За вуалью ложных истин

Пролог Шэнь Ли Юань стоял напротив огромной толпы заклинателей. Тут были представители всех пяти Праведных школ и магистры Тёмного Пути. Море враждебных лиц. А с ним — лишь горстка друзей. Но почему-то сейчас ему было совсем не страшно. — Юэ, ты готова? — спросил он, не отводя взгляда от толпы. — О да, — девушка усмехнулась. — Сейчас увидишь, как им всем башни снесёт! Она раскрыла веер своих девяти хвостов — белых, роскошных, переливающихся серебром на солнце. Белая лисица. Редчайшая из редчайших. Юаню стало даже немного грустно, что теперь у него не было такой роскоши. «Но ничего, — подумал он, усмехаясь. — Я справлюсь и так». Он сжал рукоять своего легендарного меча. Впереди была битва. Возможно, последняя. Но он был не один. Впервые за три жизни. И это меняло всё. Глава 1. Наблюдатель из тени Действия происходят задолго до событий в прологе. Шэнь Ли Юань собирался украсть девчонку. Не уговорить. Это слишком долго. Украсть. Потому что она была их спасеньем, а он никогда не был способным на пышные фразы, заигрывания, уговоры. Он не обладал харизмой красавца-соблазнителя, не умел понравиться, да и не хотел даже пытаться быть таким. А девчонка была важна. Украсть ее было проще бесплодых усилий доказать, лучше уйти с ним по-хорошему. Весь день он просидел в этих чёртовых зарослях бамбука, напротив домишки, где она жила со своей семьёй в убогой деревеньке на отшибе. Девчонку ни на минуту не оставляли в покое. Ожидание было мучительным. Спина затекла. Ноги онемели. В густых зарослях, где стволы скрипели от вечернего ветра, странник в тёмно-зелёных запылённых одеждах замер, словно каменное изваяние. Янтарные глаза с вертикальными зрачками следили за ветхим домом с покосившейся крышей. Глубокая тень капюшона скрывала его облик: лишь общие очертания юного лица и несколько непокорных прядей тёмных волос, отливающих фиолетом в начинающихся сумерках. Его лисьи уши были надежно спрятаны. Увидь его кто днем, решил бы, что человек. Сейчас его выдавали лишь глаза, которые ночью светились как огоньки. Зрение у хулицинов, как у кошек, ночью особое. Сквозь окно с открытыми ставнями он различал семью, собравшуюся на скудный ужин. Тусклый свет масляной грелки едва озарял присутствующих за столом. Отец — грубый мужчина с обветренным лицом — жадно набивал рот рисом, чавкая. Мать что-то бубнила, жалуясь на судьбу. Два брата хохотали над грубой шуткой, расталкивая друг друга локтями. А она сидела в углу, съёжившись. Бай Лин Юэ. Лунно-белые волосы девушки выбивались из небрежной косы, падая на худые плечи. Даже в тусклом свете они светились, словно впитав саму луну. Ярко-голубые глаза — такие редкие в этих краях, что люди шептались о проклятии, — были потуплены в пол. Заштопанное ханьфу грязно-серого цвета висело мешком на хрупкой фигуре. «Признак особого ядра», — мысленно выдохнул Юань. «Сокровище заклинательского мира прислуживает этим скотам. Хорошо, что про неё никто не знает. Когда я приведу её к Мастеру — наша школа засияет. «Ошибочный» путь. Ха! Да эти «праведники» знать не знают и трети истины об этом мире! А уж обучив ее, воспитав сильную заклинательницу с развитым золотым ядром, наша школа будет спасена от возможных нападений. Мы преодалеем барьер на Горе Духов!» Тем временем раздался звон. Отец, видимо, швырнул пустую чашку или тарелку. А та ударилась о стену, рядом с головой девушки. Потому что та съежилась, вжав голову в плечи и закрыв ее руками. Юань дёрнулся. Сам не понял почему. Просто звук — глухой удар о стену — всколыхнул что-то старое. Забытое. В голове на мгновение мелькнули воспоминания из прошлой жизни — школьный коридор, рюкзак, летящий в лицо, хохот одноклассников. Он зажмурился и выдохнул, заставляя видение уйти. — Юэ! Ещё риса! Шевелись, ленивая дрянь! Та вскочила так резко, что чуть не опрокинула стоящую рядом с ней масляную горелку. Схватила чашу отца дрожащими руками она поспешила к котлу. — Смотри-ка, — ухмыльнулся старший брат, Бай Чжэнь. — Наш призрак опять трясётся. Может, боишься, что мы тебя съедим? Младший, Бай Хуэй, фыркнул: — Кому она нужна? Тощая, как скелет. Да и с такими волосами — точно демон. Позор для семьи. Мать кивнула: — Не знаю, в кого она такая! Лучше бы родилась мёртвой — хоть позора меньше. Бай Юэ молча поставила полную риса плошку перед отцом, низко поклонившись. Руки все еще дрожали, но спина оставалась прямой, подбородок — чуть приподнят. Едва заметно. Словно внутри неё что-то отказывалось ломаться до конца. Она вернулась на место и принялась медленно жевать остатки риса. Медленно. Молча. Голубые глаза были опущены и скрывались за отросшей челкой. Юань слышал каждое слово. Слух совершенствующихся острее, чем у обычных людей. А