла его интересным, потому что он «казался спортивным». Он помнил, что другие тоже разделяли это мнение, поэтому он подумал, что не повредит заложить это впечатление пораньше, но не слишком выделяясь. Кроме того, было... приятно слышать, как его имя называют со стороны. Мацушита и Мии-чан, которые на этот раз посетили урок плавания, подбадривали его. Что было довольно неловко, он чуть не обогнал Хирату из-за этого. К счастью, он поймал себя до того, как этот импульс заставил его выделиться больше, чем он намеревался. Помимо его выступления, посещаемость урока плавания на этот раз была другой. Это стоило отметить. Двадцать пять учеников посетили сегодня, на девять больше, чем в его воспоминаниях. Все из-за одного небольшого изменения: того, что он ударил Ямаучи и Айка ранее тем утром. — Аянокоджи-кун, — голос Хираты прервал его мысли, — о чем ты думаешь? Киётака моргнул, возвращаясь в настоящее. — Хм? Ни о чем особенном, — сказал он. — Просто думаю, что было бы лучше, если бы больше людей посетили урок. Было весело. — Было, — легко согласился Хирата. — Ты никогда не говорил мне, что ты хороший пловец. — Никто не спрашивал. Через стол Мацушита услышала это и улыбнулась. — Как вообще кому-то может прийти в голову спросить что-то такое невзначай? Киётака притворился, что обдумывает это. — Может быть, что-то вроде: «Ты увлекаешься спортом?» Затем, если кто-то говорит «да», ты спрашиваешь, хорош ли он в этом. Это один из способов. Каруизава бросила на него сухой взгляд. — Это твой мыслительный процесс, когда ты общаешься с кем-то? С ее указанием на это, Киётака должен был признать, что это было немного неловко так выражаться. Но он решил подхватить. — ... Да. Она вздохнула. — Думаю, нам придется помочь тебе приобрести некоторые социальные навыки. — Я почти уверен, что он просто шутит, — вмешался Хирата, посмеиваясь. — Аянокоджи-кун может говорить с нами совершенно нормально. Киётака кивнул. — Это правда. Повернув взгляд на Каруизаву, он добавил: — Когда-нибудь ты сможешь понять, шучу я или нет. Потребуется некоторая тренировка, но я верю в тебя, Каруизава. К его удивлению, она действительно хихикнула. — Ладно, это было хорошо. — Думаю, что то, что ты ударил этих извращенцев, придало тебе уверенности, Аянокоджи-кун, — сказала Мацушита. При ее словах Хирата нашел время, чтобы спросить. — Я почти забыл спросить — тебе действительно нужно было их бить? — Это был мой единственный вариант, — ответил Киётака. — Ну, я поддерживаю это, — без колебаний сказала Каруизава. Киётака быстро взглянул на нее, затем вернулся к своей еде. Он должен был знать, что именно так он заставит ее, наконец, терпеть его. Каруизава ненавидела двух извращенцев. Даже когда Ямаучи был исключен в будущем, она все еще жаловалась его будущему «я» на этого парня. Будущая Каруизава также упомянула, не раз, что пыталась убедить Шинохару расстаться с Айком. Он некоторое время думал о будущем, затем отмахнулся. С этим этой Каруизаве еще предстояло иметь дело. Группа некоторое время ела в тишине, пока Мии-чан неожиданно не заговорила. — Это напоминает мне... Хирата-кун, ты тоже очень быстро плаваешь! Футболисты тоже плавают для тренировок? Хирата кивнул. — Мы плаваем. Хотя это не только футболисты. Другие спортсмены тоже плавают, чтобы улучшить выносливость. Посмотри на Судо-куна, он был даже быстрее меня. Киётака мельком наблюдал за ним. Как обычно, Хирата никогда не забывал хвалить и других людей. Даже если похвала была направлена на него. — Это многое объясняет, — сказала Мацушита. Она откинулась на спинку стула, с намеком на улыбку на губах. — Ты довольно хорош во всем, да? — Я бы так не сказал... — Хирата почесал затылок. — А как насчет тебя, Аянокоджи-кун? — внезапно спросила Мии-чан. — Ты хорош в чем-то еще, кроме плавания? Киётака поднял взгляд от своей тарелки. Мии-чан восприняла его слова довольно буквально. Он на мгновение задумался над вопросом. — Сон, — сказал он, наконец. — И каллиграфия. И фортепиано. Он добавил бы еще и чайную церемонию, но не думал, что кто-то ему поверит. Глаза Мии-чан расширились. — Фортепиано? Насколько ты хорош в этом? — Достаточно хорош, я полагаю. Полагаю, ты тоже хороша в этом? Она покраснела. — Меня... заставили родители учиться этому. Но я