Святилище утраченной надежды

Селина долго сидела в кресле, слушая, как огонь в камине потрескивает и с тихим шипением проглатывает поленья. Долго, потому что ей было слишком хорошо. Впервые за долгое время она чувствовала себя чистой, сытой, в тепле. Но позволить себе роскошь безделья, значит признаться, что она уже здесь обосновалась. А она ещё не решила, стоит ли это делать. — Ну, хватит, — пробормотала себе под нос, вставая. *** В умывальной комнате уже приготовили воду, горячую, с ароматом лаванды. Селина умылась, пригладила волосы, проверила, чтобы белый халат не смялся, и, взглянув на себя в зеркало, удовлетворительно кивнула сама себе. Она вышла в коридор и, как водится, через пять минут поняла, что не помнит, куда идти. — Лабиринт, а не дворец, — ворчала она про себя, сворачивая то туда, то обратно. В конце концов ей повезло: навстречу вышел один из слуг, который, услышав, куда ей нужно, проводил до нужных дверей. Дежурившие у входа стражи кивнули, видно, уже получили распоряжение впускать «новую лекаршу». *** В покоях короля стоял полумрак. Пахло чернилами, бумагой и чем-то терпким, травяным. За большим столом, он, склонённый над свитками. Пишет. Вроде спокойно, но видно, пальцы сжимают перо слишком сильно, челюсть под маской напряжена. — Государь, — произнесла она тихо, входя. Он поднял взгляд, чуть наклонил голову. — Селина. — Голос ровный, низкий, но в нём сквозила усталость. — Сходили? Всё уладили? — Да, — она подошла ближе. — Забрала вещи, попрощалась с хозяевами. Теперь я полностью в вашем распоряжении. — Обустроились в новых покоях? — Более чем. Если бы не ковры, в которых можно утонуть, и зеркала в каждом углу, я бы даже подумала, что попала в монастырь. — Она улыбнулась. — Всё белое. Он кивнул, взгляд задержался на ней чуть дольше, чем нужно. — Белый — цвет тишины. Его легче переносить. — Или скрываться за ним, — тихо заметила она, но он не ответил. *** Она переступила ближе, понизила голос: — Думаю, нам стоит обсудить лечение. Он отложил перо. — Слушаю. Селина выпрямилась, деловым движением поправила рукава. — Для начала я хочу провести полный осмотр. Не сегодня, завтра утром. Мне нужно знать, какие участки поражены сильнее, чтобы понимать, какие смеси использовать. Он замер. — Полный? — Полный, — спокойно подтвердила она. — По частям смотреть — бессмысленно. Я не собираюсь гадать, где хуже. Он чуть откинулся на спинку кресла. Сквозь маску нельзя было прочесть выражение лица, но голос стал тише: — Не все могут спокойно на это смотреть. — Я не «все». И если вы позволите себе довериться врачу, а не собственному стыду, нам обоим будет проще. Он молчал. Несколько секунд — тишина, только шорох бумаги под ветром из приоткрытого окна. Потом тихое: — Хорошо. Завтра. Она кивнула, будто не заметив ни напряжения, ни странного подтона. — После осмотра я назначу расписание: две перевязки в день, три приёма настоя внутрь. И, возможно, дополнительные процедуры, если будет нужно. Всё зависит от реакции организма. — Звучит так, будто вы привыкли отдавать приказы, — сухо заметил он. — Только тем, кто хочет жить, — парировала она, глядя прямо на него. Он отвёл взгляд первым. *** — Сегодня вечером, — сказал он после паузы, — у нас будет общий ужин. Собираются приближённые, советники, родственники. Если захотите, вас проводят туда. — А вы? — спросила она, хотя ответ уже угадывался. — Я не участвую в трапезах. — Почему? Он промолчал, потом тихо сказал: — Люди не едят спокойно, когда рядом я. Селина сложила руки на груди. —Знаете, это очень плохая привычка — позволять страху решать за себя. Ей показалось, что он поднял бровь под маской. — Вы предлагаете мне устроить спектакль? — Я предлагаю вам показать, что вы всё ещё здесь, — твёрдо сказала она. — Что болезнь — не власть над вами. Что вы, как бы там ни было, государь. Он чуть усмехнулся, едва заметно. — Вы уверены, что это забота о моём авторитете, а не просто нежелание идти одной? Селина театрально вздохнула: — Может, и то, и другое. Но если я встану в зале одна, никто не подумает, что я лекарь. Скорее — новая жертва дворцовых сплетен. Он отвёл взгляд, пальцем постучал по столу. — Вы настойчивы. — Это часть лечения, — улыбнулась она. Ещё мгновение — и он тихо сказал: — Хорошо. Я пойду. Она едва заметно улыбнулась, пряча торжество. — Отлично. Тогда у вас есть полчаса, чтобы морально подготовиться к