Тумайни

— Я вижу, что вы не Тумайни, юная леди, — надменно выкинула гравёр. Я улыбнулась. Такой папа ее и описывал. Такая бу-бу-бу злюка внешне, но на самом деле милашка. Женщина зыркнула на меня недовольно. — Чего скалишься, ёкай? — пробормотала она, будто поняла, что я все знаю. — Твоя мама ведь та ёкай, что приезжала к нам? У тебя ее глаза, — Шилонен вдруг улыбнулась. — Ладно, Тумайни, — я фыркнула. Ещё нет. Ещё не достойна. Моих плеч будто коснулось Солнце. Я робко потянула пальцы к источнику ощущений и нащупала руку. Улыбнулась, поняла — Мавуика. — Уже познакомились, — она, видимо, предпочла пройтись по мосту, соединявщему две части племени. Я невольно потянулась к силе, которую излучала Мавуика, будто купаясь в золотых лучиках, замурлыкала. Черт. Раньше голосовой аппарат у меня перестраивать не получалось. Максимум моих превращений — вытянуть когти, да уши удлинить. Я захлопнула рот рукой. Утробное мурчание не остановилось. Ну да, открывать рот для мурлыканья не обязательно. Я с силой сглотнула, прогоняя невольную трансформацию, и с облегчением выдохнула. Кажется, Архонт не заметила. А вот Шилонен окинула понимающим смешливым взглядом. — Котята, — буркнула она, закатив глаза и двинувшись в сторону очередного невысокого здания. Я пожала плечами, неловко улыбнувшись ей в спину и двинулась следом. Мавуика давно убрала руки, но за спиной будто занимался рассвет. Тепло. Нас пропустили в мастерскую, где царил легкий хаос, и предложили присесть. — У нас плановый техосмотр, — пояснила Мавуика, с нежностью глядя на дверь, где остался ее пламецикл. Я хмыкнула. — Понятно. — Давай потом заглянем к Киничу, — она заговорщицки подмигнула. — Папа, наверное, рассказывал тебе про него? Знаешь Ахава? — кивнула. — У него недавно появились маленькие Ахавчики, — мои глаза явно засияли при мысли о драконятах, но я одернула себя, непонимающе уставилась на женщину-солнце. — Ахав же кусок души дракона, или как там... — я замялась. — Ну, у него не могут появиться дети... Да и с кем? — улыбка Архонта стала предвкушающей. — Пусть Ахав сам расскажет тебе свою историю, — она погладила меня по голове. Я удивлённо пискнула. Какого фига? Недовольно воззрилась на Мавуику, но не смогла сдержать улыбку, увидев искренний восторг в глазах женщины и радость знакомству. На сердце потеплело. Почему-то по прибытии в Натлан тяга к путешествиям утихла. Мне больше не хотелось следовать дальше по карте мира, а лишь обойти весь Натлан пешком. Отец рассказывал про страшную войну, сжигающую Натлан всего век назад, но было видно, что люди оправились. В героях больше не было нужды, но они оставались символом защиты и воли Пиро региона, а Архонт стояла во главе этого и дарила надежду. Кионгози — "предводитель". И Мавуика смело вела за собой людей. Сначала против Бездны, а теперь — в счастливое будущее. Я задумчиво пялилась в стену, неосознанно стараясь приблизиться к тому свету, что излучала богиня. Очнулась от своих мыслей я, лежа на спине и глядя в глаза огненноволосой снизу вверх. С теплых упругих бедер. Я распахнула глаза, а Мавуика перестала задумчиво перебирать пряди моих волос, выбившиеся из нетугого высокого хвоста. Я моргнула, подавила первое желание вскочить и свалить куда-нибудь, поняв, что богиня вовсе не против такого положения, и неловко обняла Архонта за талию одной рукой. Она тепло улыбнулась. Я представляла ее более м... Чокнутой. А оказалось, что папина давняя знакомая — очень чуткая и заботливая женщина. Я рассматривала правильные черты лица с глуповатой восторженной улыбкой и все не могла отвести взгляд. — Все готово, — входная дверь хлопнула, и на пороге возникла взмыленная Шилонен в пятнах машинного масла и с разводным ключом в руках. Оглядев нас, она хмыкнула. — Котята, — повторила она себе под нос, тепло улыбаясь мне. Какие они тут... Родные... В груди с новой силой разгорелось чувство правильности и ощущение возвращения домой. Мне здесь нравится. Я неохотно поднялась с таких мягких колен моей богини и медленно двинулась к выходу. Секунду. Моей? Я остановилась, обернулась и внимательно посмотрела на Мавуику. Нет, ну правильно. Я считала это место родным, так что и здешний Архонт по умолчанию стала моей богиней. Кивнув своим мыслям, я успокоилась, убедившись в их нормальности. По пути к мотоциклу, Мавуика окликнула меня. — Давай сначала к Народу родников, — она кинула взгляд, наверное, в направлении названного племени. — Муалани будет