Ее строгий профессор

Осень отчётливо заявляла о своих правах. Серое небо с каждым днём спускалось всё ниже, а желтеющие кроны Запретного леса прятались в туманной мороси. Последние дни августа в Хогвартсе оказались на удивление скупы на солнце. Гермиона поёжилась и встала с низкого подоконника. В этот день она проснулась раньше обычного и уже около часа молча разглядывала крупные капли дождя, стекающие по эркерному окну. Сегодня 31 августа, а значит, уже завтра школа наполнится её первыми в жизни учениками. Волшебница подошла к камину. В саду на большой картине всеми красками играла золотая осень. Ярко-красные клёны неторопливо покачивались на ветру, медленно роняя листья на каменную дорожку. Сквозь багряные кроны яблонь проглядывало ещё тёплое, но уже далёкое солнце. Пожилая дама неспешно выплыла из-за рамы. В её руках была пустая корзина для сбора яблок. Гермиона приветливо помахала рукой, и хозяйка сада кивнула в ответ. Красивой осени с картины молодая учительница могла лишь позавидовать. Последняя неделя августа в Хогвартсе выдалась пасмурной и дождливой. Впрочем, Гермиона всё равно выходила на улицу лишь изредка, когда необходимо было перейти из корпуса в корпус. Объём работы, который свалился на неё перед началом учебного года, оказался просто неподъёмным. Коллеги — как бывшие учителя самой девушки, так и новые знакомые — вопреки опасениям Гермионы, приняли её с теплотой и вниманием. Но даже с их помощью девушке едва хватало сил по вечерам доползти до кровати. Все говорили, что эта неделя — самая тяжёлая для учителей и с приездом учеников становится легче. Профессор Макгонагалл терпеливо объясняла ей особенности бумажной волокиты для Министерства. Филиус Флитвик, который вышел с заслуженной пенсии, чтобы помочь школе после битвы, да так и остался преподавать, с гордостью делился с ней секретами педагогики. Профессор Стебль отпаивала травяным чаем. Даже Хагрид поддерживал её, несмотря на то, что в школе он теперь появлялся всего пару дней в неделю. Но больше всего, к удивлению самой волшебницы, Гермионе помогали утренние «какаошки» с Лилит. Необычная коллега, помешанная на ярких цветах, оказалась умным, глубоким, а главное — искренним человеком. За девять дней нахождения Гермионы в Хогвартсе они с Лили успели сильно сблизиться как подруги. Странный, по мнению волшебницы, стиль девушки в одежде и общении никак не отменял её чуткости, доброты и дружелюбия. Понимая всю важность последнего дня лета для начинающего учителя, Гермиона ещё с вечера приготовила себе одежду и теперь придирчиво разглядывала себя в зеркало. Тёмно-зелёная юбка ниже колен, чёрная водолазка с длинным рукавом и никаких украшений. Волшебница боялась, что они сделают её образ легкомысленным. Да и, если честно, у неё не было ничего, кроме броши «под Шанель» и еле заметного помолвочного кольца на безымянном пальце, которое с каждым днём Гермионе всё больше и больше хотелось снять. Педантично зачёсывая непослушные волосы в конский хвост, волшебница уже собиралась надеть чёрные лодочки на невысоком каблуке. Ей не хотелось опоздать на встречу с Лилит перед завтраком. Но в дверь постучали. — Приветики, подруженька! — проворковала Лилит, бестактно проходя в комнату без приглашения. — Я знаю, что для тебя сегодня волнительный денёчек и решила перенести нашу какаошку к тебе. Ты ведь не против, солнышко? — Конечно, не против, проходи, — улыбнулась Гермиона, закрывая дверь. — Выглядишь… эм… сногсшибательно. Лилит действительно выглядела особенно ярко. Светлые от природы волосы обрамляли розовые пряди с блестящими в них серебристыми нитями. «Словно дождик на рождественской ёлке», — про себя отметила Гермиона. Светло-розовое платье из тонкого трикотажа тесно обтягивало стройную фигуру, недвусмысленно обнажая колени. На макушке Лили красовался огромный белый бант — вроде тех, что родители надевают на косы первоклассницам. — Дорогуша моя! — всплеснула руками подруга и протянула Гермионе картонный стакан с какао. — Ты серьёзно собираешься провести свой последний день без этих нуднючих мантий вот так?! Волшебница взглянула в зеркало. По сравнению с Лили она выглядела буквально амбассадором целомудрия. — Ну а как иначе? — она пожала плечами. — Профессор Макгонагалл ещё на собеседовании недвусмысленно дала мне понять, что в школе дресс-код для учителей даже летом. Да и профессор Снейп… кхм… так строго относится к стилю одежды. Вспомнив о том, как доходчиво Снейп объяснил ей правила приличия в одежде в день собеседования, Гермиона закусила губу. После той спонтанной экскурсии по школе они с мужчиной не виделись. Преподаватель зельеварения уехал на какую-то конференцию в Дурмстранг и должен был вернуться только к началу занятий. Из-за навалившейся работы у девушки буквально не оставалось времени на мысли о мужчинах. Волшебница практически не вспоминала ни о Снейпе, ни о Роне и очень радовалась тому, что профессор наконец вышел из её головы. Однако стоило ей вспомнить тот взгляд, пронизывающий её декольте, как кровь предательски подступала вниз живота. — Вот я глупенькая! — Лили картинно запрокинула голову. — Совсем забыла рассказать тебе! Сегодня же самый любимый всеми молоденькими преподавателями день в году! Минерва каждый год 31 августа до вечера уезжает в Министерство, и мы все можем целый день ходить в чём угодно! Классно, правда? И хорошо, что этот злюка Снейп ещё не приехал — недавно он отругал меня за цвет колготок. Полупрозрачное платье Лилит так предательски облегало её для тонкой фигуры неожиданно щедрую грудь, что отсутствие белья бросалось в глаза даже самым невнимательным наблюдателям. Весь образ выпускницы детского сада на длинноногой взрослой девушке выглядел так, будто сразу после утренней «какаошки» она собиралась идти на съёмку фильма для взрослых. — Ну не знаю, Лили… — растерянно протянула Гермиона. — Я и так много косячу с документами, мне кажется, что должна выглядеть очень скромно. Гермиона представила осуждающе-сердитый взгляд профессора Макгонагалл и поёжилась. В такие минуты она начинала немного завидовать Лилит — ведь её абсолютно не смущали косые взгляды. — Ой, не говори чушь, глупенькая! Ну ничего, до завтрака времечко ещё есть. Успеем! — подмигнула подруга и в предвкушении хрустнула пальцами. — Успеем чего? — обречённо спросила Гермиона, заранее зная ответ. — Подобрать тебе супер-дупер-опупенненький образ, заюш! Что же ещё?!