Точка невозврата

      Тишина кладбища, нарушаемая лишь легким шелестом листвы, контрастировала с душным блеском графского приема. Здесь, среди вековых надгробий и спокойствия, Кастиэль казался освобожденным от всех возможных проблем. Он провел пальцами по холодному камню, где было высечено имя. Его синие глаза были полны давней печали, которую он тщательно скрывал от остальных. — Прости, я слишком долго не приходил к тебе, — маг криво улыбнулся. — Минуло уже где-то два года, и только сейчас я нашел в себе силы явиться. Надеюсь, ты не сердишься…       Кас немного помедлил, словно действительно ожидал услышать ответ. Его рот слегка приоткрылся, но он не сразу решился сказать то, зачем, собственно, пришел. Его взлохмаченные волосы затрепетали на ветру. Он решил начать издалека. — С тех пор как я был здесь в последний раз, произошло слишком много событий, которые резко изменили мою жизнь, — Кас потер затылок. — Ну, одна из самых ужасных новостей, это то, что я утратил свою магию.       Мужчина пристально уставился на свежие розы, сомневаясь, уместно ли ему жаловаться на это. Он вновь тихо хмыкнул и продолжил: — Знаешь, я думал, что нечто подобное выбьет землю из-под ног, и я больше никогда не смогу подняться, но я… нашел себе другое предназначение.       Кастиэль вздохнул, его взгляд поблек от тяжести воспоминаний. — Думаю, что многие вещи я переосмыслил. Встретив одного человека, я обрел новую версию себя.        Он замолчал, давая торжественной тишине кладбища поглотить его признание. — Знаешь, когда я потерял тебя, то поклялся, что больше никогда не стану привязываться к людям… Но мне кажется, я предал свое прежнее «я», — Кас покачал головой. — Называй это как хочешь…       Вечная тишина успокаивала его взволнованное сердце. Кастиэль и сам не мог понять, готов ли он принять внутри себя то, что собирался озвучить на могиле давней любви. — Я сблизился с герцогом, — маг мягко улыбнулся. — Еще пару лет назад он меня ненавидел. Думаю, часть меня уже давно хотела ему понравиться. Его зовут Дин. Кажется, — Кас смиренно закусил губу, а затем завершил свою мысль: — я совсем пропал…       Он почувствовал, как слабый ветер ласкает его лицо, словно одобрительное прикосновение Мэг. Это придало ему смелости продолжать. — Дин… он не похож ни на кого из тех, кого я знал, будучи магом. Он настоящий, Мэг. Он не терпит лжи, он презирает эту пустую суету двора, которую мы с тобой так ненавидели.        Кас слегка улыбнулся при этих мыслях. — Когда я потерял силы, я стал чужим в мире, который раньше был моим. Но Дин… Он не видел во мне великого мага. Он видел во мне обычного человека, который нуждается в поддержке. Он принимал мою слабость без осуждения.        Кастиэль протянул руку к надгробию, его синие глаза потеплели. — Он вернул мне ощущение дома, которого я лишился, когда потерял тебя. С ним я не чувствую себя ничтожным, Мэг. Он заставил меня поверить, что моя жизнь чего-то стоит даже без магии. Я узнал, что такое настоящая дружба, которая переросла в… в то, что я боюсь сказать вслух, даже здесь, рядом с тобой. Но ты всегда меня понимала.       Кастиэль вздохнул, его плечи слегка опустились, когда он взглянул на голубое небо. — Но я ему не нравлюсь… В смысле, не привлекаю в романтическом плане.       Кас сжался от этого признания, словно ему было физически дискомфортно от этой откровенности. Маг вновь взглянул на каменную плиту с ощущением легкого стыда. — Поверь, я тоже не хотел увлекаться герцогом в таком смысле, но… в последнее время я не могу лгать даже самому себе. Меня влечет к нему, тянет, я… не могу долго находиться без его общества. Мое сердце замирает от восторга, когда он счастлив, и я… уже несколько раз рисковал собственной жизнью, чтобы спасти его.       Маг снова прикусил губу, переплетая свои пальцы, легкое смирение волной накрыло его взволнованную душу. — Я даже решился поцеловать его, но он оттолкнул меня.       Кастиэль почувствовал, как ком подступает к горлу. Кастиэль впервые в жизни ощутил себя бессильным перед судьбой. — Что мне делать? — Этот вопрос-мольба сорвался с его губ тихим шепотом, адресованным той, кто никогда не ответит. — Как защитить его от самого себя и… уберечь свое сердце от этой неминуемой боли? Или может… мне стоит попытаться еще раз?       