Unknown Melodies/Неизвестные мелодии

ГЛАВА 5

Нежданные гости

POV:Ллойд

Сатоми исчезла. Я даже не заметил, когда именно — был слишком увлечён записями, слишком погружён в мысли о предстоящей презентации. Лишь подняв голову, ожидая увидеть её рядом, я понял, что стою один. Холодок пробежал по спине. Инстинкт сработал мгновенно — я осмотрелся, сканируя всё вокруг. Сначала подумал, что она вернулась к своей подруге, но та стояла в стороне, весело болтая с другими.Сатоми нигде не было. Пять минут я ждал, глядя на часы. Ни звука. Ни шага. Тогда я закрыл тетрадь. Что-то сегодня было не так. То самое не так, от которого поднимаются волоски на шее и мышцы сами напрягаются, готовясь к атаке. Я почувствовал это ещё у автобуса — чей-то взгляд. Тяжёлый, чужой. И я точно знал: это был не одноклассник. Это было что-то другое. То, что не принадлежит этому месту. Я начал поиск, идя по следу, которым мы ходили вместе. С каждым шагом внутреннее напряжение росло, чувства обострялись, слух улавливал малейший шорох. Всё чаще я ловил себя на мысли, что в этом музее слишком много странностей. Слишком много совпадений. Но Сатоми нигде не было. Я выдохнул, раздражённо прокручивая карандаш между пальцами — быстрее, чем обычно. Где ты?.. И вдруг — звон. Глухой металлический звук из бокового коридора. Тело среагировало быстрее, чем разум. Я уже рванул туда, бросив все вещи на пол. Воздух резал лицо, когда я мчался по залам. Капюшон соскользнул, маска слетела — дышать стало легче. Повороты, скользкие полы, шаги, что отдавались эхом. И тут — блеск. Я едва успел перекатиться, как лезвие рассекло воздух и вонзилось в мрамор позади. Треск, звон — и я уже стоял на ногах, сердце грохотало в ушах. Я знал это оружие. Короткий, изогнутый клинок — вакидзаси. Взгляд метнулся туда, откуда пришёл удар. Мужчина. Катана в руке, лицо напряжено. И — хвосты. Четыре серебряных хвоста, распушившихся за спиной. На голове — уши. Кицуне. Его глаза вспыхнули. Голос прозвучал низко, угрожающе: — Они. Я стиснул зубы. Конечно. Кицуне чувствуют нас за версту. Он узнал меня. Пальцы сами сжались в кулаки. Я выпрямился, развернул плечи, встал в боевую стойку. Он слегка повернул корпус, готовясь к рывку. Воздух между нами загустел. Всё вокруг будто замерло, оставив только нас двоих — чужаков в мире древних теней. Я глубоко вдохнул, чувствуя, как сила просыпается под кожей. Что ж... посмотрим, на что ты способен. Он уже сделал шаг, когда в его сторону вспыхнуло голубое пламя, почти задевая его. Мгновенно он взмахнул катаной — лезвие на миг окуталось синим сиянием, словно впитав магию, а затем вновь обрело стальной блеск. Из тени показалась другая фигура — женщина, тоже кицуне. Старше на вид, возможно, лет сорока, но всё ещё молодая и сильная. За её спиной рассыпались веером многочисленные хвосты, придавая ей почти божественный, грозный облик. Она сражалась с мужчиной, легко уклоняясь от его ударов и посылая в ответ волны голубого пламени. Каждое её движение было выверено до миллиметра — в них чувствовались годы опыта и врождённая грация хищника. Быстрая, точная, она скользила по мраморному полу, словно тень, постоянно на грани того, чтобы попасть. Но и противник не уступал: его реакции были молниеносными, он успевал уходить от ударов. Иногда она почти исчезала в движении, и я просто не успевал следить за ней глазами. Кто бы она ни была — это точно не тот противник, с которым мне хотелось бы столкнуться. Я стоял, поражённый: кицуне, прямо передо мной — уже второй раз за два дня. Почему они здесь? — Парень, — произнесла женщина, её голос прозвучал властно и чётко, — уведи её отсюда. Возьми сямисэн и уходи. Я проследил за направлением её руки — и увидел Сатоми, стоящую у самого угла, рядом с тем самым сямисэном, о котором она говорила. Не