Вопреки

Время неумолимо шло, и офис постепенно наполнялся людьми — с командировок вернулись уже трое. Голоса в кабинете не затихали ни на минуту — всем было чем поделиться. Александр поделился историей из полей, как они удирали от медведей: — Смотрим, значит, — а на горизонте две белые точки — побольше и поменьше. Миха говорит: «Льдины, наверное», — а они двигаются. Какие там льдины! Я по спутниковому телефону прошу вертолёт, чтобы нас из полей забрали. А они: «Час, не меньше!» Ну мы и дали деру, надеясь, что нас с вертолёта увидят. Там пустошь на сотни километров — ни горки, ни деревца, — он активно жестикулировал, размахивая руками. — А я помню, что медведи любопытные — жуть. Ну и мы раскидывали вещи в разные стороны, чтобы животина на них отвлекалась. Нас забрать смогли, но буровикам меньше повезло — жаль мужиков… Анастасия со мной больше не сидела, зато я начала чаще к ней захаживать — у меня всё ещё было собственное кресло в её кабинете. Она начала чаще приносить разные угощения — то печенье испечёт, то запеканку творожную сделает. Я очень скучала по такому и домашнюю еду ценила особенно. Начальство объявило о корпоративе после подведения итогов квартала. Нас также должны были наградить из-за удачного выступления. После конференции я столько поздравлений от коллег получила, сколько за всю жизнь не слышала. Даже начальник намекнул на повышение в ближайшем будущем. Новость о прибавке к зарплате грела душу.

***

Договорилась с Мишей о встрече — мы так и не виделись после его командировки. Я ждала Мишу с работы у его офиса. Он работал в самом центре города — окна располагались прямо с видом на главную прогулочную улицу. Интересно, сколько нужно работать, чтобы получить кабинет с таким видом? Зевая, я лениво смотрела на дверь, из которой шёл бесконечный поток людей — конец рабочего дня, все спешат поскорее покинуть работу. Заметила знакомую светлую макушку в толпе: Юля. Стало неловко, и в первое мгновенье мне захотелось спрятаться. Пересилила себя и не отвела взгляд, чтобы кивнуть. Не осталась незамеченной, а девушка выглядела слегка удивлённой. Сразу пояснила: — Приветики! А я Мишу жду, — опустила взгляд, глядя на время в телефоне. — Что-то он задерживается немного. — Привет, — она открыла рот, словно хотела сказать что-то ещё, но не говорит ни слова. — Кстати, в моём офисе активно обсуждали твой доклад — ты на всех такое впечатление произвела. Крутая! — Спасибо. Вы выступили не хуже, — тепло улыбнулась. Спустя минуту всё же добавила: — А ты изменилась… Не знаю, как объяснить, словно светишься изнутри. Её слова цепляли, вызывая вопрос: неужели так заметно? Рука Юли мягко легла на моё плечо: — Рада за тебя. Искренне… Она не успела закончить, как между нами возник Миша: — Привет, Катюх! Извини, задержался — охранник у турникета остановил, заболтались. Атмосфера между нами мгновенно рассеялась, мы неловко улыбнулись друг другу и перевели взгляд на друга. — Ничего страшного. Зато я пока с Юлей поболтала. Выждав мгновение, я перевела взгляд на Юлю: — Мы с Мишей хотели в тот новый бар с настолками. Ты не против присоединиться? Мне кажется, тебе там понравится. Знаю, что Миша не против, поэтому не спрашиваю. С той прогулки мы с Юлей лучше узнали друг друга и могли вести себя более открыто, поэтому идея показалась мне хорошей. — Только если мы не будем играть в «Манчкина» — мне никаких нервов не хватит, — широко улыбнулась Юля, обнажая белые зубы. Согласилась.