Кастиэль в очередной раз глубоко вздохнул. Он прожил несколько сотен лет на этой земле и во второй раз столкнулся с невыносимой болью, что причиняет влюбленное сердце. И если теплые воспоминания о Мэг были лишь старым шрамом на его душе, то Дин был ярким пожаром, что пылал в сердце Кастиэля, пламенем, которое нельзя было потушить. — Мне казалось, я знаю цену любви и потери, — прошептал Кас, его голос был едва слышен. — Но это другое. Это чувство, Мэг, оно отнимает мой разум. Раньше я контролировал все. Теперь я обычный человек, прикованный к одной душе. К душе, которая не видит меня так, как я того желаю.       Кастиэль покачал головой, отгоняя наваждение. Нужно было двигаться дальше, а не предаваться меланхолии. Он резко поднялся, отряхивая штаны. Синие глаза Кастиэля вновь обрели спокойствие, заменив грусть. — Спасибо, что выслушала, Мэг. Я еще вернусь.       Он положил руку на холодный камень в прощальном жесте и повернулся, чтобы покинуть безмолвное кладбище. Лепестки красных роз слегка затрепетали на ветру.       Уже вечером герцог окончательно разомлел после горячей ванной и двух бокалов вина. Он улегся на кровать, слегка прикрывая глаза. Кастиэль должен был явиться на ужин еще час назад, но, видимо, его что-то задержало. Поэтому герцог решил скрасить одиночество алкоголем, впрочем, как обычно. Он тихо промычал, когда юркий кицунэ запрыгнул ему на грудь и потерся холодным носом о щеку, настойчиво требуя к себе внимания.       Мелкое создание было весьма любопытным и любвеобильным. И когда Сэма не было дома, оно липло либо к Дину, либо к слугам, категорически не желая оставаться в одиночестве. Сам герцог на секунду застыл от резкого осознания, что они с кицунэ даже немного похожи в этом аспекте. Не успел Дин засмеяться над этим неожиданным сравнением, как тихий стук в дверь прервал его уютное одиночество. — Войдите, — тихо бросил он, не открывая глаз.       Дверь бесшумно приоткрылась, и на пороге появился Кастиэль. Он был спокоен, но его обычно безупречный вид казался слегка помятым, а синие глаза смотрели грустно и озабоченно. Даже кицунэ слегка насторожился и поднял свою острую мордочку, учуяв на мужчине шлейф легкой тоски. — Ты опоздал, Кас, — заметил Дин, приоткрыв один глаз. — Я уже начал праздновать свое спасение от светских интриг в одиночестве. Где тебя носило? — Прости, я был… занят, — наконец произнес маг.       Мужчина сел рядом с герцогом на кровать. Винчестер приподнялся на локтях, убирая лиса с груди. — Все в порядке? — Да, — Кастиэль слабо улыбнулся, когда Кроули прыгнул ему на колени.       Мужчина уставился на накрытый ужин, который успел остыть, и два бокала, один из них был наполнен вином. По вальяжной манере Дина Кастиэль понял, что тот уже немного выпил. — Как прошло чаепитие? — Даже не спрашивай, — герцог снова уронил голову на постель. — Все как обычно… душно, скучно и чертовски утомительно. — И что, не было ни одной прекрасной дамы, что могла бы улучшить твое расположение духа? — Поинтересовался Кастиэль, пытаясь придать голосу легкости. — Дамы? — Дин насмешливо фыркнул, не открывая глаз. — Была одна. Она мне особо запомнилась. — Мужчина протянул руку и погладил Кроули, который удобно устроился на коленях Кастиэля. — Милтон. Она победила всех в конкурсе на самое нелепое предложение века. — И что же предложила тебе милая Анна? — Герцог открыл глаза и посмотрел на Кастиэля, но взгляд его был затуманен вином. — О, такое даже придумать сложно. Милтон, видишь ли, понимает, что может выйти за меня замуж по приказу короля. Но при этом она влюблена в кое-кого другого. — Герцог засмеялся резким, горловым смехом, который не звучал весело. — И вот ее гениальный план: я женюсь на ней, она рожает мне наследников, а взамен я прикрываю тайные свидания с любовью всей ее жизни. Представляешь, Кас? — Дин резко перевернулся на бок, чтобы быть лицом к другу.       