уж у него, с его Лисьим даром, и подавно! Да он слышал каждый их вздох! Мог расслышать шуршание ткани, если бы захотел. «Почему она молчит? — ярость закипала в груди. — Почему не огрызается?» В его прошлой жизни, в Пекине двадцать первого века, по одному звонку за таким ребёнком приехали бы социальные службы. Забрали. Защитили. А здесь никто не приедет. Здесь слабость — это приговор. Он снова посмотрел на девчонку. «В её теле сила, способная сотрясти небеса. Конечно, ей придется много учиться чтоб сгустить энергию в грудном дяньтяне и создать золотое ядро. Подумать только, сейчас ей приходися прислуживать этим скотам. Но скоро когда он ее украдет и принесет в секту, у нее начнется другая жизнь. Полная открытий, уважения и даже почитания. Да половина юношей влюбится в нее с первого взгляда. Ей осталось потерпеть совсем чуть-чуть». — Юэ, — позвал отец. — Завтра пойдёшь на поля вместо Чжэня. У него дела в городе. — Но, отец мой, — робко начала девушка, — я обещала отнести госпоже Ван лекарство для её внука… Ладонь отца обрушилась на стол. Миски подпрыгнули. — Ты мне перечишь?! Неблагодарная тварь! Мы тебя кормим, одеваем, а ты?! — Прости… простите… — девушка сжалась. — Я пойду. Конечно, пойду. Мать фыркнула: — Вот именно. Хоть какая-то польза. Ужин закончился. Братья ушли в свою комнату, родители — в свою. Бай Юэ осталась прибирать посуду. Она вышла на улицу с лоханью, налила колодезной воды из заранее поднятого ведра. Юань бесшумно переместился ближе, крадучись между бамбуковыми стволами. Достал из-за пазухи талисман — тонкую бумажку с красными рунами. Усыпляющий знак созданный в его секте. Прикоснётся к коже — и человек упадёт без сознания. Проснётся только тогда, когда кто-то другой вольёт в энергию ци с призывом пробуждения. Совершенно безопасный пособ транспортировки любого живого существа в течении пары недель. При пробуждении никакого дискомфорта. Главное, чтоб разбудили. Он уже собирался выйти из укрытия, когда девчонка взяла своё жалкое одеяло и направилась к сараю за домом. «Её даже не пускают спать в доме. Место среди садового инвентаря и мешков с зерном. Я бы ни за что не остался рядом с такими людьми. Эти, пожалуй, хуже всех, кого я видел в своей жизни!». Юань переместился ближе. Через щель в досках видел, как Бай Юэ свернулась калачиком на соломе, укрывшись одеялом. Где-то в углу скреблись мыши. Оттуда тянуло сыростью и старым деревом. Несколько минут она просто лежала, уставившись в темноту и обхватив себя руками. Потом прошептала: — Завтра будет лучше. Завтра я постараюсь сильнее. И тогда, может быть, они… Не закончила. Может, сама не верила в то, что говорила, а может ей было слишком горько. Юань провёл рукой по лицу. Огонь злости его души смешивался с чем-то ещё. Не жалостью — нет. С чем-то личным, касающимся его самого. Будто это была его история жизни. «Пора забрать её из этого ада!» — подумал он решительно. Девушка вдруг приподнялась и достала из кармана маленький кусочек — остаток пригоревшего риса. Бросила крошку в угол. И спустя каких-то несколько мгновений маленький мышонок появился возле кусочка в луче лунного света, схватил его и запихал за щеку. Юай Лин Юэ улыбнулась и кинула ещё. — Какой ты у меня красивый! Какие у тебя ушки милые! — зашептала она. — И хвостик длинный. Мы ведь друзья, да? «Тоже мне, друга нашла. Мыши — переносчики заразы! Вот же овца недоделанная!». Он прислушался к себе — не будет ли грызть совесть за такой резкий поступок? Но протиречия с сами собой не нашел. «Подожду, пока заснёт. Войду. Прикоснусь талисманом. Заберу. Простое задание. К утру буду уже далеко. Не пройдёт и больше недели — она будет в секте. Очнётся в своей новой комнате». Вдруг — новый запах. Острый. Чужой. Множество чужих запахов. Юань замер, насторожившись. Звериные инстинкты взвыли тревогой. Слишком много людей приближалось к дому. Слишком много приглушённых шагов. Убийственные намерения сгустились в воздухе, словно туман перед грозой. Из леса, подобно теням, вышли фигуры. Десять. Пятнадцать. Двадцать человек. Лица были скрыты грубыми мешками с прорезями для глаз. В руках — факелы, дубины, вилы. Одежда деревенская, заношенная. Один прихрамывал, другой схватился за больную спину. Все были немолоды и нескладны — большие животы, сутулые плечи. Это были не разбойники и не культиваторы Тёмного Пути. Это были жители деревни. Они двигались слаженно, организованно, словно не раз репетировали. Самый крупный — видимо, главарь — показывал остальным жестами. Те кивали, сжимая оружие покрепче. Юань инстинктивно отступил глубже в заросли, натянув капюшон. Рука легла на рукоять меча под халатом. Двадцать человек с факелами шли к дому. Девчонка в сарае. Одна. Беззащитная. «Вот дерьмо!»