Вопреки

Сказать, что мы с Анастасией много работали, — не сказать ничего вообще. На нас навалился такой объём задач, что мы подключили даже студентов без опыта, работая на грани своих возможностей (и адекватности). Джесси очень скучала — я уходила на работу засветло, а возвращалась уже ночью. Зато каких результатов мы достигли! Проект продвигался, инвесторы довольны, даже начальник центра не поскупился на похвалу. К концу каждой рабочей недели я чувствовала себя абсолютно разбитой от усталости. Суббота уходила на то, чтобы немного прийти в себя и убраться в квартире, а по воскресеньям я начала выходить на долгие прогулки с Джесси. Каждый раз старалась найти новое место — оказывается, я столько не знала о городе, в котором жила долгие семь лет. День корпоратива приближался — мы с Анастасией уже выбрали, в чём пойдём, как будем краситься и что будет на голове. Мне нравилось обсуждать с ней такие вещи — будто это сближало нас ещё сильнее. Мы сблизились настолько, что её совсем перестала смущать моя тактильность: она позволяла заправлять непослушные пряди за уши, если они выпадали, поправлять воротник офисной рубашки, убирать отпечатки туши с век. Я уже не могла представить работу без её кабинета, вечных сладких прозвищ и тёплых рук, обнимающих при встрече. Мне даже начало казаться, что она стала дольше удерживать меня в объятиях каждый раз, когда мы виделись. А я не могла перестать ей восхищаться — настолько удивительная женщина в моём окружении казалась чем-то нереальным. — Катюш, как ты смотришь на то, чтобы собраться на корпоратив у меня? Посидим, поболтаем, соберёмся вместе, можно игристое открыть, — однажды предложила Анастасия Александровна после рабочего дня. Кто я, чтобы отказываться от такого предложения? Естественно, я согласилась и с нетерпением ждала назначенного дня. Сложнее всего было окончательно решить, в чём поеду: хотелось выглядеть хорошо, чувствовать себя уверенно, при этом одеться в одном стиле с Анастасией. В день корпоратива я спешно скинула всё необходимое в сумку, взяла туфли, пакет с одеждой и отправилась к Анастасии. Времени у нас было достаточно и на посиделки, и на сборы. Девушка встретила меня прямо от машины — шла с продуктового. А я почему-то думала, что она предпочитает доставки. Мы вдвоём приготовили лёгкий обед и открыли бутылку игристого вина — салат с сочной зеленью и мясом отлично сочетался с белым полусладким. После еды начались неспешные сборы: маски, мытьё волос, укладка и далее по списку. Кошмар, сколько всего нужно сделать, чтобы выглядеть хорошо. Радует то, что процесс сборов вызывает лишь удовольствие. К шести вечера мы уже были собранные и красивые, решили выпить ещё немного и выдвигаться.