Маг в явном шоке уставился на Винчестера, он не мог поверить в услышанное. Похоже, у Анны совсем помутился рассудок, раз она осмелилась предложить что-то подобное. Кастиэль нервно сглотнул, пристально глядя на Дина. — Только не говори, что любовь всей ее жизни это... я. — Ну а кто же еще? — Дин криво улыбнулся.       Кас опустил взгляд на спящего лиса. И без того мрачное настроение стало еще печальнее от осознания, что он не силах ответить взаимностью. Кастиэль не думал, что Анна готова зайти так далеко, чтобы заполучить его внимание. — Надеюсь, — он взглянул на Винчестера, — ты сказал, что ее предложение не имеет смысла, ведь… у меня нет к ней чувств. — Естественно, — фыркнул Дин, закатывая глаза. — Но Милтон уверена, что ей по силам достучаться до твоего сердца.       Герцог поморщился от собственных слов и потянулся за бокалом. Кастиэль молча наблюдал за тем, как Дин пьет, а затем почесал за ушком спящего кицунэ, чтобы немного успокоиться. — Это уже переходит все границы, — тихо произнес Кастиэль, не отрывая глаз от рыжего меха. — Кажется, я должен вмешаться. — Герцог резко махнул рукой, отпив вина. — Брось, Кас. Ты тут ни при чем. Оставим Милтон наедине с ее безумием. — Нет, — маг резко качнул головой, избегая прямого взгляда Дина. — Я поговорю с Анной при следующей встрече. Дам ясно понять, что мое сердце уже занято… — Что? — Дин нахмурился перебивая Каса, напускное равнодушие мгновенно сменилось удивлением.       До Кастиэля внезапно дошло, что он почти проговорился. Он нервно отвел взгляд, уткнувшись носом в мех кицунэ. — Занято… прошлой любовью, — быстро поправил маг, пытаясь придать голосу уверенности. Дин поджал губы и молча кивнул головой. — А знаешь, у меня есть для тебя подарок…       Кастиэль удивленно приподнял брови, когда Винчестер вскочил с кровати и подошел к туалетному столику. Он немного замешкался, а затем достал что-то из шкатулки с украшениями. Кас уже поднялся на ноги, аккуратно переложив спящего Кроули на кровать. Лисенок недовольно зевнул и, дернув ушками, вновь прикрыл глаза. Когда маг подошел ближе, Дин резко повернулся, показывая другу серебряное кольцо с драгоценным синим камнем. Он схватил мага за руку, а затем положил украшение ему на ладонь. Кас удивленно моргнул. — Это тебе, — торжественно заявил Дин, пьяно улыбаясь.       Вообще-то, он планировал подарить кольцо по какому-то особому поводу, но сегодня все шло наперекосяк, и, судя по всему, у них обоих. Поэтому он хотел немного порадовать своего друга и отчасти себя. Винчестеру нравилось дарить что-то близким людям, видеть их искреннюю радость и благодарность. В такие моменты он действительно чувствовал себя счастливым. Но Кас был слишком сдержан и даже холоден в своей реакции. Он пристально уставился на герцога, а затем спросил: — Дин, ты уверен, что этот подарок предназначен мне? — Даже не знаю, — Винчестер закатил глаза. — Ты думаешь, что Кроули оно подойдет больше? — Ты даришь мне кольцо, — Кас проговорил очевидное, на что Дин фыркнул от смеха и кивнул головой, словно это была какая-то безделушка. — Послушай, — герцог на миг прикрыл глаза, — я помню, каким расстроенным ты был, когда лишился своего медальона из-за вендиго. Поэтому я решил подарить тебе нечто похожее, что-то, что напомнит тебе о чем-то приятном, например, — Дин слегка смущенно улыбнулся, — о нашей дружбе…       Кас все еще недоуменно смотрел на Винчестера. В этот миг он почувствовал себя немного узколобым и ограниченным человеком, ведь в его парадигме мира кольца дарили лишь возлюбленным. Он заставил себя отвести взгляд от драгоценного камня и поднять его на Дина. Герцог действительно выглядел счастливым от того, что делает подарок, и эта искренность разоружила Кастиэля. — Дин… — Кас с трудом подбирал слова. Он сжал пальцы, пряча кольцо в ладони, словно боясь, что оно исчезнет. — Я ценю это. И кольцо… очень красивое.       Винчестер широко улыбнулся, когда маг медленно надел подарок на безымянный палец левой руки и кольцо идеально подошло по размеру. Кас почувствовал, как его грудь сжимается от восторга, но он боялся выглядеть глупо, радуясь слишком сильно. — Я знал, что тебе понравится. Синий камень подходит под цвет твоих глаз. И пусть кольцо станет напоминанием, что у тебя всегда будет поддержка с нашей с Сэмми стороны.       