обществу. А я пойду подготовлюсь к новой дозе косых взглядов. Он чуть наклонил голову. — Вы не из робких, Селина. — А вы не из тех, кто может меня этим напугать, — бросила она через плечо, направляясь к двери. *** Селина вышла из своих покоев, когда факелы уже загорелись в коридорах, ровным золотым светом, от которого каменные стены казались теплее, чем были на самом деле. Белый подол её нового одеяния едва касался пола, тонкая ткань шуршала при каждом шаге. Она немного нервничала, хоть и старалась не показывать, не каждый день идёшь на ужин рядом с королём. На повороте, в переходе между покоями, она как раз и встретила его. Балдуин шёл неторопливо, руки сцеплены за спиной, шаги едва слышны. На нём, как и всегда, белые одежды, почти сливающиеся со стенами, из-за чего он казался чем-то нездешним. — Государь, — тихо произнесла она, кивнув. Он повернул голову, взгляд под маской задержался на ней чуть дольше. — Вы пунктуальны, Селина. — Пунктуальность — видимо редкость при дворе, — ответила она, и уголки губ чуть дрогнули. Он хмыкнул, и они пошли вместе. Несколько стражей следовали на расстоянии. *** — Не передумали? — спросил он негромко, не глядя на неё. — Что вы, — она слегка усмехнулась. — Я иду туда не только есть, но и наблюдать. За людьми. Это куда интереснее. — Тогда будьте готовы к тому, что и люди будут наблюдать за вами, — заметил он. — Я привыкну, — ответила Селина ровно, но внутри сердце на мгновение кольнуло — от предчувствия этих взглядов, тяжёлых, испытующих. *** Они подошли к большим дубовым дверям, где уже стояли два стража. Один склонил голову, другой распахнул створки. Зал утонул в мягком свете свечей. Воздух пропитан запахом вина, жареного мяса, благовоний. По обе стороны длинного стола десятки лиц: придворные, советники, родня. Все говорили вполголоса, пока двери не отворились. Когда Балдуин вошёл, разговоры стихли. А когда за ним появилась она, замолкли совсем. Кто-то выронил бокал. Кто-то из дам поспешно перекрестился. Селина ощущала эти взгляды, будто они касались кожи. Не злые, не осуждающие, скорее настороженные. Она слышала, как шепчут: «Он пришёл… сам…» «И кто это с ним?» «Девушка… лекарь, говорят…» Балдуин не обратил внимания ни на шёпот, ни на взгляды. Он прошёл к своему месту в самом центре, в тени тяжёлого гобелена, где всегда стоял пустой высокий стул. Впервые за долгое время он занял его. *** Селина замерла, не зная, куда садиться, но он слегка повернул голову, и взглядом указал рядом, чуть ниже по столу, свободное место. Она кивнула и подошла. Оказалось, справа от неё сидел Тиберий, тот самый, кто всегда умел вести беседу, даже в самые неловкие моменты, а слева мужчина постарше, с цепким, но не злым взглядом. *** Когда Балдуин встал, за столом вновь воцарилась тишина. — Сегодня с нами за столом наш новый лекарь, — произнёс он спокойно. — Селина. Тон его был без лишнего пафоса, но после этих слов зал будто ожил. Первым, конечно, отозвался Ги де Лузиньян, с улыбкой, которая больше напоминала оскал. — Какое счастье, ваше величество, что наконец нашлось лекарство столь… приятного вида. — Он повернулся к Селине. — Откуда вы, если позволите? — Из славянских земель, — ответила она спокойно. — Далеко отсюда, к юго-востоку. — Хм… диковинные края. — Он смерил её взглядом, чуть склонив голову. — Простите мою прямоту, но вы так молоды… лекарь? В самом деле? Селина чуть улыбнулась, вежливо, но с ноткой, которую уловили все. — Возраст не всегда мешает знанию, как, впрочем, и зрелость не всегда помогает здравомыслию. Несколько человек за столом тихо кашлянули, скрывая улыбки. Ги откинулся на спинку кресла, приподнял бокал: — Острый ум. Как и подобает женщине, которая решилась лечить прокажённого. — Или просто женщине, которая не боится препятствий, — спокойно ответила она. *** Балдуин не вмешивался. Но Селина чувствовала, он слушает. Всё время. Разговор, к счастью, перехватила Сибилла. Она сидела чуть поодаль, ослепительно красивая, с мягкой улыбкой, будто способная согреть даже каменные стены. — Я слышала, вы прибыли на наши земли по собственной воле? — спросила она мягко. — По воле обстоятельств, — ответила Селина. — Хотя, может, это и одно и то же. Сибилла чуть улыбнулась. — Иногда да. Добро пожаловать в наш двор, Селина. Надеюсь, вы найдёте здесь не только пациентов, но и друзей. Селина кивнула. — Благодарю, госпожа. *** Дальше разговор