раздумывая, я рванул к ней, схватил за руку — мягко, но твёрдо. — Нам нужно идти, — произнёс я, стараясь, чтобы голос не дрожал. Честно говоря, внутри всё дрожало. Она выглядела растерянной, глаза прикованы к дерущимся, но потом слегка кивнула. Этого было достаточно. Я бросил взгляд на сямисэн — изящный, древний инструмент на подушке из алого шёлка. Почему она хочет, чтобы я забрал именно его? Что может значить музыкальный инструмент посреди этой битвы? — Быстрее, парень! — крикнула женщина, нанося противнику точный удар. — Хватит глазеть, двигайся! Я очнулся, ударил по стеклу — туда, где по расчётам должно было треснуть, и оно разлетелось с первого удара. Сирена музея взвыла, но я не стал ждать. Схватил сямисэн и небольшой предмет с подушки — он показался важным — и закрепил всё за спиной. После этого потянул Сатоми за руку. — Пошли, Сатоми. Быстро. Она моргнула, будто возвращаясь в реальность. Её взгляд метнулся к инструменту у меня за плечом, в глазах промелькнуло что-то далёкое, почти грустное, но она кивнула и последовала за мной. Позади гремели удары, стекло сыпалось, эхо боя катилось по залам. Я не оборачивался. Что бы там ни происходило, оно не сулило ничего хорошего. Мы выбежали в главный зал музея. Я быстро огляделся, вспоминая, где выход. Ученики стояли в растерянности — кто-то тянул телефоны, кто-то шептал, а надзиратели пытались построить всех и вывести к дверям. Я заметил один из выходов справа и мотнул головой: — Сюда! Быстрее! — и вновь сорвался на бег. Но стоило сделать пару шагов, как перед нами раскрылся портал. Я резко остановился, заслонив Сатоми собой. Из портала шагнул ещё один кицуне — тот же тёмно-золотой мех, та же форма, что и у того мужчины, с которым сражалась женщина. Но этот выглядел старше, сдержаннее. Его осанка была безупречной, взгляд — холодным и уверенным. У него было на три хвоста больше, и я сразу понял: возможно, они родственники. Один за другим открывались новые порталы — и вскоре нас окружили. Десять кицуне. Мужчины и женщины, разные по возрасту, но одинаково бесстрастные, будто высеченные из бронзы. Их хвосты колыхались в воздухе, переливаясь золотом и бронзой. Я сглотнул, медленно втянул воздух. Это… Было очень плохо. Я сделал шаг ближе к Сатоми, сжимая ремень и предмет от сямисэна в руке. Сердце било тревогу, будто знало — сейчас начнётся нечто серьёзное. Я сражался с кем угодно: с змеями, с тенями, даже с теми, кого когда-то называл своими. Но если эти кицуне такие же, как та женщина в зале… я вряд ли справлюсь один. — Сатоми, — произнёс я, снимая инструмент со спины и протягивая ей, — держи это. Она молча взяла сямисэн, и её взгляд сразу потонул в нём, будто инструмент заворожил её. Я не стал спрашивать — сейчас было не время. Моя задача была одна: защитить её и то, что она держала. Кицуне стояли полукругом, напряжённо наблюдая за нами. Я выпрямился, сделал глубокий вдох и встал в боевую стойку. — Они, — процедил тот, что стоял впереди. Его взгляд был тяжелым, лицо — иссечённое годами и сражениями. Он выглядел как предводитель. — Ты уступишь дорогу. — Нет, не думаю, — ответил я, не отводя взгляда. — Это не просьба. Это приказ, — его хвосты распахнулись веером, а рука сжала рукоять катаны. Остальные последовали его примеру. Металл зашипел, когда десяток лезвий обнажились, отражая блики сигнальных ламп. Я попытался быстро сообразить: Как они сражаются? Мы никогда не сталкивались с кицуне. Всё, что мы знали — мастера иллюзий, музыканты, маги. Но какую магию они используют — никто не знал. И как, чёрт возьми, мне выиграть бой, не зная даже этого? Один кицуне метнулся с правого фланга, катана сверкнула, нацеливаясь на моё плечо. Я перекатился в сторону, лезвие свистнуло у самого уха. Подсечка — и противник пошатнулся, но на его