Дин задержал глубокий взгляд на Касе на мгновение дольше, чем требовала обычная дружеская беседа, а затем повернулся к столику у кровати. Кастиэль почувствовал, как по его щекам разливается тепло. Он посмотрел на серебряное кольцо, и понял, что никогда не снимет его. Это было обещание, пусть и не то, о котором он мечтал, но бесценное и честное. Герцог уже потянулся за бутылкой, чтобы налить вино в бокал, но Кас резко дернул его назад и заключил в свои крепкие объятия. Дин резко замер. — Что ты… — удивленно выдохнул он, не сразу сообразив, что происходит.       Кастиэль прижимал его к себе с такой силой и отчаянной нежностью, что Винчестер почувствовал, как исчезает граница между их телами. Голова Каса легла на его плечо, а запах чего-то неуловимо своего, родного, окутал герцога. В этом объятии не было привычной дружеской небрежности — оно было жадным, словно Кастиэль пытался запомнить чужое тепло и забрать его себе. — Спасибо тебе, — прозвучало глухо у самого уха герцога.       Дин медленно обнял Кастиэля в ответ, напряженный и смущенный. Сердце его забилось быстрее, и он не мог понять, было ли это от вина или от неожиданной интенсивности прикосновения. Маг, наконец, смягчил хватку, но не отстранился полностью. Он поднял голову с плеча герцога и задержал взгляд на его лице. Расстояние между ними было настолько малым, что Дин чувствовал теплое дыхание Каса. В синих глазах мага плескалось что-то глубокое, болезненное и требующее. — Ты… мне очень дорог, Дин, — прошептал Кастиэль. Винчестер хотел ответить тем же, но сильное смущение сковало его, и слова застряли в горле, не давая сложиться в связное предложение.       И только после этого Кастиэль медленно отступил, прерывая опасную близость. Он повернулся к столу, как ни в чем не бывало. Поза его была ровной, но рука, державшая бокал, слегка задрожала.       Вино, уже выпитое герцогом, и то, которое они добавили за ужином, сделало свое дело. Серьезность разговора постепенно исчезла, уступая место легкости и хмельной беззаботности. В какой-то момент Дин махнул рукой на ужин и плюхнулся обратно на кровать, потянув Кастиэля за собой. Кицунэ проснулся от шума и с радостным писком прыгнул между ними, требуя внимания. Началась шутливая борьба. Винчестер пытался защекотать Кастиэля, чтобы достать до лиса, а сам маг старался осадить герцога, одновременно оберегая Кроули. Их борьба внезапно переросла в более интимные прикосновения.       Кас задержал руку на талии Дина. Тот резко притих, его смех оборвался. Он лежал на мягких подушках, а маг нависал над ним, опираясь на локте. Глаза герцога, затуманенные вином и весельем, теперь смотрели слишком пристально. Он медленно убрал прядь темных волос со лба Кастиэля. Прикосновение было нежным, сомневающимся, но неумолимым. Кастиэль проглотил комок в горле. Кицунэ недовольно отполз в сторону, почувствовав, что теперь он третий лишний. Кас поднял руку и снова коснулся щеки герцога, большим пальцем очертив линию челюсти.       Маг медленно наклонился. Его глаза были прикованы к губам Винчестера, все его пьяное мужество и тайное желание сосредоточились в этом движении. Расстояние между ними таяло с каждой секундой. Кастиэль затаил дыхание, он не мог отступить. Только не сейчас. В этот критический момент, когда дыхание обоих сбилось, напряжение разорвал громкий стук в дверь, сопровождаемый тревожным голосом. — Дин, ты в комнате? — Это был Сэм.       Герцог резко отпрянул, словно его ударили. Он моргнул, пытаясь осознать, где он и что только что могло произойти. Кастиэль разочаровано вздохнул, а затем быстро слез с кровати. — Входи.       Хрипло ответил Дин, быстро приводя в порядок помятую рубашку. Сэм добродушно улыбнулся, как только вошел в комнату. — Привет, Кас, — он бегло окинул обоих мужчин взглядом и облегченно выдохнул, заметив лиса на кровати.       