Ее строгий профессор

Старинный шифоньер в комнате Гермионы жалобно поскрипывал, словно из последних сил отражая натиск Лилит. Девушка решительно настроилась во что бы то ни стало подобрать подруге «шикарнючий образик» для последнего дня лета. Между полупустыми полками с одеждой с недовольным чириканьем сновали бумажные журавлики — всполошённые внезапным «модным приговором». — У тебя что, кроме чёрных, тёмных и красных вещей, вообще ничего нет?! — возмутилась девушка, недовольно вылезая из шкафа. Гермиона в сотый раз за утро пожала плечами. — Ну ничего! Если из твоего ничего не подберём, я тебе своё дам! У меня-то красивых вещиц много-мноооого, — то ли обнадеживала, то ли угрожала Лилит. И вновь с головой нырнула в гардероб подруги. Представив на себе зелёные гетры, розовые шорты и синюю блузку с фиолетовыми пони, Гермиона поежилась. Мотивация выбрать наряд из собственных вещей мгновенно возрастала, и девушка заинтересованно подошла к шкафу. — Лили, дорогая, я ценю твою заботу, но правда… не стоит. Мы уже сейчас с тобой на завтрак опоздаем, — капризно протянула Гермиона, заглядывая через плечо подруги. — Вот оно! Бинго! — Лилит стукнулась макушкой о полку и победно вытащила из глубины что-то красное. Гермиона прищурилась и поднесла руки к вискам. Это было то самое платье. Такое есть в гардеробе у каждой девушки — купленное под влиянием гормонов в середине цикла и то самое, которое в здравом уме не наденешь ни при каких обстоятельствах. Лилит развернула свой трофей и гордо протянула Гермионе. — А я права была, подруженька! В тихом омуте вот кто водится! Гермиона застонала. Сейчас это платье выглядело ещё более неприлично, чем когда она наткнулась на него в прошлый раз, ещё на съёмной квартире. Тогда она подумывала надеть его и встретить с работы Рона, но сочла его слишком откровенным. А сейчас её на полном серьёзе заставят надеть это платье на завтрак с коллегами. Боже… Зачем она тогда пошла в магазин одежды и зачем согласилась на «какаошку» с Лили? Ведь теперь отказать этому бульдозеру в розовом было просто невозможно. — О Мерлин! Лили! Нет! — в надежде на милость подруги воскликнула волшебница. — Оно ведь почти ничего не прикрывает! — Ну и что? Деток же ещё нет в школе! — захлопала длинными ресницами девушка. — Давай, дорогая! У нас ведь всего один день в году есть возможность одеться в школе не как учитель! Гермиона тяжело вздохнула, молча выхватила платье из рук коллеги и на ватных ногах отправилась в спальню переодеваться. Короткое красное платье из эластичного трикотажа облегало фигуру словно вторая кожа. Сквозь тонкую, невесомую ткань отчётливо просматривались соблазнительные линии кружевного белья. Волшебница нерешительно вышла из спальни. Узкая юбка, едва заходящая за линию середины бедра, вероломно поднималась при каждом шаге, так что её приходилось одергивать руками. Но главная проблема заключалась в глубоком декольте на спине. Из-за него любимый гипюровый бюстгальтер Гермионы выглядел неуместно, словно разрезая спину и нарушая гармонию силуэта. — Бельё придётся снять, заюш, — словно приговор прозвучал сосредоточенный голос Лилит. — Да я и сама вижу, как сильно лифчик торчит, — отмахнулась Гермиона, торопливо расстегивая застёжку. Секунда — и светло-бежевый бюстгальтер из мягкого кружева оказался на спинке кресла. Волшебница шагнула к зеркалу и щепетильно оглядела свой образ. Сказать по правде, платье на ней действительно сидело идеально. Еле заметная драпировка выгодно подчёркивала тонкую талию, а мягкие складки на бедрах соблазнительно открывали длинные ноги. В целом, кроме длины, платье выглядело вполне прилично. Или, возможно, волшебница просто убеждала себя в этом. Неглубокий округлый вырез аккуратно обнажал ключицы, а длинные рукава полностью закрывали руки. Но ткань… она была полупрозрачной, такая тонкая, что сквозь неё явно угадывались изгибы груди с напряжёнными от осенней прохлады сосками. Гермиона повернулась к зеркалу спиной и через плечо глянула на своё отражение. Ну что ж, сзади одежды на ней почти не было. Декольте оказалось таким глубоким, что казалось, платье начинается прямо с юбки. Кроме того, вдоль ягодиц нескромно просвечивала тонкая линия стрингов. — Трусики тоже сними, — беззастенчиво посоветовала Лили, — не красиво просвечивают. — Ты что, предлагаешь мне ходить по школе без трусов?! Голос Гермионы сорвался, и она попятилась от подруги так, будто та могла снять с неё бельё силой. — Я же тебе не без платья идти предлагаю, — Лили весело рассмеялась. — Или ты перед кем-то юбку задирать планируешь? — Дурочка! — отчаянно воскликнула Гермиона, с надеждой взглянув на часы. Времени переодеваться не оставалось, и девушка, зажмурившись, стянула с себя трусики.