обнаружила, что мне это нравится! Сато оживилась. — Я слышала, что ты можешь пользоваться инструментами музыкального клуба, если попросишь. Мы должны как-нибудь сходить и посмотреть! Каруизава бросила на нее любопытный взгляд. — Кто тебе это сказал? Я не думала, что ты увлекаешься музыкой. Сато застенчиво улыбнулась. — Я не увлекаюсь! Я просто слышала, как некоторые сэмпаи упоминали об этом. Они ходили, чтобы подурачиться с барабанами. — Я пойду, если вы, ребята, пойдете со мной, — наконец сказал Киётака. — Я не думаю, что смогу играть, если будет слушать куча незнакомцев. Он мог. Но Сато, сама того не зная, дала ему шанс улучшить их впечатление о нем. Поэтому он воспользовался им. — О, мы обязательно пойдем! — Сато просияла. — Будет весело! Остальные тоже присоединились, говоря, что хотят услышать, как он и Мии-чан играют, к смущению девушки. Вскоре они остановились на пятнице. Это было, когда и Хирата, и Мии-чан были свободны от клубной деятельности: Хирата только что попал в футбольную команду, а Мии-чан состояла в клубе чайной церемонии. Когда группа вернулась к своей еде, Киётака поймал себя на мысли — стоит ли ему тоже вступить в какой-нибудь клуб? —𝕻𝖊р𝖊загpузkа— После окончания занятий Киётака направился в библиотеку. Срок сдачи книг Чандлера не наступал до следующей недели, но не было особого смысла перечитывать их в третий раз. На этот раз у него было на уме что-то другое. Он вспомнил, как видел несколько романов Гришема, засунутых на одну из полок. Подойдя к стойке обслуживания, Киётака достал книги, которые он одолжил. — Первые три произведения Чандлера, да... — Он услышал знакомый, но незнакомый голос, бормочущий себе под нос. Обернувшись, Киётака увидел знакомую фигуру — серебристо-голубые волосы, стройное телосложение. Девушка держала экземпляр «Пять красных селедок». — Я закончил читать их за выходные, поэтому возвращаю их, — ответил он. Киётака не знал, как это возможно, но ему показалось, что ее глаза заблестели от откровения. — Я Шиина Хиёри. Класс 1-C, — сказала она. — Ты тоже первокурсник? — Да, — ответил Киётака. — Я Аянокоджи Киётака из 1-D. Она мягко улыбнулась. — Ты первый первокурсник, которого я здесь вижу. Обычно это старшеклассники. — В этом есть смысл, — сказал он. — Это только наша вторая неделя — большинство первокурсников, вероятно, исследуют более захватывающие части кампуса. Губы Шиины сжались, она задумалась. — Возможно. Но... я бы предпочла быть здесь. Слишком много книг, которые я хочу прочитать. Киётака кивнул. — Аналогично. Я планирую взять еще несколько сегодня. При этом ее глаза загорелись. — Ты знаешь, что ищешь? Я могла бы порекомендовать несколько — раз уж ты читал Чандлера. — Знаю, — сказал он. Но затем — увидев, как ее плечи слегка опустились, и мелькнуло разочарование — он добавил: — Но я не против послушать твои рекомендации. Она сразу же оживилась, уже направляясь к полкам. Киётака положил книги обратно в свою сумку и последовал за ней. Это была короткая прогулка до полок с детективами. — Ты читал Дороти Л. Сэйерс? — спросила она через плечо. Он подошел ближе. — Нет. Я читал Кристи, но не Сэйерс. — В таком случае... — она просияла, — тебе следует начать с «Чье тело?». Это первая книга о Лорде Питере. Как только ты ее прочитаешь, я думаю, ты захочешь закончить всю серию. Без колебаний она вытащила несколько томов и протянула их ему. Киётака перевел взгляд со стопки на ее обнадеживающее выражение лица. — Э-э... я на самом деле планировал взять Гришема сегодня. Шиина моргнула, ее осенило. — Прости. Я увлеклась. — Она слегка поклонилась. — Все в порядке, — сказал Киётака. Он поправил стопку в своих руках. — Гришем... я его не читала. Какие книги он пишет? — Юридические триллеры, — ответил Киётака. — Я пока прочитал только одну. Она была хороша, поэтому я хотел прочитать другие книги. — Ах... в таком случае, я могу показать тебе терминал каталога, — предложила она. — Это быстрее, чем искать вручную. В этом не было необходимости. Киётака уже знал, где они находятся. Тем не менее, он позволил девушке провести его до середины библиотеки, где стояло несколько готовых к использованию компьютеров. — Вот, — указала она на компьютер. Киётака кивнул и начал печатать книги, которые хотел взять. Через