Кроули радостно завизжал, увидев любимого хозяина, он прыгнул ему прямо на руки. Сэм мгновенно прижал зверушку к своей груди. Дин и Кас мимолетно переглянулись, не зная, как реагировать на столь милую сцену воссоединения. — Простите, я прервал ваш ужин, — Сэм виновато улыбнулся. — Я просто не мог найти Кроули и подумал, что он где-то потерялся, или выбежал на улицу. — Нет, этот маленький подхалим все это время был у меня, — недовольным тоном ответил Дин, пристально глядя на брата. — О… ладно, — Сэм сконфуженно покосился на него, а затем на Каса, который молча и слегка напряженно стоял у столика. Эти двое выглядели так, будто еще минуту назад дрались. — У вас все хорошо? — Просто замечательно, Сэмми, — фыркнул Дин, изо всех сил пытаясь выглядеть более трезвым, чем он был на самом деле. Сэм поправил кицунэ, который удобно устроился у него на сгибе локтя, и нахмурился. — Не похоже, — Сэм внимательно осмотрел беспорядок на кровати, перевернутые подушки и подозрительно красные щеки Дина. — Вы что, опять поссорились? — Кастиэль быстро вмешался, пытаясь спасти ситуацию. — Ничего такого, мы просто обсуждали условия новой экспедиции. А потом немного поиграли с Кроули на кровати.       Кастиэль улыбнулся Сэму наиболее убедительно, насколько мог. У Дина слегка дернулась бровь от этого странного и двусмысленного объяснения, но ничего лучшего он сам придумать не смог. Сэм лишь неуверенно кивнул, явно не приняв слова друга за чистую монету. Он погладил фырчащего лиса и попятился к двери. — Эм… ладно, тогда не буду вам мешать. Хорошего вечера.       Когда дверь за Сэмом захлопнулась, Дин резко встал с кровати и подошел к окну. Он одним рывком задернул массивные шторы, и полумрак в комнате стал еще гуще. Герцог прикусил губу, не в силах повернуться и взглянуть Касу в глаза. Тот факт, что еще несколько минут назад они едва не поцеловались, не давал ему покоя.       Кастиэль сразу же понял причину отстраненности герцога, поэтому он закрыл дверь комнаты на засов, а затем неторопливо подошел к окну, становясь позади Винчестера. Дин слегка вздрогнул, осознав, что ему некуда бежать. Его пьяный мозг лихорадочно работал, пытаясь придумать хоть какую-то отмазку, но Кас не оставил ему и шанса поразмыслить, так как он подошел еще ближе и буквально заключил герцога в ловушку, поставив свои руки на подоконник по обе стороны от Дина. Винчестер резко обернулся, и теперь их лица были в опасной близости. — И как долго мы будем делать вид, что нас не влечет друг к другу? — Набравшись смелости, спросил Кастиэль. — Не понимаю, о чем ты говоришь, — шепотом ответил герцог, скрывая нарастающую панику. — Дин… — Кас склонил голову набок, заглядывая в расширенные глаза Винчестера, словно пытаясь прочесть его мысли. — Отойди, — решительно проговорил тот, толкая Кастиэля в плечо. Но мужчина не двинулся с места. — Нет.       Кастиэль позволил молчанию зависнуть между ними, наполняя полумрак невыносимым напряжением. Он очень медленно протянул руку и коснулся теплой шеи герцога. Его синие глаза горели искренностью, стирая все следы пьяного веселья. — Ты хочешь этого так же, как и я, — почти неслышно прошептал Кастиэль. Дин резко дернул плечом. Его руки сжались в кулаки. — Чего ты добиваешься? — Я и сам не знаю, — Кас горько ухмыльнулся, — просто хочу тебя поцеловать. — Если не отойдешь, я ударю тебя, — холодно ответил Винчестер, стараясь не смотреть на манящие губы мага. — Так ударь.       Он смотрел на герцога открыто, его взгляд был полон вожделения и вызова. Дин сжал кулак, мышцы его рук напряглись. Он замахнулся, готовый разорвать эту опасную близость любой ценой. Но он не смог. Вместо удара произошло нечто иное. Ярое отрицание и страх внезапно превратились в желанный порыв. Дин резко опустил кулак и, не давая себе шанса на спасение, первым набросился на Каса, целуя его.       Это был голодный, жадный поцелуй, полный накопленного отчаяния. Дин вцепился в одежду Кастиэля, притягивая его ближе, углубляя поцелуй так, словно пытался запихнуть в него все свои подавленные желания. Кастиэль застыл на мгновение от неожиданности, но сразу же ответил с той же интенсивностью. Он отнял руки от подоконника и обвил ими талию Дина, притягивая мужчину ближе. В полумраке комнаты, запертой на засов, они оставили целый мир за дверью.