постепенно потёк в разные стороны. Шёпот, смех, звон посуды. Тиберий, склонившись ближе, шепнул: — Впечатляюще. Вы единственная, кто за всё время осмелился отвечать Ги так спокойно. — Значит, у него проблемы с дисциплиной, — отозвалась она. — У него проблемы с головой, — уточнил Тиберий тихо, и они оба сдержали улыбку. Он кивнул в сторону Сибиллы: — Это сестра государя. А рядом с ней, её муж, Ги де Лузиньян. Чуть дальше, Рено де Шатильон, не советую с ним даже здороваться, если не хотите услышать похабность в ответ. Селина, не оборачиваясь, кивнула. — Уже вижу, что вы здесь мой самый полезный источник информации. — Пока, — усмехнулся Тиберий. — А там посмотрим, сколько вы выдержите при дворе. Она хотела что-то ответить, но взгляд Балдуина короткий, едва заметный, заставил её на секунду замолчать. Он не сказал ни слова, просто наблюдал. *** Селина аккуратно ела, стараясь следить за приличием, но глаза её периодически скользили по залу. Она чувствовала взгляды не только со стороны гостей, но и от самого короля. Его взгляд был внимательным, чуть задерживающимся, как будто он пытался уловить что-то большее, чем просто присутствие нового лекаря. Она слегка смутилась, но через мгновение улыбнулась про себя. Никто, кроме них двоих, этого не заметит. И тогда, когда Балдуин снова задержал на ней взгляд, она быстро, почти незаметно подмигнула ему. Король казалось чуть приподнял бровь. «Как читать эмоции на лице человека, который носит маску? Чутьем?» — Поток её мыслей не прекращался. На мгновение выглядел он озадаченным, но тут же отвернулся, будто стараясь сохранить невозмутимость. Селина тихо фыркнула, наслаждаясь маленькой потехой. *** Тишина в голове отступила, она снова сосредоточилась на еде, ловя на себе отдельные взгляды гостей, но теперь уже с лёгкой дерзкой уверенностью, будто создавая маленькую тайну между собой и королём. Когда последние разговоры за столом стихли, гости начали медленно расходиться. Селина уже закончила свой ужин, аккуратно убрала приборы и встала со своего места. Она кивнула Тиберию, сидящему рядом, и тихо спросила: — Ну как, вам понравилось наблюдать за всеми этими притирками? Тиберий слегка усмехнулся: — Иногда интересно, иногда смешно… Но ты держалась достойно. Не каждый день новый лекарь появляется за королевским столом. — Хм, да… — Селина улыбнулась и посмотрела на него, ловя его взгляд. — Думаю, тут главное не бояться отвечать им. *** Они немного прошли вместе по коридору, обсуждая мельком людей за ужином, вспоминая забавные моменты и мелкие курьезы. Пройдя половину пути, они разминулись и попрощавшись, дальше девушка пошла одна. И тут, словно из ниоткуда, рядом с ней оказался Балдуин. Он шел неспешно, будто случайно встретил её на пути, но взгляд его сразу зацепился за Селину. — Вы были слишком уверены за столом, для той, что боялась появиться на общей трапезе, — сказал он, слегка наклонившись к ней. — Думаю, вы даже умудрились подмигнуть мне… или мне показалось? Селина, не теряя самообладания, слегка наклонила голову в ответ, с легкой иронией в голосе, ответила: — Все возможно. Впрочем, это навсегда останется загадкой. Балдуин слегка кивнул, и между ними повисла короткая пауза, наполненная молчаливым взаимопониманием. *** Они продолжили идти по коридору, обсуждая ужин, шутливо обмениваясь замечаниями о придворных, и вскоре подошли к этажу, на котором располагались их покои. — Вот и ваши покои, — сказал он, останавливаясь. — Надеюсь, вы запомнили дорогу, на будущее. Селина с легкой улыбкой посмотрела на него: — Ах, конечно, вы же меня проводили… отныне постараюсь внимательнее запоминать ходы. Она слегка поклонилась и прошла внутрь своей комнаты. Внутри было тихо, пахло свежим льняным бельем и древесным дымком из камина. Селина медленно расстелила свои вещи, сняла верхнюю одежду, привела себя в порядок, обдумывая события этого дня. Она улыбалась самой себе, немного иронично вспоминая моменты с королем и придворными. *** Когда всё было приведено в порядок, она села на мягкую постель, задумалась на мгновение, а потом легла, позволяя усталости захватить тело. День выдался длинным и насыщенным, но она была довольна: первый день за королевским столом позади, отношения с королем и его окружением только начинались. Медленно глаза закрылись, и Селина погрузилась в сон, в котором новые события уже начали формировать свои первые контуры.