***

— Тише, тише! Ноги себе переломаешь, и что мне с тобой делать? Анастасия чудным образом подхватила меня, когда каблук подвернулся и я почти полетела на асфальт. Я неловко засмеялась, а она взяла меня под локоть, тихо ворча что-то. Чужая рука не обжигала, а дарила тепло; отпускать девушку не хотелось. Я даже почти не злилась на чёртовы туфли — неудобно, зато красиво, и Анастасия под руку ведёт. На мероприятии собрались все — от недавних студентов до высшего руководства. Миша с Юлей обещали заглянуть, если появится время и возможность, — ребята тоже были по самое не хочу в работе. В холле стояло большое зеркало — я осмотрела нас с Анастасией: чёрные платья, сдержанный, но выразительный макияж и красивые волны. Мы не выглядели одинаково: было видно, что стиль один, но на каждой раскрывается по-своему. А сколько взглядов, устремлённых на Анастасию, я перехватывала — не счесть. И я понимала каждого, кто не мог отвести взгляд. Зал постепенно заполнялся гостями, ведущий настраивал микрофон, а официанты предлагали бокалы и закуски. Начальство не поскупилось — мероприятие проходило в одном из лучших банкетных залов нашего города: высокие потолки, хрустальные люстры, официанты во фраках, и вся окружающая обстановка прямо кричала о роскоши. Анастасия очень органично вписывалась во всё это, словно в её жизни было много вечеров, подобных этому. Я же не находила себе места и чувствовала себя чужой. Награждение было в самом начале — пока никто не успел выпить лишнего. Я не особо волновалась, зная, что награждать будут, хоть и на сцене, но, можно сказать, между делом. Всё, что требуется от меня, — улыбаться, поблагодарить и принять сертификат участника. Ни о какой речи или выступлении можно не переживать. Нас вызвали одними из первых — вручением занимался начальник нашего центра. Тучный мужчина в возрасте поздравил нас, пожал руку и пожелал успехов в дальнейшем. Особого восторга поздравление не вызвало — настоящая победа была тогда, а сейчас остались лишь её отголоски и уверенность: если справились однажды, получится и в следующий раз. Анастасия то и дело пропадала, беседуя с начальством и коллегами, бесконечно улыбалась и сияла ярче всех на этом вечере. Но каждый раз она возвращалась и спрашивала как я, обсуждала со мной других коллег и прикладывалась к фуршету. Ближе к ночи в банкетном зале приглушили свет и включили светомузыку; программа песен была неплохой, мы даже захотели потанцевать. Танцпол в центре зала был заполнен людьми; у нас с трудом получилось найти место в толпе, чтобы не танцевать с краю, но и не лезть в самый эпицентр. Включилась одна из моих любимых песен из старого романтического фильма — а ещё я знала, что Анастасия тоже его любит. Заслышав первые ноты, мы тут же пропели куплет в голос — получалось плохо, но кого это волновало. Анастасия схватила меня за руки и затянула в центр толпы. Её глаза были прямо напротив моих, а на лице сияла красивая улыбка. Она пела невпопад и смеялась, кружа меня в танце. Глаза лихорадочно блестели, а корпус периодически заваливался на меня, отчего девушка прижималась совсем близко. Несколько бокалов шампанского дали о себе знать, и мне стало всё равно на то, что происходит вокруг — хоть армагеддон, мне без разницы. Настя пела и смотрела мне прямо в глаза, а я смотрела в ответ как заворожённая, не в силах оторвать взгляд. Мне казалось, что между нами проскакивают разряды тока — хочется приблизиться ещё, но страшно, что ударит. Этот момент был настолько нашим, настолько откровенным и личным одновременно, что я порывалась прижать девушку к себе. Стоило немного приблизиться, как Анастасию легко одернули, а на плече оказалась чужая рука. — Ты обещала не перебарщивать. Поехали домой. Мы резко обернулись и увидели молодого мужчину — высокого, с тёмными зачёсанными назад волосами и изящными чертами лица. — Прошу прощения, вынужден выкрасть вашу подругу, — сказал он мне и потянул девушку к себе. Она улыбнулась и заливисто засмеялась. — А я думала, что ты не придёшь. Катюш, извини, что рано ухожу, не хочу тебя оставлять, но ко мне тут дела из командировки вернулись. Я тебе потом всё обязательно расскажу! — крепко обняла на прощание, и они ушли. В горле образовался плотный ком, дыхание сбилось, и я окончательно потеряла смысл происходящего. Она же только что танцевала со мной. Обнимала. Готовила для меня. Проводила со мной столько времени. Неужели для неё это было ничто? Грудь прожгло едкой обидой. Мне нужно на свежий воздух.