рада знать, что у Итера все хорошо, а то от него давно ни слуху ни духу, — я пожала плечами. Без проблем, там колохо... Козхоло... Кохоло... Короче заврианы, похожие на вишапов глубин. Я невольно закатила глаза. Когда-нибудь я выучу их название, обязательно. Ещё одна коловокружительная поездка-полет. Я уже спокойнее восприняла происходящее и даже успевала глазеть по сторонам, рассматривая мелькавшие под нами пейзажи. Натлан невероятен в своей восхитительной простоте. Жёлтые скалы сменялись деревьями и ручьями, и вот под нами уже струятся реки, мирно переливаются на солнце озера, в которых плещатся колохо... Заврианы. Я осторожно обнимала Мавуику, рефлекторно поглаживая большим пальцем прохладный латекс ее костюма, то и дело одергивая себя, но каждый раз, выныривая из мыслей, вновь и вновь ощущала движение пальца. Мы мягко приземлились, обратив внимание жителей племени на свои скромные персоны. Я сняла шлем и слезла с байка, в последний миг чуть сжав пальцы на талии Архонта, тут же стыдливо спрятав руки в карманы шорт. Папа предупреждал о климате Натлана, так что перед дорогой сюда я заранее договорилась с Тиори о пошиве укороченных брюк чуть выше колена из мягкой тянущейся ткани. Мавуика кинула на меня странный, но явно не недовольный взгляд. Ей будто нравились мои проявления внезапной привязанности к этому месту и к ней. Как к Архонту, конечно. С разных сторон сыпались приветствия. Мавуика всем кивала и искренне улыбалась происходящему. Она любила свой народ, а натланцы отвечали полной взаимностью женщине, не побоявшейся рискнуть ради них жизнью. Я вдруг подумала, что если бы тогда Капитано не предложил свой план, меня бы мог встречать другой Архонт. В сердце поселилась внезапная тоска. А признала ли бы я тогда Натлан родным? Я не знала. Вскоре мы подошли к голубым домикам-лавкам. Я бегло огляделась и заметила знакомую мордочку, выглядывающую из-за прилавка. Мятный Дайфуку! Я подбежала ближе. — Эй! Привет, малыш! — я потрепала милашку между ушек. Ёкай прилетал домой иногда, рассказывал маме, как идут дела в лавке, а папе — о Натлане в целом. Отец скучал по друзьям из Натлана, да из всех регионов, конечно. Но после свадьбы с мамой он оставил работу искателя приключений и почти не выбирался из Инадзумы. За мои неполные 22 года мы лишь дважды посещали Монштадт и Ли Юэ, но дальше не ездили. Маме было тяжело находиться долго в дали от дома и работы, а папе — от мамы, поэтому и один он ездить не хотел. А мне всегда не хватало простора. Мое сердце рвалось в путешествие, поэтому, пока не имела лицензии, я облазила весь остров Наруками и Каннадзуку от края до края. Дальше папа меня не пускал, ссылаясь на отсутствие знаний простейших мер предосторожности, хотя он то и дело обучал меня чему-нибудь, что знал сам. Но родители такие родители. Я хихикнула, выныривая из мыслей. — Да, вон она, с соотечественником общается, — услышала я неподалеку весёлую Архонта. — И правда похожа... — восхищённый звонкий голос коснулся ушей, я чуть сморщила нос. Чуть резковатым он оказался для моего слуха. Я всегда была фоностеником благодаря генам матери и тянулась к людям со спокойными приятными голосами. Вдруг подумалось, что Мавуика могла знать об этом, ведь голос у нее сильный, но я еще не разу не слышала от нее резких звуков. Хотя, возможно, мне просто подходил не тембр. Хм... А ведь для ребят, как я, очень сложно найти человека, чей голос в любом состоянии не будет доставлять дискомфорта... Я хмыкнула, подходя к женщинам. Рядом с Архонтом стояла беловолосая женщина в коротких, очень коротких шортах. Я вгляделась в смуглое лицо. Зрачки в форме рыбок... Я тупо моргнула. И ещё раз. Потерла глаза. Окей, к такому меня жизнь не подготовила. Представительница Народа родников открыто улыбалась мне, распахнув глаза. — Здравствуй, Тумайни, — голос неожиданно мягкий. Мне протянули руку. Я аккуратно пожала пальчики и улыбнулась в ответ. — Муалани? — вежливо уточнила я, и так уверенная в ответе. Девушка радостно кивнула. Вот не верилось, что ей больше ста лет. Ребенок почти. Не могли годы уберечь этот наивный восторг в глазах. — Пойдем, покажу тебе козолозавров, — Умоджа приобняла меня за плечи, уводя от Мавуики. Я обернулась к ней и заметила, как парнишка в красной одежде и со странным головным убором резво отбегает от нее и взлетает. Турборанец? И правда, за ним тянулась тонкая полоска белого дыма. Я нахмурилась, но вскоре забыла и про парня, и про