***

      Кастиэль тихо смеялся, проводя свободный вечер в приятной компании. Мягкий свет от камина отбрасывал золотистые блики на полированный дубовый стол, уставленный пустыми бокалами и тарелками. Гейб, сидящий во главе стола, делился историей, изображая испуганное лицо знакомого графа, который внезапно обнаружил, что хорошенькая куртизанка на одну ночь вдруг оказалась с «сюрпризом» между ног. Комнату взорвал дружный хохот. Чак, сидевший рядом с Кастиэлем, хлопнул ладонью по столу и почти подавился пивом. Кас наклонился к главе, шепча тому на ухо: — Габриэль прекрасно передает эмоции. Мне кажется, он мог бы стать замечательным актером. — Это уж точно, — согласился Ширли, бросая на мага задумчивый взгляд.       Когда дружеский вечер подошел к завершению, Кас поспешил к своей повозке, чтобы поскорее вернуться домой. Но глава громко окликнул его на улице, заставляя мужчину резко остановиться. Чак неторопливо подошел, поправляя свой тяжелый плащ. Даже после нескольких кружек пива он сохранял строгость и властность. Кас вдруг осознал, что они остались вдвоем в тишине ночного двора. — Кастиэль, — начал Чак, его голос был негромким, но настойчивым, — я надеюсь, что ты уже обдумал мое предложение?       Маг натянуто улыбнулся, не зная, как бы помягче выразить свой отказ. Ему не хотелось разочаровывать главу Совета, но согласиться на подобное он тоже не мог. Это противоречило всем его принципам и жизненным установкам. Дело в том, что еще пару недель назад Чак тайно предложил ему выкачать всю магическую суть Наоми и заполнить ею тело Кастиэля. — К сожалению, я принял решение отказаться.       Чак в удивлении вскинул брови. Кас почувствовал легкую вину, но пути назад уже не было. — Кастиэль, я дам тебе еще немного времени, — Чак цокнул языком, — чтобы ты принял правильное решение. — Глава, я… — маг качнул головой. — Как бы плохо я ни относился к Наоми, но забирать ее магический источник не хочу. Он не принадлежит мне и никогда не будет. Это противоестественно. — Держать такой прекрасный сосуд, как ты, пустым, вот что такое — противоестественно, — фыркнул Чак. Он вдруг прищурился, и его взгляд задержался на серебряном кольце на руке Кастиэля. — Я надеюсь, что новое увлечение светским обществом не затуманит твой разум. Мир магии ждет твоего возвращения. — Я найду другой способ, чтобы восстановить силы, — твердо ответил Кас, не отводя взгляда. — Не прибегая к воровству чужой сути. — Ширли покачал головой, не скрывая явного разочарования. — Но это самый простой способ. Меня удивляет тот факт, что ты не желаешь отомстить Наоми. — Месть не вернет мне внутреннюю веру и былую уверенность. Я отказался от магии сам, когда утратил всякую надежду, — Чак сильно нахмурился, его глаза сузились. — Ты слишком мягок, Кастиэль. Это тебя и погубит. Особенно сейчас, когда ты так близок к человечеству. Ты ведь прекрасно знаешь, что доверие к людям — это самая большая слабость из всех. Не позволяй мимолетным чувствам поставить под угрозу все то, что делает тебя сильнее в этом жестоком мире.       Сказав это, Чак резко развернулся и быстро зашагал прочь, оставив Кастиэля одного в холодной ночи. Его вторая рука рефлекторно потянулась к кольцу. — Слабость… — повторил он тихим шепотом, пробуя это слово на вкус. Кас вспомнил страстный, отчаянный поцелуй Дина в полумраке. Вспомнил, как успокаивающе чувствовал себя в его объятиях. — Тогда, я в очередной раз выбираю ее…