***

Сначала я не могла понять Анастасию и её отношение ко мне. Зачем она делала столько всего и так сближалась, если у неё уже есть любимый человек? По крайней мере, так выглядела ситуация. Обида выжигала лёгкие, неимоверно хотелось закурить и забыться хотя бы на мгновение. Ночная прохлада быстро привела меня в чувство — тело прошибло мелкой дрожью, которая сейчас казалась почти исцеляющей. На меня волной накатило осознание того, что снова всё было только в моей голове. Я устало упала на перила и потерла виски. Анастасия не была ни в чём виновата; она, судя по всему, правда считает меня близким человеком, может, даже подругой. Если так подумать, Анастасия ни разу не намекала на близость или на то, что ей нравятся женщины. Я вижу только то, что хочу видеть. Стоило выйти из одного круговорота, как я тут же подставила себя следующему. Только в этот раз это была надежда, а не пустые страдания. — Да что же такое. Сука, — я тихо ругалась и утирала дорожки непрошенных слёз. Я замерла, не зная, как пережить эти чувства, которые только начали зарождаться. Лучше быть одной, чем искать спасение в чужом взгляде. Лучше быть свободной, чем снова возвращаться к старой боли. Выдохнула. Вызвала такси и, ни с кем не прощаясь, уехала домой.

***

Утром субботы я проснулась с тяжёлой головой — уж не знаю, что именно повлияло, но чувствовала себя отвратно. Так дело не пойдёт — надо приводить себя в чувство. Я сделала лёгкую зарядку, приняла душ, приготовила свой любимый завтрак и выдохнула. Вчерашнее событие отозвалось в груди тупой болью — не выжигает, не режет, словно мизинцем о кровать стукнулась: вроде не критично, но неприятно. Весь день я посвятила себе и тому, что люблю: отправилась на прогулку с Джесс, посетила новую кофейню, взяв кофе навынос. Весна неспешно вступала в свои права, и на деревьях появились первые завязи листвы и почки. Пушистые облака плыли по синему небу, отбрасывая тени на город. Мне словно стало легче дышать. Понимаю, что ситуация не из лучших, но и не безнадёжная. Я так сильно хотела, чтобы меня выбрали, что приняла дружеский интерес за романтику. Мне всего и нужно — научиться жить самостоятельно, не цепляясь за призрачные иллюзии и выбирая не тех людей. Джесс весело носилась по парку, исследуя каждый куст и каждую травинку, раз за разом вызывая улыбку на моём лице. — Катя? — где-то справа меня окликнул знакомый голос. — Привет. — Алиса? Привет. Какими судьбами? — я растерянно улыбнулась. Если бы она меня не окликнула и не заговорила первой, ни за что бы не узнала. Обычно улыбчивая и яркая, сейчас она выглядела лишь бледной тенью самой себя: лицо осунулось, щёки впали ещё сильнее, а под глазами залегли тени. Девушка поправила капюшон и подошла ближе, присаживаясь рядом со мной на лавочку. — Да вот, приехала к Еве, но мы только сильнее рассорились. Я уже не знаю, что мне делать. — Знаешь, - начала я, рассматривая парк. - Ты всё ещё бежишь за тем, кто тебя в упор не видит, давая лишь крохи своего внимания. Как я когда-то. Мне хотелось оказать поддержку. Её ситуация вызывала понимание и сочувствие, но, на удивление, не более того. Я годами бегала за Алисой по её вымышленной стране, не понимая, что выхода нет, а страны не существует. Впервые за очень долгое время я разговаривала с ней без боли или надежды — как если бы говорила с любой другой школьной подругой. — Блять. Я не могу отказаться от неё. Она изменяет, уходит, потом возвращается, клянется, что это в последний раз и она всё осознала. А я верю. Очень хочу верить, что она останется. Что она правда выбирает меня. Но всё повторяется. — Ты сама знаешь, что только ты в состоянии закончить этот порочный круг. Будет сложно и больно, но оно того стоит, поверь. Раздался звонок мобильного. Алиса потянулась к карману: Ева. Я только тихо рассмеялась, скорее нервно, но мне правда стало смешно. Дежавю. — Ладно, не буду мешать. Удачи тебе, правда. Надеюсь, что ситуация разрешится и всё пройдёт. Забрала Джесс, и мы вдвоём продолжили нашу прогулку. Я была не просто рада — я гордилась собой. Алиса больше не вызывала во мне бури чувств. Ни боли. Ни надежды. Ни страха. Просто… человек из прошлого. Справилась.