***

Бар оказался именно таким, каким я его себе представляла, — полуподвальное помещение с тусклым тёплым светом. По залу расставлены столы из массива, повсюду стоят статуэтки и развешены постеры. В воздухе витал запах крепкого алкоголя — как выяснилось позже, стажёр разбил бутылку виски. Мы выбрали столик в углу заведения, и Миша отправился к бару: — Я за напитками. Катя, сидр? Юля, что будешь? — Мне имбирный виски! — друг вскинул брови, не ожидая такого выбора. — Ого, праздник? Когда ты вообще пила что-то, кроме сидра? — Просто хочется чего-то нового. — Мне что-нибудь безалкогольное, на твой выбор. С утра совещание, не хочется с тяжёлой головой идти, — отозвалась Юля. Пока Миша был занят напитками, мы добыли «Монополию» и разложили игру на столе. Девушка села рядом со мной, но соблюдала дистанцию, и обеим было комфортно. Она, странным образом, вызывала доверие; рядом с ней было легко и спокойно, несмотря на первые неловкие встречи. После того свидания она не предпринимала никаких попыток на сближение и не проявляла интерес, а я перестала чувствовать неловкость. Вечер получился весёлым и уютным одновременно. Миша много шутил, я часто кривлялась, а Юля смеялась без продыху, заражая нас своим хриплым смехом. Игра шла вовсю: — Ты снова уступила ей компанию! Так нечестно! — негодовал друг. — Зато она улыбается, — подмигнула я, глядя в сторону Юли. — Ты слишком добрая для своего возраста! — Зато ты слишком жадный! Мы препирались и шутили, ловя на себе взгляды окружающих и персонала — судя по всему, не каждый день к ним приходили реально за игрой в настольные игры. Пока мы общались, я постоянно ловила на себе многозначительный взгляд Миши — друг всё ещё переживал за моё состояние и чутко следил за каждой эмоцией. Меня переполняла благодарность и безграничная нежность к этому немного грубому, но очень близкому мне человеку. Мы прошли через столькое вместе — знали, что можем полагаться друг на друга в любых ситуациях и передрягах. В какой-то момент я потянулась к банку, требуя свою компенсацию из игрового события, и задела рукой стакан Юли. Сладкий напиток растёкся по поверхности стола, затапливая карту, фальшивые банкноты и нас с Юлей. Стало безумно стыдно за свою неловкость. Спешно схватила салфетки и, извиняясь, принялась вытирать всё вокруг, начиная с Юли. Девушка тихо хмыкнула, приблизилась к самому уху и шепнула: — Ничего страшного не случилось. Выдыхай. Её лицо оказалось совсем рядом с моим — стоило лишь слегка повернуть голову, и наши глаза оказались бы на одном уровне. Я действительно выдохнула и успокоилась. Появилось волнение другого рода. — Катя как обычно — если не разольёт или не разобьёт что-нибудь, день прожит зря. — Может, тебе напомнить, кто вынес калитку у моих родителей, потому что пройти не мог? Миша тихо засмеялся, и мы продолжили игру.

***

За время игры было выпито, по меньшей мере, пять имбирных виски, шесть кружек светлого пива и четыре безалкогольных лимонада — мы конкретно засиделись. Игру закончить так и не успели, время сильно поджимало, заставляя нас выбрать победителя самостоятельно — выиграла Юля. Мишка возмущался её победой, а я только глупо улыбалась, радуясь такому приятному вечеру. В последнее время меня не покидает ощущение, что жизнь постепенно налаживается, что я почти вышла из этого бесконечного круговорота страданий по школьной подруге, что у меня появляются новые друзья и я сблизилась с Анастасией. Она планирует новый совместный проект на следующий год, а пока разбираемся с актуальным. Выйдя из бара, Миша покинул нас первым — ему было ближе всех до дома, а нам — в противоположную сторону. — Может, такси? На улице прохладно, — предложила Юля, прерывая наш разговор ни о чём. — Могу с тобой подождать, а я хочу прогуляться — до дома совсем недалеко. — Тогда пройдусь с тобой и потом вызову. Не замёрзнешь? — она скептически осмотрела мой наряд — лёгкую кожанку и свитер. — Я стойкая, не замёрзну, — улыбнулась я в ответ на её приподнятую бровь. Юля пожала плечами и посмотрела на небо — звёзд почти не было видно, но полная луна ярко освещала улицу и высокие деревья. Свет красиво падал на её бледное лицо, а отбрасываемые тени делали черты довольно резкими, почти драматичными. Ненавязчивый ветер играл с короткими волосами, и они то и дело выбивались из-за ушей. Мы говорили обо всём подряд — согревающий виски развязал мне язык окончательно, а Юля в очередной раз проявила себя интересным собеседником. Она рассказала несколько историй с работы и из своей жизни, я поделилась своими. В итоге до моего дома дошли быстро, а у подъезда простояли почти час. Поёжившись, я предложила: — Слушай, мы всё равно болтаем… Может, поднимемся? Лицо Юли изменилось. На мгновение она замерла — будто взвешивала каждое слово. Потом шагнула ближе, так что я почувствовала её дыхание на щеке. — Катя… — голос стал тише, чуть хриплее. — Не зови меня наверх, если это просто вежливость. Она посмотрела прямо на меня. Я удивлённо распахнула глаза, склонила голову на бок, не понимая, что она имеет в виду. Меня тут же обдало жаром от осознания ситуации. С чего я вообще решила, что она относится ко мне также, как я к ней? Кажется, у неё всё ещё был интерес ко мне, а я не поняла и повела себя столь глупо. — Я знаю, что ты только начинаешь отпускать прошлое. И я не хочу быть… запасным вариантом. Я замерла. В груди вспыхнуло чувство — не обиды, не страха, а стыда. Она не сердилась, а предупреждала. — Извини, я не думала… — начала я. — Не извиняйся, — мягко перебила она. — Просто… не играй моими чувствами. Даже случайно. Она не дала мне ответить. Просто кивнула, развернулась — и пошла прочь, не оглядываясь. Не вызвала такси. Просто ушла, растворяясь в темноте спального района. Я даже не знаю, далеко ли ей до дома. Ситуация выбила меня из колеи, заставляя задуматься. Я не могла сказать, что мне нравится Юля, — но мне очень приятно проводить с ней время. Она не просто интересная — интригующая. Рядом с ней я чувствую себя легко и свободно, но сейчас не в состоянии дать ей то, чего она заслуживает. Даже если очень хочется. С такими неоднозначными мыслями я провалилась в сон, едва голова коснулась подушки.