место уже бросился другой. Я перехватил запястье, крутанул, использовав инерцию, и швырнул его в третьего, что вылетел слева. Некоторые из них рванули к Сатоми — двое, не больше, но достаточно близко. Я метнулся вперёд, ударом ноги отшвырнул одного, второго — плечом. Я не хотел их ранить. В голове звучал голос Ву: «Кицуне — наши союзники.» Но в их глазах не было ни крупицы мира — только ярость и решимость. Они не убивали. Они вытесняли. Отгоняли от выхода. И, судя по всему, почти добились своего. Один из них всё же достал меня — клинок рассёк рукав, полоснув по коже. Кровь моментально пропитала ткань. Отлично. Только купил худи. И, конечно, на деньги Кая. Я перехватил дыхание, выдернул катану противника из рук и отшвырнул её в сторону. Но они становились всё быстрее. Слаженнее. Каждое их движение — будто заранее спланировано. Мои мышцы ныл и, дыхание сбилось, пот стекал по вискам. Я не хотел использовать силу. Пока ещё нет. — Почему вы здесь? — выдохнул я, отбивая очередной удар. — Тебе это знать не положено, Они, — процедила кицуне-женщина, замахнувшись. Я поймал её руку, провернул и толчком отбросил в сторону. Она врезалась в своего напарника, оба рухнули на пол. Мой взгляд на миг скользнул к Сатоми — она всё ещё стояла, прижимая сямисэн к груди, будто это самое дорогое, что у неё есть. Её глаза светились странным, почти мистическим блеском. — Это мой дом, — сказал я, усиливая натиск. — И я буду его защищать. — Они, защищающий мир людей? — усмехнулся кицуне с нагинатой. — Не смеши. Он ринулся вперёд. Я ушёл в сторону, позволил инерции вывести его вперёд и подсечкой сбил с ног. Чудесно. Окружён десятком магических лис в музее, защищаю одноклассницу и древний инструмент. Обычный день в Ниндзяго. Но вдруг — вспышка синего света. Пламя пронеслось сбоку, и инстинкт сработал быстрее мысли. Я воздвиг барьер, плотный и прочный, как камень. Удар — и раздался резкий треск. Трещина. На моём барьере. Такого не может быть. Это же просто огонь! Как один выстрел мог пробить мою защиту? Второй залп. Я поднял щит, успев прикрыться. Но при столкновении волна силы прошла через меня, будто кто-то выбил воздух из груди. Пламя прожгло всё изнутри, мышцы свело от боли. Колени дрожали, тело горело. Я удержался. Стиснул кулаки. Стоял, даже когда хотелось упасть. Как… как они это делают? — Твоя решимость сильна, но ум тебе не хватает… для Они, — произнёс их лидер, его голос холоден, будто лёд стыл в воздухе. Я тяжело дышал, голова кружилась от адреналина. Нужно было думать. Нам нужно было выбраться отсюда. Быстро. Вдалеке мои одноклассники, наконец, заметили шум. Они стояли, ошарашенные происходящим. Некоторые достали телефоны, явно стримя происходящее в прямом эфире. Я заметил подругу Сатоми среди толпы. Её лицо было озабоченным, взгляд не отрывался от Сатоми, которая стояла за мной. Она всё ещё была погружена в сямисэн, аккуратно надев инструмент и проводя пальцами по струнам, словно зачарованная. Мой взгляд снова скользнул по толпе. Я нахмурился. Разве они не должны эвакуироваться? Разве драма важнее жизни? — Последнее предупреждение, Они, — продолжал мужчина, а остальные кицуне снова сомкнули кольцо вокруг нас, угрожающе готовясь к атаке. Я нахмурился, усиливая стойку. Прямое столкновение смертельно — оборона была единственным шансом. Продолжать отбиваться, как и до этого. Он фыркнул, рука его скользнула по рукояти катаны, повторяя изгиб клинка. И в тот момент, когда он достиг конца — лезвие вспыхнуло синим пламенем, поглотив металл. Он сжал рукоять обеими руками, готовый к атаке. Его стойка кричала об опасности. Ну всё, я пропал. Я активировал силу, используя почти все свои резервы, чтобы возвести барьер вокруг нас с Сатоми. Я надеялся, что этого хватит, чтобы пережить мгновение, пока я