обеспокоенное лицо богини, глядящей ему в след, потому что меня обступили маленькие, по колено ростиком, заврята. Они ластились к ногам, охотно забирались на руки и подставляли макушки для неумелой ласки. Их гладкая шкурка напоминала латекс, но более бархатный, что ли. Один из малышей настойчиво протягивал мне что-то в когтистой лапке. Я благодарно приняла подарок, погладив малыша по голове. Раскрыв ладонь, увидела фрукт, замеченный у мастерской Шилонен, только в разы меньше. Заврианчик выжидательно смотрел на меня. Я непонимающе — на него. После минуты гляделок малыш вздохнул совсем по-человечески и показал пальчиком на раскрытую пасть. Дошло. Крошка угостил меня. Я хлопнула свободной ладонью по лбу и, освободив фрукт от зелени, укусила. О боже, сладость с кислинкой полилась будто в самое мое сердце. Сочный фрукт стал вне конкуренции, оставив далеко позади некогда любимый пузырин. Я со слезами счастья на глазах присела перед гордым заврёнком на колени и осторожно обняла его. — Спасибо, малыш, — я заглянула в огромные глаза. — Я обязательно выучу название твоего вида, — кроха важно кивнул и потопал к озерцу, где плескалась толпа таких же малышей. — Дай угадаю, — послышался бархатный голос сзади. Я застонала. О Архонт, просто музыка для моих ушей. Обернулась, — он дал тебе молодой злакофрукт? — Мавуика хитро улыбалась. Она что, слышит мысли, обращённые к Архонту? Я удивлённо моргнула. Черт... Я медленно кивнула, не поднимаясь с колен. Женщина подошла чуть ближе. Так мы и стояли: она с покровительственным взглядом и коленопреклоненная я. Я сглотнула. Мне протянули руку. Я, неловко опираясь на нее, поднялась и смущённо отряхнулась. — Вы слышали, да? — хрипловато спросила я. Мавуика разулыбалась, наклонилась к уху. — Твой стон или слова о музыке для ушей? — внезапно интимным шепотом уточнила она. По телу пробежал разряд. Я что-то невнятно промычала. Запомню: не упоминать Архонта в мыслях. — А что так? Что-то скрываешь? — богиня рассмеялась, вновь лаская мой слух. Я икнула. — Да ну вас... — смущённо пробормотала я и спрятала руки в карманы. — Ладно тебе, Тумайни, хватит выкать, — беззлобно закатила глаза Архонт. Я вскинулась, удивлённо глядя на нее. Одно дело — брататься с Венти и общаться на "ты" с Эи, с которой с детства проводила время. Другое дело Мавуика. Да для меня она герой легенд, Солнце... Взгляд стал растерянным. Кионгози вздохнула. — Хорошо, если тебе так комфортнее, можно на "вы", — пожала плечами она. — Но только на время, — быстро добавила она. — Я же правильно понимаю, что ты к нам надолго? — Ну, до паломничества-то точно, — я заглянула в красные глаза. — Мне ведь можно будет поучаствовать? — губы Мавуики чуть дрогнули в полуулыбке. — Хочешь принять наследие отца? — я уверенно кивнула. — Но ты понимаешь, что быть Тумайни Натлана не просто? — она посерьезнела. — Я хочу остаться, — тихо призналась я, касаясь теплой ладони женщины. Она улыбнулась. — А что так? — Дом, — выдохнула я шепотом, боясь, что если произнесу громче, это хрупкое ощущение сопричастности исчезнет, а следом и чувство Дома. Но меня услышали. И поняли. В глазах Пиро Архонта появилось нечто, невиданное ранее. Будто меня приняли. Нет, и раньше не отталкивали, но теперь приняли. Как друга. Как родную. Я улыбнулась, вдруг ощутив странное покалывание в уголках глаз. Слезы. Совсем неуместные, непрошенные, но нужные. В тот же вечер я написала письмо домой.

Мама, папа, здравствуйте. Рада сообщить, что успешно добралась до Натлана. Меня радушно приняли и показывают окрестности. Пламецикл Мавуики — нечто. Хочу себе в будущем такого же железного друга.

Я отняла ручку от бумаги. Да, так напугавший сначала байк в последствие пришелся очень по душе.

Папа, помнишь, ты говорил, что в путешествии я обязательно найду свое место, и ничего страшного, если оно будет вдали от вас? Кажется, я нашла. В Натлане прекрасно все. Люди тут приветливые, дружные. Все улыбаются друг другу, даже если не знакомы. Правда, я познакомилась пока только с Детьми эха и Народом родников. Завтра продолжим путешествие. Надеюсь полетать на кукузавре.

А, ещё! Госпожа Мавуика упомянула, что у Ахава появились маленькие Ахавчики! Как это возможно — не знаю. Завтра летим к Потомкам крон, все-все разузнаю!

Спасибо вам за поддержку и веру в меня. Я люблю вас.

Мия Тумайни

Я отдала письмо покорно ждущему Дайфуку и пожелала спокойного полета. Он как раз собирался слетать в Инадзуму.