некоторое время они подошли к полкам. Киётака взял две книги: «Фирма» и «Дело о пеликанах». Он не слишком задумывался об этом — по данным Интернета, они были самыми высоко оцененными после «Время убивать». Затем, без комментариев, Киётака повернулся и направился прямо к стойке обслуживания — все еще неся книги Сэйерс вместе с двумя книгами Гришема. Шиина последовала за ним на шаг позади. Только когда он положил все книги на прилавок, она моргнула от удивления. — Ах... ты тоже берешь Сэйерс? — спросила она. — Да. Я решил попробовать их — раз уж ты потрудилась их порекомендовать. — О... — она слегка покраснела. — Тебе не стоило. — Это должно быть хорошее чтение, так что все в порядке. Ее выражение лица смягчилось. — Тогда... ты мог бы сказать мне, что ты о них думаешь? После того, как закончишь? Киётака предвидел этот вопрос. Потому что единственное, чего хотела Шиина Хиёри в этой школе, это того, с кем она могла бы поговорить о книгах. — Конечно. — Отлично! Давай обменяемся контактами, чтобы мы могли поговорить об этом, — предложила она. Киётака достал свой телефон и обменялся контактами с девушкой. Вскоре он закончил свои дела с библиотекарем. После короткого разговора с Шииной, он собрал свои книги и направился на выход. —𝕻𝖊р𝖊загpузkа— Прежде чем вернуться в свое общежитие, Киётака сделал небольшой крюк к круглосуточному магазину. Там он заметил Судо, у которого в корзине было неприличное количество лапши быстрого приготовления. — Йо! Аянокоджи! — окликнул Судо, ухмыляясь, когда увидел его. — Судо, — поприветствовал он рыжеволосого кивком. — Что ты собираешься купить, чувак? — спросил Судо. Киётака взглянул на секцию в дальнем правом углу магазина. — Вероятно, набор бэнто на ужин. — Ты часто их ешь? — Да. Вкус достаточно близок к настоящей еде — если правильно разогреть. Судо кивнул, обдумывая это. Затем, с присущей ему импульсивной энергией: — Эй — почему бы мне не угостить тебя сегодня вечером? Я куплю тебе бэнто, — сказал он. — Я все равно тебе должен. Ты спас мою задницу на прошлой неделе. Киётака купил ему несколько стаканчиков лапши на прошлой неделе, когда Судо забыл свой Студенческий билет. — Ты уверен? Он был немного удивлен благодарностью Судо, но не собирался отказываться от бесплатной еды. — Конечно, чувак! В следующем месяце мы все равно получим тонну очков. Одно бэнто — это ничто, — Судо улыбнулся еще шире. — Ладно, если ты так говоришь. Два парня направились туда, где были наборы бэнто. Киётака выбрал свой обычный. — Мужик, надо было купить больше этого, а не лапши быстрого приготовления, — посетовал Судо, осматривая разнообразие доступных бэнто. — Выглядят очень аппетитно. — На вкус они так же хороши, как и выглядят, — ответил Киётака. — Но, возможно, это только для меня. Попробуй один, а потом купи больше, если тебе понравится. — Хм... да. Я так и сделаю. Судо кивнул, затем взял один и для себя — вероятно, решив, что он мог бы съесть что-то приличное на этот раз. Через несколько минут они вышли из магазина. Судо вручил ему отдельный пакет. — Вот. Думаю, теперь мы в расчете, — сказал он, показывая большой палец вверх. — Спасибо, Судо. Небрежно махнув рукой, Судо повернулся и зашагал в толпу. Киётака смотрел, как он уходит. Этого не происходило раньше. С другой стороны — он (его будущее «я») не делал этого крюка в этот день в оригинальной временной линии. Может быть, это всегда было возможно. Или, может быть... волны уже доходят немного дальше, чем он думал. Надеюсь, нет. Слишком рано. Киётака отбросил эту мысль. То, что Судо купил ему ужин, не было признаком какого-то великого расхождения. Просто удачное совпадение. Хотя это было желанным событием. Бесплатная еда есть бесплатная еда. Конец Главы Примечание автора: Киётака уже пытается изменить ситуацию, но это вещи, которые, как он знает, он может контролировать. Он не хочет пока делать что-то масштабное. По крайней мере, до тех пор, пока он не расставит фигуры, которые ему нужны. Однако он прилагает усилия, чтобы стать немного более популярным. Почему? Потому что... (вы узнаете к концу тома). Уточнение, на случай, если кто-то запутается: Каруизава еще не дружелюбна. Она терпит его сейчас. Это отличается от того, как она относится к таким людям, как Сато или Хирата.