придумаю, как выбраться. Но одним взмахом катаны он разбил мой барьер, словно это было стекло. Удар прошёл сквозь меня. Колени подкашивались, будто огонь прожёг кости и лёгкие. Гравитация потянула меня вниз. Я рухнул на колени, пытаясь сделать вдох, задыхаясь и кашляя. Что это за огонь? Он стоял передо мной. Я взглянул вверх — взгляд его холоден и сосредоточен. — Yoku tatakatta. Shikashi jyubun de wa nakatta. Он опустил катану на мою шею. Пламя скользнуло по коже, тепло, но не жгло… оно истощало меня. Я едва удержался на ногах. Катана поднялась, прицел прямо в мою шею. Мозг кричал: Двигайся! Перекат! Выбраться! Я попытался вызвать силу, но был слишком слаб. Лишь едва заметный всплеск — и исчез. Чёрт. Из тени я понял: удар неизбежен. Я сжал глаза. Сердце колотилось в ушах. Я проиграл. Но в этот момент раздался звук. Один аккорд. Нежный… Успокаивающий… Энергия хлынула в меня, словно я медитировал часами и наполнился силой одним вдохом. Я ожил, готовый сразиться, казалось, могу победить всех. Я нахмурился, удивлённый собственной силой. Голова резко обернулась — глаза широко раскрылись. Сатоми ударила по сямисэну, и нота зазвучала в воздухе. Комната внезапно затихла. Кицуне застынули на месте, взгляд их устремился на инструмент. Некоторые едва удерживались на ногах. — Благословенная Мать… — пробормотал лидер, заметив, как его руки ослабли, катана опустилась. Воспользовавшись паузой, я прокатился в сторону, сбив его с ног ногой. Я мгновенно встал, схватил Сатоми за запястье и потащил нас к выходу. Достал из кармана наушник. Надо было сделать это раньше. Мои инстинкты сработали сами собой — я поднял энергетический барьер вокруг нас троих. Энергия потрескивала, держалась на пределе, и я надеялся, что этого хватит. Но едва кицуне приблизились, как Миго ударила по инструменту. Звук эхом прокатился по всему музею, и здание словно замерло. Струны сямисэна засветились золотым светом, наполняя пространство магией, а под каждым из врагов открылись какие-то порталы. Они провалились вниз, полностью застигнутые врасплох. Только Исаму успел вовремя отойти назад, ударившись о твёрдую землю, и злобно смотрел на нас. Звук сямисэна продолжал раздаваться, постепенно затихая вместе с закрывающимися порталами. Два взгляда встретились — напряжение висело в воздухе, пока Исаму медленно отступал. Я наблюдал за каждым движением, не упуская ни малейшей детали. Его глаза мигали, оценивая нас. Когда взгляд упал на меня, выражение стало еще более холодным. Я стоял, не отводя глаз. Он фыркнул и развернулся, чтобы убрать оружие в ножны. Но в момент поворота я заметил что-то блестящее, что он вытаскивал. Золото. Я узнал сузу — колокольчик, который дядя иногда привязывает к монастырю. Колокольчик был на красной нити, заправленной под пояс. Я нахмурился, заметив, как он осторожно вытаскивает его, слегка наклоняясь вправо, будто пряча от нас. Он щёлкнул им — но звука не последовало. И тут же перед ним открылся портал. Как только он шагнул внутрь, портал закрылся. Прошла целая секунда, и никто из нас не осмелился произнести ни слова. Сатоми стояла рядом, тяжело дыша, глаза сжаты, устремлены туда, где исчез мужчина. Я обернулся влево. Миго стояла прямо, крепко держа сямисэн; руки казались ещё бледнее, чем прежде. Но я заметил её неровное дыхание — будто игра всего одной ноты истощила её силы. Мой взгляд снова упал на сямисэн, затем на Миго. Она заметила меня, и наши глаза встретились на мгновение. Я отвёл взгляд, посмотрел на свои руки, чувствуя, как адреналин наконец начал спадать, а воспоминание о внезапном приливе энергии всё ещё звенело в теле. Почти казалось, что в ту долю секунды я мог бы справиться с сотнями этих кицуне в одиночку. Хотя она сказала, что я не смогу. И тогда я понял — что, чёрт возьми, это было?